Головой надо было думать!

POV Гарри. - Привет, - едко сказал я. - Ну, привет, Гарри, - скривив рот, ответила Ханна. Она сидела, вольготно откинувшись на спинку стула. Её наглые глаза в упор глядели на меня. Вот кто точно чувствует себя хозяином ситуации, в отличие от меня, корчащего из себя невесть кого. – Ну и что ты мне хотел сказать? – с вызовом протянула она. Я молчал. С гордым видом, конечно. Хотя то, что происходило внутри, словами не передать. Желудок сковало железными клещами. В горле пересохло, как в Сахаре. Было ощущение, что вся усталость мира навалилась сразу. Необычно здесь сидеть сейчас и осознавать, что от того, что я скажу, зависит вся моя дальнейшая жизнь. - Почему я должна тратить время, сидя тут с тобой, если ты молчишь, как замороженный?! – прошипела она. Её кипение немного встряхнуло меня, и я вышел из состояния ступора. - Ты опять начала, - надменно произнёс я. – Прекрати свои истерики. - Не надо мне указывать, что делать, - огрызнулась Ханна, - и без тебя всё знаю. - Отлично. – Пауза. – Я думаю, что ты знаешь, о чём сегодня будем разговаривать. - Я не намерена тут разводить лишние беседы. Просто отдай мне то, что причитается, и навсегда забудем друг про друга.- Она протянула руку за деньгами. Которые я должен был дать на аборт. - Ты решила всё-таки избавиться от ребёнка?- с напускным равнодушием спросил я. - Естественно, - процедила она. – Мне он совершенно ни к чему. Думаю, что тебе тоже. Или… - её глаза сверкнули бешенством, - ты хочешь его оставить?.. - Я… - настала роковая минута, - не… - голос дрогнул, чёрт его побери!! – хочу этого ребёнка. Её глаза расширились до невозможности. Казалось, куда уж больше, но плохо я думал о её способностях. Она напряглась, как тигрица, готовящаяся к прыжку. Руки, до этого покойно лежавшие на столе, вцепились ногтями в меню. Она оторвалась от спинки сиденья и дикими глазами смотрела на меня. - Что..ты..сказал..? – злобно прошипела она. Кобра. – Ты хочешь его оставить?! - Да я же сказал, что нь.. – тут подошёл официант и спросил, не желаем ли мы чего заказать. Она с яростью крокодила, лязгающего челюстями, рявкнула, что ей ничего не нужно. Официант попался с хорошим самообладанием, потому что любой другой просто дол бы этой мымре по роже. Но он преспокойно перевёл взгляд с неё на меня и спросил «А вы?.. Я машинально ответил «Нет». Парень уже развернулся, чтобы удалиться, но тут я его остановил. - Постойте, пожалуйста, я передумал, - он снова повернулся. – Будьте добры, воды со льдом и нарезанный лимон, - он удивился, но принял заказ и ушёл. Тут в голову мне пришла простая неожиданная мысль.Как я понял, Ханна не расслышала, ЧТО я сказал, потому что жую слова. Значит, она считает, что я этого ребёнка хочу оставить. Я ПОНЯЛ. ЭТО ЗНАК. Было предопределено, видимо , свыше, что она не должна услышать «Не». Почему-то сегодня я твёрдо верил во всю метафизическую ересь, знаки, судьбу, высшее провидение и прочее. Хотя всю жизнь считал себя несеверным человеком. Но сегодня готов был верить во что угодно. ВСЁ. МОЯ ДАЛЬНЕЙШАЯ ЖИЗНЬ ОПРЕДЕЛЕНА. РЕШЕНИЕ ОКОНЧАТЕЛЬНО. - Да. Я хочу его оставить, - с лживой твёрдостью я поставил точку в своей жизни. Пути назад нет. *** Никто из сидевших рядом людей, да и вообще всех тех, с кем сегодня виделся Гарри, не подозревал о той работе, что кипела внутри него. Все просто видели асоциальный объект, находящийся в состоянии, близком к помешательству, и вследствие этого кричавший что-то несвязное, бубнивший себе под нос и распугивавший обыкновенных прохожих. Сейчас глядя на него, сидящего в кафе, посетители могли видеть, как он неуверенно и беспрестанно ёрзал по стулу, дёргал коленом. Однако лицо оставалось холодно и спокойно. Как будто оно существовало отдельно от всего остального туловища. На нём была непроницаемая маска, за которой нельзя было увидеть, что творится в душе или в голове. Но таким было только лицо. Всё остальное неловко подёргивалось. Собеседница Гарри, напротив, никакого страха не испытывала. Но вся её сущность выражала злобу, недовольство, даже гнев. То, что парень произносил, его псевдоуверенное поведение и он сам страшно нервировали девушку. Её лицо постоянно искажалось новым способом: то искривлялись уголки губ, то между бровями образовывалась длинная вертикальная складка, то ярко-красные губы сжимались в тонкую полоску, так что даже было видно, как они белели. Но все эти метаморфозы выражали одно – раздражённость. Каким бы однобоким Гарри ни казался мозг Ханы, направляющий свою деятельность лишь на удовлетворение всех потребностей, кроме духовных , она тоже не могла жить спокойно в эти дни между встречами с Гарри. Она стала раздражительнее, потому что боялась, что Гарри выкинет что-нибудь противное её желаниям. В конце концов, она успокоилась, решив, что не допустит ничего ненормального. Либо её отец, ЗНАЧИТЕЛЬНОЕ ЛИЦО, решит все проблемы. Уверенная в себе и своей силе, она пришла на встречу и пыталась одержать победу над Стайлсом, подчинив этого самонадеянного дурачка своим желаниям. Но «железная леди» не смогла переломить его. Уж слишком он непокладист. Это привело мисс Черри в растерянность. После того как Гарри сказал о том, что он хочет ребёнка, Ханна остолбенела. Было похоже, что она перестала дышать. А потом, потрясённая, начала медленно и тихо говорить. Никогда ещё до этого момента Стайлс не видел её такой растерянной и беззащитной. Трудно было поверить, что эта пантера способна на голос маленького барашка. - Но… Как же это… Ты… О чём думал… Но вскоре растерянный вид снова истеричным. - Ты, вообще, чем думал?! Ну не дурак ли, а?! Ты же мне жизнь поломаешь! Ну и себе, в общем-то! Так. Давай деньги и до свидания. – в войне Черри проиграть не хотела. - Нет. – Гарри ответил с издёвкой. Хотя в голове не укладывалось, КАК он мог подписать себе приговор. - КАААК?! - сидящие неподалёку оглянулись на тот столик. Парень усмехнулся. - Ты себя сейчас выставляешь в невыгодном свете. То есть, полной дурой, - в эту минуту в Гарри проснулся холерический нрав. То есть, язвительность и желчность стали вырываться наружу. Ему думалось, что, оборвав своё существование, теперь бояться нечего и приличия не нужны. Плохо ему, значит, должно быть плохо всем. К сожалению Гарри, Ханна не заметила его «выпада». Каждый в этот момент в душе презирал своего оппонента. Повисло долгое молчание. В конце концов, Гарри решил взять себя и ситуацию под контроль и закончить уже прения сторон. - Послушай, - Гарри начал говорить медленно, потому что весь этот вечер удавался ему с трудом. Он чувствовал эмоциональную измотанность. – Давай, ты оставишь этого ребёнка, - девушка сразу открыла рот, чтобы начать усиленно спорить, но Гарри не остановился и возвысил голос, - НО после его рождения… - в голове Стайлса главной мыслью сейчас было «КАКОГО ЧЁРТА Я СЕЙЧАС ЭТО ДЕЛАЮ?!», - я заберу его себе и больше никогда не встретимся. И никто никому ничего не будет должен. Согласна? - Я не намерена прерывать свою карьеру, которая идёт в гору, из-за какой-то глупой беременности! – едко выпалила девушка. - А что, в другую область модельного бизнеса нельзя перейти?! – Гарри снова начинал раздражаться. – Иди снимайся в элитных журналах для беременных! - И что, я буду жить на нищенскую зарплату?! – она поджала губы. - А с чего ты решила, что там мало платят? Ханна промолчала. В самом деле, она не знала, сколько там можно заработать. Но ей хотелось возражать всему, что предлагает этот глупый Гарри. Она не понимала, как он всё ещё не сломился под её напором. - Я буду тебя обеспечивать, - выдавил из себя с трудом Стайлс, а потом долго не понимал, как он мог такое произнести. – Например, 30 тысяч фунтов в месяц тебя устроит? Подошёл официант и принёс воду со льдом и лимон, красиво уложенный на блюде. Не поблагодарив даже, Стайлс сразу хватанул кислятины. Лицо его скривилось в невообразимой гримасе, но зато почувствовался прилив энергии! - 45. – если манипулировать не так, значит, по-другому. Сейчас он точно откажется от дурацкого ребёнка. - ЧТО?! – Гарри чуть не сказал «А задница не слипнется?!». – Ладно, - он ещё раз хватанул лимон. И снова обдало дрожью, и он судорожно втянул воздух. – А теперь МОЁ условие. – её бровь поднялась. – Ни пресса, ни твоё ближайшее окружение, ни КТО-ЛИБО ЕЩЁ не узнает о том. Что это мой ребёнок. - А ЧТО я тогда буду говорить?! – процедила Ханна. - Откуда я знаю?! – вскипятился Гарри. – Ты же УМНАЯ, - он выделил последнее слово голосом, снова пытаясь «подцепить» девушку. – Хоть какое-то обязательство по отношению ко мне выполни! Ей надоело бороться с этим бараном. Расчетливый мозг сразу прикинул, что будет возможность неплохо заработать, практически не напрягаясь. Ну, родит. А потом зато не будет носиться с этим ребёнком. И тогда будет делать карьеру дальше. И всё будет успешно. - Ладно. – А Гарри не поверил. - Дай расписку, что ты ничего не расскажешь, - он сам не знал, бывают ли такие. Она, по всей видимости, тоже. Поджав губы, достала из сумочки блокнот и ручку и быстро и неаккуратно начала писать. – Пиши разборчивее! – она шумно выдохнула, выражая злобу, но стала писать чище. Потом молча придвинула блокнот парню. Там он смог прочесть «Я, Ханна Черри, даю Гарри Стайлсу письменное подтверждение неразглашения личной информации в обмен на ежемесячное обеспечение размером в 45000 фунтов стерлингов. 17 октября 2012.». И подпись. - Ты всё-таки оставляешь ребёнка? – переспросил гари на всякий случай. Потому что знал, что женщина за одну минуту в среднем успевает передумать раз 15. Черри молчала. Лицо приняло безучастное выражение. Ей было всё равно. Она уже всё решила. Потом скривился рот и он, кивнув, встала. На мгновение она почувствовала себя какой-то крольчихой, плодящейся по заказу. Это было мерзко. Нечто непонятное будет расти внутри, раздувая живот, как воздушный шар. А ещё будет тяжело ходить, будет мучить вечный голод, и вся прекрасная фигура превратится в слоноподобный силуэт. Ничего не могло быть хуже. Но, вспомнив о выгодах, Черри успокоилась. Потерпеть можно. - Ну всё, до свидания, - взяв в руку сумку, Ханна стала выходить из-за стола. Теперь она была спокойна и уверена в своём поступке. Только лишь она открыла рот, чтобы что-то произнести, как Стайлс нервно её перебил. - Денег с собой нет… Перечислю на счёт… Дай номер… - Гарри говорил на автопилоте. Сознание отключалось, руки тряслись, как у человека с больной нервно системой; он думал, что вот-вот умрёт. Заболел желудок. В голове больно пульсировала кровь. Было трудно дышать. Психосоматика… Ханна быстро написала номер своего лицевого счёта. - Пока, - девушка торопливо попрощалась и поспешила по своим делам. - Давай… - Гарри, оставив известную сумму, вышел из кафе и, запнувшись о порог, вышел на улицу, не понимая, что теперь будет дальше. Ему захотелось просто сдохнуть. Но в итоге решил надраться до соплей и никогда больше не протрезвляться.