Лекарство от фантомной боли

Дорога от Хогвартса до магического Саутгемптона заняла много времени, и совершенно вымотала. Уже стемнело, когда я уничтожила заклинанием сажу общественного камина, находящегося в тупике улицы Гленвуд. Дом Пандоры стоял практически посередине, но я умирала от усталости, и небольшое расстояние показалось мне бесконечным. Наконец, добравшись до него, я поднялась на второй этаж, где располагались жилые помещения. Не обращая внимания на обстановку вокруг, добралась до комнаты Пандоры и рухнула спать, не раздеваясь. Проснулась уже в полдень и направилась на поиски съестного. Однако до кухни не дошла, застыла как вкопанная на пороге гостиной. Воспоминания Пандоры о пытках родителей и её самой в этой комнате вдруг ожили и были готовы снова причинить невероятную боль. Но вместо них пришли совершенно другие эмоции – сочувствие к этим людям, печаль и сожаление о том, что они мертвы, а я жива. Медленно сползла по косяку вниз и зарыдала, оплакивая утрату. Кто же выпустил своё горе наружу – я или Пандора? Это было уже не важно – здесь была я, и это теперь моя жизнь и мой дом. Ни прошлой Пандоры Тейт, побывавшей в магической коме, ни девушки, когда-то зарезанной ножом, больше нет. Я осознала, что зря пыталась разделить их в своей голове, ибо это теперь всё время только я, только моя личность. Осознание своего «я» подарило успокоение, слёзы высохли, и мой желудок, который видел лишь вчерашний обед, исполнил жалобную песнь грустного кита, напоминая, что неплохо бы подкрепиться. На кухне внезапно обнаружилась домовушка в маленьком жёлтом платьишке, белом фартуке и чепце. Она ловко сервировала кухонный стол, выставляя на него нежный омлет с поджаренным беконом и большую чашку с чаем. Не помню, чтобы у меня был домовик, поэтому грозно уставилась на неучтённую прислугу. Домовушка тихо ойкнула, а потом пропищала: – Нелли хотеть вас порадовать, госпожа! Не надо наказывать Нелли, – она смотрела на меня таким умильным взглядом, со слёзками на колёсиках: – Нелли принести вам письмо, а тут у вас на кухне словно тролль порезвился. А сам хозяин просить Нелли следить, чтобы госпожа хорошо кушала. – А где письмо? – я уже догадалась, кто мог прислать мне эту домовушку, и теперь хотела в этом убедиться. Нелли достала из-за пазухи конверт. Села за стол, положив письмо рядом. Подождёт. От аромата свежего омлета текли слюнки. Я решила сначала утолить голод и лишь потом приступить к чтению. Тем более кто-то очень беспокоится, что я буду плохо питаться. Лишь спустя полчаса, взяла конверт в руки и разрезала его чистым столовым ножом. Сердце привычно пропустило удар – этот изящный почерк я, наверное, не забуду никогда. «Пандора! Прими, пожалуйста, Нелли. Я хочу быть спокоен, что у тебя есть кто-то, кто может о тебе позаботиться. Береги себя. Д.М. P.S. На домовике условная привязка ко мне, которая прервётся с произношением ритуальной фразы». Посмотрела на Нелли с улыбкой, и та смущённо шаркнула ножкой. Ладно, Драко, я позволю о себе позаботиться таким образом: – Добро пожаловать в мой дом, храни его очаг и кров, – от этой короткой фразы домовушку охватило золотое свечение, которое быстро впиталась в её тело. Однако мой внимательный взгляд выхватил пару голубоватых всполохов. Значит, Малфой оставил для себя какие-то лазейки. Посмотрим потом, до какой слизеренской хитрости додумался парень. Ещё раз осмотрев одеяние Нелли, спросила её: – Любишь красивые платья? – Да, Нелли любить горошек, – смущённо потупила глазки домовушка. Грязные наволочки и полотенца – это признак хозяина, которому всё равно, во что одеты домовые эльфы. Раньше многие считали, что раз они незримы, то и наряжать их не следует. Сейчас всё поменялось – появилась красивая форменная одежда и уважение к «фиксации» домовика на определённом предмете гардероба или цвете. Хозяева порой подкидывают своим домовикам то, что им нравиться, потому что прямая передача вещи действительно равносильна изгнанию. Даже в Хогвартсе эльфы носят форму с гербом замка и разнообразные аксессуары, которые этой формой не предусмотрены – шапочки, носки, перчатки, бантики и резинки для волос, была пара эльфов, носивших форму ярких цветов, а ещё одна домовушка любила серьги. И если не отбирать у эльфа его любимые вещи, не запрещать их носить, то работают эти создания с удовольствием и вполне довольны своей судьбой. Пока вспоминала, где в этом доме хранилась ткань, Нелли быстро убрала остатки трапезы и подлила чаю в мою большую кружку. Благодарно кивнула ей, поднялась и позвала домовушку с собой. Наш путь лежал через весь дом. Его интерьер не менялся, наверное, с тех пор, как я родилась. В моей голове при взгляде вокруг вспыхивало лишь одно слово – «Ремонт». Хотелось осовременить тут всё, сделать комфортным для себя. Это пространство можно оптимизировать, сделать уютней, и магия мне в помощь – ремонт не затянется до бесконечности, как это обычно бывает у простых людей. Комод с тканями и старой одеждой нашёлся в затхлом и пыльном чулане, заваленным мебелью практически до потолка. Хорошо, что стоял он практически у входа, и я беспрепятственно открыла верхний ящик, в котором хранились разнообразные отрезы тканей. Среди них были и любимые Нелли горошки. У домовушки от восторга засветились глаза. – Это тебе, – её маленькие ручки сцапали отрез ярко-жёлтой ткани в чёрный горошек. – Если хочешь, то можешь жить не на кухне, а в этом чулане. – Хочу-хочу, – закивала домовушка. – Тогда вот моя первая просьба – расчисти его, пожалуйста. Мебель можно трансфигурировать… – я задумалась. – Да хотя бы в дрова, хотя, нет, нам нужны стеллажи и коробки для хранения вещей. Комод с тканями и вон тот диванчик оставь, только чуть передвинь вон туда. – Я мигом, Нелли всё сделает! Первый стеллаж для хранения я трансфигурировала сама, а домовушка просто повторила за мной, создав ещё остальные. Точно так же с разнообразными коробками – я сомневалась, что Нелли когда-либо видела пластик, поэтому создала образец из какого-то деревянного обломка. Пока моя маленькая помощница была занята, поднялась на чердак, потом спустилась в мастерскую на первом и в книгохранилище в подвале. Мысленно застонала, увидев, что везде не меньший бардак, чем в том чулане, и это я ещё в магазин не заглядывала. Решила отложить книгохранилище на потом и вернулась в мастерскую. Здесь было невероятно темно, а мебель казалась пошарпанной. Немногочисленные инструменты, книги учёта и даже заказы, которые отец взял, но не успел сделать, находились в полном беспорядке. Это место, несомненно, навевало хорошие воспоминания, но, тем не менее, всё хотелось отсюда выбросить и сжечь, а ещё сменить мрачный цвет стен и увеличить окно, чтобы впустить свет и получить возможность любоваться зеленью небольшого заднего двора. Кстати о нём… я нахмурилась, понимая, что одно вытащит на свет другое, поэтому позвала Нелли к себе. Та предстала передо мной в новом красном платье в белый горошек и ободрилась, увидев мою улыбку. Я дала своей маленькой помощнице распоряжение: все вещи сложить в коробки и вынести пока что на чердак. Задумалась, где бы найти ремонтную бригаду, потому что не домовушке же поручать ремонт. Посмотрев, как по мастерской кружится маленький ураганчик, отправилась наконец в магазин. Мистер Ковальски любезничал с очередным посетителем, явно туристом, предлагая ему ту или иную книгу с описанием достопримечательностей Гемпшира. Поэтому я, оставшись незамеченной, начала бродить по магазину и поняла, что в дальние ряды сам продавец не заглядывает. Там было пыльно и стояли самые кособокие стеллажи из всех возможных, но покупатели там тоже бывали. Например, сейчас там стоял, оперевшись о стеллаж, старичок с длинной белой бородой, в чёрной бархатной мантии и домашних тапочках и читал какую-то книгу. Для избавления от пыли пришлось использовать усиленное заклинание, и, кажется, я переборщила, потому что серый потолок над головой внезапно стал белым. Повертела головой, увидела небольшой простенок в закутке и создала из пары книг Златопуста Локонса, невесть откуда затесавшихся на полке с исследованиями магических народов, стул и лампу. Предложила покупателю присесть, и тот рассыпался в благодарностях. Кивнув, оставила его наедине с заинтересовавшей книгой и поспешила к продавцу, который уже обслужил покупателя. Мы обсуждали обновление магазина почти два часа. Если мистер Ковальски и был недоволен, что мы закроемся на несколько дней и тому, как поменяется расстановка стеллажей и раскладка книг, то виду не подал. Единственное, что он не одобрил – предложение поставить кресла и светильники в простенках. – Это не библиотека! – заявил продавец. – Ваш отец… – Всё равно есть и будут те, кто предпочитает сначала прочесть заинтересовавшую книгу, а потом, возможно, купить. Даже если не купят, то невелика потеря. Я не обеднею. – Но ваш отец приказывал гонять таких читателей взашей! – Я, честно говоря, не помню такое, да и не считаю это правильным. – Ну, хорошо, – смирился продавец. – Но следить за ними я не буду! Вот как будто он не в курсе, как настроена охрана этого места – не купленную книгу отсюда вынести всё равно не получится. Не думаю, что обновлённые пару лет назад заклинания уже развеялись, но после ремонта всё равно обновлю их. Обсуждение предстоящего ремонта продолжилось. Мистер Ковальски вспомнил, что Портсмуте живёт община гномов, которая делает высококлассный ремонт, и я согласилась к ним обратится. Сделаю это завтра, чтобы не затягивать и не лишать нашу улицу единственного книжного магазина. Я собиралась уходить к себе, чтобы составить список дел и план ремонта, как колокольчик на двери прозвенел, оповещая прибытие нового покупателя. Им оказалась молодящаяся дама с едва заметными усиками над верхней губой. Проигнорировав продавца, она бросилась ко мне. – Пандорочка, милая, я так рада твоему возвращению, – защебетала она и начала пересказывать все мало-мальски значимые сплетни нашей тихой улочки. От попыток вспомнить её имя и бесконечной трескотни у меня разболелась голова. Вывалив на меня кучу всего, дама вдруг спросила: – Вы же восстановите мне книжечку до завтра? Она достала из сумочки магловский роман в мягкой обложке, зачитанный по всей видимости до дыр. Я едва не рассмеялась, увидев, что это «Дикарь и Простушка» Джоанны Линдсей. Однако ничто человеческое магам не чуждо. – Извините, но я не принимаю заказы. Мне бы разобраться с теми, которые взял мой отец. – Ну, хорошо, – поджала губки дама. – Я подожду, но давайте уже поскорее. Я кивнула и поспешила к себе, пока на меня ещё кто-нибудь не напал. Весь остаток дня просидела над пергаментами, составляя список дел и планы. Когда закончила и пробежала глазами, то даже слегка испугалась. Мне показалось, что слишком замахнулась, но с другой стороны я не смогу жить и работать в старой обстановке. Почему не начала менять её год назад? А просто не было ни сил, ни желания, и к тому же не покидало ощущение, что всё это не моё, и я не имею права что-либо здесь делать. Приняв решение, отправилась на прогулку, где была атакована ещё одной дамой, которой нужно было до завтра восстановить роман «Мужчина моих грёз» всё той же Джоанны Линдсей. Не удивлюсь, если в ближайшее время ко мне подрулит третья дама с романом того же автора. Нагуляв аппетит, я поужинала и легла спать с чувством, что завтра начинается новая жизнь. Приснился мне почему-то Драко, однако этот сон не принёс боли – я поняла, что уже скучаю по нему и очень хотела бы увидеть. Однако утром я вскочила и, с усилием преодолев свой подсознательный страх аппарации, переместилась в Портсмут по координатам, которые дал мистер Ковальски. Облегчённо выдохнула, когда всё получилось, и отправилась в контору под названием «Бровак и сыновья». Вышла оттуда спустя три часа взмыленная как лимон, но с подписанным контрактом. Гномы оказались очень дотошным и обожали торговаться. В итоге я выбила себе неплохую скидку в обмен на всю ненужную мне мебель. Даже если я продешевила, то мой дом освободится от ненужных вещей без лишней головной боли – гномы сами всё заберут. Подозреваю, что мебель будет отреставрирована и продана кому-нибудь ещё. Прогулялась по Портсмуту, заглянула в магазинчики, полюбовалась морем и совершенно случайно увидела вывеску гласившую, что здесь находится самый крупный книжный склад Британии. Вспомнила дам со своими «драгоценными» томиками магловских любовных романов и решила заглянуть, чтобы прощупать почву. Выходила оттуда с нужной информацией и идей создать стеллаж с магловской литературой – не издательство, как хотел отец, но всё равно что-то новое для магического мира. Когда вернулась, магазин и мастерскую уже наводнили гномы. Бригада состояла всего из пяти крепких бородатых мужичков, а ощущение было, словно их двадцать. Они успели упаковать половину книг магазина в коробки, представленные домовушкой, уменьшить часть стеллажей и витрины, сложив их в пустой мастерской, снять окно в ней и расширить отверстие под него. И это было только начало – эти две недели дом, казалось, потряхивало, но гномы действовали споро. Через два дня я получила полностью обновлённое помещение магазина с обновлёнными стеллажами и витринами. Мы с мистером Ковальски, при поддержке Нелли очень шустро сформировали все книжные секции, я даже успела закупить партию магловских любовных романов, детективов и нескольких фентезийных книг. Продавец сначала поворчал, мол, и без этих книжонок хорошо, однако, взяв в руки «Волшебника Земноморья» Урсуллы Ле Гуин, так увлёкся, что выкупил книгу для себя. Когда магазин открылся вновь, эта самая полка магловской литературы привлекла, наверное, всех магов, живущих в Гэмпшире. Позже я узнала, что невольно помогла в создании кружка «Любителей магловской литературы Саунтгемптона». Разобравшись с обустройством магазина, я перебралась в новую светлую мастерскую и начала разбирать вещи, оставшиеся от родителей. Учётные книги, относящиеся к хранилищу, оказались зашифрованы. Вздохнув, отложила их для отправки на чердак – шифр мне неизвестен, поэтому они для меня бесполезны. Придётся разбирать книгохранилище и самой создавать его каталог. Всё остальное: принятые отцом заказы и инструменты я разложила по полочкам на новых стеллажах. Пока разбиралась с мастерской, задумчиво глядя на задний двор, гномы перебрались на второй, жилой этаж. Бедная Нелли ходила за ними по пятам, искренне переживая за схранность своего чуланчика, потому что кухню они буквально разгромили. Однако надо отдать должное, что уже через три дня она превратилась в конфетку, став уютнее и светлей, а домовушка просто светилась от счастья за своё основное рабочее место. С моей спальней вышел казус – я заказала небольшую кровать, где удобно было спать одной, а гномы установили монструозную кровать королевских размеров с балдахином. Я ругалась, пыталась объяснить, что они ошиблись. Однако работники пожимали плечами и говорили, что так и было прописано в контракте. К счастью, удалось заставить их убрать балдахин и столбики, его удерживающие. Лишь на следующий день, когда я поставила на отремонтированный чердак последнюю коробку вещей, которые не поднялась рука выкинуть, стало понятно, кто эту злополучную кровать для меня выбрал. На столе вместе с обедом лежал конверт и небольшой свёрток. «Пандора, поздравляю с окончанием ремонта. Искренне надеюсь, что теперь тебе уютно и спокойно в собственном доме и есть, где спать поперёк кровати. Может быть, в ней когда-нибудь окажусь и я. Поэтому пришлось подкорректировать её размеры, ибо негоже великолепному Малфою в такой тесноте ютиться (хотя я не против). Так же прими этот замечательный подарок - ловец снов. Это артефакт, избавляющий от кошмаров. Спи сладко, моя прекрасная Пандора. Д.М. P.S. Отец обозвал меня дураком, узнав, что мы расстались. Это ведь вполне заслужено, правда?» Улыбнулась и положила письмо в специальную шкатулку. Буду потом перечитывать долгими зимними вечерами. Ловец снов оказался красивым – синий с белыми перьями и причудливым узором по центру. Так и не поняла, работает ли он, но украшение из него получилось неплохое. В дополнение к ловцу снов от Малфоя я сделала себе подарок в виде неширокой и длинной, больше моего роста, подушкой. Обнимая её, я засыпала ещё быстрее. Через пару дней, когда я заканчивала первый заказ по реставрации, Малфой прислал ещё одно письмо, которое лежало рядом с моим завтраком, словно появилось из ниоткуда: «Пандора! Поздравь меня, я сделал наконец-то татуировку. Магическую! Это полный улёт – дракон смотрится как живой. Отцу понравилась идея, и он тоже перекрыл метку татуировкой в виде герба нашей семьи. Теперь ничто не напоминает о прошлом, и это здорово! Д.М. P.S. Меня приняли в ликвидаторы темномагических проклятий и предметов при Отделе Тайн. Не совсем невыразимец, но и не аврор. Поступлю на службу после годичных курсов. Грейнджер требует, чтобы мой отец воспользовался связями и пристроил её в Министерстве, потому что провалила собеседование. Я ведь её парень, типа. Горько осознавать, что я в ней ошибся.» На это письмо я ответила, найдя в своём магазине книгу о татуировках-оберегах у магов других стран, черканула на простой белой карточке "Поздравляю!", упаковала подарок и отправила его Драко с совой из ближайшей совятни. Переписка между нами не завязалась, и это было хорошо, потому что я скучала по Малфою. Хотелось повернуть время вспять и поменять свои решения, лишь бы парень оказался рядом. Погрузилась в работу, чтобы ничего подобного не чувствовать, и в один из прекрасных дней поняла – я выздоровела. Я стала сама собой, у меня нет приступов, и появился вкус к жизни, появились свои желания, которые не терпелось исполнить. Отметила это событие бокалом вина, хотя очень хотелось написать Драко письмо и похвастаться достижениями. В моей жизни наступило затишье. Я получала изощрённое удовольствие от работы, и чем сложнее была реставрация книги, тем интереснее. Я даже в шутку начала называть себя «книжным некромантом», потому что порой реставрировала то, что казалось бы восстановить невозможно. Удивление вызвал первый поклонник, который подарил цветы и позвал на свидание. Он заявил, что так просто не отступит, но куда-то исчез, даже в магазин не заходил. Лишь потом окажется, что этот парень так и останется моим первым и единственным поклонником – кое-кто «отстреливал» остальных на подлёте. На следующее утро в спальне мне почудился запах Малфоя, который быстро исчез, стоило мне пошевелиться и открыть глаза.