Дождь

Если так - значит, в мире какая-то ложь! Так не должно быть! Нет! Потому что нужно: если мне - дождь, то тебе - солнечный свет. Как дочка, солнечный! Как слюда! Как трескучая пляска огня! У тебя не должно быть дождей никогда. Пусть они идут у меня… Роберт Рождественский

Дождь просыпался из облаков сначала мелкими каплями, но уже через пару минут встал стеной. Стой и наблюдай, как он размывает мир. Этери смотрела в нечеткие контуры городских очертаний за струями, льющимися с небес. Плечом подпирала стену под козырьком бостонского катка. Все катки в мире одинаковые. Впрочем, рестораны, гостиницы, даже дороги и мосты - очень похожи. Только люди отличаются. Есть города и страны, где твои люди, а есть - остальные. Открылась дверь и блондинка чуть подалась вперед, ожидая, что это дочь с партнером наконец собрались и можно ехать домой, но вместо них вышел гладкобритый по периметру молодой человек в кепочке. Взглянул на водяную стену неба и подпер плечом стену с противоположной от дверей выхода стороны. Долго взглянул на стоящую неподалеку женщину, будто оценивая, стоит ли начать светскую беседу. - Диана сказала, что правки, которые она предложила, ваша идея,- наконец начал мужчина. - Вам не нравится, что я вмешиваюсь в работу?- уточнила Этери посыл вопроса. - Нет, я хотел похвалить ваше видение,- улыбнулся хореограф. - Спасибо,- блондинка засмеялась.- Выходит, я тоже какой-никакой, а специалист. И не только в нашем мордоре, но и в вашем валиноре. - Я не об этом,- мужчина покачал головой,- вы тренер, хороший тренер, но вы видите как хореограф. А это редкость. - Кто на что учился,- отмахнулась блондинка. - А?- не понял собеседник. - Бенуа, вообще-то мы с вами могли быть коллегами. В дипломе у меня так и написано - хореограф-постановщик,- усмехнулась Этери. - И почему мы с вами не коллеги?- поинтересовались от стенки через дверь. - Потому что я тренер, а вы - хореограф,- простая до очевидности мысль. Дождь продолжал застилать воздух, превращая мир в картину импрессиониста. В воздухе пахло водой. Лужи на асфальте становились больше с каждой минутой. Отдельные капли долетали до двоих под козырьком. - Так и почему вы тренер?- улыбнулся Ришо. - Бенуа, что останется от вашей программы, если вам дать кривого, косого, неумелого фигуриста?- Этери перестала смотреть в дождь и взглянула на мужчину неподалеку.- Правильно. Ничего. - Ну, знаете, если прыгунца оставить без нормальной программы, тоже ничего хорошего не будет,- поморщился хореограф. - Ну, почему же? Если он прыгает втрое лучше других, он все равно будет высоко и своего тренера прославит. А если он падает без остановки, то никто вашей программы и не увидит. Даже если она совершенно прекрасна. - Можно работать с теми, кто не падает. В танцах в конце концов,- не согласился хореограф. - Вот видите!- радостно подхватила мысль Тутберидзе.- И вам нужен такой спортсмен, который бы не падал. И вы хотите, чтобы он был! Только я могу его сделать, а вам остается ждать, пока его сделает кто-то другой! - Тогда только танцы,- захохотал мужчина.- Там падают редко. - Отделение ссыльно-каторжных,- фыркнула Тутберидзе. - Не понял?- вот тут менталитет и проявляется, откуда бы понять иностранцу про ссыльно-каторжных. - Господин Ришо, сколько вы знаете танцоров, пришедших в свой вид по зову сердца, а не потому что тренер ему сказал - иди в танцы, от тебя проку в других видах нет и не будет?- блондинка пристально и тяжело взглянула на собеседника. - Про свою дочь вы так же думаете?- удивился Ришо. Порыв ветра забросил под козырек горсть капель и рассыпал ее по земле и людям, прячущимся от дождя. - Я очень люблю Диану. Она слышит музыку так, как я ее никогда слышать не буду. Но, когда Диша через два на третий собирала каскады три-три, ее одногруппницы начали прыгать четверные. А я хочу, чтобы она боролась за медали. - А она?- мужчина оценивал то, что слышал и то, что видел, наблюдая за лицом собеседницы. - А она спортсменка, значит должна хотеть выигрывать. Ее этому с детства учили,- руки скрещены под грудью, плоское кольцо на пальце левой руки оплетает фалангу, как плющ ствол. - Ей вы тоже сказали, про это? По ссыльных и каторжных?- поинтересовался мужчина. - Нет, конечно, но она же не дурочка. И без слов поняла,- легкий вздох стал завершением фразы.- Зато у нее была возможность поехать на олимпиаду. И еще будет, когда все успокоится. - И, может быть, ее устроит быть хореографом, а не тренером в будущем. Так?- мужчина был проницателен. - Вы считаете это связано?- попыталась соскользнуть Тутберидзе. - А вы?- дождь стих и из проливного превратился в моросящий. - Побегу я,- улыбнулся хореограф и вынырнул из-под козырька.- Кстати, приглашайте меня ставить вашим спортсменкам! - Нет,- отрезала Этри.- У нас не получается работать с чужими хорошо. - Точнее вы не любите, когда кто-то понимает, что тренеру нравится быть хореографом,- кивнул собеседник, ежась от мелких капель.- Не переживайте, я сохраню ваш маленький секрет, если вы предложите сотрудничество. - Спасибо, но по отношению к вам это будет нечестно,- покачала Этери головой.- Так что мы как-нибудь сами. - Жаль, я думаю, у нас получился бы отличный дуэт,- пожал плечами Ришо. - Для дуэта у меня тоже есть второй голос,- тихо улыбнулась женщина.- Даже первый. *** Над далеким пляжем сверкнула молния и о крышу уютного бунгало стукнулись первые тяжелые капли дождя. Мужчина поднял голову, прислушался к новому звуку и подошел к окну. Дождь просыпался из облаков сначала мелкими каплями, но уже через пару минут встал стеной. Стой и наблюдай, как он размывает мир. Даниил смотрела в нечеткие контуры очертаний пальм и линию горизонта за струями, льющимися с небес. Мерный шум воды с неба заглушал все мысли и звуки. Он чуть вздрогнул, когда к плечу прикоснулась рука: - Этот дождь тебе помешал работать?- раздался за спиной женский голос. - Нет. Просто думаю,- не оборачиваясь проговорил мужчина. - О чем?- девушка все так же стояла за спиной, не решаясь встать в поле зрения собеседника. - О любви,- и снова не развернулся. Беседовать он не хотел. Хотел смотреть на дождь и ни о чем конкретном не думать. Хотя бы до возвращения в Москву.