The Experience

Чай обжигает горло, и Катя морщится, шипя. Андрей протягивает ей стакан воды. - Она комнатной температуры, должна помочь. Катя делает глоток и выдыхает. Они встретились неподалёку «Зималетто» в ближайшей кофейне. Воистину, Виноградова была святой, ни один начальник не позволил бы Кате так часто отвлекаться на собственные проблемы. - И что ты думаешь по этому поводу? Рассказать про фотографии Жданову было скоропалительным решением, но не сказать она тоже не могла. Конечно, упустив информацию про томографию Саши и больничные выписки, упоминав только о личном досье. Зорькин бы убедил её сбежать сразу же, Юлианна беспокоилась бы. С Андреем сказывался опыт совместной работы, когда они еще были одной командой. - Я запуталась, Андрей, - она шумно вздохнула и потерла пальцами виски, - Я не могу понять на самом ли деле все или только в моей голове. Это психология, понимаешь? Пока я не нашла это всё, думала, что просто такой характер. А теперь меня пугает его зацикленность на мне. Жданов кивает и откидывается на спинку стула. Он выглядит задумчивым и обеспокоенным. - По поводу того, что я узнал, - он прочищает горло и отворачивается к окну, - Я поговорил с матерью. У Воропаевой-старшей был психоз. Юрий не сильно старался помочь жене, все только усложнялись, поэтому есть все основания полагать, что авария была не случайной. - Думаешь…. - Я не знаю, что думать, Кать. - он тяжело вздохнул, - Эту историю замяли и никто, слышишь, никто не говорит об этом вслух. Такие тайны обычно хоронят вместе с людьми. Страх больно уколол в живот. Пазл складывался, но что-то мимолетно ускальзывало от Кати. - Андрей, ты же понимаешь, что я попрошу держать наш разговор в секрете? - Отрицаешь мои чувства к тебе, но почему-то уверена, что я буду на твоей стороне? - Я и не уверена, Жданов, - она смотрит прямо на него, - Я надеюсь, что ты будешь на моей стороне. Хотя бы из чувства вины. Андрей хмурится и подзывает официанта принести счет. - Кать, по поводу прошлого. Я хочу чтобы ты верила мне. Это была не блажь и не притворство, я, может, и упустил возможность на взаимность, но я не могу не переживать за тебя. - Я могу понять, почему ты так поступил. Могу понять, что тобой руководствовалось. На тебя давили обязательства, отец не доверял, мы загнали компанию в такое бедственное состояние. Но и ты пойми тоже. Моя жизнь и мои чувства ровно так же важны, как и твои. А ты этим пренебрёг. - она схватила вещи и встала, - Я позвоню, если что. - он снова кивнул, глядя, как она уходит, - И, Андрей, ты тоже можешь позвонить, если понадобиться моя помощь. Зачем она это сказала напоследок, объяснить не смогла бы даже себе. Возможно, слишком много всего на неё давило сейчас. Возможно, говорить с ним сейчас ей было более комфортно, чем остаться наедине с размышлениями о том, как она будет узнавать все у Кристины. Прежде чем сесть в машину, Катя замечает на парковке знакомый автомобиль. **** Глядя на неё, Жданова бросало то в жар то в холод. Сложно было определить, чего он сейчас хочет больше: броситься к ней и вымаливать прощение за прошлое или тихо помочь ей с будущим. Пекло было в том, что в настоящем она бы не позволила ему ничего. Катерина выглядела уставшей и запуганной. Слишком хрупкой, чтобы распутывать паутину лжи и тайн, диктованные их семьями. Жданов едва ли планировал выматывать её разговором об их совместном прошлом, наделал ей горя, а теперь «прости» банальное вытаскивал из себя клещами. Она отрицала все его чувства и признания. Упрямо, с бульдожьей хваткой, держалась за инструкцию, и, может, даже была права, что не прощала. Жданов был ей не пара. Она была слишком хороша для него. Но он был упрямым, теперь, даже по-взрослому взвешенным и настойчивым. Воропаев мог причинить ей боль, его повернутость на Пушкаревой была не здоровой с самого начала, а потом, когда узнал про подозрительную папку в шкафу, убедился окончательно. Катерина закапывала сама себя. Отношениями с таким психом, как Александр, сотрудничеством с Корсаковым, упрямством. На подкорке сознания всплывали воспоминания о том, каким одержимым ему казался влюбленный Воропаев в прошлый раз, в Германии, с той незнакомкой, которая в последствии разбила ему сердце. И где-то глубоко внутри кольнула безумная мысль: не была ли эта самая девушка Катей? Она ведь стажировалась в Берлине примерно в тоже время. Но когда он бросился спросить её об этом, Катерина уже выезжала с парковки. **** Flashback Он принял решение остановить все и начать лечение в тот момент, когда вместо чужой шеи он увидел её. Хрупкие ключицы в синяках и ужас на застывшем лице. Александр повторял, как мантру, не навредить ей. Не сделать больно. Единственным правильным решением было - отпустить. Снова обратиться к психиатру и начать лечение. Избегать вечного триггера, а смотреть на неё было прямой провокацией для чудовища. Анатолий Викторович, добродушный лечащий врач покойной матери, улыбался ему успокаивающе. - Я рад, что вы не пошли по стопам Ольги и всё-таки решились на диагностику. По началу порывался сделать себе поблажку. Как в метадоновых клиниках, когда зависимым выдают фиксированную дозу, чтобы легче пережить ломку и не сорваться в пропасть снова, но спустя полгода интенсивной терапии и медикаментозного лечения вой в голове стал почти терпимым. Чудовище в его голове почти не замечалось, Воропаев загрузил себя работой, начал беспокоиться состоянием Киры, которая и без того едва не сходила с ума, выкидывая за порог очередную любовницу Жданова. И тогда в голове появился план, куда можно было направить клокочущий гнев внутри. Он решил бороться за президентское кресло с тем же усердием, что и Жданов. Кристина опять была далеко, а Кира сердитой кошкой щетинилась каждый раз, когда Александр начинал баталии за превосходство. Павел наивно списывал все на здоровую конкуренцию и даже решил поддерживать сторону Воропаева. Совершенно не подозревая, что он хотел бы на самом деле сделать с его сыном. Таблетки помогали, но потом произошло то, от чего все прежние старания пошли крахом. Когда Андрей Жданов принял на должность секретаря Катерину. Теперь она не смотрела сквозь него, но то, с каким обожание её глаза впитывали в себя образ Андрея, жгло внутренности. Его состояние обострялась каждый раз, пока она не начала ему отвечать. Изо рта лились язвительные комментарии и уколы, а она гордо вскидывала подбородок и отвечала, хоть и внутренне тряслась при каждом взгляде на него. Его практически выворачивало наизнанку, когда она бросалась амбразурой на защиту. И от чувства собственной никчемности можно было прямиком в петлю. Однажды, Кира замечает его состояние, они пьют у неё в квартире не закусывая. Кажется, ненависть к Пушкаревой в сестре возгорается с новой силой. Саша в моменте почему-то забывает, что случившегося в Германии - не существует. **** Катя цедила вино маленькими глотками, наблюдая, как Кристина вливает в себя уже третий бокал. Как назло даже вечером Воропаева приехала не одна и план поговорить обо всем с ней в очередной раз провалился. По крайней мере, сейчас уже идея снова залезть в Сашины документы и как следует их проанализировать не казалась дикой. Саша вернулся в плохом настроении и, стаскивая с плеч пиджак, ухватился за коньяк. - Что за посиделки у нас сегодня? - он присел на диван, закидывая одну руку поближе к Катиной спине, а второй стягивал галстук. - А ты не рад нас видеть, дядька? Кристина прижимается к Артёму, глупо хихикает, и Катя чувствует стыд от того, что совсем перестала интересоваться остальными. Парочка напротив явно наладила контакт. - Я хотела тебе позвонить, но Крис решила устроить тебе сюрприз. - отвечает Катя, прижимаясь к Саше под бок. Мужчина заметно расслабляется и обнимает её со слабой улыбкой на лице. - Я не против, - шепчет он ей в ответ, - Устал на работе сегодня, трудный день. Он целует её в кончик носа и трется об него своим. Катя чувствует, как волна нежности накатывает горячей волной. Господи, как же она его любила. Даже если он окажется самым ужасным монстром на свете. Они закругляются примерно через полчаса. Кристина висит на Полесову обезьянкой, а он застегивает её легкую куртку. Катя устало поднимается, чтобы их проводить, а потом возвращается в комнату с единственной мыслью в голове. - Я сегодня встречалась со Ждановым. Александр каменеет на минуту, а потом хватает коньяк со стола и наливает в бокал. - Зачем? Катя сглатывает вязкую слюну и шумно выдыхает. - Вчера, на дегустации, он действительно просто извинился. А еще попросил помочь ему с работой на производстве, - она врала, но это было лучше, чем ничего не сказать, - Если ты помнишь, до всей этой истории, мы были хорошей командой, а я… я уже достаточно повзрослела, чтобы таить бессмысленную злобу на несостоявшийся роман. - он кивает и делает глоток спиртного, - К тому же, у меня к нему больше не осталось никаких чувств. Она присаживается напротив него на низкий столик. Саша наклоняется к ней и берет за руки, лаская большим пальцем её запястье. - Спасибо, что рассказала, - он смотрит ей в глаза, и Катя не улавливает там ни капли злости или раздражения. - Вчера ты слишком бурно отреагировал на то, что я с ним говорила, и я подумала, что, наверное, это лишнее рассказывать тебе. Поэтому утром вела себя странно. Но потом решила, что тебе стоит знать. - она гладит ладонью его лицо и облизывает губы, следя за тем, как его дыхание сбоит. - Я люблю тебя, Саша. Он целует её осторожно. Касается губами её губ и улыбается, наконец-то, расслабленно. А потом молча встает и отходит в спальню. Катя кусает губы, силясь понять, что она сделала не так. Он возвращается, держа в руках знакомую папку, и панику накрывает. В ушах шум, и очень хочется сбежать, но еще больше хочется узнать правду. И, кажется, Саша готов объяснить ей всё прямо сейчас. - Тогда ты должна кое-что узнать обо мне. - он отдает ей в руки папку, её пальцы подрагивают, и перед глазами пляшут слова, которые она от паники не в состоянии сложить в предложения. - Моя мать была больна. Галлюцинаторный психоз. Это было достаточно тяжело, скрывать ото всех, говорить каждый раз, что ей нездоровится. Катя заметно дрожала, скручивая запотевшие пальцы, а он все продолжал. - После гибели родителей, мы по очереди проходили обследование. Чтобы убедиться, что с нами все в порядке. Катя опускает глаза на справку. «Пациент: Воропаев А.Ю. Диагноз: здоров.» Здоров. Слезы хлынут из глаз градом. Катя рыдает надрывно, вслух, громко, задыхаясь. Теплые пальцы мужчины вытирают мокрые дорожки на щеках и обнимает. Она крепко к нему прижимается, врезаясь мокрым носом в ключицу, размазывал некрасивыми пятнами туш на его рубашке. Здоров. Черт возьми. - Прости меня, - горячо шепчет она, - Прости, что вела себя, как идиотка. Я так хотела быть к тебе ближе, что чуть не оттолкнула. Саша целует её в макушку, вдыхая запах волос. - Я тоже тебя люблю, Пушкарева. Он говорит это со смехом в голосе, и её отпускает. Единственной головной болью остаётся только проклятая вторая папка, но она оставит это на следующий раз. Катя решает не ввязываться ни в подробности аварии, ни в дела в компании. Пускай на время все останется таким же прекрасным рядом с ним. А Саша все продолжает баюкать её в своих объятиях и шептать признания в любви.