The Reintegration Process

      Хор визжащих и ерзающих старшеклассников, поднимающихся со своих стульев, можно услышать, когда в пятницу днем прозвенит последний звонок. Энн первой выходит из класса. Другие ученики заполоняют коридор, выходя буквально отовсюду. Энн уклоняется, пригибается под их руками и маневрирует мимо групп, поглощённых беседой, пока не добирается до небольшого, чуть менее переполненного людьми зала справа от неё. Она становится им, оставив большую часть суеты на произвол судьбы. Она молча желает им удачи на их пути. — Не то чтобы они были очень нужны тебе, — говорит кто-то, чей голос Энн узнаёт за несколькими последними отставшими и людьми, доставающими вещи из своих шкафчиков. Она продолжает идти на звук, шепча извинения людям, мимо которых ей приходится протискиваться. — Это очень мило, что ты считаешь, что я умная, — отвечает Марси на то, что сказала Саша, чем бы то ни было. — Ты умная. Энн, подтверди, что Марси умная.       Энн восстанавливает равновесие после того, как протиснулась мимо последнего человека. Она оценивает ситуацию. Марси стоит на коленях на полу, пытаясь засунуть учебник в свою сумку поверх множества других. Знакомое зрелище. — Я говорю ей об этом, Саш. Каждую неделю, — Энн наклоняется и помогает ей. — Ты знаешь, что она не слушает. — Она продолжит не слушать, если ты продолжишь позволять этому просто сходить ей с рук. Честно? Я думаю, ей это нравится. — Нет! — Марси протестует. — Я просто знаю, что они могут быть мне нужны. Это называется быть ответственной. — Ты почти не учишься! — Может быть, я решу, что хочу сделать домашку в следующие выходные! Саша глубоко вздыхает, хватается за голову и пытается найти другой подход. — Ты навредишь себе. — Я справлюсь с этим, — Марси застегивает сумку со значительным усилием. Энн встает. — Мы идем домой вместе? — спрашивает она. Обычно они так и делают, но иногда ее друзья заняты по пятницам. Подготовка к выходным может стать тяжелым испытанием. Марси следует за ней. Она не берёт с собой свою сумку. — Конечно! Саша ёжится. — Окей, класс. Пошли… — Хей, девчонки, подождите! — крикнул кто-то. Вся троица синхронно повернулась. Энн, кажется, узнаёт девушку, бегущую к ним по коридору. Возможно, история? И как же её зовут… — Спасибо, — девчонка останавливается, тяжело дыша. — Я хотела кое о чём вас спросить, — она обращается ко всем, но смотрит на Энн. — Ладно, — отвечает Энн. Её имя… Кейтлин, верно? Она, по идее, должна это знать. Возможно-Кейтлин улыбается и протягивает листок бумаги. — Круто! Я устраиваю вечеринку в эти выходные — или завтра, кто знает. Энн берёт листок. — Я бы хотела вас пригласить, но я не могу найти вас нигде, кроме школы. Где вы вообще тусуетесь? Энн неопределенно хихикает, чтобы отмахнуться от вопроса, на который она намекала. Большую часть времени вне школы они проводят в другом измерении, а рассказывать или объяснять это Кейтлин было бы… не особо комфортно. — Вот мой номер, — продолжает Кейтлин, — Позвоните или напишите мне или что-нибудь для выяснения деталей, хорошо? Извините, за это короткое уведомление. Надеюсь, ты придешь. — Д-да, — Энн удается вставить словечко. Кейтлин отходит, прежде чем резко обернуться. — Ой! И ты можете просто сказать своим родителям, что остаётесь на ночь друг у друга, верно? Энн смотрит на остальных. Наверное, он могли бы. Эта идея вызывает у нее беспокойство. «Конечно, — говорит она. — Но, эм, почему? — Там будут мальчики, да. Практически весь класс. Ах, верно. Мальчики. Кейтлин улыбается. — Подумайте об этом, — говорит она и уходит. Энн разворачивает бумагу и просматривает аккуратно выведенные цифры. Идея начинает формироваться. — Что вы думаете? — Что? — спрашивает Саша. — Ты же на самом деле не рассматриваешь этот вариант, не так ли? — Да, так и есть. А ты разве занята завтра? Вейбрайт смотрит в сторону. — Нет, но… — девушка ищет причину. Энн знает, что Саша никогда в этом не признается, но реинтеграция в школьную среду далась ей самым тяжелым испытанием. Переворачивание коррумпированной монархии и ежедневный риск собственной жизнью стоили ей большого количества харизмы популярной девушки, которой она была известна в средней школе. Энн понимает. Она лучше других знает, как тяжело общаться с другими подростками после чего-то подобного. Но это может помочь. — Это может быть весело. Раньше ты любила вечеринки. — Хммм… — Она обнимает себя за предплечья. Ее глаза смотрят куда-то вдаль, — Что ты думаешь, Марси? — О, ну, — начинает Марси. Она закрывает свой шкафчик так осторожно, как только может. « — У меня должна была быть встреча на этих выходных, знаете ли», — она осматривается вокруг. Еще пара студентов здесь и там. — Правительство… дела… — Я знаю, что тебе нужен предлог, чтобы пропустить эту вечеринку, — говорит Энн. — Я… — Марси дергает себя за кончики волос. Она начала делать это недавно, как будто ожидала, что это будет дольше, чем есть на самом деле. — Да, знаю, — признается она. — Я до сих пор не понимаю, почему они позволяют подросткам заниматься такими вещами, — говорит Саша. — Эй, я думала, что я умная! — Так и есть. Я просто не думаю, что они знают, что ты не взрослая. — Справедливо, — говорит Марси. Она смотрит на номер телефона в руке Энн. — Значит, мы идем? — Похоже на то, — вздыхает Саша. — Кстати, кто была эта девушка? — Я думаю, её зовут Кейтлин. Мы ходим на мировую историю вместе. Почему ты спрашиваешь? — Да просто так, — Саша протягивает руку за бумагой, которую дает Энн. Она щурится, переворачивая её в ладонях. — Я уверена, Саш, что нет нужды во всех этих подозрениях, — говорит Марси, наблюдая за ней, — Она казалась очень милой. Она возвращает бумагу. Ее голос не теряет своей циничной остроты, — Я была такой же. Когда-то она устраивала вечеринки. Наступает тишина, Энн понимает, что последние ученики уже покинули коридор. Она хватается за лямки своего рюкзака. — Пойдёмте. Мы можем поговорить об этом по дороге.  — Хорошо, — говорит Саша.  — М-м-м, да, — соглашается Марси, — Просто надо, знаешь ли, — Она осматривает свою сумку в поисках наилучшего способа поднять ее и нести. Она собирается взяться за левый плечевой ремень, когда сумку поднимают с пола. Саша легко вешает её на одно плечо, на другом лежит ее собственная сумка. Марси ухмыляется. — Ты слишком добра ко мне. Она этого не признает. Энн, наконец, кладет в карман номер телефона и ведет подруг из здания через пустой холл.