Мой Паучок

Питер проснулся разбитый, словно после ночного боксёрского поединка – и душой, и телом. Ночь была кошмарной, и даже мысль о школе вызывала у него болезненную гримасу. Единственное, чего ему хотелось – это зарыться в одеяло, спрятаться от всего мира и дать волю слезам. После того дня, когда Мистерио, коварный ублюдок, выложил свою ложь перед всем миром, заявив, что Человек-Паук убил его, хотя тот на самом деле был героем, жизнь Питера превратилась в бесконечную борьбу: за свою истинную сущность и за то, чтобы объяснить, кто он на самом деле. Эта тяжёлая ноша висела на нём, как камень. Большинство людей испытывали отвращение к жёлтой прессе, представленной такими изданиями, как Daily Bugle под руководством Джея Джоны Джеймсона, и не верили в их статьи. Однако находились и такие, кто искренне поддерживал Джеймсона и верил в правоту Мистерио. Ненавистников не стало во много раз больше, но их число значительно прибавилось, ведь Квентин Бек, чёрт возьми, был отличным обманщиком и манипулятором! Якобы спас мир от элементалов и стал всеобщим героем, которому начал завидовать теперь никому ненужный Паук и давший волю злости, прикончил любимчика миллионов, представив всё в лучшем для себя свете. Какой же бред! Питер старался своими поступками подтвердить свою репутацию настоящего героя – Человека-Паука, который спасает жизни и даже стал членом Мстителей. Он хотел, чтобы в нём видели доброго и отзывчивого парня, но не все были рады его участию. Именно этот факт и стал причиной столкновения. Патруль, который должен был стать обычной процедурой задержания грабителей банка, обернулся неприятной встречей с группой протестующих. Эти люди, с плакатами и лозунгами, кричали оскорбительные слова, не желая видеть в Питере ни героя, ни защитника – только ещё одного преступника, угрожающего их жизням. "Пошёл к чёрту, Человек-Паук!" "Долой Человека-Паука!" "Железный Человек отрёкся бы от тебя, будь он жив!" "Почему убийца продолжает притворяться героем?!" В него кидали бутылки с зажигательной смесью, его костюм был испачкан тухлыми яйцами и помидорами. Тётя Мэй, с грустью и сочувствием взглянула на его образ, когда поздно ночью Питер вернулся домой, но она ничего не сказала, понимая, кто стоял за этим, не одобряя такие действия. Без лишних слов она сразу же поместила костюм в стиральную машину, а затем предложила ему его любимые тосты с арахисовой пастой и джемом. Питер знал, что Мэй задумывает о его будущем. Она мечтала, чтобы он оставил свою супергеройскую жизнь и начал жить обычной, забыв про все эти приключения. По её мнению, скоро и другие забудут о нём, найдут новую цель для своей ненависти. Танос был побеждён, Мистерио тоже. Мир может вздохнуть спокойно. Супергерои были ему не нужны, особенно молодые подростки. В Вашингтоне Сэм Уилсон стал новым Капитаном Америка. В строю, служа стране, остался Воитель. Щ.И.Т. пока ещё не распался. Космос был под контролем Тора и Стражей Галактики. Действительно, зачем ему переживать за мир? Преступники каждый день что-то делают, и не только в Квинсе. Может, правда стоит убрать костюм в шкаф и просто плыть по течению? Не задержал бы Питер тех грабителей, на него бы с двойной силой посыпался хейт, кто знает, может деньги кого-то из этих демонстрантов были в их мешках. Могли бы сказать ему простое спасибо! На что-то большее он и не рассчитывал. — Эй, Питер! – Паркер морщится от громкого голоса лучшего друга, но вовсе не потому, что не хотел его видеть. Он чуть не оглох от криков безумной толпы, улетая от них на паутине, прикрыв уши, из которых, казалось, кровь пойдёт. Нед подходит к нему, наблюдая за тем, как Питер берет учебники, складывая их в рюкзак, и закрывает шкафчик. Лидс окидывает его взглядом и говорит: — Выглядишь неважно. Будто тебя побили. Флеш с дружками в переулке тебя подкараулили? — Эм, вроде того, – пробормотал Питер, прикоснувшись к пластырю на лбу. — Вчера ездил забирать наш с тётей заказ на вечер и... в общем, неудачно влетел в столб. Со мной такое бывает. Ты знаешь, какой я рассеянный и невнимательный. Вот и получил пару ссадин и ушибов. Нед скептически на него посмотрел, но через секунду широко улыбнулся, покачав головой. Конечно, он поверил в его историю. Кто мог предположить, что с ним на самом деле произошло и что его единственный друг – Человек-Паук? — Хорошо, что тебя не побили, приятель. — Да, точно... – Питер отвёл глаза, закинув рюкзак на спину. — Где Эм-Джей? — Ещё не пришла. Писала, что опоздает на два урока. Поехала с мамой по магазинам. — Зачем? – удивился Питер. — Не пугай меня, чувак! Ты что, забыл? – выпучив глаза, спросил Нед. — Нет, я... Нет, не забыл. Просто... можешь напомнить? Пожалуйста, – вздохнул Паркер, понимая, что он выглядит как полный дурак. Друзья, вероятно, думают, что ему пора принимать какие-нибудь таблетки для памяти. — В эту пятницу уже выпускной! – огорошил его Лидс, как снегом на голову. Как он и вправду мог забыть об этом? Ах, да, ночные патрули, свидания с Уэйдом, постоянно гложущие мысли... Всё это вытеснило предстоящее событие из головы. Он почему-то решил, что до выпускного осталось ещё столько времени. Питер не отвечал несколько минут, пока они направлялись в класс. — С тобой точно всё в порядке? – Нед выглядел искренне обеспокоенным. — Ты уверен, что у тебя нет сотрясения? Не может быть, чтобы столкновение с тем столбом не повредило тебе голову. Ты уверен, что всё в порядке?  — Да, я в порядке. — Ты так говоришь, но я чувствую, что это не так! – бормочет Нед. — Ты что-то скрываешь от меня. Это обидно, между прочим. — Что я скрываю, Нед? – Питер тяжело вздохнул, еле сдерживаясь от того, чтобы не скривиться от боли в правом боку. Его не по-детски приложило о мчащийся грузовик, на котором пытались скрыться грабители. — Я всё тебе рассказал. Или ты думаешь, что я вру и вместо этого сражался с Халком на заднем дворе своего дома? Не волнуйся. Просто вылетело из головы из-за вчерашнего и постоянной подготовки к экзаменам. Ни о чём не думаю, кроме как сдать на высокий балл. Я считал, ты тоже этого хочешь, чтобы мы вместе поступили в один университет. Нед извинился, по-дружески похлопав его по плечу, и они, наконец, зашли в класс, сев вместе за одну парту. Питер достал всё необходимое для урока и постарался принять самую удобную позу на стуле, на сколько это было возможно. Всё тело болело, переживая последствия ночи. И ради чего? Он не получил никакой благодарности. Джеймсон снова напишет про него дурацкую статью, и не одну, где не будет ни слова правды. Если кто-то из одноклассников на него и пялился, любопытствуя, действительно ли его побили или он принимал кокс, ему было плевать. Они сами иногда выглядели не лучше. Подперев голову кулаком, Питер направил своё внимание на вошедшего учителя, но через какое-то время чуть не задремал от скуки и монотонного голоса. Под конец месяца и учебного года материал преподавался уже не так охотно, скорее просто потому что так надо. Подготовкой к экзаменам они занимались после уроков, на это выделялось два часа. Неудивительно, что и Нед того же мнения, он прикрылся учебником и, не стесняясь, использовал парту вместо подушки, она ему казалась почти такой же мягкой. Телефон Питера, лежавший в кармане джинсов, завибрировал. Он, всё равно наблюдая за учителем, который не следил за классом, незаметно потянулся и достал его. Соорудив себе похожую баррикаду, что и у Неда, Паркер взглянул на чёрный экран, где высветилось уведомление от Уэйда. Прежде чем провести пальцем и разблокировать гаджет, он не без грусти увидел своё лицо в отражении экрана: синяки под глазами, потрескавшиеся губы, пластырь на виске и взъерошенные волосы. М-да уж, тот ещё вид. Убедившись, что на него всем фиолетово, и никто за ним не следит, Питер ввёл пароль и разблокировал телефон. "Чем сегодня будешь заниматься, Питти? Знаю, что ты сейчас в школе и увидишь это сообщение не скоро... Но я скучаю по тебе, малыш, каждую минуту... " Удивить его и обрадовать? Питер, прикусив губу и сдерживая улыбку, напечатал ответ. "Думал лечь спать. Не спал почти всю ночь" Уэйд ответил мгновенно. "Паучо-ок, а ты, оказывается, плохой мальчик, да? На уроках сидишь в телефоне, ай-ай-ай! Тебя следует наказать... " Питер словно видел, как Уилсон цокает недовольно языком, лёжа на животе и болтая ногами. И тут же следом наёмник забросал его вопросами, видимо, отреагировав на его информацию о плохом сне. "Почему не спал? Что случилось? Прийти доктору Дедпулу, чтобы проконтролировать твой сон?" Щёки Питера наверняка покраснели, ведь он уловил подтекст сообщения, но ответил Уэйду сдержанно и с явным намёком, что ему сейчас не до этих игр. "Какой из тебя доктор? У тебя нет врачебной лицензии! Просто патрулировал город впервые за долгое время, поэтому поздно вернулся домой... " "И не позвал меня?! Я так ждал увидеть тебя в костюме! Обломщик! Почему мне кажется, что твои слова пропитаны печалью, малыш?" "Кое-что случилось... Но не переживай, ничего серьёзного! Я пока не хочу снова надевать костюм... " "Кстати говоря, ну я бы сказал, что я довольно хороший врач, даже без лицензии! Как-то раз мне отрезали руку и я сам пришил её. Или вспомнить тот случай, когда тебя пырнули ножом, а я с того света вытащил твою чудесную задницу в спандексе. Но сейчас не об этом!  Ты патрулировал город так поздно, Питти? Ты подрался с какими-то плохими парнями? Надеюсь, ты намотал их яйца на свой кулак?" Питер занёс пальцы над кнопками, но ничего не ответил. Как же он напишет ему о том, с чем столкнулся? Как Уэйд отреагирует? Он в последнее время вёл себя очень прилежно и спокойно, если можно так про него сказать, и если узнает, что на Питера накидываются протестанты, которые против Человека-Паука...  "Эй, не молчи, Питти! Не заставляй меня самому читать новости!" Уэйд был нетерпелив. Питер хотел было перевести тему, но... всё таки не смог не признаться в  своих бедах. Он заслуживал знать. Они же вместе, как пара, и не должны ничего скрывать друг от друга, всем делиться, если что-то гложет. "Я просто не хотел тебе портить  настроение", – отправил Паркер, продолжая перебирать в голове недавние события.   "Портить настроение?! У меня никогда не бывает плохого настроения! Я – Дедпул! Я всегда радуюсь, даже когда умираю! Но я тебе помогу, Питти! Ты сказал, что не хочешь надевать костюм. Почему? Ты испугался? А может тебе не хватает моей поддержки в супергеройских штучках?"    "Нет... я просто пока не хочу выходить на улицу в этом костюме. Может, буду делать это не так часто"   "Питти, ты – Человек-Паук! Ты должен защищать мир от злодеев и сверкать своей шикарной задницей! Нельзя  прятаться!"   "Дело не в этом. Просто... просто  теперь я не уверен, что могу что-то изменить"  "Что ты имеешь в виду?" "Некоторые люди... они не видят  во мне героя. Они видят   преступника, который только усугубляет их жизнь... " "Ёбанный аквариумный и этот пиздюк старый, который выпускает свои уебанские статьи! Я выпотрошу старика когда-нибудь и разукрашу его кишками его же кабинет! Кхм... я увлёкся, малыш. Не принимай близко к сердцу. Это так, всего лишь мои влажно-кровавые мечты... А что ты, собственно, хочешь от них? Они же все  глупые, как один. У меня есть несколько идей, как изменить их мнение!"   "Нет, Уэйд, мы не будем ни с кем драться. И взрывать тоже! Я устал от всех этих боёв. Я хочу жить нормальной жизнью" "Ла-адно, Питти, я тебя понял. Но ты намекни, если вдруг передумаешь. Было бы забавно посмотреть, как эти мерзкие людишки навалят в свои штаны!" "Я не передумаю, Уэйд. Так что давай забудем об этом" "Тогда как мне утешить тебя? Я чувствую, что тебе больно, Паучок. А мне больно от того, что больно тебе!" Эти слова заставили Питера почти растечься в лужу. Уэйд так искренне переживал за него и хотел помочь. Прерывисто выдохнув, он ответил: "Ты и так мне помогаешь. Когда я думаю о тебе, то уже легче. Хочу, чтобы ты был сейчас здесь" Их общий чат взорвался от потока эмодзи, который Дедпул отправлял ему, кажется, со скоростью света. Обычные сердечки, охваченные огнём, смайлики со слюной... В этот момент он действительно почувствовал себя лучше, благодаря этому обмену сообщениями. "Питти, ты заставляешь меня сходить по тебе с ума! В один прекрасный день я просто умру от любви, которая распирает меня изнутри. Я же и вправду могу не сдержаться и наведаться в твою школу. У тебя же никогда не было опыта обжиманий в туалете? Только представь, как я охрененно тебе отсасываю, ты пытаешься сдерживаться, чтобы нас не застукали... Мой член уже встал, а у тебя, малыш?" Питер покраснел и нервно оглянулся, боясь, что кто-то мог заметить, как он часто дышит, а в области паха выделяется заметный бугор. "Твою мать!", – мысленно выругался он. Уэйд ему всего лишь написал, а Паркер уже возбудился. Он сжал зубы, медленно вдыхая и выдыхая. "Судя по твоему молчанию, это означает "да". Лестно знать, что я заставляю тебя испытывать возбуждение прямо на уроке... Острые ощущения, не так ли, когда знаешь, что в любой момент тебя могут застукать за чем-то неприличным?" "Прекрати, Уэйд!" "Не верю. Ты же не хочешь, чтобы я прекратил. Тебе это нравится, Питти, признай" Питер знал, что такие провокации Дедпула – это часть его обаяния. В этот момент он почувствовал, как напряжение, копившееся в нём, начинает немного отпускать, отчасти благодаря безусловной поддержке Уэйда и его шутливому настроению. "Ты – идиот," – ответил он ему, усмехнувшись. Но в глубине души он ощущал, как это взаимодействие наполняет его энергией. Когда Уэйд писал ему, он как будто чувствовал себя на подъёме. Эта игра слов и эмоций была тем, что ему нужно в трудные времена. Чувство любви, нежности и немного стыда – все переплетались в его сознании. Постепенно его смущение утихало, и он начал обдумывать, какие шаги он может предпринять, чтобы сблизиться с Дедпулом в реальности. Вероятно, такая связь могла бы дать ему необходимую опору, чтобы не чувствовать себя одному в борьбе с монстрами, как настоящими, так и внутренними. Мысль о том, чтобы решиться на один очень важный шаг, показалась ему привлекательной. "Знаешь, Уэйд," – написал он, сжимая телефон в руках и собирая всю свою смелость, – "у меня скоро выпускной... Ты бы не хотел пойти со мной?" Воцарилось молчание по ту сторону. Долгое, вызывающее беспокойство. Такое предложение... Уэйду сложно будет его принять, ведь это означает снять свой костюм наёмника и на один день стать ему партнёром, открыть своё лицо, покрытое шрамами. Но Питер не хотел провести свой выпускной в одиночестве, стоя вместе с Недом в сторонке, пока все танцуют. Он и так на большинстве вечеринок выглядел белой вороной, над которой не упустит возможности посмеяться и унизить Флеш Томпсон. Да-а, если Уэйд всё таки согласится, это произведёт настоящий фурор, подобный взрыву атомной бомбы. Все увидят, что он, ботаник и скромный парень, встречается со взрослым мужчиной.  Питер вздохнул, уставившись на экран в ожидании ответа. Он чувствовал, как сердце стучит на полную катушку. Каждый миг ожидания тянулся как вечность. Наконец, пришло уведомление. "Питти, я подумаю над твоим предложением. Но прежде чем согласиться, мне нужно уточнить – какие у тебя планы на этот выпускной?" Питер улыбнулся, прочитав это сообщение. Видимо, Уэйд не мог отказать, не узнав, чего именно от него ожидают. "Я хотел бы, чтобы это было что-то особенное для нас двоих. Можем потанцевать, поговорить, развлечься… Ты ведь не против поучаствовать в некоторых рутинных традициях, верно?" Следующий ответ пришел быстро. "Жаль, что этот твой выпускной не включает в себя бой с суперзлодеями или другие кровавые сцены... Но, мать твою, я в деле! Только у меня есть своего рода условие..." "Какое же?" – с воодушевлением спросил Питер, не в силах сдержать свою радость. "Я надеюсь, ты встретишься со мной в том костюме, который получишь в подарок от меня. Я должен видеть его на тебе, прежде чем приступить к намеченному торжеству!" "Конечно! Но никакого розового, уточек и прочего! Постарайся купить что-нибудь приличное. Хотя мне очень неловко от этого... Я обязательно верну тебе деньги!" – отправил он в ответ. Прошло всего несколько минут, прежде чем Уэйд снова ответил: "Никогда больше так не говори. Не нужно мне ничего возвращать. Но если уж так и хочется, то, пожалуй, ты сможешь отплатить более приятным способом... " С таким ответом Питер почувствовал, что весь горит. "Договорились" "Я в предвкушении... " Больше всего Паучка волновало одно: сможет ли Уэйд открыться так, как он этого хотел. Сложный и храбрый наемник с сердцем, полным доброты, скрывающимся под маской. Питер всегда видел в нем не просто потрясающего напарника, но и человека, которому не хватает простых моментов радости. "Уэйд, может быть, ты сможешь оставить свою маску дома? Это гарантирует, что на нас никто не будут пялиться слишком шокированно. Никакого Дедпула и Человека-Паука, лишь Уэйд Уилсон и Питер Паркер" – предложил он в следующем сообщении. На этот раз молчание затянулось немного дольше, чем прежде. Питер уже начал волноваться, но вскоре пришло сообщение: "Ладно, маска на вечер будет снята. Но только ради тебя я иду на такие жертвы, малыш!" Питер не мог сдержать улыбку. Это был шанс, которого он так долго ждал. С Уэйдом рядом всё казалось намного лучше. Они проведут этот вечер весело, без стресса и переживаний. И кто знает, может это станет одним из самых прекрасных воспоминаний, о котором они будут помнить долгие годы. "Спасибо, Уэйд! Я уверен, что это будет незабываемо!" – вновь написал он, уже предвкушая предстоящее событие.

***

Питер спустился вниз, услышав просьбу Мэй открыть дверь, в которую позвонили, и посмотреть, кто пришёл. На пороге стоял курьер в желтой форме. В руке у него была большая коробка с ярким красным бантом. — Питер Паркер? – спросил курьер, заглядывая в свой телефон, проверяя правильность адреса и получателя. Дождавшись от него медленного кивка, кучерявый парень доставщик всучил ему эту коробку. — Доставка для вас, – произнес курьер, и, развернувшись, зашагал к припаркованному рабочему мотоциклу, оставив Питера стоять в недоумении. Достигнув верхней ступени лестницы, он повстречал взгляд тёти Мэй. Она сидела на диване с книгой в руках, но выражение её лица предательски выдавало интерес. С хитрой улыбкой, полной неподдельного любопытства, она смотрела на Питера, когда он поднимался к себе в комнату с этой странной коробкой. Он чувствовал, как её проницательные глаза ловят каждое его движение. Хотя тётя Мэй не задавала никаких вопросов, её молчание говорило о многом. Питер, конечно, знал, что она догадывается, что у её племянника появился какой-то ухажёр. Сильное желание подтвердить или опровергнуть её подозрения практически кололо его изнутри. Но она всё равно узнает, когда Уэйд придёт за ним. С минуту он держал эту коробку в руках, разглядывая её со всех сторон, словно она была сокровищем. На мгновение его охватило чувство волнения, наполняющее грудь легким трепетом. — Это от него, – прошептал он. Питер сделал глубокий вдох и разорвал красный бант. Он открыл коробку, наполненную мягким бумажным наполнителем, и увидел костюм. Питер буквально замер, когда его взгляд упал на него. Он был просто великолепен. Темно-синий с тонким серебристым узором, который играл на свету, как волшебные огоньки. Вчерашние заботы о школе, о статьях Джеймсона и мнении людей, словно облака на горизонте, вдруг рассеялись прочь. "Этот костюм, наверное, стоит как две мои почки и сердце!" – мелькнуло в его голове. Питер улыбнулся. Его воображение уже рисовало предстоящий выпускной вечер, где он, в этом элегантном костюме, будет мелькать на танцполе. "Где же он его достал?" – вновь задался Паучок вопросом, осматривая костюм в руках. "Он опять убил кого-то за деньги? Или нет?" – ему не хотелось обдумывать подобные мысли, отлично понимая, насколько его любимый был непредсказуем. Костюм выглядел как произведение искусства, сшитый на самом высоком уровне, он манил его взгляд и наполнял сердце огромной любовью и благодарностью. Как круто он будет в нём выглядеть! Если кто-то из одноклассников не оценит, это только будет означать, что они завидуют. То, что Уэйд потратил столько денег на костюм для него, выражало все те чувства, что наёмник к нему испытывал. Но, с другой стороны, так много потраченных денег на него... Он чувствовал себя огро-омным должником. Внутри он также обнаружил записку. Питер аккуратно развернул её, написанную, неожиданно, аккуратным почерком Уэйда.

"Ты – лучший, Питер. Не позволяй никому говорить тебе обратное! Настало время быть крутым. Покажи им, на что ты способен! Люблю тебя, малыш. P.s. Приеду за тобой через час. У.У."

Смешанные чувства охватили Питера – радость, благодарность и небольшое волнение. Он никогда не был тем, кто любил внимание, но в глубине души понимал, что этот вечер может стать его возможностью. Он решил примерить костюм прямо сейчас и шаг за шагом приближался к зеркалу. Когда Паркер увидел своё отражение, то не поверил, что это действительно он. Темно-синий цвет идеально подчеркивал его глаза, а узор, кажущийся простым, в свете создавал невероятную игру света и тени. Он сложил руки на груди, стараясь осознать, что перед ним стоит не просто парень с большими заботами, а кто-то другой – сильный, уверенный в себе. "Кто ты, Питер Паркер?" – спросил он сам себя, глядя на фигуру в зеркале. Из-за двери послышался легкий стук. Это была тётя Мэй. Она заглянула к нему в комнату, прислонившись плечом к стене и с улыбкой осматривая племянника. Увидев его в костюме, её лицо озарилось гордостью и восхищением. — Питер, ты просто невероятен! – воскликнула она, не сдерживая впечатления. — Этот костюм тебе к лицу! Принимая взгляд тёти, Питер почувствовал, как внутри него раскрылся океан уверенности. — Спасибо, тётя Мэй! Я просто не могу поверить, как это смотрится... Я чувствую себя... иначе. — Это нормально, – ответила Мэй с пониманием. — Сегодня твой вечер, Питер! Утри всем нос и покажи, какой ты замечательный! Её искреннее восхищение вдохновляло его. Улыбнувшись, Питер покрутился ещё раз перед зеркалом. "Это же моя возможность освободиться от всего, что тянет ко дну. Как бы там ни было, это будет не просто выпускной, а шаг к новой жизни. Совершенно новый я", – подумал он.  — Ты готов? – спросила тётя Мэй, не в силах скрыть своего волнения. — У меня предчувствие, что ты зажжешь не по-детски на этом вечере! Питер кивнул, его уверенность росла. Он снова взглянул на себя в зеркало и произнес решительно: — Да, я готов! Он был не только Человеком-Пауком, который был занят борьбой со злодеями и преступностью, но также и простым молодым парнем, готовым, наконец, высунуться из своей скорлупы неуверенности и проявить себя. С искоркой в глазах Питер повернулся к тёте Мэй и заявил: — Пойдем. За мной скоро должен приехать мой парень. Тётя Мэй приподняла брови и с любопытством посмотрела на Питера. — Парень? – она взяла его под локоть, пока они спускались на первый этаж. — Как он выглядит? Он красивый? Молодой? Или ты предпочитаешь старше себя? Питер почувствовал, как его щёки начинают краснеть. Он ненадолго замялся, пытаясь подобрать слова, чтобы описать Уэйда, не выдав ничего лишнего. Её удар хватит, узнай она правду. Ей хотелось для него обычных отношений, не связанных с его супергеройской деятельностью. — Ну, – начал Паркер, — он довольно привлекателен для меня, и... ну, он чуть старше. "На несколько лет, по правде говоря... Но выглядит на все тридцать-тридцать пять!" Тётя Мэй закатила глаза, при этом на её лице появилось игривое выражение. — Чуть старше? Это значит, он настоящий мужчина, да? – шутливо поддразнила она, боднув его своим плечом. — И как же зовут твоего избранника? — Его зовут Уэйд, – ответил он, и в его голосе прозвучала нежность, которая не укрылась от Мэй. — Мы познакомились... случайно. Он знает, что я... Ну, ты понимаешь. И принимает это. — Уэйд, – повторила тётя Мэй, она пыталась запомнить его имя. — Ну и как он? Что в нём особенного? Питер задумался. С каждым новым воспоминанием о Уэйде его сердце наполнилось теплом и нежностью. — Он добрый, заботливый, всегда поддерживает меня, – ответил он, отталкиваясь от своих чувств. "А ещё иногда любит убивать, драться и очень пошло соблазнять... " Тётя Мэй кивнула, её глаза сверкали от интереса. — Звучит замечательно! Мне нравятся такие качества. Но ты не собираешься скрывать его от меня, правда? Я хочу познакомиться с твоим парнем как положено, за ужином! Он боялся, что тётя может не принять его выбор, но теперь, когда услышал поддержку и любопытство, ему стало легче. — Нет, конечно! Я планировал познакомить вас в ближайшее время. Тётя Мэй засмеялась. — Замечательно! Значит, договорились. О, и пока не забыла! Ты же знаешь, что я буду выспрашивать его обо всём? — Понял. Но если ты вдруг начнешь обсуждать меня на старых детских снимках... — Я постараюсь быть сдержанной, – весело отозвалась она, потирая руки, как будто готовясь к чему-то интересному. Питер смущался. Ему было неловко в такие моменты, но при этом он ощущал радость и комфорт от общения с тётей Мэй. — Просто знай, что я люблю Уэйда, и он делает меня счастливым! – ответил Питер уверенно. Тётя Мэй кивнула, рассматривая племянника. — Это потрясающе – быть влюбленным. Главное, чтобы вы оба были счастливы вместе! Питер ведь именно этого так долго ждал. Чтобы его выбор принимали и уважали. — Спасибо! Ты не представляешь, как это для меня важно! — Если Уэйд будет точно так же заботиться о тебе, как ты описал, я готова его сразу же полюбить и принять в нашу семью! Питер почувствовал, как радость переполняет его. Ему не нужно было скрываться, ему не нужно было бояться. Он сможет быть сам собой, и тётя Мэй поддержит его, даже если что-то пойдет не так. — Я просто надеюсь, что он тоже понравится тебе, – произнес Питер. — Если он тебя делает счастливым, он уже мне нравится, – подмигнула тётя Мэй. В этот момент послышался звук звонка. Питер вздыхает с облегчением от того, что Уэйд как нормальный человек звонит в дверь, а не залезает в окно. Тётя Мэй спешит открыть, и Питер, оставшийся в коридоре, замирает. Его сердце было готово вырваться из грудной клетки, настолько оно быстро билось от волнения, а ладони взмокли. Несколько секунд он ждёт – Питер даже не знает, вопля или какого-то восклицания, – но не слышит ничего из этого. До него доносится очень приветливый голос тёти Мэй и он решает выглянуть. Дэдпул стоял в чёрном, выглаженном костюме с красным галстуком и держал в руке охапку белых роз. Он, казалось, был воплощением элегантности – всё подчеркивало его фигуру, галстук идеально сочетался с контрастом остального облика. Питер, увидев его без маски, не мог не заметить, каким привлекательным он выглядел в этот момент, даже с его шрамами. Он видел, каких усилий Уэйду это стоило, и как тот нервничал, хотя старался этого не показывать слишком очевидно. Губы Уилсона растянулись в неловкой улыбке, он ведь вообще не часто улыбался именно так, и мышцы его лица словно забыли как это делается. Питер посмотрел на тётю, в ожидании реакции на шрамы, покрывающие Уэйда, но не увидел ни презрения, ни отвращения. — Ах, ты, должно быть, и есть тот самый Уэйд! – произнесла она, сияя радостью. — Здравствуйте, – вежливо поздоровался Дедпул и, подойдя к Мэй, галантно, под удивлённым взглядом Питера, вручил ей цветы. — Это для вас, прелестная дама. Уэйд улыбнулся так, как Питер ни разу не видел раньше – с полной искренностью и простотой, которую было сложно игнорировать. Улыбка его была чуть скованной, однако для сломленного человека, который всегда скрывал себя под маской, она выглядела удивительно естественно. — О, спасибо, Уэйд! – воскликнула тётя Мэй, восторженно принимая цветы и наслаждаясь их ароматом. — У вас очень хороший вкус! – и она подмигивает Питеру с намёком. Уэйд обернулся к нему. Он с восхищением сканировал взглядом Питера. Его глаза потемнели от желания, которое не мог не почувствовать Паучок. Если бы не тётя, Уилсон давно сжал его в объятиях, вцепившись намертво, чтобы никуда не выпускать. Но они ещё побудут наедине обязательно. — Питер, ты выглядишь великолепно, – наконец, сказал Уэйд, сглотнув. — Вижу, что не прогадал с выбором. Питер смущенно опустил глаза. — Ты тоже очень красивый, — произнес он тихо, стараясь скрыть смущение. — Что ж, не буду вас задерживать, мальчики! – прощебетала тётя Мэй, ощутимо подталкивая Питера в спину, чтобы тот не стоял столбом. — Повеселитесь там как следует! — Я верну вашего племянника не слишком поздно, – пообещал Уэйд, чем ещё больше возвысился в глазах тёти Мэй. — Не торопитесь, – рассмеялась она, махнув им рукой. Попрощавшись, они с Уэйдом направились к такси. Всё это время Уилсон вёл себя так галантно и по-джентельменски, что Питер совсем его не узнавал и даже подумать не мог, что он умеет быть таким. Сев в автомобиль и назвав водителю адрес, они поехали. Питер чувствовал смущение и неловкость, находясь с Уэйдом в тесном салоне, но вдруг заметил, что тот сидит как вытянутая струна, сжимая кулаки на коленях. Нащупав кнопку, которая поднимает чёрный заслон, отделяющий пассажиров от водителей, Паучок обернулся к нему, положив свою ладонь на его сжатый кулак. Разумеется, он понимал, в чём была причина. Встретиться с его тётей это одно, но вот показаться в школе, наполненной школьниками – совершенно другое. Их заметят, будут шептаться за спиной и обсуждать. — Тебе нечего стыдиться из-за шрамов. Уэйд качнул головой, легкая тень неудовлетворенности пробежала по его лицу. — Ты не понимаешь, Пит. Это не так просто. Я никогда не... – он замялся, и в глазах мелькнула тревога. — Когда стал таким, то... перестал быть, как все остальные. Питер понимал весь эмоциональный и психологический груз, который лежал на его плечах. Он посмотрел прямо в его глаза, без стеснения держа зрительный контакт, чтобы показать, как относится к нему. — Уэйд, твои шрамы – это всего лишь часть твоей истории. Да, совсем нерадужной, но именно они делают тебя уникальным. Зачем тебе быть, как все? Даже без них, я уверен, ты всегда был таким. Они помогли твоему внутреннему миру выйти наружу. Я смотрю на тебя и вижу, что за маской шуток и юмора скрывается совершенно особенный человек. Ты можешь быть уверенным, что я не буду проверять тебя по шкалам красоты, а по тому, кто ты есть на самом деле. Уэйд застыл на месте, и тут Питер заметил, как изнутри его глаза наполнились сиянием, похожим на то, что можно увидеть в детских, полных надежд, глазах. — Ты прав! – произнёс Уэйд, его голос вдруг стал полным энергии. — Я должен научиться принимать себя таким, какой я есть, и перестать беспокоиться о том, что думают другие. Зачем, когда мне важно мнение только одного человека? — Именно так! – с радостью произнес Питер, поддавшись вперёд, чтобы оставить быстрый поцелуй на его щеке, отчего наёмник довольно растянул губы.— Я горжусь тобой! Светлые эмоции текли между ними, создавая атмосферу, которая сделала это мгновение даже более интимным, чем когда-либо у них было. Питер признавал, что и ему было страшно, но он не мог бросить Уэйда одного на растерзание всем этим стервятникам. Паучок не выпускал руку Дедпула из своей, чувствуя, как она у него дрожит. На парковке на них не обратили никакого внимания, так как было темно и включённые фонари освещали лишь двор школы. В парке народу было больше, так как некоторые ещё не зашли внутрь. Вот тогда-то на них стали глазеть. Кто-то даже шептался, что Питер на столько жалок, что его вызвался проводить один из инвалидов с работы его тёти. Уэйда это напрягало, он еле сдерживался от того, чтобы не накинуться на придурков. Только Питер помогал ему не провалиться в бездну ярости и не замарать руки в крови. В спортивном зале играла музыка, такая громкая, что казалось, она способна разорвать барабанные перепонки. Ослепительный диско-шар, отражая световые эффекты, крутился под потолком, создавая радужные узоры, переплетавшиеся в пространстве. Под его блеском кожа танцующих преобразовывалась в различные цвета, как будто каждый из них был частью большой мозаики. Красный, зелёный, синий… Смена оттенков была настолько быстрой, что Питер почувствовал легкое головокружение. Все, кто был на танцполе, полностью отдались музыке, прижимаясь друг к другу. За пультом диджея, радостно взмахивая руками, сидел Флеш Томпсон, окружённый знакомыми лицами. Он орал что-то в микрофон, подбадривая толпу, заставляя её зажигать на полную катушку. Вот он, выпускной в Мидтаунской средней школе науки и технологии. С бокалом золотистого шампанского, у столов с напитками и закусками, стояла Эм-Джей в эффектном чёрном платье в пол с вырезом на ноге, благодаря которому внимание не могло не привлечься, и со скучающим выражением лица. Рядом с ней обнаружился и Нед, жующий тарталетку. — Питер! – позвал Лидс, заметив его. — Мы уже думали, что ты не придёшь. Где же… Друг не договорил, когда увидел, что за Питером идет его партнер – Уэйд Уилсон. В тот момент, когда Питер и Уэйд вошли в зал, все взгляды устремились на них. Музыка, казалось, чуть замедлилась, а на лицах одноклассников появились удивлённые и шокированные выражения. Челюсти некоторых из учеников просто отвисли. — Ох, ты ж… – пробормотала Эм-Джей, чуть не подавившись своим шампанским. — Питер, серьёзно? Ты не шутишь? Они с Недом стояли как вкопанные. Невозможно было не ловить взгляды других: некоторые брезгливо отворачивались, другие были обескураженными. — Нед, Эм-Джей, познакомьтесь с моим парнем. Это Уэйд, – представил его Питер. — Уэйд, это мои лучшие и единственные друзья. — Парень?! – Нед вытаращил глаза, едва не уронив поднос с закусками. Он перевел взгляд с Питера на Уэйда и обратно, словно не веря своим глазам. Уэйд, не обращая внимания на шокированные лица, произнес: — Приятно познакомиться, ребята! – поздоровался он, протягивая руку Неду. — Здорово, что Питер не был здесь совсем один. Кто-то же должен выносить его нудную болтовню про уроки и домашние задания. Нед, как загипнотизированный, пожал Уэйду руку, а Эм-Джей всё ещё не могла произнести ни слова. — Хм, парень... Теперь понятно, почему тебя перестали интересовать девчонки! – хмыкнул Нед. — Сколько вы уже встречаетесь? — Два года... – ответил Питер, вжимая голову в плечи. — И ты за всё это время даже не подумал нам рассказать? – отмерла Мишель, немного обиженно уставившись на Питера. — Я не знал как, да и много всего случилось, – Паркер виновато отвёл глаза, с интересом разглядывая пол. — Он… ну, Уэйд хороший парень. — Да, именно, я хороший парень! – заявил Уэйд. — Я вообще-то прекрасный собеседник и партнёр, к тому же нежный, заботливый… Он загинал пальцы, перечисляя свои достоинства, под улыбки его друзей, которым Уилсон вроде как понравился. — Уэйд, – попросил Питер, краснея ещё больше. — Он… он немного… странный, но заботится обо мне. Уэйд, услышав эти слова, обнял его за плечи и поцеловал в щеку. Кажется, тот, кто стал свидетелем их нежностей, упал в обморок. Кого-то даже вырвало только что... На удивление, Флеш и не думал подходить к Питеру и в своей привычной манере выбросить какую-то гадость. Испугался такого высокого и страшного Уэйда рядом с ним? Приятно, что за ним, как за каменной стеной. Теперь, он мог и припугнуть кого-нибудь своим парнем. — А как ваши родители отнеслись к тому, что вы встречаетесь со школьником? – поинтересовалась Эм-Джей как всегда прямо, откидывая волосы на спину изящным движением. Питер впервые видел, чтобы они были не кудрявыми, а выпрямлёнными. Ей очень шло. — Мои? – удивлённо переспросил Уэйд и рассмеялся так, будто она спросила какую-то глупость. Джонс же не знала его биографию так хорошо, как знал Питер, когда-то изучив её в базе данных Мстителей. Паркер подумал, что тот не станет отвечать на этот вопрос или как-то выкрутится, ссылаясь на больную тему, однако наёмник выложил всё как на духу, не стараясь пожалеть их психику. — У меня их нет! Были, конечно, когда-то, но исчезли из моей жизни также быстро, как говно в унитазе. Моя мать умерла от рака, когда мне было восемнадцать. Во время пьянки с друзьями в клубе, туда ворвался мой папаша и попытался вывести за шкирку из заведения, но один из друзей случайно убил его, схватившись за пистолет. Так я стал сиротой. Потом я пошёл служить в армию и все дела, бла-бла-бла. Продвинулся по карьерной лестнице и вдруг обнаружил, что тоже болен раком, какое жестокое совпадение! Видите эти шрамы? Последствия химиотерапии. Поэтому, вот так удачно всё сложилось, что мне не придётся ни с кем знакомить Питера или спрашивать разрешение, чтобы с ним встречаться! Эм-Джей и Нед зависли, прослушав эту неожиданную речь, больше похожую на сценарий какого-нибудь фильма, никак не на реальную жизнь. Питеру захотелось провалиться сквозь землю. Но Мишель была не из робкого десятка и через несколько секунд даже выразила свои сожаления. — Тухло у вас здесь как-то, – сказал Уэйд, обводя взглядом зал. — И, кстати, да, у меня полно шрамов, но это не отменяет того, что я выгляжу круто и сексуально, верно? Некоторые ребята пролезали через толпу, чтобы лучше разглядеть и шептать друг другу, как "ботаник Питер" пришёл со "взрослым уродливым папиком" на выпускной. Уэйд скривился, презирая их шепот, а потом с широкой улыбкой взглянул на Питера, в его карих глазах блестело весёлое и томное озорство. — Так что, малыш, ты готов зажечь? – спросил он, шагнув ближе и наклонившись к Питеру. Питер посмотрел на него и кивнул, как зачарованный. Уэйд протянул руку, и его пальцы коснулись руки Питера. Это мгновение создало будто электрическое притяжение между ними. Они выглядели больше, чем просто друзья, и по их лицам это было заметно. Толпа всё ещё шепталась, но это уже не имело значения. Мишель, отдав свой бокал опешившему Неду, бодренько протиснулась к пульту с музыкой и стала что-то говорить Флешу, пока тот с недовольным выражением лица и, кривясь, не переключил играющую песню на медленный танец. Как она его убедила это сделать, Паркер не представлял; возможно, это было её обаяние, или просто непередаваемая настойчивость. Питер, не без удивления, узнал одну из своих любимых популярных групп. Танцующие разбились на пары, начав неспешно кружиться по залу. Sunsets, we wander through a foreign town Солнце садится, мы блуждаем по незнакомому городу Strangely, there's nobody else around Странно, вокруг больше никого See you open your dress Наблюдаю за тем, как ты расстегиваешь свое платье and show me your tits и показываешь мне свою грудь On the swing set at the old playground На качелях, на старой детской площадке Первые медленные ноты нежно разлились по залу, мелодия обволакивала всех, включая Питера и Уэйда, которые, оставаясь в центре внимания, постепенно начали двигаться в такт. Атмосфера наполнялась романтикой, словно вечер задумал соединить все сердца. Люди вокруг потеряли для них значение, и вот в их маленьком мире остались только они двое. Руки Питера легли на плечи Дедпула, и он в очередной раз понял, что нашел в этом человеке своё счастье. — Знаешь, когда мы пришли сюда, я волновался, что всё пойдёт не так… – Уэйд посмотрел в глаза Питера, и в них заиграл тот самый огонёк, который заворожил его с того самого момента, когда он впервые увидел его без маски. — Я тоже, – честно ответил Питер, его голос звучал почти шёпотом. — Но мы сделали это, не так ли? Уэйд кивнул и слегка потянулся к Питеру, словно собирался поцеловать его, но вместо этого просто прижал к себе крепче, позволяя обеим душам плавиться вместе в ритме музыки. Они танцевали свой собственный медленный танец среди толпы. And when you go away, I still see you И когда ты уходишь, я вижу тебя, The sunlight on your face in the rear view Лучи солнца на твоем лице в зеркале заднего вида Sun sets, I want to hear your voice Солнце садится, хочу слышать твой голос A love that nobody could destroy Любовь, которую никто не смог разрушить Когда музыка плавно закончилась, они продолжали оставаться в объятиях, едва осознавая, что внимание всех приковано к ним. Это был их момент, наполненный любовью и доверием. И даже несмотря на шепоты и удивлённые взгляды, они стали ещё ближе друг к другу, чем когда-либо.