Цирковая Малышка

- Правда? И как она танцевала? - спросила Энни, поправив на себе одеяло. - Слишком сильно нахваливает себя, но нужно признать, что танцует неплохо, - сказала Франкет в телефоне. - И как потом Фредерик? - Ему заметно стало легче, - ответила Франкет, - Мне кажется, у них заметно улучшились отношения. Они оба вышли неизвестно откуда с хорошим настроением. - А что если они снова начнут встречаться? Где-то я читала такой фанфик! Обе посмеялись. - Тебе, наверное, нужно спать, - сказала Франкет. - Да, мне нужно в школу, - сказала грустно Энни. - Ты справишься. Целую тебя. - И я тебя. Энни сбросила трубку и глубоко вздохнула. На секунду она почувствовала пустоту, будто у неё забрали всё, но потом она вернулась в реальность и вернулось к ней изначальное состояние, которое было перед звонком. Она подошла к шкафу и покопалась в нижнем белье, после взяла пакет с кубиками сахара и посчитала их. - Три с половиной, - протянула она. Энни убрала пакет, взяла альбом и карандаш с рабочего стола и села на кровать. Она открыла альбом где-то на середине и принялась писать. Под свет прожектора Кровопролитие пройдёт Под крик гостей Шею всем свернёт Никто не остановит Никто не протестует Ведь смерть пришла Ведь час настал Энни знала, что это сложно назвать стихом, но ей важен смысл, а не правильность написания. К сожалению, другие считают иначе. Она нарисовала чёртика, стоящего на сцене с широкой улыбкой. Энни именно так представляла выступление Франкет. Потом она нарисовала её с рогами и дьявольскими крыльями, но потом закрасила. Она снова её нарисовала, но с травмированными ангельскими крыльями. По-мнению Энни, так она выглядела лучше. - Ты что?! - послышался голос Етты. Потом какие-то слова, которые были очень плохо слышны. - Ты.. Может лучше.. Да ты.. - Ты с дуба рухнул?! - перекрикнула Етта. Энни достала из прикроватной тумбы наушники и включила музыку. Конечно, она не слышала криков и других звуков, что происходили во время ссоры, но ей всё равно стало плохо. - Только пол кубика сахара, - сказала себе Энни, - Ты должна держаться. Но эти слова сделали всё только хуже. Она чувствовала, будто её грудь проткнули копьём. Она не заметила, как она взяла в руки пакет и уже приближала ко рту целый кубик сахара, чувствуя во рту половинку, которую оставила днём. Почему-то, она решила себя не останавливать и взяла в рот, чувствуя, как кубик тает. Она прошлась до двери и заперла её. Этот поход был без происшествий, но потом у неё подкосились ноги и она села на колени. Когда она посмотрела в свою комнату, то она плыла. Она заставила себя встать и пройтись до середины, но это было сложно. Почему-то, это заставило её засмеяться. Потом её толкнули, уронив на пол. Она легла на спину, чтобы увидеть своего обидчика. - Тебе не кажется странным, что ты снова начала жрать эту дрянь? - спросила Етта, скрестив руки на груди,- В очередной раз решила сбежать от реальности вместо того, чтобы всё решить. - А что я могу сделать?! Это дело моих родителей! - завопила Энни, вставая с места. - Твоих родителей, которые тебя выбрали, но совсем тобою не занимаются. Чем это в прошлый раз закончилось? - спросил Герберт, появившись сзади Етты. - На этот раз всё по-другому. Мать не алкоголичка и отец в семье. Тем более, они обо мне заботятся. - Ты даже не знаешь, о чём они спорят. Ты со своими привычками только жизнь себе портишь, - сказала Етта, улыбнувшись. - Я контролирую ситуацию! - крикнула Энни. Её резко взяли и кинули в стену. - Тогда почему ты не осталась, Энни? - наигранно пропел Генри, после кинул её. - Прям как отец, - запела Етта, - Сбежала не попрощавшись. Интересно, какие ещё ужасные привычки ты имеешь? Етта подкинула дочь, но поймал её Герберт. - Может также используешь людей для собственной выгоды? Что ж, папин кошелёк это подтвердит. Генри отобрал Энни и прижал к полу. - А когда кто-то берёт над тобой контроль ты бежишь и не оглядываешься. Сможешь подсчитать разбитые сердца парней, что были за тобой горой? Энни ногой откинула его от себя и встала у стены, приготовившись к драке, но стена куда-то провалилась. - Моя дорогая Энни, ты хотя бы мне доверяешь? - послышался ласковый голос Франкет. Энни обернулась и увидела лестницу, которая вела к трону, где была Франкет, которая с ухмылкой и обожанием смотрела на неё. Энни медленно пошла ней. - Это было сюрпризом, когда твой список мужских партнёров разбавился столь иностранным и женским именем. А что ещё больше удивляет, что Франкет добралась до более скрытых участков твоего тела, о которых другие только могли мечтать, - сказал Генри, поднимаясь вслед за ней, - Любопытно подумать, какой максимальный рекорд может поставить Франкет? - когда Энни добралась до неё, та нежно погладила её по волосам, - Обычно, твои друзья, родные и близкие уже через полгода уходят. И если судить прошлому опыту, то ты точно останешься одна и верить очередной мысли «Вот этот человек со мной навсегда» очень тупо с твоей стороны. - Заткнулись все блядь! - завопила Энни. Моментально сгорели её родители, что ждали у лестницы, вслед за ними Генри, что бросил на неё презрительный взгляд, а потом и Франкет, что успела хитро улыбнуться. Энни побежала вниз, ведь лестница начала разваливаться начиная с верхней ступеньки. Весь огонь превратился в ураган, что кружил вокруг Энни. - Ты умрёшь в одиночестве. - Ты сдохнешь в одиночестве! - Тебе не выжить одной! - С тобой никто не останется. Огонь уже был вплотную с Энни. Ветер и яркое свечение перед глазами не давали собраться. В один момент Энни села на корточки и что было сил заорала, почти срывая голос. А потом стук в дверь. Энни ударилась об кровать и упала на пол. Комната плыла, но то, что с ней происходило ранее, пропало. - Энни, ты в порядке? - спросил Герберт. - Отойди от неё. Ты ничем не можешь помочь, - сказала Етта. - А ты можешь? - поинтересовался Герберт. Энни заставила себя встать и посмотреть на время. Было семнадцать минут двенадцатого. Энни быстро накинула на себя спортивный костюм и через окно вылезла на улицу. Она не хотела, чтобы родители её втянули в свою ссору. Тем более, в таком состоянии. Но в то же время, этот кубик сахара не улучшил настроение. Она в очередной раз заставила себя выучить правило, что после того, как сахар пропитается наркотиком, Энни будет съедать только одну вторую кубика для поднятия настроения и чтобы отвлечься. Она обняла себя и потёрла плечи, чтобы согреться. В любом случае она не будет возвращаться домой. Но и переночевать негде. Единственный человек, который мог в любой момент впустить к себе в дом, была Франкет, но она в другом городе. - Энни! Энни резко обернулась и увидела отца, который бежал к ней с курткой. - Энни, ты так совсем замёрзнешь, - Герберт надел на Энни тёплую куртку, - Девочка моя, я извиняюсь за неудобство, но тебе нужно вернуться домой. - Зачем? - Энни посмотрела на Герберта. - Ты достаточно наслушалась скандалов. Не хочу, чтобы ты была свидетелем и этого. Отец пристально посмотрел на дочь. Энни потребовалось несколько минут, чтобы до неё дошло непонимание Герберта и отвернулась. - С этим разберёмся потом, - сказал Герберт, после направился с Энни к дому. Етта сидела в родительской комнате и была подозрительно тихой. Герберт зашёл в комнату дочери и полез в шкаф. - Я помогу тебе собрать вещи, - сказал Герберт. - Нет, нет, я сама, - заволновалась Энни. - Да, конечно, - Герберт слегка кивнул, задумчиво глядя в пол, потом куда-то ушёл. Энни послушно начала собирать вещи, пока что складывая их на кровать. Спустя какое-то время, вернулся Герберт. - Ты знаешь, у кого можешь переночевать? - спросил он, глядя в глаза. - Примерно через пару дней приедет.. Подруга. Отец протянул ей карточку. - Держи. Пока переночуй в мотеле или типо того. Потом в течение какого-то времени живи у неё. Но будь на связи, я буду иногда тебе писать. И ещё, ни за что не отвечать на мамины сообщения или звонки, хорошо? Энни какое-то время молчала, потом закивала. - Отлично. Я тебе сейчас принесу чемодан. - А мне все вещи собирать? Герберт задумчиво посмотрел на шкаф. - Думаю, нет. Мне тебя отвезти? - Нет. Тут недалеко, я могу сама дойти. Герберт поцеловал Энни в волосы, после направился к выходу из комнаты, но остановился. - Завтра можешь в школу не идти, - сказал Герберт, посмотрев на дочь, - И возьми что-то вкусненькое для настроения.