Любишь, когда грубо?

— Григорьева, почему опаздываешь? — хмуро взглянул Антон, увидев еле идущую меня прямо посередине урока. — Извините, проспала. — И чем же ты таким занималась? — Оружие с герычем доставляла ночью — Смешно. — А кто смеялся? Я бросила рюкзак на скамью и отправилась тренироваться с парнями. Но для начала поздоровалась с ними. — Никита ляпнул Антохе, что ты поспорила на него с дрочером, — спалил Егор. — Никита, блять, тебе делать нехуй было? Стукач ёбаный, — пнула я в него мяч со всей силы. — За выражениями-то следи, ебло гусиное, — рявкнул он в ответ. — Позорище уебанское. — Ну всё, хорош, ребят. — Успокаивал нас Фил. — Нашли из-за чего сраться. — Во-во, — очнулся Гена. — Ты всё равно бы проебала спор. — Я проебала бы спор? — ахнула я. — Да. — Спорим я и Ковалёв сейчас отправимся в подсобку, намереваясь на продолжение? — А давай. Я уже усмехнулась, и, пнув со всей силы мяч, упала, начав симулировать боль в суставе. — Антоха! Влада походу ногу подвернула, — крикнул Платонов мужчине. Тот, услышав это, бросил девчонок и подбежал к нам. Он наклонился и, осматривая мою ногу, положил её на своё бедро, слегка сжимая. Я притворно зашипела от боли. — Еп твою мать, Лада. Что не понос, то золотуха. — Ковалёв аккуратно взял меня на руки и понёс в спортзал. Когда он отвернулся, я подмигнула ребятам. — Так, где же эта ебаная аптечка? — рылся мужчина в тумбочках. Я продумывала план дальше, следя за его движениями. Самое главное, чтобы он делал то, что я представляла у себя в голове. Иначе провал и всё это было определённо зря. — Нашёл. Антон сел на соседний стул, положил мою «больную» ногу на себя и, достав мазь, нежно мазал на то место, где я «болит», делая массаж, затем начал обматывать ноги эластичным бинтом. — Вы такой милый, когда делаете эти движения, — улыбнулась я, посмотрев в его глаза. — Флиртуешь, ангелок? — А Вы против? — Как раз-таки нет, — усмехнулся он. — Ну вот, готово. Пару деньков и… Я прервала его, поцеловав в губы. Если он и ожидал такое, то точно не сейчас. Глаза Антона были полны удивления. Он прекрасно понимал, что нужно остановиться, хоть разница в возрасте не крупная, но она всё же чувствуется. Но, решила не противостоять, он ответил, сминая мои губы и, аккуратно усадив к себе на бёдра, он сжал руки на моей талии. По позвоночнику проходит приятный холодок, когда пальцы Ковалёва один за одним прогибают позвонки, проверяя поясницу на гибкость и послушность. От него веет сигаретами, тяжёлым мужским парфюмом и явным возбуждением. Я приподняла его футболку, блуждая по оголённому рельефному торсу ладонями, время от времени царапая кожу ноготками. «Не сегодня и не здесь. И вряд ли с ней.» — подумал Антон. Он оторвался от моих губ, взглянув в мои опьянённые от его близости глаза. — Ангелок, — он тяжело выдохнул, не выпуская меня из своих рук, — не забывай, что я тренер, а не биолог. Я смотрела на эмоции, что так быстро сменились на его лице за эти несколько минут блаженства. Он потеплел. Но он до сих пор помнил про спор. Возможно, он хотел утереть нос дрочеру, но и ему хотелось подразнить ту, что прямо сейчас находилась на его бёдрах. Антон прикрыл глаза, думая, что сделать сейчас. Затем поставил меня на пол, вставая следом и придерживая за талию. — Когда будете перебинтовывать? Он улыбнулся, отведя взгляд в сторону. Его мысли явно не горели добрым светом. Он всё же хотел взять своё прямо на этом столе. Но не сейчас, это уж точно. — Как перестанешь симулировать, тогда и посмотрим. — Он всё понял. — Антон Вадимыч, Вы такой скучный. — Да, я это понял в тот момент, когда ты извивалась на моих ногах. — Извращенец. — Я и не спорю. Мы вышли из спортзала и направились на улицу. Первый пункт есть.

***

— Натали, солнце моё, всё же у тебя прекрасная фигура, — улыбнулся мужчина, взглянув на своего агента, на которой были шорты и топ. — Опять льстишь, Ковалёв, — рассмеялась она, проведя пальцем по его торсу, и разглядывая его нечистым взглядом. — Ты обещал продолжение, помнишь? — Мне кажется, что не стоит. — Только не говори, что ты вновь кого-то нашёл себе, — с горечью закатила она глаза, отойдя от него и посмотрев в окно на ночной город. — Ну же, Натали, чего такая кислая? — Меня надоело, что ты бегаешь туда-сюда. Определись наконец уже. Потом поговорим. Девушка вышла из его квартиры. И вот он вновь стоит один посреди комнаты, переваривая её слова в своей голове. Действительно, чего он бегает?

***

— И чё вы даже не потрахались? — спросил Платнов, отпив тот самый украденный коньяк. — Он прервал всё наше соитие, ссылаясь на то, что он не биолог, а физрук, — уныло ответила я, съев чипсину. — Так тебе надо было ответить, мол, вот, проверьте тогда мою физическую подготовку. — Точня-я-я-як, Егор. Где же ты раньше был, мой дорогой? — Вот я как раз тренировался, пока ты и Антоха соса… — Замолчи, я и так до сих пор не отошла. — Сорян. Че по домам уже наверное надо. Коньяк потом допьём. — Да, отличная идея. Ты иди, а я ещё по делам заскочу. — Да, давай. До встречи. Оглядев по сторонам и убедившись, что за мной никто не следит, я пошла в назначенное место. Спустившись по лестнице в подвальное казино, я поздоровалась его владельцом. — Здравствуйте, Антон Владимирович, — аккуратно присела я напротив, удивлённо взглянула на Фила. Уж его я точно здесь не ожидала увидеть. — Можешь обычно разговаривать. Он свой. — Ну ладно, — недоверчиво взглянула я на «своего». — Я тут посоветоваться кое с чем хотела, пап. У Белова увеличились глаза, он отвернулся, чтобы мы не увидели выражение его лица. — А можно тет-а-тет? — Да, идём. — Мы отошли подальше от стола. — Что случилось, дочка? — Да меня тут мама в центр для трудных подростков посадила, и короче я там встретила Ковалёва. — Как Ковалёва? Его же посадили. — Выпустился он. — И чего дальше, ты хочешь охмурить его? — Хотелось бы. Только в этот раз давай без своих приколов, а? — Да конечно, конечно. Тем более, не до них сейчас. Сама видишь, у меня вон сидит. Мы взглянули на Фила. Тот резко отвёл взгляд от нас. — Что он сделал? — Долг отрабатывает. — Понятно. Мы обратно вернулись за стол. — Может, в картишки сыграем? — предложила я, радостно взглянув на соседей по столу. — Давай в следующий раз, сейчас у нас немного другие дела. — Я серьёзно взглянула на отца. — Сегодня в три ночи вы должны быть в клубе и передать очень важную вещь для крупного человека. Понятно? — Нас подвезут хоть? — поинтересовалась я. Ну, уж извините, переться хер знает куда пешком — не для меня это точно. — Да, подвезут. — Отлично, тогда собираемся. Через час мы мы уже заходили в клуб. — Спасибо, что сделала вид, будто не знаешь меня. — Да не за что. Меньшее, что я могу сделать. Кстати, что ты натворил-то? — У меня закладки украли, вот теперь отрабатываю. А ты? Как вообще так получилось, что ты его дочь? — Эти вопросы к маме. Влюбилась в бывшего футболиста — нынешнего мафиозника. Заняться ей нечем было. — Это точно. — Да и помогаю я ему просто так. Многое для меня сделал по сути. Мы встретили того самого человека, передали ему «подарок» и, только собирались уходить, как в здание ввалились менты. Мы упали на пол, закрыв головы руками. — Пиздец, — рассмеялась я. — Вовремя ты смеяться начала, — усмехнулся парень, удивившись моей выходке. — А чего плакать-то? Нас же не посадят, а если и подставит тот мужик, то думаешь, что ему поверят? Нет конечно же. — Тоже верно.

Нас отпустили, что просто Слава Богу. Я достала телефон из заднего кармана джинсов и позвонила отцу. — Пап, что за подстава? Нас чуть не посадили. — Извини, что так рискнул. Но того уёбка нужно было посадить. Уж слишком дохуя разговаривает. — Ага, только в следующий раз давай без меня, да и без Фила. — По поводу Фила я подумаю. — Подумай, уж будь добр. Я отключилась. — Чего сказал? — Говорит, что пришлось рискнуть, потому что, цитирую «того уёбка нужно было посадить». — Отец года. — Усмехнулся парень. — Тебя проводить? — Я сам её провожу, — послышался голос за нашими спинами. Мы резко обернулись. Ковалёв идиот. Белов кивнул, и, попрощавшись, пошёл домой. — Давно вы с ним друзья? — А Вам есть до этого дело, Антон Вадимыч? — Нет, просто любопытно. — Ну конечно же, — протянула я, смеясь над мужчиной. — Что смешного? — улыбнувшись, спросил мужчина, и обнял меня за талию, когда мы пошли по дороге. — Вы смешной. — Не буду спорить. — И правильно. — Помолчи. — А ты попробуй заткнуть. Он улыбнулся многозначительной улыбкой. Но делать ничего не стал. Теперь он точно решил. Он выбирает её.