Семь кругов Ады

Утро добрым не бывает, особенно когда ты всю ночь не спала, а занималась чем угодно, кроме отдыха перед защитой диплома на следующий день. Конечно, приём всяких напыщенных аристократов и богачей, что решили гульнуть на халяву в некой надстройке над бэтпещерой местного ночного рыцаря сложно сравнивать с защитой диплома. Однако отстоять честь Ассоциации свободных горничных Рассвета было делом тоже нелёгким. Естественно, зарядом бодрости, достаточным чтобы поднять с постели мертвеца, что изображал меня после душной ночки, смогла только одна во всём мире вещь: — Вперёд, Ада, вперёд! — когда тебя мотивирует милашка Барбара в пышном наряде горничной и с горящими от энтузиазма глазами, равнодушным остаться невозможно. Она и мёртвого подымет, и вдохновит на подвиги. Определённо, что-то есть в этой страсти Дилюка к единой униформе своих служанок. Или это всё Аделинда? Не уверена, что хочу знать ответ на этот вопрос. Как бы там ни было, рефлексировать на эту тему мне было просто некогда, особенно, когда начали прибывать гости. Оказалось, далеко не все они имели цель поболтать именно с нашим горячим начальником. Поэтому ничего удивительного не было в распоряжениях Аделинды вроде: «Ноэлль! Жареные креветки и ржаной квас на столик к мистеру Хедиву и мисс Кэ Цин!» или «Барбара! У мисс Синьоры и мисс Джинн закончились шоколадные печеньки!», «Ещё вина к столу мистера Сергея и мистера Шуберта… Где тебя опять носит, Моко?!» Сдавать подруг, одна из которых наверняка сбежала на задний дворик к Хилли, а вторая втихаря эти самые печеньки по одной трескала, я естественно не стала. Бегающие в панике глаза Барбары были невероятно очаровательными. Она вздрагивали от паники, каждый раз, когда главная горничная отправляла её с очередным подносом к сестре… Но всё равно таскала с того одну или две печенюшки. Возможно, то, что она такая сладкоежка — это семейное. Это был уже четвертый заход к столику временного магистра и предвестницы. А вот заказ Моко пришлось тащить мне. Закадычных подруг я обнаружила всё там же. Они стояли у столика, за которым разместились Василий, Кэйа и некто Ли Бень. Мужчины играли в какую-то карточную игру слащаво друг другу улыбаясь и распространяя ужасающую гача-атмосферу, выясняя кто тут настоящий boss of this gym. Девочки, естественно, болели за нашего капитана, но судя по их тяжёлому грудному дыханию, это давалось им совсем нелегко. Отвлекать от правого дела своих подруг я не посмела и вернулась к Аделинде, пытаясь прийти в себя хоть немного. Хорошо, что по пути обратно можно было опереться на стеночку. Само собой главная горничная сразу же вознаградила меня за старания… Очередным подносом, на этот раз с роллами и контрабандным саке Инадзумы. Моей личной задачей на сегодня было обслуживание самого мастера Дилюка и его гостей в кабинете. Звучит важно, но на самом деле вся моя работа свелась к тасканию закусок всяким собеседникам. — Может быть, Вы хоть её контракт уступите? — с недовольным оскалом Дотторе обратился к владельцу винокурни. Его спутница Василиса, что стояла у кресла предвестника и держала свою руку у плеча мужчины, окинула меня с ног до головы заинтересованным взглядом. — Нет, — спустя несколько мгновений раздумий отрезал Дилюк и знаком показал мне остаться. — Так дела не делаются, — скривился Предвестник, — хорошие партнёры в любой ситуации могут найти компромисс. От вас же я ничего кроме «нет» так и не услышал. Похоже, я просто теряю здесь время. — Вам виднее, — утвердительно кивнул владелец винокурни, зловеще блеснул своими алыми глазами и приложился к кубку с кровь… Виноградным соком. — Тц, уходим! — Дотторе окончательно скис и покинул кабинет, уводя с собой спутницу. Мы остались только вдвоём. Дилюк позволил себе тяжело вздохнуть и помассировать виски. — Вот ваша оплата, мисс Ада, — он выложил на стол мешочек с морой и пододвинул ко мне, — Аделинда была весьма довольна Вашей расторопностью, поэтому я счёл нужным выделить вам также и премию. Уверен этого хватит для того, чтобы стать на ноги… Или уехать ещё дальше в поисках лучшей жизни. — Я не хочу уезжать! — выпалила я, прежде чем осознала. На долгие мгновения кабинет Дилюка погрузился в напряжённую тишину. — Что же Вы хотите? — хмыкнул наконец владелец винокурни, — Работать горничной? На самом деле троих мне более чем достаточно. Я попросил Аделинду загрузить Вас работой и следить за поведением, — он самодовольно улыбнулся, глядя в моё ошарашенное лицо, — Мне удалось выяснить, что Вы не из Снежной. Мистер Василий любезно предоставил мне информацию обо всех преступниках, сбежавших из страны. Осведомители из города — что Вы сильно путаетесь в культурных традициях предполагаемой родины. Ваше поведение не соответствует ни жителям деревни, ни аристократам, ни даже богатым горожанам. Для шпиона вы слишком ярко себя ведёте и не контактировали ни с кем посторонним слишком долгое время, — мужчина отпил из кубка ещё немного красноватой жидкости, — Признаюсь честно: загадка вашего происхождения весьма меня интригует. Но на прямой вопрос Вы тогда не ответили, а у нас не принято лезть человеку в душу, когда не просят. С другой стороны, я не собираюсь терпеть у себя человека с неясными целями и мутным происхождением. Откровенность за откровенность? — ровным тоном, словно говоря о погоде, спросил мужчина. Вот, чёрт! Именно этого разговора я и боялась. Оказывается, даже в условиях данной эпохи можно вполне себе быстро поднять источники информации и докопаться до правды. Удивительно, что я вообще допустила вероятность того, что Дилюк просто проигнорирует отсутствие данных о моём происхождении. Но других вариантов, кроме как пользоваться его добротой, у меня вообще не было. На ладонях выступил пот. Обычная реакция при стрессовой ситуации, а это была именно она. Я могла бы просто забрать заработанные деньги, покинуть винокурню и продолжить как-то существовать. Но уже прошло много времени, а причина появления в этом мире оставалась неизвестной. Более того, я даже на малейший шаг не продвинулась в изучении данного вопроса. Быть может, Дилюк и сейчас сможет обратиться к своим источникам информации. Ну, или просто примет меня за сумасшедшую и я всё равно уйду. Не сказав ни слова, я подошла к двери и неуверенно закрыла её на замок. Неуверенной я оставалась и в своём решении. Присев на кресло напротив Дилюка, я ещё какое-то время нервно потирала ладошки о фартук, пытаясь придумать, как именно донести правду. Но ходить вокруг да около слишком утомляло, поэтому сказала прямо в лоб: — Я не из этого мира. Многозначительное молчание владельца винокурни можно было трактовать по-разному. Но мне была необходима хоть какая-то реакция. — Когда мы встретились в лесу, я сказала, что не знаю, как здесь оказалась. И это чистая правда. — Ты же не очередная подражательница принцессы Фишль? — кажется, мне всё-таки удалось вызвать какие-то эмоции на этой каменной роже… Подозреваю, правда, что совсем не те, которые я рисовала у себя в мыслях, — Допустим… И каков он, твой мир? — Дилюк очевидно всё ещё не верил мне, но дал шанс доказать мою правоту, а не потащил на сеанс целебных шлепков от Барбары. Интересно, в этом мире вообще умеют лечить душевнобольных? После заявления Дилюка мне захотелось забрать свои слова назад. Сейчас я могла рассказать что угодно о своём мире, но для него это в любом случае будет звучать как выдумка. Да и как говорить о мире, устройство которого опережает даже моё собственное понимание? Компьютеры давно стали обыденностью, но практически любой пользователь едва ли мог подробно рассказать об их работе и тем более об изготовлении. — Ну… В моём мире нет других рас, кроме людей — никаких эльфов и кошкодевочек. Магию нам заменяют технологии. Прогресс настолько велик, что для полноценной жизнедеятельности не требуется даже из собственного дома выходить. Мы можем работать, покупать вещи, наслаждаться искусством и общаться с друзьями из других стран… Дома! Для этого нам требуется лишь маленькая коробочка. У нас торжествует разум, а не сила. Мы почти всю жизнь учимся чему-нибудь… А ещё пьем кофе в милых кофейнях и кушаем пирожные… Говорить о доме можно было ещё долго, но я на миг замолчала. Стоит ли вообще упоминать, что я заочно знаю практически всех в Тейвате и имею представление о последующих событиях (конечно, если они не изменятся из-за моего вмешательства)? — Технологии, говоришь? Я слышал однажды, что боги свергли цивилизацию, отвергшую дар Селестии, — голос Дилюка был задумчивым, а по лицу по-прежнему нельзя было ничего прочесть, — В остальном ничего необычного я не вижу… Впрочем, могли бы люди жить в мире слишком отличающимся от нашего? — задал он вопрос сам себе, — Не скажу, что я слишком разочарован, но, по крайней мере, судя по некоторым твоим вещам, о высоких технологиях ты не соврала. С другой стороны, Фонтейн и Снежная тоже имеют достаточный уровень, чтобы сделать нечто похожее, — он остановил мои возражения ладонью, — Но мы уже выяснили, что ты не оттуда. Да и маркировка на вещах состоит на неизвестной письменности. Я сначала предположил, что ты прибыла с другого континента или очень далёкого острова. Ты уверена, что тебя просто не перенесло откуда-то издалека? Если не технологией, то магией перемещения на далёкие расстояния владеют некоторые геншины, а чем проще — например, фатуи или орден Бездны, — почти выплюнул он названия последних организаций. — Подобной магии наверняка нужно долго учиться. Я же получила свой глаз бога в тот день, когда мы встретились. Уже после перемещения. И вообще, — насупилась я, — Моя история наверняка звучит крайне бредово для Ваших ушей, мастер Дилюк. А для меня похоже на бред всё, что связано с богами и магией. Тем не менее, этот мир основывается на существовании всего этого. И мои глаза прекрасно это видят, — появившийся сияющий камень на моей ладонью описал круг в воздухе и сразу пропал, — Так что прошу поверить мне. И… может даже… помочь разобраться со всём… — если наглеть, то наглеть основательно. — Верно, поверить сложно, — кивнул Дилюк, — например, откуда ты знаешь наш язык? Но допустим, это так. А на счёт помощи… Что же ты хочешь от меня? Ты уже имеешь некоторые средства, — он пододвинул ко мне мешочек с морой, — Я просто владелец винокурни, а не межмировой путешественник. Я не могу вернуть тебя домой и уже рассказал то, что знаю сам о подобной магии. Или ты планируешь здесь остаться? Но даже так, мне нет смысла нанимать тебя ещё раз. Нельзя помочь человеку, который не знает, какая именно помощь ему нужна. — Если честно, я в полной растерянности. Не представляю, как мне вернуться назад и даже с чего начать поиски хоть какой-то информации. Сомневаюсь, что в библиотеке Мондштатда легко можно найти подробную инструкцию о перемещении… — нужно было сохранять спокойствие, но панические мысли то и дело норовили овладеть сознанием и мешали анализировать ситуацию. Я заёрзала в кресле, а глаза пытались зацепиться за что-нибудь, что могло успокоить. Припрятав мешочек с монетами, руки нащупали в кармашке подарок для Дилюка, купленный в городе во время прогулки с Барбарой. — Эм-м, вот, — я положила на стол небольшую бархатную коробочку, а рядом оставила лист бумаги с красивым, но, как мне сейчас подумалось, очень нелепым рисунком удивлённой совы с большущими глазами. На обратной стороне я написала пару строк о том, как благодарна за помощь. Это была первая попытка написать что-то на ранее незнаком языке, поэтому местами символы были кривыми, ведь в тот момент я была крайне шокирована тем, что вообще могу использовать данный алфавит, — Я попросила в городе сделать фигурку из кусочка агата. По собственному эскизу. Получилось даже лучше, чем на моём рисунке, — я неловко улыбнулась, — Думаю, мне нужно вернуться к работе. Я пойду. Спасибо за… За всё. Но если вдруг появится какая-нибудь идея о том, кого можно поспрашивать, то я, ну, буду рада. — Благодарю, — задумчиво протянул владелец винокурни. Когда я уже собиралась закрыть за собой дверь, он бросил мне вдогонку, — Советую воспользоваться письмом Аделинды. Я недолюбливаю Ордо Фавониус, это правда, — прояснил он на мой немой вопрос, — Однако как минимум начать поиски ты можешь именно там. Мисс Лиза, несмотря на занимаемую должность, весьма образована в колдовских искусствах. Она закончила престижную академию в Сумеру. И наверняка имеет представление о том, есть ли нужные тебе знания в краях дендро архонта. Так же у ордена есть исследовательский отдел, возглавляемый главным алхимиком Альбедо, — он неуверенно пожевал губами, — Ты наверняка заинтересуешь его своим феноменом, — «если твоя легенда — правда» повисло в воздухе недосказанным, — Гильдия искателей приключений поначалу таких возможностей не предоставит. Впрочем, ты всегда можешь вступить в неё позже. Если оставишь свой новый адрес Чарльзу в «Доле ангелов» или кому-нибудь из служанок, то я со своей стороны обещаю предоставить нужную информацию, как только подвернётся случай, — Дилюк развернул лист бумаги и внезапно по-доброму улыбнулся, — Пусть ветра удачи благоволят тебе в пути, — на этом наш разговор был окончен. Прощаясь, я поклонилась и на автомате ушла в сторону кухни. Удивительно, но Аделинда после тяжёлого разговора, меня не послала… Ну, работать куда-нибудь. Мои обязанности в качестве горничной винокурни на этом были закончены во всех смыслах, и я была предоставлена самой себе. Немного грустно, но хоть этот вечер я ещё могла переночевать в своей комнатушке. Вещи собрать что ли? Барахла у меня скопилось не так уж и много. Начальный набор инвентаря, подаренный странным хиличурлом, бережно хранился в шкафчике, потому я просто скинула всё в сумку. Но как только в руках оказалась папина олимпийка, на меня вдруг накатила тоска по дому. Я завернулась в куртку. Искусственная ткань особо не грела, но напоминала о происхождении из другого мира, из моего мира. Почему-то снова захотелось к бабушке с дедушкой. А еще больше — вернуться в город, запереться в душной квартире, побыть одной и в конце концов во что-нибудь поиграть. Да, наверное, компьютера и интернета мне не хватало больше всего. После короткой заминки олимпийка так же полетела в сумку. После я обратила внимание на немного повреждённый доспех. Вмятина не была серьёзной, но позволяла гордо заявить о боевых заслугах. Я мечтательно улыбнулась и решила, что эпизод встречи с магом бездны можно чуть приукрасить, чтобы впечатлить других кандидатов на место в Ордо Фавониус. Письмо! Аделинда же давала мне рекомендательное письмо. Было бы глупо забыть его в ящике, но, благо, память не подвела. Его я тоже поместила в сумку, сложив между вещей так, чтобы оно особо не помялось. Хотя вручать его всё равно придётся не в первозданном идеально ровном виде. Я переоделась в ночнушку, а форму горничной сложила в почти такую же, как у Аделинды, аккуратную стопку. Вероятно, её придётся оставить. Поэтому только подаренная Моко и Хилли грамота участницы ассоциации горничных будет напоминать об этом фрагменте жизни. Никакой одежды я так и не купила, поэтому заранее подготовила позаимствованный ещё в первый день пребывания на винокурне комплект, состоящий из кофты и юбки. Сбегав умыться, я вернулась в комнату и сразу кинулась в кровать. Нужно было хорошо выспаться, так как день предстоял куда тяжелее нынешнего, но, несмотря на усталость и последствия предыдущей ночи, сон всё никак не приходил. Естественно! Какой у нормального человека может быть сон, если забравшись в кроватку, он бросает последний взгляд на луну через окно, но вместо этого встречается этим самым взглядом с пристально прищуренными зелёными глазами. Мне даже показалось, что они зловеще сверкнули. Но я тут же отогнала от себя странное видение и покрепче зажмурилась в надежде быстрее заснуть, даже на бок повернулась. Меня вообще не интересовали всякие навязчивые аналоги свидетелей Иеговы в магическом средневековье. Я сплю. ~СКРИИИИИ Мерзкий звук ногтя царапающего стекло едва не заставил мои уши завянуть. Но я всё равно легко не сдалась и продержалась почти минуту, перед тем как, наконец, подняла своё тело с удобной кроватки и подошла к окну. Венти дружелюбно мне улыбнулся и постучал по стеклу, указывая жестом на оконную раму, чтобы я отрыла для него створку. Но пропускать его вообще не хотелось. Что за мода у местных мужчин проситься в дом к нравственно чистым девушкам в ночных сорочках? Я поморщилась, но всё же распахнула ставни. Бродячий бард тут же ловко заскочил в комнату, сопровождаемый холодным ветерком. — Приветствую, Путешественница, — озорным голосом поздоровался архонт, после чего запер за собой окно, — Как тебе сегодняшняя погодка в нашем мире? — «нашем мире» выделил он особенно бодро и самодовольно ухмыльнулся. — Отличная погодка! Я бы тоже прогулялась и ввалилась бы к кому-нибудь в дом, — брови поневоле поползли вверх от удивления, настолько меня ошарашили слова гостя. Но я тут же отвернулась. Раз уж ко мне пожаловал анемо архонт, то стоило вернуть ему оставленную после первой встречи вещь. Порывшись в шкафу, я выудила истерзанный котом берет. Прикреплённые к нему погрызенные перья беспомощно свисали вниз, — Вот. Ты за этим пришёл? Архонт ветра в образе барда осмотрел свой головной убор и бросил на меня укоризненный взгляд. Он пару раз потрепал берет, дунул-плюнул, колдонул какое-то бирюзовое сияние и тот стал как новенький. После чего Венти удовлетворённо набросил шапку обратно на макушку. — Приятно иметь дело с понимающими межмировыми путешественниками, — довольно улыбнулся бард и тут же покачнулся, — Ух, это было непросто, — но быстро взял себя в руки и театрально прочистил горло, — Кхм-кхм, рад лично познакомиться, мисс Ада. Моё имя Барбатос и я являюсь анемо архонтом, хранителем этих земель, — нарочито пафосно представился он, но тут же сделал лицо попроще и послал мне ехидную улыбочку, — но ты и так это знаешь, не правда ли? Увидев трансформацию берета до первоначального вида, мистер Хлебушек был бы оскорблён до глубины души. Меня же это действие даже не удивило. Куда больше вопросов вызывал тот факт, что Венти слишком много знал. Подслушал ли он наш с Дилюком разговор? Или, являясь архонтом, он просто мог чувствовать «чужаков»? Или же просто догадался? — М-м, я много чего знаю. Например, я немного разбираюсь в вине и могу оценить выбор ночного воришки… Да, я действительно знаю кто ты. — Кстати, на счёт вина, — поиграл бровями архонт, указывая на тумбочку в которой хранилась моя заначка, — может, проявишь гостеприимство? Я потратил немало сил, исправляя это кошачье безобразие. Полагаю, хорошая компания и выпивка замечательно поспособствуют моему восстановлению, — он достал из кармашков пару красных пузатых яблок, — Так что, следует ли мне от тебя ожидать хорошего или нет? Отказываться от предложения самого анемо архонта поделиться собственными запасами очевидно являлось дурным тоном. Потому, как вежливая хозяйка комнаты, я кивнула, выражая согласие. — Боюсь представить откуда ты знаешь о наличии у меня заначки. Это какое-то особенно архонтское чутьё? Конечно же, в комнате бокалы я не держала, а покидать её и оставлять Венти наедине не хотелось. Кто знает, что он мог учудить. Поэтому оставалось только пить из горла. Вполне себе знакомый студенческий вариант. Да и располагающий к более дружелюбной беседе. Достав из тумбы бутылку, я приложила немало усилий, чтобы её откупорить. Опыта Моко и Хилли у меня, к сожалению, не было. Да и тот ли это навык, которым должен овладеть попаданец? — Получается, и обо мне тебе известно, да? — Можно и так сказать, — довольно крякнул архонт, когда причастился к божественному напитку и загрыз его сладким хрустящим плодом, — а может, это просто ветер донес до меня слухи? — он натянул на лицо хитрющюю улыбку, — Кто бы мог подумать, что злоумышленница, похитившая мой берет, расскажет такую историю? Может, мне стоит написать балладу об иномировой злодейке и обворованном барде? Уверен, она будет иметь в народе оглушительный успех! — Венти сделал ещё несколько глотков из бутылки и протянул её мне, — Как считаешь? — Когда дело касается модных аксессуаров, это не воровство, а помощь. Мой кот сказал «снимите это немедленно»! — я сделала лишь один глоток из протянутой бутылки. Последние события уже научили меня быть осторожнее с местными напитками, а особенно распивающимися в компании, — И потом, тот бард оказался обворованным в то время, как воровал сам. Так что, надеюсь, это тоже войдёт в сюжет баллады. А ещё, быть может, в ней будет описан способ вернуть «злодейку» из другого мира домой? — глаза вопросительно устремились к лицу анемо архонта. Тот в свою очередь продолжал улыбаться. И, не смотря на его беззаботный вид, было понятно, что он вряд ли упустит хотя бы одну деталь в моём поведении. Но вряд ли уже имело смысл что-то скрывать. Да и Барбатос вполне мог обладать какими-либо знаниями, так что заручиться его поддержкой определённо стоило. — Кот-модельер — горе в семье. Будь уверена, от этой зверюги ещё будут проблемы, — смело оклеветал бард моего пушистого подельника, что сегодня отсутствовал рядом, — Я же никаких проблем не создавал, — обиженным тоном, в который поверить мог только ребёнок, заявил Венти, — от Дилюка не убудет. И даже у архонта иногда бывают плохие пробуждения. Рагнвиндры никогда не скупились на угощение своего покровителя. Уверен, и теперешний их глава не стал бы исключением, посети я поместье как их архонт… Однако, я никогда не был сторонником всего этого излишнего пафоса. Я люблю путешествовать по этим землях инкогнито и наблюдать как люди выросли с прошлого раза, — одухотворенно вещал он, — прошу и тебя не выдавать меня раньше времени. Это доставит слишком много неудобств. Я лишь пожала плечами. В собственной способности хранить секреты я не сомневалась, но вот Венти вполне мог сболтнуть лишнего. — Пххх, — сдулся он в ответ на моё красноречивое молчание, — Прости, но я не знаю как тебе помочь. Я умею только ветер гонять, да на лире бренчать. А межмировые путешествия в принципе никогда не интересовали меня… Ну, до тех пор, пока один такой путешественник не наделал дел пару столетий назад. Но ты вроде как выглядишь безобидной? — он бросил на меня нарочито подозрительный прищур. — Нет, — убито ответила я, севшим голосом, — я просто хочу домой… Как же мне быть? — Если архонт не хочет мне помочь, то кот? Я, конечно, зная канон, совсем не рассчитывала на то, что Венти будет обладать знаниями о том, как вернуть меня домой, но услышать об этом лично было всё равно очень больно. Второй раз за день мне ткнули в лицо тем, что моё возвращение домой откладывается на неопределенный срок и это знатно меня подкосило. Как подступиться к этому вопросу я и близко не представляла. Не набиваться же мне в канонную компашку Паймон и её личного Путешественника, да надеяться, что авось вывезет? Конечно, по пути они встречают много всяких интересных и могучих личностей… И очень опасных! Но я ж помру от любого чиха!!! Вжиться в этот мир, заработать кучу денег и купить нужную встречу? Но насколько тогда затянется моё возвращение, на тысячу лет? Вон, даже Моракс задолбался после восьми, а я простой человек, а не грёбаный дракон! — Послушай, Ада, не всё так плохо! — ласковые (словно в обращении к психически больному) слова поддержки от самого архонта дошли до меня словно сквозь огромную водную толщу той пучины безнадёжности, в которую я потихоньку погружалась, — Я вижу, на тебя сейчас много чего навалилось, с чем ты не в силах справиться, — тут его голос стал серьёзным, — но ведь главное, что ты жива и здорова. Ты можешь сейчас не видеть выхода, его может и вовсе не быть, но это не повод лить слёзы и убиваться на ровном месте! — увидев, что я внимательно его слушаю, он резко перешёл на озорной тон, — Я, как владыка этих земель, запрещаю тебе грустить! — а потом сменил его заговорщическим, — Уверен, тебе стоит просто развеяться. Тебе повезло, что я бард! Созидание веселья это моя специализация. Для начала, допьем это прекрасное вино, — он опрокинул в себя несколько добрых глотков из бутылки и сунул её мне обратно в руки. Я только коснулась губами горлышка, собираясь немного отпить, как Венти подхватил бутылку за донышко, заставляя меня судорожно допить остатки вина. Он схватил меня за ладонь, и, не обращая внимания на мои попытки откашляться, потащил на выход из комнаты: — Нумо, погнали! — голос его был полным предвкушения, а я всё никак не могла решиться довериться архонту и остановилась на месте. — Хмпф, ладно… — после некоторых размышлений буркнула я. Мне совсем не хотелось куда-то идти и веселиться, но обламывать недюжинный энтузиазм и яркую надежду в этих горящих бирюзовых глазах было бы настоящим богохульством… В прямом смысле этого слова. Таким образом, Венти вытащил меня в коридор и стремительным шагом повёл меня в соседнюю комнату. Не останавливаясь ни на миг, он с грохотом дёрнул дверь на себя, заставляя задохнуться меня от возмущения. На кровати Моко как ни в чем ни бывало, сидел приснопамятный офицер фатуи в полурасстёгнутой рубашке и с блаженной улыбкой наблюдал как моя коллега в своем профессиональном наряде с увлечением работала над его стволом. — Мистер Василий, я слышал Вы отличный музыкант! — бесцеремонно заявил Венти, напрочь игнорируя обстоятельства. — Слышали? — острейший взгляд фатуи впился в лиру, что несносный бард вытащил из своего глаза Бога, и его лицо зажглось пониманием, — Это вызов? — вроде как спокойно поинтересовался Василий, но лица мужчин внезапно стали карикатурно суровыми. Фатуи медленно поднялся, заставляя Моко отложить ружье в сторону и сделал один шаг вперёд. Воздух немедленно стал невероятно жарким. Неужели именно так ощущается духовное напряжение между героями аниме? Природа Тейвата удивительна… — А Вы кто и как оказались на винокурне ночью? — внезапно проявила неуместную бдительность недовольно надутая горничная. — Я? — бард нарочито окинул взглядом растрёпанные платья горничной и полураздетый вид офицера, а потом на мою ночнушку и хитро подмигнул — Венти, её парень, — этот бродяжка заставил меня пораженно открыть рот, а глаза Моко загореться нездоровым огоньком. Мой «молодой человек» сделал шаг на встречу фатуи, делая атмосферу ещё тяжелее. Кажется, от духовного давления даже его косички зашевелились как от лёгкого ветерка, добавляя недостающие штрихи в картину пафосного противостояния превозмогающих анимешных героев. — Венти, — медленно, словно смакуя каждую букву, протянул фатуи и шагнул ещё ближе. — Василий, — напряжённо, но упрямо переставил ноги и бард. Кажется, к подобному давлению он был не слишком готов. — Ада, — внесла свою лепту Моко, хитро поглядывая то на Венти, то на меня. — Моко, — напористым взглядом я указывала подруге на Василия. И пока у нас намечался лишь разговор, у мужчин же — крайне сомнительное состязание. — Хо-хо, давай подходи, не стесняйся, посмотрим, сможешь ли ты мне что-то противопоставить, — в руках Василия в сполохе пламени появилась скрипка со смычком, а на лице растянулась жестокая улыбка. Я иногда не понимаю мужчин и их закидоны, но сейчас явно творилась какая-то неестественная чертовщина. — Я знаю свою меру, а что на счёт жителя Снежной? Говорят, подобный навык у вас развит до легендарного уровня, — мужчины стояли почти в упор и никто не решался действовать первым. Напряжение можно было резать ножом. — Ой, а вы играть будете? — хлопнула в ладони Хилли позади меня. Я даже подпрыгнула от неожиданности, а брутальная атмосфера с воображаемым звоном рассыпалась крупными осколками. — Больше — веселее, — фатуи явно обрадовался новому участнику состязания, а последнее стало очевидным, когда Хилли притащила и свою лиру. Неведомым магическим образом, неопределенное время спустя, когда на улице стояла глухая ночь, а убывающий тонкий серп луны только восходил, дворик перед поместьем превратился в настоящий балаган. На шум и песни от изначальных исполнителей постепенно сбежались и остальные обитатели винокурни. Удивительно, но вместо того, чтобы с матами заставить концерт утихнуть, жители совсем наоборот — присоединялись к тому. — Мондштадт — город свободы, поэтов, песни и танцев, — мечтательно и с гордостью ответил Венти на мои подозрительные взгляды, что я бросала на его хитрую улыбку. Погода была отличная, небо беззвездным, а с запада дул теплый ветерок… Который сменил холодный северный аккурат в тот момент, когда стало ясно, что все желающие бросить вызов самодовольному фатуи или просто показать себя и повеселиться в комнате Моко не поместятся. Не обязательно было уметь играть или петь. Барбара даже меня утянула попробовать свои силы в танцевальном дуэте с ней. Я всегда стеснялась танцевать, но всё же продемонстрировала пару заученных движений из клипов корейских поп-исполнителей, вызвав восторг подруги. Сэр Кэйа с крайне серьёзным лицом декламировал какой-то короткий стих… На хиличурлском. Никто ничего не понял, но всё равно рыцарь собрал овации. В основном от женской компании, что бросала томные взгляды на принца без белого коня… Ладно, это была Хилли, но не поддержать подругу мы не могли. Даже Аделинда приняла участие, сыграв грустную композицию на духовом инструменте вроде флейты. А вот мужчины в основном пытались победить чужеземца. Чужак посмел бросить вызов одновременно чуть ли не всему Мондштадту, и гордый свободный народ не мог оставить его без ответа. Правда, он оказался крайне сильным противником для рядового музыканта. Соревнование заключалось в том, чтобы повторить какую-то заранее оговоренную композицию с как можно меньшим количеством ошибок. И Василий умудрялся делать это с отвратительно самодовольной усмешкой. Я могла поклясться, что иногда он специально делал ровно на одну ошибку меньше противника, притом нарочито неуклюжую и грубую. Настолько, что даже уши моего кавалера раздражённо дёргались время от времени. С Венти, впрочем, такое не проходило, и у них была стабильная ничья, без ошибок вообще. Лишь в моменты их противостояния с лица фатуи улыбка сходила и по лбу сбегали капельки пота от напряжения. Поэтому после каждого захода оба соперники вынуждены были выпивать штрафной залп… Да они играли на бухло. Мужчины, Бездна их задери. Впрочем, всё равно было и вправду весело. Возможно, Венти знал, о чем говорил. В эту ночь я действительно забыла о своих тревогах. — А т-ты достойный соппрн-ик, — смахнув пот со лба, признал Василий, после очередного раунда и опять не выявившего победителя. Кажется, этот дался ему совсем нелегко. Мужчина уже начал шататься. Неудивительно, они выпили столько вина, что мне плохо становилось от одной мысли об этом. — Кхм, ты тоже неплох, разойдемся на ничьей? — Венти вообще-то тоже набрался, но язык опытного барда и близко не заплетался, когда он произносил эту фразу. Последняя порция вина была изничтожена. А на порывы выкатить новый бочонок среди отвалившихся в гонке ранее мужиков бросала весьма недовольные взгляды Аделинда. — Поднимем ставки, — проклятый фатуи достал из внутреннего кармана гравированную серебряную фляжку, — огненная вода, — пояснил он, — первой выгонки, неразбавленная. Сам делал, — пьяный взгляд сменился убийственным и Венти тяжело сглотнул… Надеюсь, это не от того, что он хотел попробовать «это», а от осознания серьезности нагрузки на печень. Я уже потянула за рукав барда, в попытке остановить это безумие, играя роль негодующей девушки, но меня опередили жители Мондштадта. Ну, опередили не в плане, остановили, а как раз наоборот — люди возложили надежды на своего фаворита. Даже Барбара и та потрясала кулаками в поддержку… Хмм, она весь вечер так делает, причем каждый раз она смотрит именно в мою сторону, когда мы подходили к импровизированной сцене. — Хорошо, — Архонт никак не мог подвести своих последователей и без сомнений принял вызов, — В честь того, что ты угощаешь, будем исполнять Снежную Метель. Дам тебе фору, — глаза Василия пораженно распахнулись, а Барбара испуганно ойкнула и прижала ладошки ко рту. — Это же сложнейшая скрипичная композиция… Ну, нам так в хоре объясняли. Родом из Снежной, — пояснила она на недоуменные взгляды, — на лире такое не сыграть, — и сама впала в недоумение. Скрипка то была одна, но Василий удивил — он серьезно кивнул и протянул свой личный инструмент барду. — Не слишком ли большая фора? — в голосе фатуи не было снисхождения, ему действительно искренне было интересно. Но Венти вместо ответа просто сыграл пару пробных нот, удовлетворённо кивнул себе и смычок сразу же рванул в безумный пляс. На этот раз пот катился градом уже и из самого архонта, а лицо стало красным от напряжения. Но игра его была безукоризненна, а мелодия безупречна. В ней легко угадывались неудержимый танец снежинок, шквальные порывы ветра, секущая кожу метель и безжалостный лютый мороз. Лишь когда ночная пурга сменилась тихим рассветом, смычок вызвал последнюю ноту, а бард неловко прокашлялся и протянул инструмент обратно, люди смогли возобновить дыхание, что каждый из них затаил в какой-то момент, а потом воздух взорвали бурные овации. — Идеальная игра, — похвалил своего соперника фатуи, — Сложно будет перебить первое впечатление, — с сомнением произнес он, но не казалось, что тот готов признать поражение, — Хорошо, я покажу, что Снежная — это не только лёд. Уж прости, это будет слегка не по правилам, — Василий криво улыбнулся. Что он имел ввиду, мы все поняли буквально через пару секунд после начала его игры. Композиция была немного не той, что исполнял Венти. Василий играл чуть быстрее, добавлял ноты там, где их не было и опускал те, что были. Да, это было нарушением правил, это была не Снежная Метель. Даже я это поняла. Это было нечто иное. Горячее, страстное, в воображении нарисовался огненный смерч, в сполохах которого петляли алые бабочки. Невероятно прекрасное зрелище. Я протянула руку, чтобы дотронуться до одной, и она села на кончик моего пальца, затрепетав крыльями… — А… — в один миг наваждение было разрушено дернувшимся ухом Венти, которого я держала за локоть, — Что происходит? — недоуменно спросила я, глядя на то, как каждый из присутствующих повторял мой недавний жест. Ну, кроме Венти, тот напряжённо во что-то вслушивался. — Кажется, тебя грабят, — внезапно, тихим напряженным голосом ответил на немного риторический вопрос бродяжка-бард, причём совсем неожиданным образом. — Чего? — ну, вы, наверное, поняли, что я нифига не поняла. — Я оставил ветра нашёптывать мне, что происходит на винокурне… Ну, чтоб следить за тобой, — виновато отвёл он взгляд, но поспешил перебить моё возмущение, — прямо сейчас в твоей комнате кто-то шарится в твоих вещах. Я окинула взглядом дворик, но все жители и гости были на своих местах. Отсутствовал только Дилюк, но Аделинда ещё вначале объяснила, что у того срочно появились неотложные дела и он покинул винокурню на неопределенное время. Кто бы не находился в моей комнате сейчас, он явно не поздороваться зашёл… А ведь там были и вещи из моего мира. Я моментально рванула в сторону совершаемого акта преступления, в нарастающей панике прослушивая ненужные сейчас извинения барда, который едва поспевал за моими шагами и чуть ли не падал, путавшись в собственных ногах под действием всего выпитого за вечер спиртного, но я держала его за руку и не позволяла упасть. ВЖЖЫККРГГГ Отвратительный визг насилуемой струны едва не заставил мои уши кровоточить. Мелодия резко оборвалась, вызывая недовольные ахи и охи. — Кхм, как неловко, — сделал виноватый вид фатуи, — кажется, я проиграл. Прими мои поздравления, — грустно, но совсем не расстроено сказал Василий, — за твою победу! — и честно исполнил сделку, залпом осушив фляжку в пару глотков. Мондштадтцы тут же кинулись поздравлять архонта, чествуя лучшего барда, но к моему удивлению, тот не собирался меня бросать и позволил тащить себя в сторону домика. — Моей девушке поплохело, слишком много людей и мало воздуха. Я отведу её в комнату, — крикнул он напоследок и уже сам вывел меня из мигом образовавшейся толпы. Мы буквально сбежали под подбадривающие крики девушек и понимающие взгляды мужчин, впрочем, мне было не до них, так как упускать воришку желания не было. Н мы опоздали. Стоило мне открыть дверь в комнату, едва не оторвав ручку, как неизвестная воровка, что была одета в обтягивающие одежды заклинательниц электро цицинов послала мне издевательский воздушный поцелуй: — БУФ!!! — а потом исчезла во вспышке телепортации. Появилась она сразу же за окном и стремительно растворилась в лесу. Я напористо задёргала оконную ручку, которая так некстати заклинила. Увидев мои безуспешные попытки, бард кинулся помогать. — С тобой точно всё в порядке? — спросила запыхавшаяся Барбара, заглядывая в дверной проём. — Ехехе, да, всё хорошо, — Венти забегал глазами, ища срочное оправдание, — Просто мы хотели свежий воздух впустить… Но замок на окне кто-то сломал, а я помогаю открыть… сзади~ — Ага, п-понятно, — стремительно краснеющая девушка оценила наше недвусмысленное положение, принятое, как ни странно и правда в попытке выломать этот чёртов замок двойными усилиями, — Обращайтесь, если будет нужна помощь, я не стану мешать, — «понятливо» закивала монашка и тихонько затворила дверь за собой. — Пфххх, — разом выпустила я всё накопившееся напряжение. И устало поплелась перебирать собственные вещи, нужно было понять, что украли. Было очевидно, что сама злоумышленница уже ушла слишком далеко.