Eyk eyk ey?

«Мы живём в постоянно меняющемся мире, поэтому нам нужно быть готовыми к любым ситуациям»

© Курису, Genshin Impact.

— Да хватит смеяться! Я чуть не умерла! — Синь Юэ даже не поленилась пробежать за Эллой несколько метров, угрожая при том ужасной расправой. Ну кто так шутит?! Она ведь и правда поверила, что к ним несется огромный, словно двухстворчатый шкаф, хиличурл, чуть ли не с двумя щитами в каждой из когтистых лап. До чего же натурально Элла подшутила... У Синь Юэ даже сердце зашлось. — Всё-всё-всё! Я больше не буду, честно! Прости-прости! Когда девочки помирились, Синь Юэ про себя подумала о том, что, оказывается, та ещё трусиха. Какой из неё искатель приключений в таком случае? Неприятное вышло открытие о самой себе... Как же это исправить? Вновь опустившись на траву, дети возобновили за работу по сбору одуванчиков, совсем не боясь, что по их души придёт уже настоящий монстр. А что? Днём вражеские создания действительно бродили по округе, но к крупным городам подходили достаточно редко. По крайней мере, так считали городские стражники. — О чём думаешь? — молчать стало скучно. — О том, что, к счастью, не растеряла одуванчики. — Ты бы видела свое лицо. Ты правда поверила? — Элла не сдерживала улыбки. — Конечно! Ты так часто говоришь о хиличурлах, что я подумала ты и правда нашла его прямо в поле. На радостях от удавшейся проделки, Элла едва не ляпнула, что действительно давно нашла подходящих для общения кандидатов. Удержалась лишь на последних секундах. Порой очень-очень сильно хочется рассказать о своих успехах окружающим, но необходимо мучительно долго держать всё в тайне. А может рассказать? Нет, нельзя. Маленьких «солнышек» в корзине становилось всё больше. Цветы росли в таком изобилии, что без труда набралась полная корзинка, а заодно и пышный букет в придачу. Одуванчик — цветок, символизирующий свободу и мечты жителей Мондштадта. Он способен прорасти сквозь маленькую трещину в каменной дороге и пережить любые ненастья, под конец своей жизни обернувшись пушистым шариком, чтобы потомки улетели далеко-далеко. Смотря на летающие пушинки, Синь Юэ часто представляла себя рассекающей воздух на планере. Такой должна быть свобода? На обратном пути девочки прошли вдоль берега, любуясь водной гладью рва защищавшего город, а затем, пересекая мост, обратили внимание, что ни Тимми, ни голубей, нет на привычном месте до сих пор. — Думаешь, он согласится? — Dala? А почему нет? — Не знаю. Он ни разу не соглашался поиграть с Кли. Она рассказывала, что уже звала его кучу раз. — Наверное, звала глушить рыбу и он подумал, что если согласится, то Кли потом начнет глушить его голубей! — Кли являлась третьим почётным членом их маленького отряда, правда, часто пребывавшем в «экспедициях» в темнице ордена рыцарей. Почему в экспедициях? Девочки придумали это сами, решив, что «пещерная экспедиция» звучит в разы приятнее, нежели наказание, заточение, запирание, или уединение для «подумать над поведением». Проходя мимо информационной стойки для гостей города, что располагалась почти у самых ворот, девочки хотели поздороваться с сотрудницей, но Катерина оказалась занята общением с каким-то молодым человеком и парящей рядом с ним девочкой. Таких ни Синь Юэ, ни Элла ещё ни разу не встречали. — Смотри, у него волосы собраны в косу. — Наверное, это какие-то путешественники из дальних краёв? — Я тоже хочу стать путешественником... Или просто вернуться в Ли Юэ. — Хочешь торговать чем-то? — Нет, но ведь там можно делать и другие вещи. Простившись на привычном месте, у торговой площади, девочки разошлись в разные стороны по своим домам. Синь Юэ совсем не помнила родины и хотела туда лишь потому, что так окажется ближе к отцу и брату. Ну почему дедушка не хочет переехать обратно? Ему ведь тоже не очень комфортно здесь, она уверена! Пока внучка собирала одуванчики, дедушка подготовился к давно отлаженному процессу по приготовлению вина, чтобы сразу начать обработку принесенного материала. — Я дома! — раздался знакомый голосок, а затем привычный хлопок дверью. Какая же громкая девочка! Вероятно, в прошлой жизни она была юношей, самым бойким искателем приключений своего времени, а, может, и самым ушлым торговцем с шумного рынка. Впрочем, для разбойника Синь Юэ тоже не плохо так годилась. — Какие хорошие, — чуть дрогнувшим голосом оценил добытые одуванчики дедушка, перенося корзинку из прихожей в небольшую кухоньку — Ты голодна? — Давай сначала закончим с вином, — Синь Юэ решительно настроилась завершить миссию и уже после наградить себя едой. Увы, прозвучало привычное: нет, ты сначала поешь. Дедушка строго следил, чтобы ребёнок заботился о своём здоровье, и, вероятно, хотел, чтобы внучка не только дожила до его лет, но и дважды пережила все возможные жизненные рекорды. Нудный процесс разбавляла неспешная беседа между дедушкой и внучкой. Синь Юэ по секрету всё же рассказала об их с Эллой планах создать гильдию приключенцев, для которой уже имелось подходящее количество кандидатов: Элла будет переводчиком вражеских речей, Кли, когда вернется из «экспедиции», станет их грозной силой и алхимиком, а Тимми, войдёт в отряд как дрессировщик диких животных и ответственный за отправку поручений голубиной почтой. Если согласится, конечно. Вот только, что делать ей на фоне прочих ребят? — Тяжело, когда у тебя нет никаких талантов… — вздохнула девочка, рассматривая пушистый одуванчик на своей ладони. — Синь Юэ, не бывает человека, который плох во всём. Даже дорожный камень на что-то годен. — Но ведь все приносят пользу, а у меня совсем нет идей. Повисло молчание, нарушаемое лишь едва слышным ощипыванием лепестков. — Ты можешь рисовать карту местности и вносить на неё правки, поработать с портретами и эскизами объектов, можешь помогать в любых делах своих друзей. Ты ведь усердная девочка не так ли? Кроме того, даже в настоящей гильдии не все из служащих в ней — герои. Но, если бы не было обычных людей, героям некому было бы помочь. Например… Дедушка подбрасывал одну идею за другой, попутно рассказывая, как важен каждый в общем деле, но внучка уже не слушала. Она замерла, глядя на своё запястье. Её любимый браслет в виде перчика пропал! Исчез прямо с руки! Выскочив из-за стола и, едва не опрокинув стул, Синь Юэ бросилась к раковине, совершенно не слушая слов старика о важности людей, ответственных, к примеру, за провиант. Дедушке пришлось прерваться: — Что-то случилось? — Нет, — но голос больше не выражал привычной уверенности — я просто… Она запнулась. Нет. Нет-нет! Только не это! Она же видела, что замок стал слабый! Почему не сняла браслет и не оставила дома? Почему сразу не исправила или не попросила починить! Сама виновата в своей беде, и подкатывающие слёзы делу не помогут. Глянув мимо дедушки в окно, на видневшееся, за плотно прижавшимися к друг другу домами, небо, Синь Юэ несколько секунд впивалась взглядом в розовеющий закат. Видимо, она не заметила, как обронила браслет, пока собирала цветы. Зацепилась за траву, или замок сам открылся где-то по дороге. Может, вообще потеряла в библиотеке, и его нашла библиотекарша? Где же он может быть? Это ведь подарок, который она поклялась бережно хранить. Не вынеся роящихся, точно дикие пчёлы, мыслей, девочка побежала снова обуваться. — Синь Юэ, ты куда? Уже темень какая! — в голосе дедушки скользнуло беспокойство, а он сам поднялся из-за стола. — Я скоро вернусь! Я кое-что забыла! — Но ведь уже вечереет, Синь Юэ. Синь Юэ! — что за ребёнок! Она и вправду убежала на улицу! Потерянный браслет не имел никаких драгоценных вставок из редких камней, а материал самого перчика являлся вполне обычным, ровно как и цепочка. Маленькое украшение — скорее безделушка, чем истинная ценность, но для ребенка любимая вещь дороже настоящего сундука с сокровищами. Нужно успеть найти его до темноты или дождя. Только бы он все ещё лежал там! Она не сказала дедушке прямо о причинах своего возвращения на улицу, наивно решив, что так тот не будет сильно волноваться. Синь Юэ же сказала, что что-то забыла, а значит, вернётся, как только заберёт забытое. Она же не сказала размытое «я сейчас», или же вовсе не убежала молча? Не было такого, а значит всё в порядке. Только бы он оказался там, ну пожалуйста! Только бы не забыть, где они с Эллой ходили. Может, забежать за ней? Нет, только потеряешь время. Не помня себя, Синь Юэ пролетела по улицам, точно маленький вихрь, а затем, под гневный окрик и хлопанье крыльев, миновала мост. Тимми! Ну где же ты днём был?! — Прости, я позже поговорю с тобой! — не поворачиваясь крикнула девочка стремительно пересекая мост. Добежав до главного перекрёстка, Синь Юэ остановилась как вкопанная. Хоть солнце ещё не село за горизонт до конца, вокруг уже сгущались сумерки, а там, где деревья отбрасывали тени, вовсе становилось жутковато. И как-то прерывисто задувал ветер, которого не замечали днём... Неужели с той стороны идут грозовые тучи? Только этого не хватало. «Я просто найду браслет и вернусь домой», — повторила себе Синь Юэ, отважно двинувшись вперёд. Нужно было захватить с собой Бао. С ним не так страшно идти куда-то, словно мягкая игрушка способна защитить от чего угодно. Вот растяпа! «Может, утром прийти? Будет лучше видно…», — она не хотела признавать самой себе то, что вокруг становится очень жутко и дорога выглядит всё менее знакомо. «Нет. Завтра станет видно лучше не только мне, но и птицам. Они могут утащить то, что блестит», — набрав влажного воздуха в лёгкие побольше и как раз немного переведя дух, Синь Юэ побежала дальше. Она найдет свой браслет и сразу же вернётся домой. В своём сознании Синь Юэ пробежала через всё поле, но на деле выдохлась в разы быстрее. Шумно дыша, ребёнок тащился через заросли и полянки, а так же искал более-менее плавные подъемы. Окрестности Мондштадта местами достаточно холмистые, да и горы начинались достаточно близко. «Я и не думала, что мы ходили так далеко», — за беседой дорога действительно ощущается короче, а когда ты строишь грандиозные планы, или играешь по пути так тем более. Удары сердца отмеряли время. Будь с ней Бао… Нет, не игрушечный, а настоящий и живой. Он бы быстро вынюхал дорогу и, возможно, они уже нашли бы пропажу, да пошли домой. Её любимый, смелый Бао... Она любила своего пса, который помог ей преодолеть страх общения с людьми. Синь Юэ была застенчивым ребенком который никак не мог найти себе друга для игры. Именно тогда брат принёс ей щенка. Хвостатый компаньон оказался смелее скромной хозяйки, а ещё бодрости в нём всегда плескалось на десятерых. Росли вместе, правда, хвостатый чуть быстрее. И вот однажды его не стало. Будь он рядом сейчас не было бы так страшно. «Кажется, место должно быть где-то здесь… Вот тут Элла крикнула, что за мной бежит хиличурл, а потом мы шли по тропинке вниз и я упала. Или чуть дальше…», — почему темнеет так быстро? Просто стремительно. Дедушка, наверное, уже начал волноваться. Может уйти? Нет, осталось же совсем чуть-чуть пройти. Где-то должны быть камни, похожие на арку, откуда они развернувшись, ушли влево, на полянку. «Ой, как красиво светляшки светятся в дали…», — за день цветочки-светляшки насобирали в себя достаточно света и отдавали его ночью в виде голубоватых отблесков. Красота. Впереди раздались какие-то звуки. Синь Юэ сначала не поняла, а потом обрадовалась — люди! Сразу стало не так страшно, но сделав несколько шагов вперёд девочка остановилась. Нет. Там не люди. Какой знакомый звук. Это его пытается пародировать Элла. Не очень похоже, но, почему-то, Синь Юэ сразу поняла, что там, впереди, идёт хиличурл. В этот раз настоящий! Вот это влипла. Словно оказалась в чьих-то выдуманных или не выдуманных историях. Синь Юэ часто слышала подобные завязки, но никогда не думала, что своими же ногами прибежит к одной из них. Дедушка прав, сколько не слушай чужих глупостей, всё равно какую-то совершишь самостоятельно. Пусть даже самую-самую глупую.