С добрым утром

Что может быть прекраснее, чем проснуться рядом с любимым человеком и еще совсем немного понежиться в его объятиях? Только если любимый человек проснулся тоже, а не обещал накануне спать навсегда. Короткие, невесомые поцелуи, сродни тёплым лучам солнца, медленно прошлись по обнаженным участкам тела, а руки скользнули под одеяло. Антон сквозь сон выдохнул, перевернувшись на живот, дёрнул плечом, пробурчав едва различимое: — Я сплю. — Спи, спи, я сам, — прошептал Арсений, нависая сверху и скользя дорожками поцелуев по плечам, спине, все ниже и ниже. — М-м-м, отъебись, — Шастун хмыкнул, насильственным образом выныривая из крепкого здорового сна навстречу неугомонному Арсению Попову, которому явно не спалось в эту рань несусветную. В какой-то момент ему в задницу упёрся весомый аргумент Арсения, и, шумно выдохнув, Антон перевернулся на спину и этим тут же нагло воспользовались, оседлав сверху. — М-м-м, Арс, бля, — Антон фыркает, трёт глаза, которые никак не хотят просыпаться и видеть эту наглую, самодовольную, счастливую морду лица Арсения Сергеевича Попова, который, растеряв остатки совести, с жадностью выцеловывал шею спящего, накрывая его теплое, сонное тело своим. — Очень хочу тебя, — горячий шепот в перемешку с поцелуями немного бодрит, и Антон пользуется своим положением: скользит по ягодицам партнёра, ощутимо сжимает их. Горячее дыхание обжигает, заставляет проснуться мурашек по всему телу, бабочек в животе и член. Жадные поцелуи, руки, скользящие по обнаженной горячей коже. Арсений выгибается, нащупывая затвердевший член партнёра, намеренно трётся об него, возбуждая, и теперь не до сна, хотя Антон по-прежнему делает вид, что спать это то, чего ему сейчас безумно хочется, но из полуприкрытых век наблюдает за происходящим. Арсений смотрит на него, не отрывая взгляда. Скользит по члену рукой, а затем трётся о влажную головку, дразнится и Антон закусывает губу. Затем опускает ладони ему на талию, осторожно двигает его немного назад и резко вниз, насаживая задом на собственный член. Арсений рвано выдыхает, прикрыв глаза, впускает его целиком, на миг замирает, упираясь ладонями в плечи партнёра, начинает медленно двигаться. — Шаст, — шепчет едва слышно, наклоняется, впиваясь в его губы жарко, пьяняще, сплетаясь языками в продолжительном влажном поцелуе. Антон принимает игру, позволяет Арсению насаживаться самому, лишь придерживает его за бедра, впиваясь в них короткими ногтями. Внутри Арсения жарко до одури, так, что хочется оттрахать его до хриплого скулежа, крепко прижав к себе, но не сейчас. Сейчас Арсений хочет совсем по-другому. — Иди ко мне, — шепчет он, притягивая парня за шею к себе, заставляя принять положение сидя, продолжая медленные поступательные движения, ощущая в себе твердый горячий член, скользящий внутри, распирающий стенки. Невероятные ощущения пьянят, кружат голову. Ужасно неудобная поза для тех, кто собрался потрахаться, а для тех, кто решил заняться любовью, — просто идеально. Глаза в глаза, дыхание одно на двоих, жар тел и слова все лишние, ненужные. Антон прижимается ближе, скользит ладонями по спине, усыпанной родинкам, слегка двигает тазом навстречу, наблюдая за тем, как Арсений хватает ртом воздух, выгибается от ощущений. Медленный, чувственный секс плавит тела, дарит наслаждение, вкус близости, невесомого колкого счастья. Чужая рука смыкается на его члене, и Арсений мычит в поцелуй, зарываясь свободной рукой во взъерошенные волосы. Первый резкий, плавный толчок уже по другим правилам, Антон перехватывает инициативу, а также задницу партнёра в свои руки, вновь принимая горизонтальное положение. Толкается сам глубже, до упора, задевая простату, дарит уже другие ощущения, притягивая мужчину к себе для долгого мокрого поцелуя, меняя угол проникновения. Его член, словно поршень, движется вперёд-назад, и тяжёлое дыхание сменяется хриплым поскуливанием и короткими стонами Антона. — Арс, я сейчас… — Шаст, — хрипло шепчет Попов и сам через миг кончает, ощущая, как внутри него пульсирует член любовника. Пару раз по инерции они ещё толкаются друг другу навстречу, а после, тяжело дыша, замирают друг у друга в объятьях, прислушиваясь к стуку сердец друг друга и звукам, наполняющим собой новый день. Арсений приподнимается, легонько целуя Антона в нос. — Ты как? — Проснулся, — сладко зевая, произносит Антон, ероша свою и без того взъерошенную шевелюру. — С добрым утром, — иронично произносит Арсений, откидываясь обратно на подушку. — Ага, — Антон, улыбаясь, проделывает тоже самое, устраиваясь поудобнее, ощущая в своей ладони теплые пальцы лежащего рядом. И лежат в одной постели такие себе два совершенно счастливых человека, у которых случилось утро невероятно доброе. Ведь именно так оно и выглядит самое прекрасное, самое страстное влюбленное утро… С добрым утром.