Спасение утопающей души не дело рук самой утопающей

Чонвон вошёл в гримёрку и, не сказав ни слова, схватил Соль за руку и повёл в неизвестном направлении. «Неприятный разговор? — задалась вопросом Соль Хи, глядя на сцепленные ладони Чонвона и свою. Через пять минут она уже сидела в его машине, а Чонвон ехал куда-то загород. Соль Хи не решилась спросить куда, поэтому сидела и молчала, ожидая, когда нарушится молчание, и нарушится ли оно вообще. Усталость навалилась неподъёмным грузом, и она даже перестала следить за дорогой, погрузившись в нерадостные размышления о том, куда может зайти их предстоящий разговор.  А он, казалось, не обращал внимания ни на что, кроме широкого шоссе. Запах кожаного салона собственного автомобиля всегда его успокаивал, и пустынная дорога отвлекала от плохого настроения. Через час они оказались на том самом пляже, куда Чонвон привёз Соль Хи после выставки Ким Ёнсока.  Только в прошлый раз сорвалась Соль, а Чонвон безмолвно поддержал. Кажется, пришла её очередь. Она вышла из машины и растерянно задрожала от холода, но Чонвон, вышедший следом, достал с заднего сиденья свою куртку и накинул ей на плечи. Теплее стало сразу: согрела её не столько куртка, сколько то, что он продолжал волноваться за неё даже в таком скверном расположении духа. Оба подошли к берегу моря на котором так же, как и в прошлый раз, никого не было. Молчание, которому уже пора было превратиться в неловкое, оставалось по прежнему тяжёлым и слегка печальным и всё ещё висело над ними хмурой тучей. Туча, однако, довольно скоро обратилась в дождь: — Я так устал, Соль Хи, — наконец-то начал Чонвон. — Я устал от этих дурацких интервью, где всем только и интересно, как бы нас подловить и раздуть скандал. Устал от постоянного контроля менеджеров и от этих грёбанных графиков… Соль тяжело вздохнула. Она его понимала, но сегодня, придя на концерт специально для Чонвона, ей хотелось увидеть его улыбку и услышать, что он соскучился. Но видимо Чонвон уже устал притворяться, что у них всё в порядке. — А ещё, Соль Хи, меня ужасно злит, что мы не можем видеться так часто, как раньше, хотя я знаю, что это не твоя и не моя вина. — Я понимаю, Чонвон, — она мягко взяла его за руку и подвела ближе к морю. — Я надеялась, что придя сегодня на концерт, смогу немного поднять тебе настроение. Тот сразу смягчился и вздохнул: — Ты и подняла. Правда. Просто увидев тебя там, я понял, насколько мне не хватает наших разговоров, времени вместе и… насколько мне хочется всё бросить, хоть я и понимаю, что это невозможно… Чонвон отвернулся от неё, вглядываясь в горизонт: — Раньше я мог не обращать внимания на неуважение старших, потребительское отношение со стороны компании, или дурацкий фан-сервис. Но с каждым годом всё это терпеть становится сложнее. Кажется, я уже вырос из энтузиазма готового на всё ради дебюта мальчика-трейни. Мне нравится моя работа и я понимаю, насколько мне повезло, но эти её аспекты просто невыносимы. Мне банально хочется уважения. Уважения моих желаний, моего личного пространства. Мне уже не шестнадцать лет, и иногда мне кажется, что они этого не понимают. Выслушав эту тираду, Соль Хи аккуратно взяла Чонвона под локоть и положила голову ему на плечо. Ей тоже хотелось рассказать, как ей тяжело, и как работа высасывает из неё всю жизнь. Но не решилась, видя, что Чонвон нуждается в её поддержке.  — Ты говорил об этом с кем-нибудь? — тихо спросила она. — Возможно, ребята чувствуют то же самое? Может, вам стоит взять небольшой перерыв? Чонвон вздохнул, покачав головой: — Я вижу, что ребята тоже не справляются с таким темпом работы, но не представляю, что с этим делать, — он бессильно провёл рукой по волосам. — Сейчас начнётся тур и куча интервью для продвижения альбома. Уверен, что начальство и слышать не захочет про отпуск, и я их понимаю. Они неспешно прогуливались вдоль берега, и через несколько минут Соль Хи сказала: — Я понимаю, что ты чувствуешь вину, перед ребятами, начальством, возможно, фанатами, — она заглянула ему в глаза, произнося до ужаса банальную, но подходящую в этой ситуации фразу: — Но иногда нужно ставить себя выше них. Если ты чувствуешь, что не можешь работать в таком темпе, ты должен настоять на своём перед продюсером. А особенно если ты знаешь, что не ты один такой из вашей группы.  Печально вздохнув, Соль добавила: — Но для начала, тебе стоит обсудить это с ребятами. Я уверена, они не станут тебя винить, а поддержат и может даже помогут с этим справиться. Всё-таки в такой ситуации они понимают тебя лучше чем я, ведь вы проходите через это вместе… В этом прозвучала такая грусть от того, что она не может поддержать его так, как ей хотелось бы, что Чонвону стало стыдно. Он хотел диалога, хотел, чтобы в их отношениях открыто обсуждались проблемы и чувства обоих, но, кажется, всего лишь вывалил на Соль Хи поток своего дерьма и расстроил её. — Соль Хи…  Он притянул её к себе и почувствовал уже ставший родным аромат полыни.  — Мне кажется, никто не понимает меня лучше, чем ты. И прости, что я… Она ласково улыбнулась и помотала головой, не давая ему закончить. Гладя его по волосам, Соль рассеянно думала о том, что не имеет права сейчас жаловаться на свою жизнь, когда Чонвон в таком состоянии. Всё-таки её работа и была изматывающей, она не шла ни в какое сравнение с Чонвоном, который был медийной личностью. И всё же какое-то тревожное ощущение недосказанности медленно отравляло сознание. Соль постаралась отмахнуться от этого чувства и сосредоточиться на тёплых объятиях Чонвона и обволакивающем запахе шоколада. Они ещё долго гуляли по пляжу, и вместо разговоров вдыхали морозный солёный воздух, неприятно морщились, когда в обувь попадал песок, и задумчиво наблюдали за стаей чаек, колышущейся на волнах.  ——— Наконец наступил день презентации, и Соль Хи, не спав всю ночь, решила встать на два часа раньше будильника.  Одиноко сидя на кухне с уже остывшей чашкой кофе, она не могла ни на чем сосредоточиться и пустым взглядом смотрела в окно. В один момент её взгляд резко сфокусировался. Она поднялась с места, схватила куртку с вешалки и после решительного хлопка входной двери квартира затихла. В очередной раз Соль Хи стояла у двери больничной палаты, в очередной раз она боялась туда войти. И в очередной раз она переборала себя и шагнула в прохладную комнату пропахшую медикаментами. — Привет, мам, — слабо улыбнулась она.  Некогда белые жалюзи посерели от пыли, лицо матери было бледным, худым. Но, что самое ужасное, умиротворённо безжизненным, но Соль научилась не обращать на это внимания. — Сегодня день презентации, и мне показалось, что тебе было бы важно, чтобы я пришла. Ответом ей стал тихий писк аппарата жизнеобеспечения. — Я немного волнуюсь, хотя знаю, что сделала для этого проекта всё, что могла, поэтому даже если его не одобрят, я всё равно буду горда проделанной работой. Чонвон просмотрел материалы и ему тоже очень понравилось. У него сегодня очередные съёмки, но я надеюсь, что он всё-таки сможет приехать и встретиться со мной хотя бы на пять минут… Казалось, что молчание матери было не мертвенным, а понимающим, поэтому Соль поделилась тем, что гложило её ещё с дня концерта: — Но, мне кажется, что отношения забирают слишком много сил и у него, и у меня.  Когда она сказала это вслух, дышать стало легче. Такая горькая правда, которую они оба, Соль была уверена, чувствовали, но предпочитали игнорировать. — Мне его не хватает. Наши встречи стали больше похожи на сеансы психотерапии, и я не справляюсь с тем, чтобы поддерживать его всей душой, ведь мне самой хочется поддержки… Похоже, мы оба немного перегорели… Кажется, лицо мамы посерело ещё больше… А может, это просто освещение? — Не знаю, сможем ли мы с этим справится, мама. Как бы мне хотелось услышать твой совет… Но нет. Писк аппаратов продолжался, запах медикаментов въелся в подсознание, точно также как и больничный холод… *** Стоя перед кабинетом, полным бизнесменов и директоров, Соль Хи нервно поглядывала на телефон, ожидая небольшого сообщения по типу «файтин!», но экран оставался пуст. Звонила Юнхи с горячими словами поддержки, и даже Ники с Джейком написали ей небольшие напутствия на удачу. Но самое долгожданное сообщение так и не пришло. Когда тянуть уже стало невозможно, она уверенно вошла в офис, слегка сморщилась от запах кофе смешанного с потом, и поздоровалась со всеми.  Получив вежливое приветствие от Бан Шихёка, который улыбнулся ей, она подключила ноутбук к проектору и начала рассказывать о своём проекте, с удивлением отметив, что семь мест возле входа пустуют, и, кажется, господин Бан транслирует презентацию онлайн.  Будучи взволнованной и сосредоточенной на проекте, Соль не придала этому большого значения. Во время своей речи, она хоть и не теряла внешнюю уверенность, заметила, что больше половины присутствующих снисходительно заказывают глаза на её пояснения и насмешливо переглядываются друг с другом. И больше всех выражал свою насмешку директор Гон, который очевидно не собирался прощать Соль Хи её недавнюю дерзость. — Я вижу, что вы не уделяете большое внимания фан-сервису, как же вы тогда планируете удержать фанатскую аудиторию? Соль была готова к критике своего подхода, поэтому охотно объяснила: — Я хотела бы привлечь более старшую аудиторию, которая ценит качественный контент, а не склёпанные за пять минут песенки, которые заполонили рынок, — голос дрогнул, когда она услышала громкое фырканье директора Гона. Однако Соль продолжила: — И основываясь на том, что хотела бы видеть сегодня в кей-попе я, а также статистике, фан-сервис лишь подчёркивает коммерцию. Образ группы должен быть искренним и свежим, поэтому вместо фан-сервиса, я хотела бы снимать их работу в студии и сделать что-то наподобие хроник. Как если бы они снимали это, чтобы пересмотреть через 10 лет, а не выставлять свою фальшивую креативность напоказ в социальных сетях. Люди уже давно перестали верить в это.  Она окинула взглядом всех своих слушателей, и её боевой настрой упал. Соль заметила лишь парочку задумавшихся лиц, остальные же, казалось, совершенно не воспринимали её всерьёз.  — Проект неоправданно дорогой, это нерентабельно, — заключил глава финансового отдела. Соль Хи возразила: — Как по мне, дороговизна оправдана. Качественный продукт нельзя сделать дёшево. Если хотите успешный долгосрочный проект, в него нужно инвестировать. Потребители услышат дешевизну и быстро переключат своё внимание с одной ничем непримечательной группы на другую, вы должны это знать. Чтобы удержать общественный интерес в переполненном на сегодняшний день рынке, нужно что-то большее, нужна концепция, которую мы сможем хорошо продать. И я думаю, что моя концепция именно такая.  Директор Гон потребовал: — Нам нужны гарантии, что люди заинтересуются. Соль Хи переключила слайд, и показала скриншоты комментариев людей, реагировавших на дебют новой группы шестимесячной давности. — «Я даже не могу их различить, они все одинаковые», «Они пытаются повторить блэкпинк, но у них не вышло», «Как люди вообще могут это слушать? Уши вянут». Это комментарии от нетизенов, и таких большинство. Статистика показывает, что люди устали от громких электронных инструменталов, а популярность акустических и рок каверов сильно возросла. Показав процесс записи реальных музыкантов, и то, как они работают с девочками, заинтересует людей. Фанаты любят смотреть закулисные видео, и динамичные ролики с инструменталистами, а не только вокальные дубли, уверена возымеют успех. Бан Шихёк одобрительно ей улыбнулся, и Соль интуитивно поняла, что презентация закончена. — Спасибо за внимание, я выйду и дам вам время посовещаться. Стоя у двери в кабинет, Соль Хи нервно ходила туда-сюда, стараясь успокоить себя. Но сзади появилось несколько теней, и она испуганно обернулась. Перед ней стояли люди, которых она точно не ожидала здесь увидеть. БТС, все семеро, стояли перед ней и ярко улыбались: — Привет, Соль Хи, — протянул ей руку Ким Намджун, и она тут же аккуратно её пожала. — Здравствуйте, — низко поклонилась Соль, не понимая, что происходит и откуда они знают её имя.  — Мы послушали твою презентацию, и нам понравилась идея, — доверительно сообщил Чонгук. Соль Хи от шока даже дар речи потеряла, но через пару секунд растерянно спросила: — Вы слушали..? — Да, извини, что мы опоздали, у нас была запланирована «айдольская активность», — пальцами показал кавычки Хосок, — но мы послушали тебя онлайн, когда ехали сюда, — лучезарно улыбнулся он, и Соль еле сдержалась, чтобы не выдать на радостях что-нибудь неприличное. — Спасибо, что уделили мне время, — вежливо поблагодарила она, не совсем понимая, что это всё может значить. Она знала, что все члены БТС крупные акционеры компании, но ей казалось, что они не вмешивались в такие дела. — Мы тебя поддержим, — заверил её Тэхён. — Мне нравится идея с живой музыкой, и ты абсолютно права, что кей-поп потерял аутентичность. Надеюсь, в твоих силах это исправить. Соль Хи, нервно теребившая брелок на чехле телефона, глубоко поклонилась в очередной раз: — Спасибо, сделаю всё возможное. Молчаливый Юнги подошёл к ней ближе и похлопал её по плечу, саркастично хмыкнув: — Расслабься, мы не директор Гон, а всего лишь такие же музыканты как ты, можешь не лебезить так. Думаю, ты согласишься пускать меня к себе в студию время от времени? Твои демки ничего такие. Телефон выпал из рук, а Соль вспотела так, что белая рубашка под пиджаком неприятно прилипла к спине. — Конечно, для меня и девочек это была бы огромная честь.  Он весело ей подмигнул, и все семеро зашли в конференц-комнату. Соль резко выдохнула, ей захотелось выйти на свежий воздух, но её могли в любой момент позвать обратно, поэтому оставалось лишь ждать. — Здравствуйте, — поздоровался Намджун с советом директоров, и все поклонились. — Извините за опоздание. Мы слышали презентацию, и хотели бы принять участие в её обсуждении. БТС в компании очень уважали и ценили, поэтому лица всех в мгновение ока засияли, и их тут же пригласили присесть. Директор Гон, ввёл их в общее настроение следующими словами: — Я думаю, этот проект абсолютно не нужен компании сейчас, когда любое рискованное движение может испортить нашу репутацию. Финансовый директор подтвердил: — Согласен, к тому же это действительно негативно скажется на бюджете. Как по мне, лучше доверить новую группу профессионалу вроде мистера Бана. Бан Шихёк спокойно и без энтузиазма принял похвалу, и возразил: — Нет, я так не думаю. Соль Хи ещё очень молода и неопытна, это факт. Но её идеи интересны, и никто не успел запудрить ей мозги мыслями о максимальном доходе. Компания превратилась в фабрику звёзд, в самом плохом смысла этого слова, и такие как Соль Хи помогут вернуть HYBE репутацию креативного агентства, прислушивающегося  к своим артистам. Не инструмента для денег, а проводников поп-искусства. И если в этом мы сумеем опередить наших конкурентов, то доход возрастёт соразмерно репутации. Намджун согласно кивнул: — Все устали от толстосумов на руководящих должностях. Если сделать Соль Хи медийной личностью и выиграть награду наподобие «продюсер года», в глазах аудитории HYBE станет прогрессивнее.  БТС были далеки от бизнеса. Они бы вообще не знали про презентацию, если бы Чонвон вдруг не попросил их прийти и послушать. Мысли о финансовых рисках, доходах и убытках были чужды творческим людям, но когда вертишься в определённых кругах и располагаешь влиянием, приходится учиться говорить не как музыкант, а как бизнесмен. Все они понимали, что интересная идея и хорошая музыка вряд ли заинтересуют людей, которые пришли в индустрию с целью побольше заработать. Поэтому все аргументы строились лишь на выгоде и ничем больше. Влияние их было настолько велико, что, увидев, что все семеро хотят поддержать молодую продюсерку, остальные, в том числе и недовольный директор Гон, тут же с ними согласились, и Соль Хи, услышав заветное «Проект одобрен», принялась чуть ли не со слезами на глазах благодарить своих неожиданных союзников и обещать, что она сделает всё возможное, чтобы их не подвести. В собственном кабинете её встретили Юнхи и взволнованные девочки, которые, услышав новости, взорвались радостными криками и накинулись на Соль с благодарностями и объятьями. Рассказав про собрание в мельчайший детялях, Соль Хи вышла в коридор, ей были приятны поздравления подруг, но она ждала поздравления определённого человека. Наплевав на гордость и обиду, она первая позвонила Чонвону, чтобы вместе порадоваться её успеху. Но монотонные гудки долго нервировали, а когда слушать их стало невыносимо, то оборвались, уступая место автоответчику.  Кажется, Соль была права. Слишком много сил…