Неизлечимые романтики

      Свет от огоньков свечей ложится на стены причудливыми тенями. Вздрагивает и меняется от любого движения. У Сережи губы пересыхают как в пустыне. Хочется глотнуть воды или наконец-то прижаться ближе и впиться поцелуем. Олег целомудренно держит руки на его талии. Как будто охраняя от внезапных порывов. Да толку? Прикосновения жгут огнем. Раскатываются сухим льдом по венам и вспыхивают фейерверком в голове и сердце. Музыка играет достаточно громко, чтобы заглушить их тяжелое дыхание, но недостаточно, чтобы не слышать стук сердца. Сережа скулит и пытается сдвинуть руки с плеч Олега к шее. Однако услышав чуть сорванное на конце: - Серый.. Сдается. Исходя из губ Олега его имя превращается в заклинание. Позволяет управлять, позволяет сдерживать лучше любых оков. Они снова качаются в такт музыке. Тени колышутся подхватывая движение. Сережа чувствует воздух кожей. Все чувства обострены до предела. Гладкая ткань пиджака под пальцами. Жар тела Олега окутывающий его с каждой минутой все сильнее. Заставляющий плавится в медленном ритме танца. Кажется, что во всем мире они остались одни. Где-то на грани слышимости шумит прибой, болтают люди в баре. Смеется компания за дальним столиком. А они танцуют посреди толпы, но кажется - на краю вселенной. Танцуют на грани, лавируя опасно, обжигаясь о невинные касания друг друга. - Волчик.. Чуть слышно с последними нотами трека. Заполошно бьется сердце. Требует бить или бежать. Они двигаются медленно. Не привлекая внимания. Убегая дальше от пляшущих теней, от шумящей толпы, от ставшей неприятно громкой музыки. Отпускают друг друга, но тут же снова хватаются за руки. Огонь поглощает их и только так - деля его на двоих можно выжить. Ветер с океана не остужает только раззадоривает. Они прижимаются ближе. Рука Олега снова скользит по талии нежным ожогом. Прижимает к себе. Сережа вздрагивает и обнимает в ответ. Прижимается губами к плечу. Между ним и кожей еще пиджак и футболка, а кажется что ничего. Олег вздрагивает. По коже у него бегут мурашки. Сережа вжимается сильнее, чуть касается губами шеи. Чувствует как любимые руки стискивают талию, поглаживают бедра. Они ловят такси молча, в едином порыве. Рассаживаются в разные стороны, открывают окна настежь - ветер на скорости врывается внутрь. Кидают взгляды друг на друга украдкой. Сережа облизывает губы и видит как судорожно сглатывает Олег. Смуглая кожа загоревшая на безжалостном солнце так и манит прижаться. Вмазаться губами. Поймать бешеный пульс. Прижиматься и чувствовать, что в этом заполошном биении сердца - вся его жизнь. Сунуть таксисту деньги на автомате, махнуть рукой на прощание. Идти по дорожке дома не смотря друг на друга, только касаясь кончиками пальцев. А потом - ураганом - одно движение и Олег уже прижимает Сережу к двери. Тело к телу, огонь горит жарко, сжигает любые вопросы, любые сложности и проблемы. Стон вырывается сам собой уже губы в губы. Поцелуй такой мучительно нежный, что раздирает на части. Сережа одной рукой царапает затылок - Олег жмурится и выдыхает судорожно. Второй цепляется за плечи. То ли держится, пытаясь не утонуть в безумии. То ли сдирает надоевшую одежду. Олег подхватывает под бедра, заставляя обхватить ногами. Пах к паху - как бензина в костерок подлить. Стоны смешиваются в один, тают в поцелуе - горячем, затягивающем в безумие. Дверь открывают вслепую - нет сил оторваться. Зачарованные друг другом, падают на диван в гостинной. Сережа с Олега сдирает пиджак, тянет ткань футболки вверх. Прижимается руками сразу, спускается по груди к животу. Ногтем проводит снизу вверх, ловит объятиями дрожь. Олег губами мажет ему по шее, скользит по подбородку. Втягивает мочку между губами и ухо прикусывает. Царапает там, где только что целовал. Размазывает собой. Сережа горит, позволяет раздеть себя, только губами прижимается, кусается как сумасшедший всюду куда может дотянуться. Лен чужих легких брюк царапает обнаженные бедра. Рука Олега на его члене - рай и ад одновременно. Сережа то ли стонет, то ли рычит - тянется к Олегу, обхватывает сквозь ткань, ловит ответный рык, слизывает, скусывает его с чужих губ. Рывком расстегивает брюки. Катится со стуком по полу пуговица. Добирается до чужой кожи, нежной, любимой. Обхватить ногами - прижать к себе. Ближе так чтобы тело к телу, кожа к коже. Душа к душе. Единственный способ выжить. Столько раз уже этот огонь пылал между ними. Но сжигает до тла каждый раз как первый. Поцелуи. Хаотичные, но единственно верные движения. Олег вздрагивает всегда на пике так трогательно, так беззащитно. У Сережи дыхание перехватывает. Его бросает из жара в холод и снова в жар. Они устраиваются рядом на узком диване. Как тысячу раз где-то в прошлой жизни.       В окно свет падает - то ли фонарь, то ли луна до смешного яркая тут - скользит по их коже, смешивает души в причудливый коктейль. Заставляет шепнуть в самое ухо на грани слышимости, на границе нестерпимой нежности: - Я так люблю тебя, Волчик. И почувствовать всей душой ответное: - Я тебя больше.