Вкус её спермы или как я стал её собачкой (часть третья)

             II — Преступление

             Думаю, не будет секретом, что я весь на взводе. Полгода без оргазма. Всё это лежит страшным грузом внутри меня, и я ужасно страдаю от передержки. Меня прямо грызёт изнутри. Но как я ни пытался вскрыть клетку, каждый раз всё заканчивается неудачей. Каждый раз, когда моя хозяйка трахает меня в попу, я напрягаюсь чтобы кончить от стимуляции простаты, но мой растянутый и раздолбанный её членом анал уже не способен на такое, как ни пытайся! И это ужасно! Каждый раз я пытаюсь отвлекаться; но держать себя в руках слишком трудно! Всё чего я хочу — кончить! Кончить или умереть!              И вот, на следующий день, я заметил, как моя хозяйка ушла: я отчётливо слышал хлопок входной двери со свой конуры на заднем дворе. Значит я действительно ненадолго остался предоставленным самому себе! И без лишних промедлений, я начал пытаться просунуть палец между прутьев клетки целомудрия, но сколько раз пытался, никогда я не мог нормально просунуть хотя бы подушечку пальца.              Но как же мне опустошить свои жалкие яйца? Я не настолько изворотлив, чтобы массажировать себе простату, но вот что я заметил. Если я стучу клеткой о какую-то поверхность, то от приятных вибраций мой жалкий х*й начинает сочиться предэкулянтом.       И вот я принялся двигать бёдрами, постукивая клеткой целомудрия на своём члене об выступающий угол своей конуры. И это просто прекрасное чувство! Мой червяк не может возбудиться и встать: он сильно набухает, выступая через зазоры клетки. Весь угол был слизким от стекающего предэкулянта, а я время от времени терял равновесие, пошатываясь и падая с колен в траву от дрожи перевозбуждения. Как ни смешно это звучит, но я стучал клеткой по углу, как дятел, и стонал от раздирающей меня похоти. И вот я чувствую, как бурный поток спермы устремляется к выходу с каждым новым ударом. Ещё немного! Чуть-чуть!       — А-а-ао-о-о-о! О да! Да! М-м-м-м!       Полугодичный запас спермы пачкает траву и угол, в который я долбился; сперма просто повсюду, а я нахожусь на вершине блаженства! Это божественно! Сбросить груз с плеч впервые за полгода! Неописуемое облегчение.       Я пошатнулся и упал на спину, пытаясь унять сердцебиение и тяжёлое дыхание. Но стоило мне открыть глаза, как вместо сияющего солнца, я увидел над собой гору мускулов, нависшую надо мной, словно каменная глыба — моя хозяйка. Она стояла, сложив руки на груди. Наверное, нету такой эмоции, названием которой можно именовать то презрение и ту злобу, с которой она сверлила меня взглядом.       — Как ты посмел? — замогильным голосом протянула хозяйка, — Мерзкое животное, вот, значит, как ты выдрессирован! — удовольствие от облегчения улетучилось не сразу, но сейчас мою душу заполнила неописуемая тревога и страх, — Ты ещё никогда так не портачил, дрянь. — Босая грязная нога моей госпожи размазала грязь по моему лицу, — О, даже не смей просить у меня прощение! Никакие мольбы не изменят наказание, которого ты заслуживаешь! Мы оба знаем о чем идёт речь! Пришло время попрощаться с твоими жалкими яйцами!