FanBoy

      Не спеша разувшись, она оставила обувь у входной двери, прошла дальше босиком, начиная ощущать дрожь в теле от разницы температур, здесь и снаружи. Постепенно убаюкивающее тепло, гипнотически привело к дивану в гостиной, она не глядя положила сумочку на столик, села на диван, поправила маленькую подушечку, и приняла лежачее положение, опустив голову на неё, веки закрылись сами собой.       Всё это время, наблюдавшие за ней, со стороны окна, её мужчины ждали, когда она их заметит, когда они поговорят, когда она расскажет, каким ужасным было это свидание, и коленки у неё задрожали после поцелуя, от отвращения, а не наслаждения.       Не тут то было, девушка просто легла на диван, и начала засыпать.       - я принесу одеяло, надо укрыть её, а то простудится ещё. - нетерпение и некая злость Джона, немного унялись, видя усталость его малышки, разборки могут подождать до завтра.       - ты же несерьёзно, надо разбудить её! - воскликнул Хосок.       - что... нет, дай ей отдохнуть.       - нет, не дам. Не ты ли совсем недавно нервничал, от одной мысли о том, что они там могут переспать?       - ты тоже вообще-то. - возмутился Джон.       - но не я вёл себя, как ноющая сучка. Возьми себя в руки Сиена, мы тут за одно должны быть.       - ты бываешь иногда таким жестоким! - "и как же чёрт тебя дери, это заводит". - Как бы разбудить по мягче?       В отличии от Джона, который успокоился, стоило увидеть спящую Арми, ярость Хосока, только нарастала, клокотала внутри, и обещала сделать кому нибудь больно. Желательно Мин Юнги, но так как его здесь нет, а пар выпустить надо, пострадает ни в чём не повинная миска.       Взяв со столика перед собой, стеклянную миску, недавно ещё наполненную виноградом, успешно съеденным, не долго думая, Чон швырнул её на пол. Стекло раскололось в дребезги, осколки быстро разлетелись по комнате.       - не надо Мерл! - Арми вскочила, выпучила глаза, и стала озираться кругом, пытаясь прийти в себя.       - ты сбрендил, зачем? - телохранитель едва удержался, чтобы по инерции не повалить Хосока на пол, прикрывая от угрозы.       - отлично, ты проснулась. Не забыла ещё, в пылу страсти после обжиманий со своим Мином, что сегодня тоже спишь в моей комнате, с нами? Можешь не отвечать, это было напоминание, и упрёк. - Хосок не обратил внимания на возмущение Сиены, а приступил сразу к главному.       - ох, как здорово, что это был только сон! Спасибо Хоби, этот чёртов Мерл, меня доконает. - Арми провела ладонями по лицу, и поправила волосы.       - нельзя так делать Хосок, ты меня слышишь? - зря старается.       - как ты могла с ним?! Мы же обнимались! - обида была столь сильной, что слышалась в этом полукрике. Чон сделал шаг, позабыв об осколках, и наступил на них, вскрикнул от боли.       Крепкие руки, схватили парня, прежде чем он в злости от боли, физической и душевной, перевернул столик и разломал его тоже. Не двигаясь с места, Джонни поднял Хосока и прижал к себе, чтобы успокоить.       - если в кратце, Юнги не грубит, очень милый, вежливый и привлекательный, а ещё он классно целуется.       - я убью тебя! - "бесячий Мин, ты пожалеешь об этом!"       - ТИХО, ОБА! Хосок, возьми себя в руки, сейчас же, а ты... - её слова напомнили сию секунду, почему Джонни был в бешенстве, почему хотелось промыть себе глаза с мылом, оторвать руки и язык парню, который прикасался ими к его малышке, а её саму, запереть в башне. Это в идеале. Теперь, он не мог заставить себя посмотреть на Арми прямо, или назвать её по имени. - подвинься, и перестань его провоцировать.       - я не понимаю, чего вы от меня хотите, чего прицепились? Вам и вдвоём хорошо, так почему я не могу встречаться с парнем, которому нравлюсь? - девушка подвинулась на другой край дивана, подобрала ноги под себя, и стала ждать ответа. Джонни ставил на диван злобно сщурившегося Хосока, и осторожно ступая, отправился за аптечкой.       Тяжёлый взгляд Хосока, неотрывно пересекался и спорил, со стойким взглядом Арми, ни первый, ни вторая не уступали друг другу. Тем временем, Джон смёл все осколки, и поставил аптечку на стол.       - отвечать не будете? - спросила она с вызовом. - Я к вам двоим обращаюсь, почему ты злишься на меня Хоби, и чего требуешь, а ты Джонни, не смотришь на меня даже, на что ты обиделся? Если хотите чего-то, объясните толком.       - второй день подряд ссоритесь, может хватит, или мне опять раздеться, чтобы вы перестали? - Джонни присел на столик, как Хосок днём, но под его весом, он пошатнулся и чуть не упал. Мужчина подвинул его немного, и собрался сесть на колени, когда Арми забрала аптечку к себе.       - никто не ссорится Джонни, это вы двое ведёте себя как дети, но можешь и раздеться, я только за, уверена Хоби тоже. - она взяла маленький пинцет, и не спрашивая разрешения, схватив раненную ногу Чона, начала вытаскивать осколки стекла, под тихий скулёж и шипение того.       - это кто ещё ребёнок, да дети будут умнее вас двоих. Вы же не видите, как похожи, как идеально подходите друг другу. Вы влюблены, и даже не замечаете этого, ходите вокруг, как слепые котята. - Хосок мужественно держится, чтобы не завопить от боли, а крови так много. - Надо в больницу поехать, вдруг швы нужны.       - чтоо, да я не... никто не влюблён, что ты несёшь такое? - своим возгласом, Джон заглушил последние слова начальника.       - ух ты, ну и бред, если он в кого и влюблён, то точно не в меня, поверь, я знаю. А я... не люблю никого. - внимательно обработав раны, начинает перевязку ноги.       - и оба не умеете врать. Осторожней там!       - вот только не надо Хоби, ты очень изменился с появлением Джонни, не говори мне, что ничего к нему не чувствуешь, и между вами только одна мужская дружба.       - нелепые обвинения, я стараюсь быть вежливей, а ты говоришь, что я вдруг стал геем! Какая же ты идиотка, девочка моя.       - с какой стати ты меня так называешь?       - ему же можно называть тебя малышкой, так почему мне нельзя, а? Или вы двое всё таки любите друг друга?       - прекратите уже, пожалуйста! - взмолился бедный Джон.       - ты не исправим! Просто невозможен.       - кто бы говорил. И какого чёрта, у тебя ноги подкосились, от поцелуя с этим, этим...       - так ещё подглядываешь, и подслушиваешь чужие разговоры, что дальше, в туалете камеру поставишь? Извращенец!       - мой дом, что хочу, то и делаю. Не уходи от ответа.       - а чего ты хотел, какая должна быть реакция по твоему, после первого в жизни поцелуя?!       - ты издеваешься?       - нет, а жаль.       - ДА, Я ЛЮБЛЮ... ЛЮБЛЮ ВАС ОБОИХ, А НЕ КОГО-ТО ОДНОГО, прошу перестаньте ссориться, хватит. - мужчина прокричал так громко, что показалось будто стены сотряслись. - Я знаю, что лишний здесь, и знаю, что это не правильно. Но я люблю вас, и поэтому увольняюсь, прежде чем вы возненавдите меня, или снова начнёте ругаться, я уйду. Только потерпите до завтра. - любой выдержке есть предел, и Джон Сина его достиг. - Я так больше не могу!       Он просто сел на пол, упёрся локтями в колени, опустил голову, и взялся за неё руками. Губы сильно сжались, а подбородок задрожал, Джонни изо всех сил, старался сдержать себя. Слишком много всего, слишком быстро, слишком сильно почувствовал то, что они назвали любовью...       Арми сложно поверить в это. Некто столь прекрасный, добрый, её друг, единственный друг, говорит что любит её. Джонни так тяжело сейчас, она с первого дня знала, у него тоже есть слабости, но при этом, он никому их не показывал, всё держал в себе. Быть может, в этом есть смысл. Когда в голове проносятся, все совместные моменты, невольно напрашивается вопрос. Они вообще были друзьями, и если были, то когда это успело стать, чем-то большим??       Чон Хосок смотрит на своего телохранителя, рука рефлекторно тянется утешить, погладить по волосам. Он оглядывается, и смотрит на Арми, та глядит куда-то сквозь, словно ушла в себя. Интересно, о чём она думает? Вот ведь ирония, мужчина только что высказал всё то, что давил в себе Хосок, точно так же, не желая портить чужие жизни, своими ненужными чувствами.       - какой же ты идиот Сиена. - Хосок громко и заливисто рассмеялся.       - тебе смешно, почему ты смеёшься? - одолеваемая противоречиями, страхом, радостью, непониманием, чрезмерной любовью, состраданием, и таким же гневом, она не знала, слышно ли её даже сейчас. Собственные слова, отдавались эхом в голове.       - потому, что он не может уволиться. Контракт подписан на год. - не прекращает смеяться Хосок. У Арми такой взгляд, будто вот-вот взорвётся. - О, и ещё, я тоже вас люблю детки, обоих!       - ты совсем больной, зачем ты это говоришь Хоби? Не видишь, как ему тяжело?       - не надо заступаться за меня, вы имеете право высказаться, как хотите. Я всё пойму.       - простите, если правда вас так задевает, но я честен, как никогда в жизни. Неужели так сложно поверить в то, что я способен любить?       - возможно, ты любишь, но не нас обоих. Я не верю в совпадения, так не бывает. И что, вы оба, хотите сказать, что любите друг друга, и в добавок ещё и меня? Низачто не поверю, это невозможно!       - будь так любезна, и не решай за меня. Я не выбирал эти чувства, и не выбирал, чтобы они были именно такими, как и он думаю. Не тебе судить, что возможно, а что нет. И задумайся на минутку, что если это не совпадение никакое, а настоящий знак вселенной, судьба. Мы с вами, не самые нормальные и адекватные люди, но каким-то образом, оказались под одной крышей, и вынуждены терпеть друг друга, что если это не просто так?       - ты не веришь в судьбу.       - аа, ты меня уже достала своими придирками, просто смирись с тем фактом, что два мужика любят тебя, и подумай над этим. И чего я распинаюсь, ты никогда не понимала нормальных слов! - Хосок встал, подпрыгивая на одной ноге, заковылял на кухню.       - дай помогу, упадёшь ещё. - Джон не мог сидеть и смотреть, на то, как с каждым прыжком, шанс сломать себе что-то, у Хосока стремительно увеличивается.       - нет уж, лучше ей помоги мозги в кучу собрать, и начать их использовать по назначению. Я как-нибудь справлюсь.       - я подумала.       - быстро! - Чон остановился, держась за ручку двери на кухню.       - ии? - сверкающими глазами уставился друг на неё, остановившись на пол пути к Хосоку.       - хочу спать. - выдавила она устало, с напускным спокойствием.       - ладно, не так уж и плохо, это даже хорошо. - слегка натянуто, выдавил улыбку мужчина.       - с вами бесполезно разговаривать, пустая трата времени и кислорода. - Хосок хочет получить всё и сразу, если есть хоть малейший шанс, а он есть, должен быть. В данном случае, получить всё значит, получить их двоих.       - а завтра мы потрахаемся. - встала, качнулась, и ленивой походкой ушла в свою комнату. - Я пошла переодеваться, не затягивайте тоже.       - что за глупые шутки у тебя, малышка? - у Джонни глаз дёрнулся.       - я слишком устала, чтобы шутить, пупс.       - вот же сучка, понимаешь, что теперь никто не уснёт! - возмутился Хосок, умоляя свои уши не краснеть.       - ну не знаю, я вот точно усну, очень, очень сладко. - открыла дверь, и перед тем как войти в комнату, потянула за язычок на молнии, оголяя спину.