FanBoy

      - я что, умираю?! - её голос, сильно задрожал.       Джонни продолжал счастливо улыбаться, за спиной Хосока, а тот не собирался отпускать Арми из объятий, кажется совсем не обращал внимания, на её испуг.       - Хобии, мне страшно, что случилось, скажи? - она уже плакала навзрыд, и начала пугать ещё и друга.       - думаю, на сегодня хватит. - Джон похлопал ладонью по плечу Чона.       Парень отпустил Арми, издавая глубокий вздох сожаления, обниматься приятно, кто бы мог подумать. Она качнулась, друг подскочил сразу, придержал за плечи, и усадил на диван.       - серьёзно, что происходит, рассказывайте? - несколько минут спустя, когда страх смешался со злостью, а её мужчины, терпеливо ждали, пока стакан, с непременно тёплой водой, будет осушён, спросила Арми.       - ничего не случилось, расслабься маа... - Джонни осёкся на полуслове, оба слушателя это заметили. - Арми, Хосок решил извиниться перед тобой, потому что понял, что вёл себя не лучшим образом.       - он решил извиниться? Чон Хосок, не тот человек, который извиняется, ладно ещё это, но Объятия. Чтобы он обнял кого-то, тем более меня, должен либо наступить конец света, либо кто-то из нас умирает. Скажи кто? Это я, так? Вы знаете, что-то, чего не знаю я?       - хей, вообще я здесь стою, перед вами, если что. Не говорите обо, мне так, будто, я не здесь. - Хосок присел на столик, положив руки на колени, прямо перед двумя, сидящими на диване. - И чего ты такая впечатлительная, подумаешь обнял. Может я всего лишь, осознал всю тяжесть своих злодеяний, и решил покаяться. А может, ваши доброта, любовь и дружба, исцелили моё жестокое, бесчеловечное сердце, и я наконец-то начал чувствовать. - его лицо вытянулось, глаза засияли чистой невинностью и радостью, Джонни нахмурился, зная что происходит на самом деле, и не понимая что он замышляет.       - правда? - невероятная наивность Арми, разрушила весь образ, проницательной и догадливой умницы, сложившийся о ней. Вот только, людишкам, было не вдомёк, что на актёрском таланте Чон Хосока, никакя проницательность, не работает.       - нет конечно, я прикалываюсь. Как был скотом, так им и останусь. Очнись тупица, ты наивная, как младенец прямо, вы двое друг друга стоите. - Хосок закатил глаза, переводя указательным пальцем, от одного, к другой. - Ну ладно, может, смягчусь чуть чуть, как масло.       - хотя бы никто не умирает. - вымотанная излишними переживаниями, всего за пол дня, Арми обрадовалась уже этому. Позже, она попробует вспомнить, какого это, когда Хосок тебя обнимает. Жаль, она слишком была шокирована и не готова, когда это случилось, чтобы успеть прочувствовать и понять.       - это не смешно, ни капли. - Джонни немного забыл изначальный план, но резко вспомнил, стоило раздаться стуку в дверь. - Ноо, ты стараешься, а это уже очень, и очень важно, и мы ценим твои усилия, так же, Арми?       - чего, а да, ты молодец, так держать, лет через пять, человеком станешь. - девушка пошла открывать дверь, держась за пятую точку, и болезненно шипя сквозь зубы.       - что это с ней, как на ежа села? - спросил было Чон, но Джон уже побежал обгонять Арми, на пути к двери.       - а вот и посылка пришла! - он загадочно открыл, высунулся наружу, повозился с тридцать секунд, и зашёл обратно, с двумя небольшими коробками, и пакетом в руках.       - я слишком устала, чтобы думать, о той хрени, что вы двое тут вытворяете, только приберите потом за собой, пожалуйста.       - нет, нет, и ещё раз нет. Ты должна посмотреть, что там. Ии, устроить модный показ, а потом, мы все втроём, выберем тебе, наряд для свидания с Юнги. Ееей! - феечка крёстная, ни у кого не пропадала?       - твою то мать, Сиена, ты не перестаёшь меня удивлять! - у Хосока тонкий носик дёрнулся злобно, телохранитель перестал улыбаться. - Я не участвую в этом подростковом сериале нулевых, о чудесном перевоплощении гадкого утёнка, в королеву выпускного.       - ты купил мне одежду, реально? - надтреснутый голос Арми, заставил остановиться, уходящего Хосока. Сиена был прав, её это свидание сильно волнует.       - да, я выбрал на свое усмотрение, тут три комплекта, и туфли, они подходят к каждому. У нас полно времени, точно успеем выбрать, и подготовить тебя к вечеру.       - спасибо Джонни! - она не постеснялась подойти к другу сбоку, и поцеловать в щёку, держась за его шею и плечо, чтобы дотянуться на носочках. Несмотря на всё, что между ними было, этот простой и чистый поцелуй, выбил все мысли из головы напрочь. - Я сейчас вернусь, и начнём.       А потом он посмотрел на Хосока. Мужчина подумал, что сейчас, видимо его возненавидели, что их дружба рухнет, едва успев зародиться. Что ещё может значить, этот дикий взгляд, переключающийся, как по щелчку, от неё к нему?       - я помогу вам, а то опозоришься ещё. Не хватало, чтобы Мин гений музыки Юнги, смеялся над моей помошницей, это всё равно, что смеяться надо мной. Я не доставлю ему такого удовольствия.       - не думаю, что Юнги... ну ладно, если хочешь. - она зашла к себе, оставив их вдвоём.       - ппрости, я не думал, что она...       - захлопнись Сиена, ни слова больше. - Чон забрал коробки у него из рук, и поставил их на столик.       - ты злишься на меня?       - нет, с какой стати.       - но, я подумал...       - сделай одолжение, не думай больше. - Хосок обернулся к нему, взял за подбородок ладонью, надавил большим пальцем на место на щеке, где она поцеловала Джона, провёл им медленно, не сбавляя давления, вплоть до самых губ, сжал подбородок пальцами и оторвался. - Ты должен был, поцеловать в ответ, так же.       - ноо, разве ты не ревнуешь, не злишься? - мужчина и вправду не мог думать, после всего. Сегодня просто ошеломительный день, доза тактильного счастья и тревожных переживаний, превышена.       - нет, я вас друг к другу не ревную, честно. Просто... - "просто хочу разделять с вами каждое касание, каждый поцелуй и объятия. Просто хочу, чтобы вы меня любили, так же, как любите друг друга, вы оба. Только, я знаю, любовь ведь, на три не делится." - я подумал, и решил, что хочу свети вас двоих. Тогда, вы оба останетесь со мной, гениально правда? - это не самый плохой вариант, Хосок сделал невозможный выбор.       Пусть они будут в его жизни, даже если просто подчинёнными, или друзьями, а он каждый день будет смотреть на их счастье и улыбаться, почти без притворства. Пусть так, лишь бы только, они были.       - да нет же, нет! Это я хотел свести вас! Арми любит тебя, а ты её, я здесь вообще не причём. - "почему он говорит так, из-за поцелуя в щёку, с чего вдруг такие слова, и почему он даже не смотрит в мою сторону, раньше всегда смотрел прямо?"       - послушай взрослых Сиена, я знаю, что говорю и делаю. Доверься мне, иначе уволю. - это был первый раз, когда угроза увольнения, пусть и безосновательная, пугала самого Хосока. - Тебе придётся быть смелее.       - куда ему ещё смелее? - рассмеялась Арми, подходя к ним. - О чём шепчетесь?       - не твоё дело, мелочь. Начинай примерку. - взяв верхнюю коробку, Чон пихнул её в руки девушки, развернул и толкнул от себя. Джон присел на диван, и принялся опять поедать несчастный виноград. - Куда пошла, на кухню топай, до твоей комнаты лишние полтора метра идти, а ты медлительная как улитка. Не играй на моих нервах, шевелись давай!       - ладно, ладно, не кричи только.       Она вернулась через пять минут, переодетая, в нежную блузку персикового цвета, и белую юбку до колен. Небрежно собранные в хвост волосы, торчали на макушке, а бант на воротнике блузки, был завязан кривовато.       - ааа... - Джонни пытался высказаться помягче.       - в тебе есть хоть что-то женственное? Это отвратительно. - зато Хосок сказал всё прямо.       - ну простите, что я не девочка, как девочка, и вообще я ... - Арми разревелась, развязала бант и принялась расстегивать пуговки на блузке.       - воу, воу, стоп. Не раздевайся прямо тут, нам не нужен сердечный приступ. - Чон схватил её руки, и остановил вовремя, как раз выглянула из блузки лямочка от лифчика. Джонни застыл там же, где и вскочил с дивана.       - и что с того, что ты не женственная, в привычном смысле этого слова. - друг подбирает слова, как сапёр обезвреживающий взрывное устройство. - Арми, у тебя очень много достоинств.       - назови хоть одно. - приказала, как приговор вынесла.       - у тебя красивые глаза, и губы, и потрясающая фигура, чувственный голос, заразительный смех, прекрасное чувство юмора. Ты самый понимающий и искренний человек, какого я только встречал, а ещё очень добрая и заботливая. - Джонни берёт её за руку, заглядывает в глаза, в доказательство своих слов.       - ты так говоришь потому, что мы друзья. И с чего ты взял, что у меня хорошая фигура?       - да Сиена, с фигурой ты перегнул, она максимум тощая. - Джон недовольно взглянул на него, но прежде чем мужчина успел сказать слово, Чон опередил его. - Мы с тобой не друзья Арми, значит, в моих словах сомневаться смысла тебе нет, так?       - так, и что ты ещё можешь сказать мне. За год, что я на тебя работаю, ты и одного приятного слова не сказал.       - ждал подходящего момента. Присоединяясь ко всему, что сказал Сиена, кроме слов о фигуре, я хочу добавить. Ты умна, пунктуальна, отвественна, честна и смела, ты маленькая и хрупкая девчонка, но сильнее многих мужчин. И самое главное, может и не главное, но очень важное, ты восхитительно пахнешь, а ещё у тебя отличные волосы.       - мне надо присесть. - Арми опустилась там где стояла, присела на корточки, и закрыв рот ладонью, задумалась.       - тебе тоже нравится её запах!? - взволнованно спросил Джон.       - с первой встречи. Только никак не могу понять, что это за запах. Я в стольких парфюмерных магазинах побывал, пытаясь узнать, что это. Результата ноль! - в тоне Хосока слышалось восхищение в перемешку с досадой, он уже почти отчаялся узнать этот таинственный аромат Арми.       - это точно не гель для душа, духами она не пользуется вообще, ты в ванной проверял?       - нет, я же не маньяк, чтобы лезть в её ванну. Хотя мысль такая была. - двое вели увлечённый диалог, пытаясь разгадать загадку, Арми в это время смотрела на них, и совсем не понимала, что за люди перед ней.       - знаете, если бы я вас двоих плохо знала, подумала бы, что вы оба, в меня влюблены. Это бред, потому что я вас знаю, так что с вами не так? Это какой-то дебильный пранк?       - ну почему ты не веришь нам? Мы говорим правду! - возмутился Джон.       - и никто в тебя не влюблён, притормози. - добавил уже Хосок, ощущая горечь во рту, от вранья.       - тогда расскажите про недостатки потому, что вот их у меня реально много. И не врите, будто не замечали, как я сутулюсь, или мою медвежью походку, привычку хрустеть пальцами, неуклюжесть, я вечно всё теряю, роняю или разбиваю, мою любовь ко всяким ярким вещам, даже меня это иногда раздражает. А ещё бледность, прыщики, длинный нос, нет попы, грудь маленькая, и...       - бога ради, заткнись, как же ты меня бесишь, Арми. - Чон оттолкнул телохранителя, сел на диван и закрыл лицо руками.       - о, ещё ты постоянно щёлкаешь пальцами, даже когда повода нет, это немного... достаёт. - Джон не мог упустить случай вставить сей факт, надеясь на то, что подруга перестанет так делать.       - быстро пошла переодеваться, пока я не запер тебя в комнате, и не посадил под домашний арест, и чтоб больше, ни звука нытья! - внезапно прокричал Чон, вскакивая с места, и глядя безумными глазами на девушку.       - не кричи на меня, мудила! - Арми крикнула ему в лицо, прежде чем резко встать, развернуться, и уйти на кухню.       - а ты чего стоишь, сел, сейчас! - грозным тоном приказал Хосок Джону, замеревшему между двух огней, с трясущимися поджилками. Мужчина наткнулся на мягкий край дивана, чуть не свалился, очень медленно, под яростный взор начальника, обошёл его и сел на диван.       Арми вернулась, во втором наряде, серебристом платье в пол, с заниженной талией и рукавами до локтей.       - сразу нет! - Хосок был краток.       - согласен, на фото оно смотрелось выгоднее, и не так ярко. - подитожил друг.       Подойдя гневно к столу, она схватила вторую коробку, и направилась обратно в "примерочную", убивая их одним взглядом. Ещё через десять долгих минут, Арми показалась снова, ступая медленно, и неуверенно поправляя, тёмносинее в области бюста, и в нижней части красное, выше колен, идеально облегающее платье.       - чёрт!       - снова согласен!       Арми тянула платье вниз, считая его слишком коротким, и смотрела на свои босые ноги. А её мужчины засмотрелись на неё. Джонни смотрит, не на забавную, простую, и временами грубоватую подругу, но на притягательную и будоражащую воображение Арми. Хосок видит ту девушку, которую не смог разглядеть раньше, стеснительную, милую, идеальную в своём несовершенстве, а фигура и вправду отличная.       - ну как вам это? - робко посмотрела на их лица, с трудом перестав тянуть платье.       - ах, а надень туфли. - Джон достал из пакета маленькую коробку, вынул из неё чёрные туфли на небольшом, тонком каблуке, и протянул ей, стараясь заставить руки, перестать дрожать. Она надела туфли, сделала несколько шагов, вперёд и назад, остановилась, с тем же немым вопросом.       - плечи и руки видно, слишком коротко и облегающе, выглядишь как шлюха. - Хосок не хотел, чтобы Юнги увидел её такой, не хотел, чтобы кто угодно видел её такой. Арми может рассториться, рассердиться, но переоденется, а ещё лучше останется дома.       - хм, ты так думаешь Хоби? - её взгляд и выражение лица изменились.       - да.       - значит я буду ходить так отныне, всегда! - Арми прищурила глаза, сжала губы, и показала средний палец. Давая понять, что делает это, ему на зло. Вполне уверенно зашагав к себе, на пол пути к комнате, девушка не удержала равновесия на каблуках, и упала громко айкнув, потёрла пятую точку. Спокойно сняв туфли, не так спокойно отбросила их в сторону. - Без них обойдусь.       - я помогу, сильно ударилась? - друг помог встать, придерживая за локоть, а затем подав руку.       - не ударилась я, просто больно очень.       - почему? - не унимается Джон.       - потому, что первый раз в жизни, сделала бразильскую эпиляцию, и теперь там всё горит адским пламенем. - девушка закрыла глаза, её передёрнуло от воспоминания о "пытке".       - там, это где, что это значит?       - ты издеваешься?? - чуть не вскрикнула она.       - там, это значит везде, Сиена. Волосы у нашей девочки, теперь только на голове. - глаза Джонни увеличились, по мере восприятия информации, Хосок же, прошёлся взглядом по Арми, с ног до головы, и одарил ухмылкой, от которой она отступила и поёжилась.       - зачем это тебе? - поинтересовался Джон, всё ещё растерянный.       - а разве не ясно?! Она так готовилась к свиданию с Мин Юнги. Переспать с ним собиралась, я прав?! - Чон сделал вывод, и задал вопрос, не требующий ответа, но надеясь, услышать другое объяснение.       - Мне посоветовали в салоне, сказали, что для свидания, это самый лучший вариант. Может и собиралась, тебе какое дело?       - о, жаль ломать твои планы, в салоне тебе не сказали похоже, но первые сутки после такой эпиляции, нельзя заниматься сексом. - Хосок громко, и издевательски рассмеялся.       - я и не знал, что он настолько тебе понравился. - тихим голос проговорил Джон, отпуская руку Арми, прикусил нижнюю губу изнутри, отвёл взгляд, и молча направился к себе.       - Джонни... - она окликнула, чувствуя застрявший ком поперёк горла, друг не оборачиваясь закрыл за собой дверь.       - мы помогли тебе, как могли, веселись, но не забывай об осторожности, пожалуйста. - Хосок посереёзнел, поравнялся с Арми и остановился. - Когда кто-то любит тебя по настоящему, этому человеку не важно, сколько на твоём теле волос, какого размера твоя задница, как ты одета или ходишь, он просто хочет, чтобы ты была рядом. Мы хотим, чтобы ты была рядом! - сделав выдох, он неспешной походкой, направился вслед за мужчиной, и зашёл в его комнату.       Сидя у себя, Арми прислушивалась к полной тишине дома, и собственным мыслям, пока не наступил вечер. Они так и не вышли из комнаты. В семь часов, Юнги заехал за ней, прощаться было не с кем.       Услышав визг, отъезжающих от дома шин, задремавшие в обнимку мужчины проснулись. Чем бы они не пытались занять себя, всё валилось из рук, и не помогало отвлечься, от нервных мыслей.       Два часа, и сорок четыре минуты спустя, оба меряли тревожными шагами гостиную, иногда сталкиваясь друг с другом, и прислушиваясь к каждому шороху.       - ну почему так долго? - спросил из одного угла старший, сам у себя.       - да нет, она не будет с ним спать, с этим бесячим Мином. Мы же обнимались! Оне не станет. - убеждал себя Хосок, в другом углу.       Машина подъехала к дому, остановилась у освещённого входа. Хосок и Джон переглянулись, и синхронно подбежали к большому окну, рядом с дверью, отодвинули штору и стали ждать.       Арми вышла из машины, видимость отличная, она довольно улыбается, секундой позже выходит Юнги, и с такой же довольной лыбой на лице, подходит к спутнице. Наблюдатели неосознанно взялись за руки.       Мин Юнги, по джентельменски взял её руку в свою, мило улыбаясь и глядя ей в лицо, стал что-то говорить.       - Сиена, ты по губам читать умеешь?       - нет.       Парень поднёс её руку к своим губам, поцеловал тыльную сторону ладони нежно. Продолжил обворожительно улыбаться, она стоит спиной, реакции не видно. Наблюдателей, настораживает это.             Внезапно, Юнги смотрит прямо на них, всего на секунду, снова говорит с ней. Рука, до этого державшая ладонь Арми, плавно опускается на её талию, а вторая похоже у неё на щеке.       - они сговорились, хотят поиздеваться, точно, бесячий Мин прокололся. - несмотря на самоубеждение, подсматривающие сжимают руки друг друга сильнее в хватке.       Юнги сокращает расстояние, он целует её... прямо в губы... Хосок чем угодно поклясться готов, глазёнки Мин Юнги, смотрят во время непотребства, прямо на них, через окно. Мучительно долгие, двадцать три секунды поцелуя, Юнги отстраняется от Арми. Двое за окном, убеждают себя, что это ничего для неё не значит. Какого чёрта у неё подгибаются коленки?! Мин крепче обхватил Арми за талию, придерживая. Лучезарно улыбнулся, говоря ещё что-то, и обнял, она ответила, обвивая руками его шею. Негодяй бесстыдно смотрит на них снова, в то время, как доверчивая, наивная Арми обнимает его, прижимается всем телом. Разорвав объятия, желательно первые и последние, Юнги идёт обратно к машине, машет девушке рукой на прощание, и садится в салон, уезжает.       Арми стоит перед входом в дом, в коротком, никак не согревающем платье, холодной осенней ночью, и смотрит Юнги вслед.       Хосок ненавидит Мин Юнги, на этот раз реально ненавидит, Джон с ним полностью солидарен.