Белоручка

      Прогибаясь в пояснице, девушка попыталась нейтрализовать дискомфорт от долгого вождения. Ну вот почему семейный особняк находится в таком отдалении от цивилизации? Преодоленная сотня километров отзывалась лишь полупустым баком в машине, когда как пейзаж вокруг так и не менялся. Решив ускориться из-за позднего часа, Агата тут же попалась на экипаж полиции. Останавливаясь на обочине, она лениво опускает стекло, не забывая про обольстительную улыбку.       — Чем обязана, молодой человек? — несколько раз осмотрев лицо полицейского, девушка подметила, что это вовсе не замученный мужчина, а совсем юноша.       — Ваши права, будьте добры, — видя, как водительница уже открыла рот, чтобы воспротивиться спонтанной остановке, он продолжил. — Просто формальная проверка. Мы под камерами и это наша работа.       — Так уж и быть, без разборок, — решив не задерживаться больше из-за пустяков, она, расстегнув ремень одной рукой, потянулась к бардачку у пассажирского сидения. — Надеюсь этого будет достаточно.       — Более чем, — усмехнулся незнакомец.       Безынициативно он начал рассматривать пластиковую карточку, разочаровавшись в своей теории об очередной девице без прав на подаренной машине. В какой-то момент, улыбка с его лица сошла, брови свелись к переносице — лицо выражало полное неверие в собственные мысли. Затем, несколько раз проведя параллель между фото, так не похожее на поддельное, и лицом перед собой, он вновь усмехнулся.       — За душу берет? — пошутила девушка, раздражаясь с каждой секундой ожидания все больше и больше.       Сотрудник полиции вовсе не реагировал на издёвки собеседницы, он, стараясь сдерживать смех, позвал своего коллегу. Тот с бубликом во рту чуть не отошёл на тот свет, когда начал кашлять после увиденной фамилии на удостоверении. Ситуация стала совсем необъяснима, когда два мужчины с жалостью и одновременно насмешкой смотрели на блондинку, так глупо хлопающую ресницами.       — Можете ехать, — закрыв глаза на превышение скорости, молодой человек снисходительно оставил это на совесть камер.       Так и не поблагодарив сотрудника в ответ, Харрис молчаливо закрыла окно и вдавила педаль газа в пол.       Девушка часто хмурилась, пытаясь предположить, почему полицейские были настолько озадачены ее фамилией, даже сомневались в том, действительно ли это она. Аннет, конечно, известная личность в узких кругах людей — таких, как коллекционеры, но так, чтобы люди несколько минут рассматривали ее из-за принадлежности к роду Харрис — впервые.       Остановив машину перед воротами родного дома, Агата уже в красках представила, как первым делом наберёт себе тёплую ванную и смоет с себя этот тяжёлый день, однако незнакомые грузовики на территории участка быстро отрезвили. Если первые секунды успокаивали мысли о возможном ремонте в какой-то из комнат, то сейчас, замечая сигнальные ленты по периметру всего участка, темп биения сердца стал беспорядочным.       Нагнувшись под лентами, девушка без проблем прошла на территорию участка, который впервые за долгое время не ломился от количества незнакомцев. Остались лишь грузчики и несколько патрульных. Разум подсказывал множество событий: каждый из которых был хуже предыдущего. Пелена с глаз сошла, когда мимо пробежал мужчина с картиной, некогда висящей в спальне Аннет, так нещадно запихивая ее к остальным изъятым экспонатам.       — Что здесь происходит?! — не своим голосом прокричала Агата, накинувшись на неповинного рабочего. — Куда вы несёте картину тётушки? Она бы ни за что не отдала ее никому!       На нескончаемые крики прибежал полицейский, успевший схватить девушку за талию, как только та занесла ладонь для удара. Сделав несколько шагов назад, парень все ещё мирился с попытками незнакомки выбраться, но когда та резко замолчала и закрыла глаза, чтобы побороть желание зарыдать — он решился отпустить руки.       — Девушка, Вы кто и как попали сюда? — пытаясь достучаться до неё, японец едва сдерживался от того, чтобы не присоединиться к страданиям после перебирания документации. — Успокойтесь, я прошу. Кем вы приходитесь Аннет Сильвер-Харрис?       — Я ее племянница. Да, это моя тетя. Где она? — открыв покрасневшие от напряжения глаза, она часто заморгала, стараясь не думать о худшем.       Словно предполагая, что ответа придётся ждать ещё крайне долго, блондинка завертела головой, в попытке зацепиться взглядом хоть за какого-то знакомого. То ли от резких движений, то ли от всего волнения — в висках запульсировало, дыхания не хватало, будто голову опустили в горячую воду, а перед глазами все мелькало туда-обратно, создавая иллюзию карусели. Выставив руку назад, она готовилась упасть на спину и смягчить падение, однако, окончательно потеряв сознание, была поймана сотрудником полиции.       — Мальчик мой, шо ты возишься с этой девчонкой? — в привычной для себя манере спросил следователь, пальцем приподнимая веко и проверяя состояние зрачка. — Н-да, действительно в отключке. Может, это, в бобик ее к тете?       Надменно шмыгнув, сотрудник, на чьи плечи выпала такая тяжелая, в прямом смысле этого слова, ответственность, лишь сильнее вцепился в пострадавшую, будто отстаивая ее свободу. Не даром говорят, что когда человек находится без сознания — его масса тела увеличивается чуть ли не вдвое. Бред, конечно, но сейчас такая стройная девушка действительно казалась непосильной ношей после тяжелого рабочего дня под палящим солнцем. Наплевав на то, что она — возможно, далеко не родственница задержанной, мужчина прошмыгнул в оцепленный сотрудниками особняк, положив пострадавшую в кресло.       Выудив из шкафа какой-то бутылёк, кажется, старше него самого, парень только открыл металлическую крышку открывашкой, как к горлу тут же подступил ком, вызывая рвотные позывы. Зажав нос пальцами, полицейский осторожно поднёс сосуд к носу незнакомки, который та, размахивая руками, чуть не опрокинула. Настойчивые попытки мгновенно дали свои плоды, и Агата, прикрыв рот ладонью, закашлялась. Когда пары нашатыря перестали раздражать глаза, девушка открыла их, вздрагивая.       — Вы кто и что тут делаете? — вцепившись обеими руками в кресло, чуть ли не прокричала Харрис младшая.       — Тише, я итак своей должностью жертвую от того, что не оставил Вас на улице, — протянув ей стакан воды, парень уже с располагающей улыбкой продолжил. — Простите, что напугал. Я Сэмюэль Макото, констебль, а если точнее, помощник детектива Гудмана.       Понимая, что у девушки далеко не амнезия, а очевидный шок, молодой человек не стал стал сразу с натиском расспрашивать, кто она и как здесь оказалась. Белокурая, обхватив стакан двумя ладонями, опустила глаза в пол от воспоминания, как сразу же накинулась на сотрудников полиции, не разобравшись в ситуации.       — Это Вы меня простите, я просто начала очень переживать за тетю. Не додумалась даже узнать повод визита, сразу накинулась. Агата Харрис, племянница Аннет, которую я искала, — чуть ли не шёпотом представилась англичанка, боясь подставила человека, который спас ее от десятка ушибов на теле.       Макото улыбнулся, забирая стакан, который от тряски ногами едва держался за влажную кожу. Изначально, когда опрашивали постояльцев дома, сложилось впечатление, будто Агата Харрис — это избалованная девушка, для будущего которой тётушка готова была пойти по головам самых близких людей. Хоть у женщины и нет родных детей, но именно эта двушка оказалась в самых тесных отношениях с ней, от того и попала в круг подозреваемых.       — Аннет Сильвер—Харрис обвиняется в подделке картин, которые отпускались на рынок по цене подлинных, в связи с чем, ей вменяется ещё мошенничество, — видя, как часто вздымается грудная клетка девушки из-за желания сдержать подступающие слёзы, японец добавил. — К сожалению, Агата, мы не первый месяц ведем это дело и у нас предостаточно доказательств.       Окинув замутненным взглядом гостиную, стены которой были непривычно пусты, а на месте картин остались лишь светлые, не испачканные пылью участки, она задержала голову в приподнятом положении. «Все это полный бред. Быть такого не может. Ее кто-то подставил» — как мантру повторяла англичанка, не позволяя себе ни на минуту задуматься о том, что это может быть истиной.       — Например, какие? — с вызовом в глазах, спросила она.       Мысленно смирившись с предстоящим скандалом, который закатит ему гудман, парень остановил полицейского, который нёс очередную картину с чердака особняка. Уверив того в том, что с уликой ничего не произойдёт, как и с ним после своеобразной помощи, японец поспешил к девушке, дабы не вызывать лишних подозрений.       — Вам знакома эта картина? — ещё раз взглянув в сторону двери, он проследил, что свидетелей вблизи нет.       — Кажется, — в сомнении протянула блондинка. — У Аннет было множество таких картин. Сами понимайте, покупка-продажа. Это настоящая текучка и таких холстов может быть ещё с десяток.       — Разумеется, но в том и дело, что таких, — сделав особый акцент на этом слове, Сэм намекнул на то, что у оригинальных произведений не бывает десяток дубликатов. — Точно нет в музее.       — К чему Вы ведёте? Моя тетя активно сотрудничает с местными музеями, а тем более, частными коллекционерами, которые крайне уважительно относятся к ней, — фыркнув от одной мысли, что парень намекает на подделку известных авторов, Агата вспылила.       — К тому, что это — дешёвая подделка. — в доказательство своих слов, Сэм, вооружившись мастихином, поддел рельефную часть акрила, оголяя совершенно другое произведение под ним. Убедившись в том, что девушка напротив находится в глубочайшем потрясении, он опустил инструмент, как ни в чем не бывало приглаживая слой краски на место.       — Вы, наверное, что-то путаете. И вообще, я не подтверждала, что это — имущество моей тёти. Откуда мне знать?! Может, это Данте баловался красками? — уходя в отрицание, блондинка ребячески пыталась закрыться от любых убеждений.       — Баловался в стиле Ван Гога и других известных художников? Увы, но мы нашли не один десяток таких произведений, которым едва можно дать один год от роду, не то, что сотню, как преподносят на торгах, — вымазав пыль от краски о свои штаны, молодой человек унёс картину в коридор под видом того, что про неё попросту забыли.       Харрис младшая сидела на кресле, обняв ноги как можно крепче. Она верила и хотела верить своей семье, которую не могла защитить из-за слишком объективных доказательств следствия. Можно было, конечно, сказать, что картины подкинуты, но несколько из них, которые ранее висели в ее спальне, были с идентичными «пробами» по краям. Неужели вся та империя, строившаяся годами, оказалась лишь чёрным рынком со своими тайнами и шифрами? Бред, который Агата обязательно разоблачит и вернёт честное имя тётушки.       — Но ведь никто и не говорил, что это первозданный вид картины. Их, если повезёт, всего несколько по миру. Наша семья занимается исключительно реставрационными экспонатами, — уставившись в одну точку, англичанка, будто пыталась себя убедить.       — Агата, я понимаю, что Вам тяжело ещё воспринимать информацию. Но, — склонившись к девушке, Макото непринужденно, без задней мысли, положил ее руку в свою, накрыв второй ладонью. — Реставрации выглядят совсем иначе. Я более, чем уверен, что Вы — умная девушка, которая сама это понимает.       Словно дикий зверёк, истерзанный жизнью, блондинка не спешила доверять полицейскому, который пытался добиться ее расположения. Почему-то именно сейчас перед глазами всплыла та детская установка, что полиция — далеко не всегда «первая помощь», но и те, кто могут подставить без задней мысли.       Скользя вверх по голени, она убрала собственную руку из цепкой хватки молодого человека. Тот не стал возмущаться, лишь понимающе упал на противоположное кресло, пытаясь сложить пазл в одну большую картину. Гудман обязательно напомнит ему об обязательности допроса Харрис—младшей, как человека из близкого окружения обвиняемой, однако тот впервые не знал, как поступить: по совести или уставу.       Заметив, что девушка собирается встать, он резко поднялся, чтобы удержать ее.       — Я в туалет, — тихо произнесла блондинка, надеясь сыграть на естественной нужде. — Это хоть можно?       — Конечно, — недолго думая, разрешил японец, тут же возвращаясь на место, но вновь схватился за запястье беглянки. — Без глупостей, пожалуйста.       С улыбкой кивнув сотруднику полиции, блондинка начала раздумывать о действиях по степени их важности: пытаться сбежать, либо найти хоть кого-то из родственников. Предположив, что если побег чудесным образом удасться, то через пару часов ее найдут в любом месте без усилий, а вот найти хоть одно знакомое лицо — звучит более реализуемо. Не дойдя до дверей туалета, Агата тихо поднимается по лестнице, предварительно сняв каблуки и держа их в руках, пока не встречается лицом к лицу с ещё одним работником органов.       — Ошибочка вышла, — играя на эффекте неожиданности, Харрис побежала вниз по лестнице, но к тому времени уже несколько полицейских собрались в особняке, как назло, в непосредственной близости.       Молодые люди с двух сторон окружили девушку, которая от нерешительности лишь улыбалась, бегая глазами в поиске спасения. Помощник следователя, с которым изначально заладился диалог, лишь отстранённо стоял у стены, подперев голову ладонью от стыда.       — Хотел как лучше — получилось как всегда, — вздохнул японец, наблюдая за тем, как двое мужчин возвращают сбежавшую вновь в кресло       Размахивая руками, Агата просила позвать некого Энтони — адвоката, а по совместительству, хорошего знакомого семьи. Молодые люди хоть и шутили про законного представителя, который может, разве что, скостить срок, который они будет «мотать» всем семейством, но позвонили тому, кто сможет ее хоть немного поставить на место.       — Не смотрите на меня так, будто я Родину передала, — фыркнув, она свесила ноги через подлокотник под осуждающий взгляд японца.       — Вовсе нет, но мое доверие вполне легко пошатнуть, — с улыбкой, без намеки на обиду за такой поступок, мужчина расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. — Я уже домой собирался, а теперь ещё с Вами тут торчать в ожидании, что меня спасает фея Энтони.       Эти слова заставили блондинку впервые за долгое время улыбнуться. Решив не соревноваться в колкости фраз, она отпустила обиду за то, что парень не заступился за неё после неудачной попытки исследовать дом.        Попробовав немного сблизиться с Сэмюэлем, девушка узнала небольшие продвижения следствия по делу ее тётушки. Такие, как: искусственная сделка и экспертиза купленной картины, которая также оказалась не то, чтобы реставрацией, а некачественной подделкой. Парень даже поделился личным предположением, что некоторые произволения действительно были подлинными, но такие сотрудничества были исключительно для поднятия репутации.       Слушая это все, Харрис ошеломленно хлопала ресницами, стараясь запомнить каждую деталь для своего расследования.       Когда же в дверях появился адвокат, девушка радостно вскочила с места, готовясь наброситься на него с объятиями. Однако желание пропало моментально, как только мужчина обреченно посмотрел в ее глаза.       — Простите, Мисс Харрис, Вам придётся покинуть дом сегодня же, — поставил перед фактом адвокат, опуская глаза в пол.       — И что мне делать?! — не выдержав, поинтересовалась Агата.       — Снять квартиру? — Сэм пожал плечами, не найдя в этом предложении какой-то проблемы.       — И да, Ваши счета уже заблокированы на время расследования. Может, в общежитие? — улыбнулся Энтони, так и не найдя радости в глазах англичанки.       — Куда?! Я учусь в Великобритании, а сейчас у меня нет даже денег на учебу там. Да и тем более, какое мне общежитие?