Пряность

Доверие — та часть Рэйзора, которую он открывал только для лупикал. Волки, друзья, путешественник, девушки в красном — некоторые девушки в красном — были частью семьи, но не сразу. Эта девушка в красном перед ним отличалась. Он и сам не понимал чем именно. Ловкий зверь, прирождённый охотник и защитник, главный помощник лупикал мог обернуться без страха и подвоха спиной к немногим. Перед ними же он мог снять широкий капюшон, свою маскировку и защиту. Перед ней ему хотелось раздеться. Вылизывать — значит лечить. Но по словам учителя лизать людей и лизаться самому при ком-то — жутко странное слово — неприемлемо. Её хотелось лизать из интереса и потому, что приятно, а она и не была против. Доверие рождается из последовательности действий другого человека. Так говорила учитель Лиза. Рэйзор точно не понял, но запомнил. Ему было легче почувствовать это слово у себя внутри. Доверие нужно заслужить — так ему сказал кто-то из жителей города, когда он заучивал фразу вслух по пути домой. Ей он доверял просто так и был уверен, что она делает так же. Ненасытное чувство одолевало его. Ему хотелось перешагнуть полосу доверия настолько далеко, как только можно. Он не видел, что там, за этим «далеко». Но ему это нужно было, как говорят некоторые люди, позарез. Волчата в нём скулили, выли, разгонялись, то убегали кто куда, то наваливались целой кучей где-то внизу живота. Рука девушки приятно поглаживала каждого из щенков, то справа, то слева, и всё таки кто-то оставался обделённым, и Рэйзор усердно вылизывал тонкую шею девушки, плечи, щёки, иногда возвращался к мокрым губам, собирая стаю в животе, чтобы рука поласкала всех. Сян Лин глубоко вдыхала обилие запахов, утоляя свою жажду, но та всё никак не стихала. Она закрыла глаза, давая чувствам обостриться, но всегда казалось, что предел улетал куда-то выше. Любое действие уводило её куда-то дальше. Кажется, запахи больше не были основой для её блюда. Вкусов было мало. Она исследовала все плодородные места. Сян Лин мысленно обвела прибрежные поля в поисках нового. Все ли? «Вряд ли за свои малые годы ты смогла отыскать все пряности», — ворвались слова отца в затуманенные мысли и упали внезапным грузом. Рука резко опустилась ниже. Сян Лин всегда находила всё, что нужно. На слух, на нюх, и на ощупь. Щенок уткнулся в горячую ладонь влажным носом. Узел в животе Рэйзора разлетелся будоражащими искрами по всему телу. Отбросив всякие соображения, он приложился к шее девушке, нежно, благодарно кусая её. Она может быть лупикал. Сян Лин щупала бугор в штанах с жгучим желанием. Туман в голове смешал жажду с желанием. Она попыталась проникнуть через ремень пальцами, но не смогла. Рэйзор оторвался от её губ, приподнялся на коленях и одним движением снял рубашку и накидку с капюшоном. Ожерелье из зубов на шее упало на голые ключицы. Пусть она трогает его, пусть ласкает всех щенят внутри него. Он доверяет ей пространство для всего, что ей вздумается. Сян Лин распахнула глаза на подкачанное тело, рельефы, исполосанные тут и там шрамами. И тут же приникла к ним губами. Захотелось очертить каждый бугор пресса, солёный и горячий, пропитанный солнцем. Ток мелко бил язык, вздымая по телу лёгкие волны удовольствия. Туман в голове Рэйзора разогнался целым торнадо. Он стащил свои перчатки и наручи зубами, и сжал предплечье девушки, с наслаждением ощущая текстуру кожи. Он без труда подтянул её к себе, вынуждая приподняться на коленях, и снова приник к её губам, влажно целуя. Струйка слюны пробежала между их ртами к подбородку. Сян Лин замычала от удовольствия, прижалась ближе, и, освободившись от рук Рэйзора, сама обняла его за шею. Ногти уцепились в вспотевшую спину под длинными волосами. Торчащие соски уткнулись в твёрдую мужскую грудь. Рэйзор инстинктивно ухватился за женскую талию. Он был открыт перед девушкой и хотел отдачи. Сян Лин ловила удовольствие волнами. Жар подкатывал к щекам, другая его часть, большая, скатывалась к низу. Смущение изредка показывалось сквозь волны, но тут же тонуло в них. К удовольствию прибавлялся адреналин, хорошо известное ей ощущение. Вместе с ним она совершала все свои обдуманные и необдуманные поступки. Он приводил её в движение и ни разу не подводил. Сян Лин отстранилась от губ Рэйзора всего на несколько секунд, чтобы избавиться он накидки и стянуть к низу своё боди. Всего на миг она встретилась с малиновыми глазами и насладилась пылающим в них желанием. Глаза Рэйзора расширились, а волчки внутри замерли. Он ни разу не видел женскую грудь, хоть и знал о существовании таковой. Внезапно вся стая в нём метнулась вперёд и он приник к соску, оттянул его зубами под вскрик девушки. Она дрогнула, отстранилась, но он подхватил её сзади за талию и приблизил к себе. Целуя грудь, он оглаживал её шелковистую кожу спины и руки путались в изобилии спущенной одежды и множества лент. Зачем эти ткани вообще нужны? Рэйзор схватился за бубенец на конце ленты и потянул за него, развязывая узел, а после отбросил его куда-то в угол комнаты. Коснувшись случайно ягодиц, он не отдёрнул руку, а с удовольствием смял кожу. Между ними теперь высшее доверие. Он разрешил этому случиться. Все слова учителя о том, чтобы держать дистанцию, остались для других случаев. Этот — исключительный. Наткнувшись на край шорт боди, он стал стягивать и их. Но Сян Лин остановила Рэйзора, сев на его руку. Он оторвался от груди и их взгляды встретились. Смущение на мгновение взяло верх желания Сян Лин, но Рэйзор трактовал это по-своему. Ну конечно же, правила в этой игре просты — он первый позволяет делать что-то и демонстрирует первые шаги. Рэйзор вскочил на ноги, быстрым движением снял с них обувь и штаны. Сян Лин прикрыла рот руками. Резкие, бесстыдные действия Рэйзора сбивали с толку и восхищали одновременно. Он стоял перед ней абсолютно обнажённый, со вздымающейся горячей грудью, спутанными, прилипшими к потной коже длинными волосами. Сян Лин залилась краской, впившись глазами в напряжённый подергивающийся член у самого носа. Острая стрела смущения вонзилась в неё и полностью растопилась в желании. В её голове закричали сразу тысяча «зачем и почему?». Но в малиновом море не читалось смущения, только желание и полная отдача. Узел в её животе расслабленно, блаженно распустился. Она поймала взгляд Рэйзора и удерживала его своим, пока стягивала с себя последние одежды. Сян Лин собиралась встать, но смущение тащило её вниз. Вместе с этим она почувствовала самый лучший аромат в мире, сладкий до невозможности, тёрпкий и очень сильный. Кажется, это то, что она искала. Редкий ингредиент. Осталось только попробовать его на вкус. И Сян Лин коснулась губами члена, предвкушая раскрыть самую большую тайну. Головка члена скользнула по языку в жаркий рот. Рэйзор шумно выдохнул. Желание, удивление, эйфория и капля паники сковали его на месте. Он ждал, что на это ответят волчата, но те вдруг куда-то подевались. Где-то на подкорке он понял, к чему привела игра. Он не раз видел её исход у лупикал. Он больше не щенок и не играет на лужайке. Он часть лупикал и всё, что он делал прежде всего — учился у них. Уроки учителя Лизы здесь не пригодятся теперь уж точно. Рэйзор опустился на колени, впился в губы девушки, теперь сольные и пахучие, и прижал её к полу своим телом. Её язык впитал его вкус. Горячая кровь пульсировала в члене, но вначале он хотел абсолютного доверия, прежде чем сделать девушку официально своей лупикал. Она сделала к нему шаг, и по правилам он делает свой. Рэйзор разорвал поцелуй, прошёлся языком по подбородку, шее, ключицам, задержался на сосках, таких необъяснимо привлекательных, затем оставил влажную дорожку на животе и впился поцелуем в мокрые половые губы. Он запомнит этот запах своей лупикал, этот горьковато-островатый вкус. Сян Лин закрыла рот руками. Она не могла подумать, что есть нечто более приятное, чем яд растений с наркотическим эффектом, которым она изредка баловалась. Импульсы в теле заставляли её двигаться навстречу языку, просовывая его глубже. Рэйзор собрал на языке ароматную жидкость и сглотнул, чтобы лучше запомнить и принять. Приподнявшись на руках, он подвинулся к прекрасному лицу своей лупикал, лизнул её губы, щёки. Сян Лин шумно дышала, двигалась к нему навстречу, но Рэйзор лишь тёрся о неё. Он считал, что она уже его лупикал. Сян Лин легко простила ему эту неопытность, зная о том, что нужно делать лишь из книжек. Просунув руку под его тело, она коснулась члена и направила себе внутрь. Рэйзор простонал ей прямо в губы и дёрнулся сильнее навстречу, толкаясь глубоко внутрь. Это было слишком резко, но Сян Лин забыла о боли, поглощённая в страсть. Она обвила его спину ногами, притягивая к себе. Жар внизу сделал её ещё чувствительнее. Каждое резкое движение скользящего члена, что сопровождалось мелкими электро-импульсами, отдавалось пылкими волнами по телу. Сян Лин утопала во всепожирающем жерле внезапно возникшей любви, пылкой как она сама. Рэйзор делал то, к чему вело его волчье чутьё, отбросив все учения. Ему хотелось больше, быстрее, пока нечто далёкое не стало накрывать его пеленой ещё большей эйфории. Сян Лин показалось, что она вот-вот описается прямо с членом внутри, но вдруг удовольствие накрыло её с головой, утопило в новом ощущении. Рэйзор застонал, извергаясь внутрь. Горячее семя усилило оргазм и Сян Лин застонала в ответ, прижавшись к жаркому телу. Между ног растеклась горячая жидкость. — Ты — моя лупикал, — Рэйзор уткнулся носом ей в плечо. — Да, твоя, — она улыбнулась. — А ты моя сладость.