Эксперимент любви

***

Воздух был пропитан свежестью и прохладой, призывал пробудиться от долгого сна. Вдали, в самой глубине леса, был слышен щебет птиц, которые уже нашли свой голос в бесконечной симфонии природы. Они нарушали сонную атмосферу, наполняя пространство нежным звучанием, словно обещая, что сегодняшний день будет наполнен новыми возможностями и открытиями. Всё вокруг ещё было покрыто таинственной дымкой, делало каждый объект неуловимым между сном и явью. На цветах на подоконнике лишь немного распустились бутоны, подобно пышным космическим кораблям, которые готовы отправиться в путешествие к новым горизонтам. Но покой до сих пор окутывал дома и пустынные улицы. Не успели стрелки часов пробить и шести утра, как местные жители давно встали на ноги. Донни с Няшкой готовили очередной план, как пошутить над кем-то из друзей, и выбор по итогу пал на Бодю, который только недавно проснулся и собирался готовить себе завтрак из яиц и зелени, скрасив чашкой кофе. Шуня сидела у себя за небольшим столиком, придумывала рецепт нового вкусного торта, чтобы угостить им своих товарищей. Вуджо прогуливался в ближайшем к деревне лесу, чтобы насладится приятной утренней свежестью, а Дабейт проснулся ни свет ни заря и ушёл на рыбалку. Фиксай спокойно дремал и наслаждался мягкостью кровати у себя в двухэтажном голубом доме. Гречин ещё даже не прикладывал ухо к подушке: всю ночь напролёт сидел в лаборатории и изготавливал новое зелье. Сидя на стуле, он держал в руках колбу с готовой алой жидкостью, рассматривал её со всех сторон, тряс, но сомнения и неуверенность одолевали до сих пор. Мысли витали вокруг одного человека, который являлся самым близким и родным другом. «Вдруг, как всегда, всё пойдёт не по плану и… Саша пострадает?» Сжав горлышко стекла, Гречин опустил голову и тяжело вздохнул. Хотелось показывать все свои достижения только одному единственному, казалось бы, в своём роде, но страх всё испортить вводил каждый раз в большое заблуждение, заставлял поддаться чувству вины за действия и навсегда оставить своё дело, чтобы избежать зазубренных шрамов на коже любимого. «Так что же мешает мне всё бросить-то, а?!» Вскочив с места, Гречин бросил колбу в сумку, встал и тяжёлыми шагами направился наверх… Этот безумец — молодой и зрелый парень двадцати пяти лет, — старался лишь для Фиксая. Не спал днями и ночами, придумывал новые и новые идеи зелий, механизмов и другие эксперименты, чтобы впечатлить, удивить, вызвать эмоции. Гречин любил своего друга до безумия. Хотелось защитить, прикрыть спину своей грудью, крепко обнять и никогда не отпускать, согреть своим оставшимся теплом… «Я сошёл с ума…» Но не всё всегда так радужно и прекрасно. Проводя вместе время, друзья парней замечали их странное поведение друг к другу: неловкие касания, взгляды, комплименты, постоянная защита… всё вызывало подозрения, из-за чего над Фиксаем и Гречином вскоре начали подшучивали местные клоуны: Няшка и Донни. Эти двое были уверены, что парни настоящие «педики», «голубые»… не такие, как нормальные люди. Но после подобного рода шуток, они получали по первое число от Гречина. Сколько только раз он не наказывал шутников, но им было плевать. Словно банные листы к заднице, они приклеились и в любой удобный на то момент пускали шутки, создавая не самую приятную атмосферу вокруг… Гречин забыл о дисциплине. Снова спускаясь по лестнице в подвал, в глаза бросается довольно-таки обыденная картина: на стенах ядрёно-кислотные пятна, что стекали на столы и полки, чёрная грязь от взрывов неудавшихся экспериментов, кусочки от манекенов, от которых ещё летал пух, на полу стекляшки от пробирок, сломанные механизмы, зельеварки… всё под стать хозяину. — Надо прибраться… — шепчет сам себе парень, борясь с сонливостью, берёт в руки тряпку, швабру и ведро и начинает сначала мыть пол. На уборку ушло меньше часа. Стрелки на часах остановились на восьми. Гречин убрал лишнее в кладовку, потянулся, разминая затёкшую спину, взглянул на время, потом на сумку, помялся на месте и вскоре тяжело вздохнул. Мысли снова мешали, а чувства перекрыли все здравомыслящие пути в мозгу. «Я точно спятил…» — думает про себя парень, надевает тёмно-серую и длинную рубашку, хватает сумку и выбегает из дома, в спешке закрывая за собой все двери на ключ и надевая кроссовки. Слабый шум капель передавал влажность после того, как ночью прошел дождь. Отблески солнечных лучей проникали сквозь тучи, создавая игру света и тени. Воздух пронизывал мягкой свежестью, словно нежное прикосновение волшебными пальцами. Повсюду ощущался аромат пробуждающегося мира. Земля, жаждущая утреннего наслаждения, впитала в себя каждую каплю дождя, а теперь пропитала своим жизненным дыханием всё вокруг. А песни птиц, их приятные щебечущие голоса проникали в каждую душу и будили желание жить, творить и наслаждаться каждым мигом. Приятный шум хрустящего мокрого грунта под ногами был ещё одной музыкой для слуха, придающей завершающий аккорд утренней симфонии. После пробежки в десять минут, Гречин уже стоял напротив двухэтажного здания и жадно глотал воздух. Приведя дыхание в норму и встрепенувшись, он сделал решительный шаг к двери, нажал на звонок и стал звать хозяина дома: — Фиксай! Эй, Фиксай! С добрым утром! Открывай скорее, чёрт возьми! Получив в ответ игнорирование, парень решил постучаться. Первый же толчок заставил дверь сначала пошатнуться, а уже потом отворится, введя в заблуждение. Немного отойдя назад, в голову стали лезть навязчивые мысли с летальным исходом. По всему телу прошлись невыносимые мурашки. «Вдруг с Сашей что-то случилось?..» Гречин сделал глубокий вдох-выдох, мотнул головой и, сжав ладони в кулаки, переступил через порог дома, где царил мрак и тишина, словно он оказался на кладбище. Прикрыл за собой дверь, краем уха услышал, что на верхнем этаже доносятся чьи-то шорохи и скрипы кровати. Расслабившись и вздохнув с облегчением, он привалился к тумбочке и сразу понял, что это Фиксай нежится до сих пор в своей постели, не желая вставать. Медленно поднимаясь по лестнице, прислушиваясь к звукам, Гречин вскоре остановился на пороге комнаты друга. Он сделал шаг вперёд, вошёл в просторное рабочее помещение и перед ним открылся вид на мирно спящего парня: оверсайз футболка, шорты, светлые носки выше щиколотки. Укутавшись в одеяло, из-за ощутимого холода в помещении, Фиксай хотел, по всей видимости, пролежать так до конца дня, ибо сил что-либо делать после бессонной ночи не осталось. Гречин застыл на месте и, чуть не схватившись за сердце, покраснел по самые уши. «Боже, какой же он красивый!» — кричал внутренний голос внутри, пока взгляд медленно скользил по телу сверху-вниз. Но вскоре, отогнав все лишние мысли в сторону и ударив себя по щеке, Гречин привёл себя в порядок, тихо присел на геймерское кресло и прикусил губу, стараясь расслабится. Несколько минут казались вечностью. Карие глаза бегали по всей комнате, подмечая самые мелкие детали: от книг и блокнотов, до огрызков бумаг и летающей пыли. «Голова просто раскалывается…» — ныл внутри Гречин, опустив голову и запустив пальцы в волосы. Мысли путались, а в комнате вместо сплошной давящей тишины слышалось мирное сопение и дуновение ветра. Вздохнув, парень вскоре приподнял аккуратно голову и осторожно глянул на Фиксая. Дышать стало труднее. Приблизившись с помощью колёсиков на стуле, Гречин мог рассмотреть возлюбленного более детально. Глаза бегали то вверх, то вниз: чёрные шелковистые волосы, что расползлись по всей подушке, светлое личико, тонкие губы, пухлые щёки, бледная шея, еле видные ключицы, просвечивающийся пресс, руки… Нельзя было никак оторваться. «Словно ангел…» — пронеслось в мыслях, когда Гречин слегка приблизился, склонившись над лицом. Он не хотел отводить взгляд, хотел смотреть на друга вечность. Хотел прямо сейчас лечь рядом, крепко обнять, прижать к своей груди и больше никогда и ни за что не отпускать... На настенных часах стрелки сместились на половину одиннадцатого утра. Протерев глаза, Фиксай потянулся, оглядел свою комнату и заметил друга, который разместился рядом с кроватью на кресле, задремав. — Гречин! — Закричал парень, ухватившись за одеяло. — Твою мать... Ч-что ты тут делаешь?! Учёный, подскочив на месте от неожиданного и громкого крика, взглянул на друга, который в полном недоумении зарывался обратно в одеяло и наблюдал за ним. Немного замешкался, но, пытаясь сохранять спокойствие, ответил: — Ф-фиксай, тут такое дело… — мямлив парень и жестикулировал руками. — Просто я разработал кое-что новенькое и я хотел тебе его показать, но было раннее утро... не глядя на часы, я собрался и побежал к тебе. Дверь у тебя, кстати, была открыта, поэтому я без проблемы вошёл и увидел, что ты ещё спишь. Только потом я глянул на время, сглупил и, чтобы не бежать обратно по лужам, решил остаться… Ну, а дальше, ты сам, мне кажется, понимаешь, что произошло. Почесав немного затылок, учёный стал ждать ответа. Фиксай потёр виски, выдохнул, выслушал оправдания неожиданного гостя, после чего спросил: — Ладно, сколько ты уже здесь находишься? — Около двух, а может быть больше часов. Блогер впал в небольшой шок. «Так долго, мать вашу?!» Спустя минуты, что казались вечностью, Фиксай-таки понял, что Гречин видел его спящим и в не повседневной одежде. Его заспанное лицо, мятая одежда, круги под глазами от недосыпа… «Боже мой, какой стыд!» Немного смутившись, блогер вздохнул, поднял глаза на гостя и продолжил диалог: — Л-ладно... Ты говорил что-то про своё творение. Опять что-то новенькое придумал, да? — Конечно! А ты что думал? — с улыбкой на лице ответил брюнет и стал размахивать руками. — Я даже готов тебе показать и… — Давай я сначала оденусь, — перебивает Саша, неловко почесав затылок. — а потом ты мне покажешь своё новое творение, хорошо? Учёный, смутившись от того, что до сих пор находится со своим возлюбленным в одной комнате, когда тот сейчас сидит в одних шортах с расплывчатым ото сна лицом, мигом подскочил с кресла и поплёлся к выходу, с заиканием тараторя: — Д-да, конечно!.. Я... я тогда подожду тебя в гостиной! Да, именно там! Мгновение, и от учёного в залитом солнцем помещении не осталось и следа. Дойдя до гостиной комнаты, брюнет был похож уже на свежий помидор, стыд накатил такой волной, что не описать ни в одном произведение… «Стыдно, стыдно, стыдно!» — закрыв лицо руками, кричал внутри парень, быстрыми шагами спускаясь по лестнице. После ухода, Саша мигом соскочил с кровати и направился к шкафу. Выбор пал на обыденную и недавно поглаженную красно-синюю кофту ниже талии, серые джинсы и того же цвета маску. Расчесавшись и заплетя хвост, парень напоследок проверил почту и выложил видео на свой канал, которое монтировал до ночи, из-за чего и спал так долго. Потянувшись и снова зевнув, блогер отправился вниз к своему гостю, прокручивая в мыслях, что же такого сверхъестественного старший изобрёл в этот раз... Ожидание, что длилось будто бы несколько часов, а то и дней, давило на плечи. Учёный ходил из угла в угол, чтобы успокоится и снять с себя смущение и накатившее возбуждение. Мысленно прожигая дырку в полу бешеным взглядом, Гречин успокоился и сжал ладони в кулаках. «Всё пройдёт хорошо! Сто процентов!» — успокаивал он себя, сидя на диване.