Новое видео

— Я помню нашу первую встречу. Мы познакомились лет шесть назад. Смешная история. Он случайно уронил на меня свое мороженое. Было неловко и смешно. Долго извинялся, а мне было просто… смешно. Сейчас же я болен, — глаза опускаются, — оказывается, я сошел с ума. В венах у меня нашли героин. — Тишину нарушил кашель. Минхо снова подавился собственной слюной. — Такую историю я хочу слышать, когда вновь слышу то имя. Когда вновь вижу его. А героином был как раз он. Тот парень со светлыми кудрявыми волосами, с мягкими щеками и невинным взглядом. — Фокус камеры сместился на задний фон. Минхо решил снимать в их квартире. Стена была обклеена фотографиями пары. Именно они давали надежду на то, что жизнь продолжится, несмотря ни на что. — Это началось шесть месяцев назад, — Минхо нервно теребит край футболки, что нашел в шкафу. Руки продолжают дрожать. Он никогда не снимал без Джисона. Ни одно видео. В каждом они были вместе. В каждом они были счастливы вместе, а сегодня Минхо решил рассказать все, ведь когда-то обещал это сделать. — Хотя, давайте лучше расскажу с самого начала. И… простите за мой внешний вид – не выспался. Минхо улыбается. Они вместе с Джисоном четыре года. Сегодня как раз годовщина. Он сидит за рулем их машины и ждет зеленого света светофора. Джисон, наверное, спит, а Минхо с подарком на заднем сидении едет к нему. К ним в квартиру. Пока горит красный свет, парень достает камеру из бардачка и одним нажатием включает ее. Кидает быстрый взгляд в салонное зеркало и выдыхает. — Всем привет, — говорит Минхо, когда видит красный кружок на дисплее, — если вы помните, то сегодня у нас с Джисоном четвертая годовщина. Уже решил с утра пораньше его поздравить, — он смотрит на дорогу. Аккуратно фиксирует камеру перед рулем и нажимает на газ. — Подарок уже на заднем сидении. Вы подкинули идеи для него. И в который раз повторю, что мы с Джисоном читаем ваши комментарии и сообщения. Спасибо, что долгое время остаетесь с нами рядом. Это, правда, очень ценно. — Глаза вновь смотрят на дорогу. Четыре года вместе, а кажется, что четыре дня. Не верится. Кажется, только вчера он предложил ему встречаться, но они вместе более тысячи дней. Тысяча четыреста шестьдесят дней. Запомнил, потому что столько фотографий он сделал. — Думаю, чтобы как-то скрытно снять его реакцию. Никогда так не снимал. — Он тихо смеется. Скулы уже болят от частых улыбок, но он не может их сдерживать. Он счастлив. Все четыре года он был счастлив. За все дни Минхо ни разу не думал о разрыве их отношений, об измене, о том, что его могут интересовать другие люди. Джисон для него, как будто единственный человек на земле. Даже сам Джисон часто говорил о том, что это некое сумасшествие, но разве Минхо переубедишь? Машина медленно останавливается. Парень выходит и вновь включает камеру. — Я уже на месте. Обходит машину и достает большую коробку. — Джисон часто говорил, что самый большой подарок находится в самой маленькой коробочке, но я так не думаю, — он закрывает дверь ногой и удобнее берет коробку. В коробке послышался писк. — Слышите? Подарочек проснулся, — он ставит коробку на асфальт и немного приоткрывает, — Сони мечтает о собачке, по крайней мере, год назад он каждый день говорил мне про то, что хочет вырастить свою собаку. — Из коробки высунулся маленький светлый носик. Минхо гладит нового друга и пытается аккуратно закрыть коробку, чтобы не задеть животное. Парень выключает камеру. Чтобы снять реакцию, Минхо решает использовать свой телефон, так не будет понятно, куда и для чего он снимает. Достает ключи из сумки и одной рукой держит коробку. Считанные минуты. Он прикладывает ключ к домофону, поднимается на пятый этаж. Пытается тихо открыть дверь. Снова выдыхает, когда заходит внутрь. — Малыш, я…, — он на секунду замолкает, ведь видит чужую обувь, — у нас гости? — вроде не договаривались никого приглашать. Минхо снимает обувь и сбрасывает куртку. Включает видео на телефоне и идет в гостиную. Улыбка сменяется удивлением. — Что-то случилось? Что-то с контентом? — спрашивает парень. Джисон сидит напротив их менеджера и смотрит на Минхо. — Нет, я увольняю менеджера, — лицо Хана не выражало ничего. Ни сонливость, ни злость, ни радость. Он сидит, опершись о спинку стула, и говорит равнодушно о таком. Как будто не было этих лет, как будто перед ним стоит его враг. Как будто Джисона подменили. Это не его Джисон. Его Джисон с радостью встречал его. Его Джисон постоянно улыбается. Его Джисон неравнодушный. Его Джисон… похоже, больше не его. — Зачем? — Затем, что он больше нам не понадобится. Минхо, мы расстаемся, — глаза разбегаются. Это же шутка? Скажите, что это часть подарка на годовщину? Скажите, что сейчас выйдет оператор и начнет улыбаться, ведь Минхо не понимает обычных пранков. «Скажите что-нибудь, только не молчите», – кричит сердце. — Почему? — Минхо подходит ближе, — ты не хочешь обсудить это со мной? — Минхо, я хорошо тебя знаю. Если я с тобой поговорю, я никогда с тобой не расстанусь. — Вы не уволены. Можете быть свободны, — говорит Минхо и кладет коробку с телефоном на пол. — Я сделал что-то не то? — он садится на колени перед Джисоном. Кладет свои руки на его колени. Он смотрит прямо в глаза. Минхо боится. Боится, что эта шутка может оказаться реальностью. Боится остаться один. Два года дружбы, четыре года отношений – разве можно все это закончить за секунду? Потерять, растоптать, забыть. Минхо ничего не понимает, от этого сильнее сжимает чужие колени. — Нет. Ты всегда делаешь все правильно. Это я, — Минхо закрывает глаза. Одна секунда, — Я изменил тебе, Минхо. — Я прощаю тебе это. Но это не повод для расставания, — Ли обнимает Джисона. Это неправда. Это сон. Сейчас он проснется и это окажется шуткой. Но почему-то соль начинает щипать глаза. Руки сильнее вцепляются в футболку. Как будто так Джисон не уйдет. — Сними свои розовые очки. Я тебе изменил. Я тебя предал. Я тебя не люблю. Какая ирония, не правда ли: ведь обычно наибольшую боль причиняет не враг, а тот, кто только вчера обещал подарить тебе счастье. Получается, как подарил, так и забрал. — У тебя кто-то есть? — Да. — Короткое слово, которое так глубоко ранит. — Он лучше меня оказался. — Она. — Я понимаю, но… — Я хочу закрыть канал. — Нет, только не это. Ты уходишь от меня, так еще хочешь лишить и фанатов. Давай… повременим с этим. Давай… хотя бы ролики снимать. Большего не прошу… — Хорошо, — Джисон встает и молча уходит. Его чемодан был уже собран. Он просто забирает его и уходит, оставляя Минхо одного в квартире. Оставляя одного давиться болью. Минхо опускает голову. Глаза закрываются. Он не хочет плакать, он просто хочет верить в лучшее. Но будет ли лучше? Руки дрожат. Глаза уже не выдерживают. Он жмурится, чтобы сдержать слезы. Не выходит. Грудная клетка начинает часто подниматься и опускаться, иногда пытаясь больше вобрать воздуха. Тело полностью касается пола. Паркет холодный, но сейчас это никого не волнует. В голове лишь лицо Джисона и фраза «сними свои розовые очки». — Как часто ты мне врал? — всхлипывая, спрашивает Минхо. Он никогда не думал, что в двадцать три он будет плакать от предательства близкого человека. От того, что он остался один. От того, что все это время его обманывали. Ногти впиваются в ладони, оставляя красные следы от крови. Причинение боли себе никогда не помогало избавиться от моральных проблем, даже на время уйти от них. До этого времени у Минхо не было проблем. Никогда. Розовые очки хорошо справлялись со своей задачей. Но они сломались. Как и душа. Как и жизнь.

***

Апатия подкралась незаметно. Минхо сидит на диване и кормит собаку, которую так и не подарил Джисону. Решил назвать его Минсоном. Так же, как и их канал, который уже вторую неделю пустует без новых видео. Он не собирается отпускать Джисона. Не готов. Он до сих пор не верит, что просыпается один, завтракает один, гуляет с собакой и читает комментарии тоже один. Джисон не отписался в социальных сетях, это радует. Он лишь игнорирует сообщения. Последнее, что написал Минхо: я пока поживу в нашей квартире, если ты не против. Повисшее «прочитано» делает больно. Разве, они не могут остаться друзьями? Разве после расставания так делают все пары: больше никогда не разговаривают, не видятся, обрывают все связи навсегда, как будто никогда не знали друг друга? Минхо плохо в это верится. Минсон снова запрыгивает на кровать и, тихо скуля, ложится рядом. Ему хочется гулять. Слышится тихое «сейчас» и радостный щенок бежит в прихожую. Минхо готов делать всё. Готов снова искать Джисона. Готов снова испачкать себя мороженым, лишь бы снова видеть тот испуганный взгляд. Готов снова на последние деньги купить камеру, чтобы снимать Джисона. Вчера парень пересматривал их первые видео.

/flashback/

Джисон улыбается, смотря то на Минхо, то на камеру. — Привет, — говорит Хан, повернув голову в сторону камеры, но быстро уводит взгляд. Первое видео, немного страшно, неловко и пугающе. — Сегодня двадцатое сентября, и мы решили снять наше первое видео на этот канал. Я Минхо, это, — брюнет поворачивает голову вправо и замирает. Джисон очень красивый. Безумно. Всегда таким был. — Мой самый красивый парень – Джисон. — И так всегда, — Джисон смотрит на Минхо и пытается сдержать улыбку, ведь какого чёрта он при всех такое говорит. Он ещё не привык к тому, что его кто-то называет красивым, а сейчас это прилагательное было употреблено со словом «парень».

/end of flashback/

Двадцатого сентября четыре года назад они рассказали про свои отношения. Весь вечер следующего дня парни читали комментарии и делали их скриншоты. За день на них подписалось двести с лишним человек, это было удивительно. Спустя четыре года они смогли набрать почти два миллиона. Слишком большая аудитория. Поэтому Минхо не хочет закрывать канал. Эти люди стали для него родными. И прощаться с ними он еще не готов. Не готов прощаться и с Джисоном. Щенок снова возвращается в гостиную. Смотрит на хозяина и несколько раз гавкает. Минхо, потирая глаза, встает и идёт в прихожую. Снова сходит до их любимого кафе. Снова. Эти действия повторяются каждый раз. Каждый раз хочется ощущать его присутствие. Это даже не надоедает. Минхо просто повторяет то же самое, только без Джисона. Он надеется, что так он сможет преодолеть одиночество. Минсон помогает. Немного, но помогает. Минхо думал о том, чтобы посетить психотерапевта. Ему тяжело справляться с этим самому, одному, это впервые. Это новый этап жизни. Но как с ним справляться, Минхо не знает. Он лишь надевает наверх кофту, шнурует любимые подаренные Джисоном кроссовки и выходит. Минсон уже добежал до лифта, а Минхо все пытается закрыть дверь. Руки трясутся, ключ никак не может попасть в скважину. И так каждый раз, когда он выходит куда-то. Ключ выпадает из рук. Парень выдыхает и тянется за связкой. В глазах темнеет. Голова кружится. Минсон, как будто чувствуя тревогу, бежит к Минхо. Он пытается стоять, но недомогание сказывается на нём. Минхо падает, не пытаясь даже за что-то зацепиться. В голове сразу появляется мысль, что он не ел четыре дня. Щенок пытается гавкать громче, чтобы хозяин его услышал, чтобы он встал, но Минхо не слышит. Минхо ничего не чувствует. Последнее, что он видит – связку ключей. Руки крепче сжимают чужое тело. В следующую минуту Минхо не чувствует пола, словно он находится в невесомости. Парень пытается открыть глаза, но не получается. Голова прижимается к чужой груди. Запах очень знакомый. Он знает его. Он знает, кому он принадлежит. А может это сон? Никогда во сне Минхо не чувствовал запахов, значит он не спит. Он слышит, как Минсон забегает в квартиру. Звук когтей на паркете очень громко отдается в сознании. Через пару минут он оказывается на кровати. Голова чувствует мягкую подушку. — Джисон, — тихо говорит Минхо. Никто не отвечает, но чьё-то присутствие все равно ощущается. Начинает раздражать. Минхо, наконец, открывает глаза. Перед ним не он. — Я открыл вашу дверь. Как вы себя чувствуете? Может, принести воды? — произносит незнакомец. Минхо никогда не видел его. — А вы… — Я ваш сосед. — Никогда вас раньше не видел здесь. — Неделю назад заселился, — мягкая улыбка появляется на его лице. Минхо обратил внимание на ямочку с левой стороны. Джисону бы пошли ямочки, но на его щечки смотреть куда приятнее. В прихожей послышался лай Минсона. Парень оборачивается и идёт на звук. — Здравствуйте, Минхо дома? Минхо закрывает глаза руками. Он пытается сдерживать слёзы, но почему они никогда не контролируются. Дрожь снова пронизывает всё тело. Больно. Хорошо. Он дождался?