Свободный полёт

В поисках одежды, которая могла бы подойти, Винсент набрел на модные журналы и, забыв обо всем на свете, засел в уголке гостиной, с упоением впитывая новую информацию, особенно касающуюся различных фасонов мужской одежды. «Какие брюки классные! Жёлтые и с оранжевой полоской. Очень симпатично и стильно, между прочим! Цена, конечно, кусается, но тут кажется есть раскройка, так что при желании можно попробовать сделать! Рубашка цвета морской волны? Красота какая… Скотту очень бы подошло с его глазами… Я обязательно ему сошью такую! Нет, лучше салатовую! Вся моя задумка останется в тайне… У меня не хватит денег на подобную серебристую фурнитуру, но если я сделаю из бисера…» — быстро сосчитал Винсент расходы на бисер, вздохнув с облегчением. Скотт внезапно появившийся в дверях, похоже, и не заметил, что Винсент сидит в гостиной, рассеянно листая глянцевые журналы. А может быть, он просто не захотел замечать этого? Не до того было. — Читаешь какую-то эротическую лабуду? Ну ты и развратник! Не волнуйся, я не осуждаю, ты же взрослый мальчик в конце концов. Винсент посмотрел на Скотта и увидел, что на его лице, покрытом сеткой мелких капилляров, которые придавали ему мертвенный сероватый вид, горит раздражение, почти переходящее в ярость. За последние полчаса он успел выпить полторы бутылки пива и несколько раз врезать кулаком по стене. — А? Нет! Это не то о чем вы подумали! Я смотрю раскройки, чтобы сшить одежду, а то как-то маловато у меня нарядов. Скотт вздохнул, с тоской поглядел на стол, где лежало несколько журналов и снял с него самый большой, на котором была изображена девушка в полосатом купальнике, склонившаяся над листьями пальмы и что-то пишущая на земле. — А я то обрадовался, что ты занимаешься чем-то интересным. Ты умеешь шить? Надо же как интересно получается. Только не говори, что мне нужно будет провожать тебя в швейный магазин… Как на нас смотреть то будут… Винсент опять уткнулся в картинки и почувствовал как его взгляд скользит по узорам ткани, по лицам модели, сидящей у мольберта и пальм, уходящим за горизонт. — Ну тут есть не сложные схемы, так что думаю я справлюсь. Ещё нужен будет бисер! Я попробую, но не знаю справлюсь ли я с такой трудоёмкой работой. Скотт схватил со стола пепельницу и вытащил сигарету. Пока Винсент ел, он открыл окно и дым плавно поплыл в небо. Скотт курил уже довольно давно, но никогда не замечал, что его никотиновый голод давно уже вытеснен другой жаждой. Его нервы были слишком напряжены, и мысли часто расплывались в дыму сигарет. — Бисер? Ты сейчас серьезно? Ты не шутишь? Может просто купим тебе эти рубашки? Рукодельник внимательно посмотрел на собеседника, и вздохнул. — Я серьёзно! У меня не хватит денег на такую одежду, так что воспользуюсь альтернативным способом получить такую красоту! Скотта все-таки удалось уговорить и вот они стояли в магазине, который больше всего походил на маленький захолустный ресторан. Винсент рассматривал ткани и вуали, переливы ярких цветов и узорчатых нитей. Больше всего ему приглянулась серая и зеленая вуали из шёлка, которыми, помимо лицевой стороны, были обёрнуты два зелёных плаща, в которые были облачены продавцы. — Красота какая! Может ещё такую взять? Очень приятная ткань! — На его лице появилась счастливая улыбка. Вуали отличались особым качеством. Их цвет был похож на горный хрусталь, поскольку обладали редкой перламутровой прозрачностью, и прекрасно отражали все цвета радуги. Скотт аккуратно и тщательно натянул на свои плечи один из них. Вуаль была такой лёгкой, что он совсем её не чувствовал. — Какая классная идея, но мне кажется, что слишком прозрачно для рубашки. Или ты хочешь ходить как стриптизёр в полупрозрачном? Ехидный смех юноши смутил его, но он всё же взял из вазы другую вуаль. Она была полупрозрачной и казалась шелковой. — Почему сразу стриптизёр? Может это будет как отделка для обычной рубашки. Вуаль с морским узором! Выглядит шикарно! Я точно её возьму! Куда мне положить деньги? — спросил он, чтобы заполнить неловкую паузу. Юноша взял из вазы третью вуаль и передал её Скотту. В этот момент Скотт окончательно решил, что лучше будет остановить его и направится за бисером. — Настоящее мужское занятие на вечер, — продолжал тем временем компаньон, — нет бы пойти и поискать приключений на свою задницу. Ведь ты же всегда ими интересовался, даже когда был очень молод. Может ещё носочки свяжешь? Винсент полез в один из больших кейсов, стоявших на полу. Оттуда он извлёк пачку бисера, кусок натуральной красной материи и два красных пластиковых цилиндрика. — Ну я же делаю мужскую одежду, а это значит, что это дело мужское в данном случае! А что не так с вязанием? Я перчатки себе вязал ещё во втором классе. Даже больше скажу! Они были розовые и с бабочками! Ну в общем, у меня другие мальчики тогда всю пряжу отняли и мне пришлось работать розовыми нитками… Скотт не помнил что ему, говорил Винсент и тем не менее чувствовал к нему уважение. Как такой умный и просвещённый человек может быть таким наивным. Он поймал себя на мысли, что думает о Винсенте с каким-то восхищением. — Звучит логично! Ну сейчас вас задирать будет страшно любому. Отсидевший здоровяк с суровым видом и с розовыми перчатками. Поделишься перчатками? Схожу в них на корпоратив и буду самым модным. Винсент промолчал, раздумывая как ответить. Скотт догадался о его мыслях. — Это из тех вопросов, которые лучше не поднимать, приятель. К тому же вы говорили, что максимально отдалены от всего яркого и нежного в этом мире. Теперь я тоже так думаю! Скотт поёжился, поймав себя на мысли, что начинает подражать Винсенту. Он испытал лёгкое недовольство от того, что в его голосе прозвучали доверительные нотки. — Образ заспанного и невинного меня в одной свободной рубашке, слегка прикрывающей «самое интересное» совсем не нежный, но так тебе нравится. Прячь свой дневничок получше, а то каждый раз нахожу его в самых неподходящих местах. Винсент чуть не выронил бисер отчаянно краснея, но Скотт уже не заметил этого. Он начал объяснять продавцу своим красивым безразличным тоном, что хочет купить самые лучшие товары из имеющегося ассортимента. «Как я мог так опростоволосится?! Мои фантазии слишком уж далеки от реальности!» — подумал Винсент, но ничего не сказал. Продавец действительно сделал невозможное, найдя нужное для Винсента среди груды вещей. Скотт принялся перебирать товары помогая Винсенту выбрать. Продавца этот процесс явно развлекал. Он спокойно, словно такую процедуру приходилось делать каждый день, брал покупку и с бесстрастным выражением лица молча ставил её перед покупателем. «Так засмущался! Распутник! Ещё и смеяться будет, подлец. Подобные фантазии у такого неуклюжего и наивного паренька. Это я ещё не упомянул строчки обо мне в одежде дворецкого, а то бы точно в обморок шлёпнулся!» — но никаких неприличных мыслей Скотт додумать не успел, потому что продавец поставил перед Винсентом пакет и они отправились домой. Шорох листьев показался в этот момент тем самым восхитительным звуком, который Скотт никогда не слышал прежде. Мелодия была чистой и простой, она передавалась каждому нерву и желанию, словно это не было просто набор быстрых и негромких звуков, а нечто гораздо большее. Пение птиц, шелест деревьев, шум машин на дороге, куда они шли — всё это сливалось в один волнующий душу и сердце звук, от которого Скотту захотелось забыть обо всём. Временами ему казалось, что он стоит на вершине холма, на котором вокруг него сгущаются волшебные сумерки, и вся вселенная заключена именно в этой мелодии, которую он сейчас слушал, и на которую нельзя не ответить.