Сталкер

Flashback

      Голос в её голове был слишком убедительным. О, как она сопротивлялась ему. Желала обрубить на корню этот манящий бас: закрывала уши руками, жмурила глаза в надежде прекратить эту нескончаемую мантру, но с каждым словом лишь больше погружалась в болото своих сомнений. Источник подлых намерений таился в самой глубине беспокойной души и был спрятан в недрах Кносского лабиринта её скрытых надежд и мечтаний.       Она заплутала.       Моральный компас сбился и окончательно перестал показывать в нужном направлении. Тонкая стрелка закрутилась против часового направления, грозясь раскрошиться в руках Хотару.       С этого момента она шла так, как подсказывал ей этот голос. Он чарующе звал, без остановки твердил, повторял из раза в раз и не давал покоя. За завтраком, обедом и ужином, в ду́ше, на учебе, в тишине — он не замолкал ни на секунду. Преобразился в бесконечную молитву, благодаря которой она начала верить, мечтать и отчаянно желать этого.       …Избавься. Сделай это. Так нужно. Избавься. Сделай это. Так нужно. Избавься. Сделай это. Так нуж…       Хотару протянула руку в ответ, сделала робкий шаг, который, один за другим, превратился в уверенный бег к желанной цели. Она узнала все тайные ходы, ловушки и умело обошла коварные тупики, которые должны были её остановить.       Миямото придумала это не так давно, но план в её голове родился в одно мгновение, словно первая искра от зажженной спички: мимолетная, но ослепительная. Достаточная, чтобы на короткий миг осветить нужный путь, который изначально был ей противен. Она была настолько в ужасе от самой себя, от своих мыслей, что практически сразу отказалась превращать эту идею в реальность. Искра потухла. Хотару задушила её, недолго теряясь в темноте.       В какой-то момент ей надоело. Надоело пытаться нащупать хотя бы твёрдую стену, чтобы неуверенными шагами пойти дальше, не зная куда приведет этот путь. В тишине она чиркнула спичкой, свет от которой дал ей надежду, и направилась через обход: времени уже не оставалось.       Хотару основательно решила: хватит с неё всех мучений. Её тело было не игрушкой, её душа — не железобетонное создание с крепким фундаментом, которое могло бы выдержать тонну унижения и несправедливости. Она по своей сущности оказалась другой. Совсем не такой, какой себе представляла. Не была ни сильной, ни мужественной, ни смелой.       Огрызаться надоело, бить в ответ, когда она получала сильнее, тоже. Даже разноцветные гематомы на теле болели не так мучительно, как невидимые раны в душе. Они без остановки ныли, сочились смертельным ядом, который уничтожал её изнутри и поглощал доброе начало.       Рану даже не нужно было оружие, чтобы ранить её. Один его надменный взгляд заставлял её чувствовать себя жалкой и никчемной женщиной, неспособной противостоять ему. Он смотрел на неё сверху, словно на мелкую и лёгкую добычу, и игрался до тех пор, пока она не устанет убегать от него.       Хотару в какой-то момент хотела устать, проиграть ему. Покорно сделать шаг навстречу, попадая прямо в его коварные руки; лечь в его огромные ладони, свернувшись калачиком, чтобы поглотить было легче, и молча принять свою участь.       Она не была ни сильной, ни мужественной, ни смелой, нет. Зато Миямото была ужасно упряма и горда — это губило её. Губило, потому что она не смогла вовремя остановиться, преследуя свои желания; использовала опасное оружие, чтобы отбиться от надвигающейся опасности.       Хотару на ближайшем повороте свернула не туда, и даже голос в её голове притих, добившись своей цели.       На это её подтолкнул Сора, но сам даже не догадывался об роковой ошибке. Одна упомянутая и, казалось бы, безобидная фраза в их разговоре засела в голове Хотару надолго. Она засыпала с этой мыслью и просыпалась с ней же, проговаривала тихо вслух, слабо шевеля обветренными губами, будто сумасшедшая, и даже поделилась своей идеей с Цубаки и Сорой, которые, на всеобщее удивление, поддержали ее.

«…нет противоядия…»

      — Чёрт, я не верю, что могут быть такие люди, — пробормотал парень, отпивая горький кофе, и тут же запнулся. — Точнее, не верил. Но после того, что ты рассказала…       — Я попрошу тебя держать это всё в секрете, — моментально отреагировала Миямото, впиваясь в его глаза своим острым, горящим пламенем взглядом.       Сора видел её лишь в двух состояниях: странной, неестественной радости и полного страха, когда к ней в квартиру ломились посторонние люди. Теперь он мог понять причину этого поведения в тот день: она просто испугалась за него. Настолько сильно, что пришлось с силой оттолкнуть его болезненными словами. Удивительно, но он был польщен и даже благодарен за это. Никто, кроме матери, так о нем не переживал.       Думать о том, что с её стороны это было сделано лишь потому, чтобы не чувствовать вину, ему не хотелось. А вот мысль о том, что за какие-то пару мгновений и встреч они так сблизились, стала греть ему сердце.       Он возжелал быть её спасением.       — Я помогу тебе, — героически заявил он, уверенно смотря на нее в ответ. — Можешь не переживать, ни одна живая душа не узнает ни о том, что тебя преследуют, ни о нашем плане.       — Нашем? Так, ты всё-таки поможешь мне?       В её сердце крошечным пламенем теплилась надежда, от которой уголки губ сами взмыли вверх, а взгляд подобрел. Она замерла, внимательно вслушиваясь в его короткий ответ.       — Помогу. Время: 15:05 

«Вы заблокировали абонента «Ран»

      Сердце невольно подпрыгнуло к горлу, а затем упало на уровень живота, вызывая в напряженном теле судорожную вибрацию каждой клеточки. Довольный смешок сорвался с её сухих губ.       Ран абсолютно точно был в бешенстве.       От этой мысли её разум будоражился, интригуя возможными последствиями. Он был не единственным, кто мог получить кайф от азарта: Хотару блаженно прикрыла глаза и закусила нижнюю губу от предвкушения. Тонкие веки дрогнули, длинные тёмные ресницы затрепетали, выдавая беспокойство.       Трудно сказать, когда она стала участником этой смертельный игры: в тот момент, когда Ран появился в её жизни, или когда она начала воплощать свой план в реальность. Но сейчас это было не так важно. Единственное, что заботило Хотару на данный момент — это невозможность увидеть искаженное от злости лицо Рана. Ей оставалось только представлять эту сцену, рисуя очертания его мрачной физиономии.       Пришло время ему играть по её правилам, не так ли?       Женская рука рвано прошлась по густым волосам, слегка оттягивая у корней. Хотару откинулась на кровать, без интереса рассматривая белоснежный потолок, и ещё раз проговорила вслух каждый этап своих действий. Это помогало отвлечь себя от сомнений: она не имела права сейчас отказаться, не могла трусливо отступить назад, бросая всё на полпути.       Если Хотару будет слишком долго колебаться, Ран не упустит возможности и достигнет её за один мощный прыжок, впиваясь острыми зубами в мягкую плоть.       Тот, кто сумеет нанести решающий удар первым, выиграет.

Время: 15:10

От кого: Хотару

Я заблокировала его номер. Где ты?

Не забудь взять парик и вещи.

От кого: Цубаки Ты время зря не теряешь. Хочешь выбесить его в последний раз? Все схвачено. Готова стать озорным мальчишкой, хаха?

От кого: Хотару

Мне как-то не до твоих шуток.

От кого: Цубаки Извини-и. Но хочу уточнить, ты точно уверена? Лично мне от всей этой идеи действительно жутко. Идём в неизвестное место к незнакомцу. Это даже звучит опасно, разве нет?

От кого: Хотару

Я предусмотрела все меры предосторожности, если ты об этом, и подготовила средства защиты. Думаю, перцовки и шокера будет достаточно.

Знаешь, если ты не хочешь, я пойду одна. Только не забудь вещи мне оставить.

От кого: Цубаки Мы уже это обсуждали, разве нет? Я больше не брошу тебя. Ты прекрасно знаешь, мне всё ещё стыдно за тот поступок, когда мы перестали общаться с тобой.

От кого: Хотару

Это не твоя вина.

Он угрожал вам всем. Я все понимаю, правда.

Если ты сейчас поддержишь меня — это будет прекрасно.

От кого: Цубаки Скоро буду.       Время: 17:03       Её тело от неожиданности вздрогнуло. Противный дверной звонок продолжительно завизжал, ударяя по чувствительным ушам. Хотару скривилась, лениво вставая с кровати, и бросила рассеянный взгляд на часы.       — Это Цубаки, — буркнула она себе под нос, успокаивающе поглаживая себя по предплечьям. — Всё хорошо, это просто Цубаки. Это не он.       Не ошиблась. В дверном глазке действительно виднелась знакомая тёмная макушка подруги. Хотару спешно открыла дверь, без слов пропустила гостью, нервно заглядывая ей за спину. Зоркий взгляд быстро просканировал лестничную площадку на наличие посторонних. Проверяла. Осторожничала.       Никого.       — Долго не открывала, — Цубаки сходу сунула ей в руки пакеты, недовольно поджимая губы. Посыпались вопросы. — Во сколько назначена встреча? Сора связался с ним?       — Пока не писал, — Хотару отмахнулась, пожимая плечами. Тихий голос отчего-то не слушался, дрожал. — Сора помог мне лишь найти нужного человека, связалась я сама. Насколько я поняла, всё будет ночью. Координаты скинет позже.       — Понятно. А деньги? — подруга скосила на Миямото взгляд, полный подозрения. В её голове до сих пор не прижилась мысль, что извечно боязливая Хотару решилась на что-то подобное. Сама Цубаки металась между желанием помочь подруге и отказом ввязываться в сомнительную авантюру. — Как ты собралась расплачиваться с ним? Ты вообще понимаешь, что такие вещи незаконны? А если полиция…       — Откуда мне знать? — с напором и рвущим раздражением Хотару рявкнула в ответ, потирая переносицу. — Если ты снова испугалась, можешь быть свободна.       Миямото беспринципно указала на входную дверь, исподлобья сжигая подругу злым взглядом. Ей не нужны были лишние вопросы, ей не хотелось отвечать на них или размышлять слишком много: в таком случае она точно засомневается, отказываясь от всей затеи. Было сделано слишком много, чтобы перечеркнуть её план только из-за человека, который даже не понимал, насколько Ран опасен.       Цубаки стыдливо отвела взгляд. Чувство вины сжигало её органы изнутри.       — Успокойся, — мягко отозвалась девушка. — Я же сказала, что помогу.       — Неважно, — успокоившись, кивнула Хотару, приглашая её пройти в свою комнату. — Извини, сорвалась. Я сама переживаю, пойми. И… Спасибо.       — Я знаю, просто… Просто ты решаешь проблему слишком радикально, не находишь? — Цубаки села, отвернувшись от неё, и задумчиво нахмурилась. — А если он узнает?       — Не узнает, — отрезала девушка, разбирая пакеты с вещами. — Насколько я поняла, он не в городе. За мной наблюдают его люди, но если мы незаметно выйдем из подъезда, никто ни о чем не догадается.       Миямото прокрутила на указательном пальце парик с короткими волосами и сухо ухмыльнулась, демонстрируя фальшивую уверенность.       Цубаки с сожалением перевела взгляд на девушку, молча изучая её. Перед ней стояла не прежняя Хотару. Она не знала, кто это. От той жизнерадостной, веселой и нежной Миямото ничего не осталось. Нахмуренные брови и безразличные глаза прожигали всех подозревающим взглядом, губы сжимались в тонкую полоску, а раздраженные вздохи, вылетающие со свистом из её уст, не прекращались. Она больше не улыбалась искренне, стала грубо огрызаться на всех, а её ответы превратились в смесь язвительности и злобного рычания от (бес)причинного гнева.       Нет, нет и нет. Человек перед ней — не Хотару. Эта не была её милая, ранимая Хотару, которая по-детски хныкала, когда уставала; которая любила заливисто посмеяться над какой-нибудь глупостью; которая делилась с ней каждой мелочью и была открыта в разговоре до безобразия.       Скрытная, холодная, запуганная и… такая далёкая. Вокруг неё взросло миллион стен. Самое печальное было то, что она построила их сама: без окон, без дверей. Самовольно отказалась подпускать к себе ближе, чем позволено. Самовольно заперла себя в тёмном царстве, медленно разрушаясь. Своими же руками прочертила границу, переступить через которую было страшно: и ей, и остальным.       Цубаки ощущала себя словно на пороховой бочке, которая вот-вот грозилась взорваться.       — У твоих родителей не будет вопросов?       — Они уехали, — Хотару замерла на пару секунд, что-то обдумывая. — Приедут позже.       — И куда они уехали?       — Не помню. Не спрашивала. Неинтересно.       — Ты загрызешь меня, если я задам ещё один вопрос? — Цубаки невесело усмехнулась, понуро смотря на подругу.       — Ты уже это сделала, — Хотару скривила рот в полуулыбке, сверху смотря на девушку. Столкнувшись с её вопросительным взглядом, она удручённо добавила. — Шучу. Что такое?       — Просто хочу уточнить: мы получаем сообщение, собираемся и выходим, верно?       — Да. Предлагаю перестраховаться. Мы выйдем по раздельности с интервалом в пятнадцать минут и встретимся через два квартала около старого дома. Там, где раньше был магазин.       — Звучит вполне… сносно. Весьма в стиле каких-то преступников, — Цубаки слабо улыбнулась, пытаясь отшутиться. — Я смотрю, ты многому научилась у своего сталкера.       — Да ну? — Хотару закатила глаза, недовольно отворачиваясь, и прошептала. — И его зовут Ран, вообще-то.       Подруга в растерянности вскинула бровь. Слова медленно впитывались ей под кожу в долгом молчании. То, с какой интонацией она назвала его имя…       — Мне показалось или… — Цубаки запнулась и смутилась, в очередной раз сталкиваясь с её холодным взглядом. — Нет, неважно. Давай пока всё подготовим.       Время: 20:37       — Написал.       Хотару тихо пискнула, спешно открывая сообщение. Пробежалась глазами по мелким буквам, записывая на листочек координаты. Цифры скакали по бумаге, рука дрожала, криво выводя линии.       — Ну? Что там? — Цубаки заглянула к ней в телефон через плечо, внимательно вчитываясь. — Сегодня в половину второго, значит… По тропинке на первом дубе свернуть налево, прямо до конца. Там будут ждать. Нет денег — нет товара… Странно так.       — Что именно? — Хотару обернулась, хмуря брови.       — Что они так открыто пишут. Разве не должно быть больше… Ну, скрытности?       — Не знаю, — растерянно ответила она. — Знаешь, раньше я таким не занималась.       — Не хочу тебя пугать, но это выглядит подозрительно, — подруга снова опустила взгляд на телефон. — Мне казалось, должно быть по-другому. Ты вообще уверена, что тебя не обманут?       Хотару в очередной раз раздражённо вздохнула, Цубаки в ответ одарила её недовольным взглядом.       Как же с ней стало тяжело.       — Поиском занимался Сора, — повторила она. — Сказал, что ему помог его друг, который уже несколько лет работает с наркодилерами и остальным… сбродом.       — Значит, они дадут тебе готовый продукт? — подруга опасливо прищурила глаза.       — Договорились именно так. Нужно позвонить Соре и предупредить, что информация есть.       Хотару отошла в сторону, прикладывая телефон к уху. Долгие гудки заполнили тишину.       — Ну, тогда разберёмся на месте со всем остальным. И кстати… — Цубаки понизила голос до звенящего шёпота. — Напомни, какую дрянь ты выбрала?       Миямото коварно улыбнулась, облизывая нижнюю губу. Взгляд заблестел от азарта, хищно смотря на подругу. Хотару со сладким предвкушением прошептала:       — Рицин.

End of flashback