Импровизация химической реакции

      Утро прошло в спешке. Вчера вечером им конечно же было не до того чтобы собирать вещи, у них были дела по важнее. А сегодня, вспомнив что выселение в 10, было уже не так весело как вчера. Повезло что Арсений в 9 утра захотел в туалет и вспомнил о том, что через час они должны уже стоять в холле отеля, со всеми вещами, и выселяться. Нервно, понимая что времени осталось не много, Арсений поспешил разбудить Антона. Собрав все свои вещи, парни отправились на свой последний завтрак в Мурманске. На удивление, успев все сделать, в 10:10 они уже выселились из отеля. — Ну, вроде бы ничего не забыл — перебирая в голове все свои вещи, сказал Попов — А нет! Щётку зубную забыл… — Не велика потеря, купите новую. — Ты всё забрал? — Да. — Точно? — Да мне и забывать толком нечего было.       Чуть девственность не забыл, а так ничего — Так, ну у нас ещё два свободных часа. Прекрасно — посмотрел на экран телефона и сказал Попов. — Что прекрасно? Нам сейчас два часа придется просто ждать на улице поезд. Кто вообще придумал выселение в 10? — возмущённо, ковыряя ботинком снег на асфальте, сказал Шаст. — Радуйся что не в восемь. — ответил Попов и опять полез в свою сумку чтобы проверить, всё ли он взял. — Два часа это не много, найдем чем себя занять. — Да я тут 15 лет прожил, ничего интересного тут нет. — Ну не правда. Ты так говоришь чисто из-за своих личных неприязней. — убедившись что все на месте, Попов закрыл сумку. — Ну даже если, за два часа на улице, мы просто сдохнем от холода! — Значит надо сходить куда-то где тепло. Неужели тебе не хочется погулять по родному городу? — Я уже говорил своё мнение на этот счёт. Хотя, есть тут одно место — с хитрой улыбкой закончил говорить парень.

***

— Ты серьезно привёл меня в бар??? И почему он уже работает? Сейчас же даже двенадцати нет. — В том и фишка, он круглосуточный — довольно сказал Антон открывая входную дверь. — Откуда ты вообще о нем знаешь? Ты же ещё маленький был, когда здесь жил. — В том то и дело, здесь есть ещё одна фишка. — сказал Антон садясь за барную стойку. — Здравствуйте, два виски с колой пожалуйста.       Сказал Антон, и бармен, не задавая лишних вопросов, кивнул и начал наливать алкоголь. — Антон, что ты делаешь? — афигевая с действий парня, сказал Попов. — Показываю вам достопримечательности Мурманска, как вы и хотели. Этот бар и вправду легендарный.       Закончив, бармен поставил два стакана на барную стойку. Арсений кивнул Антону в сторону столика и направился туда. Шастун же, взял оба стакана в руки и пошел за ним. — Зачем ты это заказал? — Да так, чисто согреться. А то, не щадит Мурманск. — сказал Антон и закатал ворот водолазки, забывая о своей яркой шее, которую они не успели замазать утром. — Кто сказал что я разрешу тебе пить? И вообще, почему у тебя не спросили паспорт? По тебе же видно, что ты несовершеннолетний! — Мне тут с тринадцати продают. — Им вообще без разницы кому продавать? — Можно и так сказать — сказал Антон и сделал глоток виски. — Шастун! — отодвигая стакан от парня, сказал Попов — Не забывай, что я всё ещё твой учитель. — Как же я могу это забыть? Я же прекрасно помню, как страстно вы меня целовали в ту ночь, как сжимали мой член в своей руке, пока ваш упирался мне в задницу, а потом вы такой: «Так нельзя, извини» — тихо, чтобы не обращать лишнее внимание немногочисленного количества людей в баре, обиженно сказал Шастун. — Это провокация? — нервничая и не понимая как реагировать, спросил Арсений. — Да какая нахуй провокация?! — забирая свой стакан обратно и вновь делая глоток, сказал парень.       На этот раз не протестуя, Попов презрительно посмотрел на второй стакан и тоже сделал глоток. — Что случилось? Я вас не понимаю… Я признался в своих чувствах, я готов был вам отдаться. И тогда, в ту ночь, всё было прекрасно. Так, как я хотел, и нам было хорошо. Но потом, на следующий день, как будто нечего и не было. — вставая и подсаживаясь к Попову на диванчик, отчаянно сказал Антон, смотря прямо в глаза Арсению. — Антош… Я просто не могу позволить себе, портить твою жизнь…       Собираясь с мыслями, Попов взял стакан с виски и выпил его до дна. Смотреть после этого на Антона, было ошибкой. Эти грустные глазки, не понимающие суть проблемы, жалобно смотрели прямо в душу. — Похуй       Резко, обхватывая своей рукой затылок Антона, Арсений притянул его к себе поближе и впился своими губами в чужие. Крепкий и терпкий вкус алкоголя разлился по рту парня, пока тот сплетался языком с учителем и выцеловывал его губы. На машинальном уровне, руки сами потянулись взяться за лицо Попова, имея страх того, что тот сейчас резко отпрянет и убежит. — Фу блять! Пидорасы ебаные! Уходите сами, пока я охрану не вызвал — грозно крича на целующихся парней, ругался директор бара.       Так же быстро как прильнув, так и отпрянули друг от друга парни. Решая не развивать конфликт, тихо встали и вышли из бара. Даже не оставляя деньги за виски, Попов конечно, уже достал кошелек и хотел оплатить, но детектор снова закричал на них, с просьбой убираться отсюда. — В этом и проблема, Антош — выходя из бара сказал Попов и повел Антона подальше оттуда.       Ничего на это не отвечая, Антон взял учителя за руку и потянул в арку, которая вела во двор дома. Остановившись за её углом, Антон кинул на холодный асфальт свой рюкзак, взял Попова за подбородок и снова впился в его губы, целуя жадно и наслаждаясь каждой секундой. Не сопротивляясь действиям парня, Попов отвечал ему взаимностью и крепко обнимал за талию.

***

      Плацкарт — это далеко не лучшее место в мире. Никакого личного пространства, шумно, воняет едой и ногами, постоянно кто-то ходит между рядов. Место и так неприятное, а Антону с Арсением ещё и посчастливилось ехать в одном вагоне с группой школьников, которые возвращались с экскурсионной поездки в Мурманск. Все же знают, что в такие поездки ездят ради всего, но точно не ради экскурсии. Именно поэтому в их вагоне было намного более шумно чем в остальных. В каждой части вагона воняло по разному, где-то чипсами, дошираком и сухариками, где-то переизбытком сладко-удушливых духов, а где-то смачным перегаром.       Самым ужасным было то, что сопровождающие их учителя, ехали через один вагон от них, поэтому дети вели себя максимально бесстрашно. Собственно, в этом вагоне ехали: Арсений, Антон и 52 пубертатных старшеклассника. Масштабы убивали, откуда их вообще столько набрали???       К их сожалению, места парней были в той части вагона, где сидели девчушки с убийственными духами. — Я скоро задохнусь — наклоняясь через столик к Антону, тихо сказал Попов. — Согласен, это пиздец. И окно даже не откроешь, зима на улице — вставая и поднимая руки наверх, к лежащей на полке куртке, сказал Антон. — Осень ещё, но с такой-то погодой… А куда ты собрался? — замечая как Антон достал что-то из кармана своей куртки, спросил Попов. — Сейчас вернусь — быстро засовывая пачку сигарет в карман штанов, сказал Антон. — Антон. Здесь нельзя вообще то. — сказал Арсений, уже вслед уходящему Антону.       Открыв дверь в тамбур, Антон напугал зажимавшихся ребят, которые увидев его, резко отпрянули друг от друга и испуганно смотрели на Антона. — Спокойно, мне похуй — подтверждая это жестами, равнодушно сказал Антон и достав из кармана пачку сигарет закурил. — Вы бы место по романтичнее выбрали, где хотя бы не воняет. — Тебе же похуй — возмутился пацанчик, продолжая держать девочку за талию. — Точно! Не лезу, можете сосаться дальше. — А чё с шеей у тебя? — опять отозвался пацанчик. — Да волосы на плойку закрутить хотел, обжёгся — выдыхая дым в противоположную сторону от ребят, сказал Антон.       Девочка, стоявшая рядом с тем пацанчиком, захихикала, после чего тот на нее грозно посмотрел и та сразу прекратила. — Да чё ты чешешь, нет волос у тебя. — Ну вот ещё минут 20 тут позажимайтесь и будет такая же шея. — Не, Сань, мне ещё домой сегодня к папе идти — настороженно сказала своему парню девушка. — А этот мужик с которым ты едешь, ты его знаешь? — спросил Саня у Антона. — Да. — Друг твой? — Классный руководитель. — Ох ебать, так мы всё-таки с учителем едем. А ему норм шо ты весь в засосах? — То есть, то что я сейчас спокойно курю в тамбуре тебя не смущает? — Значит ему похуй, прикольно. А куда вы с ним вообще едите вдвоем, странно это как-то. — Мы на олимпиаду ездили, теперь обратно. — Это ж по чем олимпиада была, что ты в таком виде возвращаешься? — сказала девушка и залилась смехом. — Не поверишь, по химии — сказал Антон и затушил сигарету о металлический косяк, но не найдя куда выбросить, положил его обратно в пачку. — Можете продолжать, я ухожу.       Вернувшись к своему месту, Антон заметил что оно занято. Напротив Попова сидела одна девушка, а вторая стояла рядом и о чем-то с ним говорила. Едким сладким запахом от них так и перло. Несмотря на то что они ехали в поезде, одеты они было совершено неудобно. Узкие джинсы, короткие юбки, облегающие майки из какого-то странного блестящего материала и объемные серьги в ушах.       Подойдя к ним, Антон встал рядом, ожидая что его место освободят, но девушки его даже не заметили. — А у тебя есть девушка? — спросила одна из подруг, жуя жвачку. — Нет, девушки нет — ответил Попов, дружелюбно улыбаясь. — А чем ты занимаешься? — спросила уже вторая девушка, укладывая свои локти на стол и наклоняя голову. — Я учитель химии и биологии — спокойно сказал учитель и с наслаждением наблюдал за тем, как резко начали меняться лица девушек — Уступите место моему ученику пожалуйста.       Девушка встала с чужого места и неловко посмотрела на подругу. — Ты же шутишь? — мило улыбаясь спросила вторая девушка, все ещё опираясь на стол. — Ни капли — лучезарно улыбнулся Арсений. — Извините — хватая подругу под руку, неловко сказала девушка и те тут же ушли обратно на свои места. — Дурдом какой-то — сказал Антон, наконец то садясь за свое место — Фу, твои сигареты перебивают даже их убийственные духи. Когда ты уже бросишь? — Пока нет такой цели. — Ты вообще то мне обещал. — Я? Не помню такого. — Ну что мне ещё сделать чтобы ты бросил курить? — Не знаю, замените мне сигареты. — Чем?       Своим членом       Антон многозначительно заулыбался, а после не сдержался и откровенно заржал. — Что смешного? — АХАХАХАХАХХАХА НИЧЕГО — Так нечестно, я тоже посмеяться хочу, скажи! — Нет… — делая глубокий вдох и стараясь не смеяться сказал Шастун. — Вот так значит... Тогда я тебе тоже не скажу — хитро сказал Попов и сложил руки на груди. — Что не скажете? — уже окончательно переставая смеяться, спросил Антон — То, что не скажу. — Да вам просто и нечего сказать, вот вы и вредничаете. — А ты всё ещё обращаешься ко мне на «вы», и о чем тут ещё может идти речь? — А вам самим не будет неловко, если я резко начну называть вас Арсюшей? — хитро заглядывая Попову в глаза, спросил Антон. — Ого, даже так. Да я только за! Это же ты будешь смущённо краснеть от этого, а не я. — Не правда, не буду я краснеть. — Да? Ну тогда хорошо, с этого момента, Я — Арсюша. — Ну не сейчас же, здесь уже весь вагон знает, что вы мой учитель. — Ну и что, пускай думают что хотят. Да, Антош? — Да, Арсюш. — Смотри, они уже все на нас оборачиваются и обсуждают — наклоняясь через весь столик, сказал Арсений шепотом, прямо Антону на ушко. — Блять, зачем вы это делаете? — волна мурашек пробежалась по телу Антона. — Ты хотел сказать «ты»? — с дразнящей улыбкой сказал Арсений. — Встань, я хочу сложить стол.       Складывая стол в кровать, Арсений достал простынь из постельного белья и повесил его как стенку, чтобы создать хоть какое-то личное пространство. — Прошу — приглашая Антона сесть к нему за простынь, сказал Арсений. — Только как-то тускло здесь. — Не проблема — сказал Попов и включил на телефоне фонарик. — Ты же понимаешь, что нас теперь ещё лучше видно? — Ничего, главное что я их не вижу. Снимай кофту. — Что? — растерявшись, спросил Антон. — Кофту, надо замазать это творчество. А ты что подумал? — А, точно. Ничего. — все ещё растерянно ответил парень и потянулся снимать кофту, но остановился, вспоминая что это будет видно через их мега стену. — Ну? Чего ты копаешься? — спросил Попов и бесцеремонно снял кофту с Антона, пока тот послушно поднимал руки.       Не смотря на всё произошедшее, Антону все равно было неловко находится при Попове полуголым. От чего он, сам того не замечая, скукоживался, будто ему холодно и обнимал сам себя руками, пытаясь прикрыться. — Сядь поближе — сказал Арсений доставая тональный крем и выдавливая его себе на руку. — Мг — тихо сказал Антон и чуть-чуть придвинулся. — Ещё ближе. — А ноги мне куда деть? — Блять, Антон — прогундил учитель и забросил ноги Антона в обе стороны от себя, расправляя их и укладывая себе на бедра. — Вот теперь подвинься Антон придвинулся ближе к учителю. Он сам не понимал почему, но ему было неловко. Его ноги лежали у учителя на бедрах, а сам он сидел напротив, достаточно близко и к тому же полуголый. Стоило бы Антону сесть ещё ближе и он бы был в той же позе что и в ту ночь. По телу вновь пробежали мурашки. — Откинь голову в бок — сказал учитель положив свою руку на плечо Антону. Тот же последовал просьбе — И поставь руки назад, а то ты весь сморщенный.       Выходя из зоны комфорта, Антон оказался в максимально раскрытой позе, что начало ещё больше его смущать. Попов дотронулся до груди Антона, оставляя на ней капли тонального крема и принялся размазывать его. Он аккуратно наносил крем сначала на грудь, а после и на острые ключицы парня, тщательно промазывая каждую выпирающую косточку. — А зачем я так открываю шею, если ты не с нее начал? — спросил Антон, смущенный своим положением и вернул голову прямо. — Может мне просто так нравится — сильнее промазывая ключицы, сказал Попов. — Ауч! — от сильных надавливаний на них, крикнул Антон. — Тишь-тишь, извини, увлекся.       И не скрывает, падла.       И вообще, он же специальную хуйну купил, чтобы эту жижу наносить, зачем он это пальцами делает?       Попов провел всей рукой по его груди и ключицам чтобы выровнять тон, поднял руку выше и обхватывая шею парня, наклонил её, открывая больший обзор и натягивая кожу. Выдавив ещё крем, прямо парню на шею, Попов принялся его размазывать по всему периметру, не теряя возможность, лишний раз провести рукой по ключицам парня. От чего по его телу вновь пробегали мурашки. — Всё в порядке? — спросил Попов после того как Антон опять тяжело набрал воздух в лёгкие и закрыл глаза. — Ты же купил специальную хуйну, чтобы крем этот наносить, почему ты ей не пользуешься? — Не хочу, мне так больше нравится — спокойно ответил Попов, вновь проводя рукой по шее парня и чувствуя как она покрывается мурашками. — Мне кажется с ней было бы лучше — нервно сказал Антон, вновь напрягаясь. –Вообще, ты мог бы и сам это сделать. Но раз ты не отказался от моей помощи, то принимай её какая она есть. — сказал Попов и наклонил голову парня в другую сторону, начиная наносить тон с той стороны. — Да вы и не спрашивали, просто сказали раздеваться. — Ты — поправил парня Арсений — и ты всегда так просто соглашаешься раздеться? — Нет! Вы просто очень убедительны. То есть ты. — То есть, если я сейчас скажу: «Вставай на колени, сейчас будешь делать мне минет». То ты прям сделаешь это? — Чего? Вы серьезно? — шокировано поднимая голову и заглядывая в глаза Попову, спросил Антон. — А ты уже готов? — игриво улыбаясь и убирая руки с шеи парня, сказал Попов. — Я не то что бы… — после долгого, ошарашенного молчания, начал говорить Антон, но его перебили. — Так, Антош, успокойся, я просто шучу. Не надо ничего делать. — весело сказал Попов и открыл пудру. — А ты реально уже готов был? — Арсений Сергеевич! — Нет, Арсюша. Забыл что-ли? — Да блин, не могу я так. Это тоже самое будто я соседку раньше называл тетей Валей, а теперь вдруг резко Валюха — Вот уж спасибо — фыркает Арсений — Можно просто Арс.       Набрав пудры на пуховку, Попов начал прихлопывающими движениями запечатывать тональный крем на груди парня.       Антон не пробовал запрещённые вещества, ну, кроме травки, и то один раз было, не считается. Но ему почему-то кажется что и от наркоты так не кроет, как от Попова. И в этом нет ничего романтичного, всякие там «Ты мой личный сорт героина» — хуйня из-под коня. О чем речь, когда рядом с ним, Антон не может спокойно дышать, а мурашки разбегаются по всему телу? Это просто невыносимо. — Антош, с тобой точно всё хорошо? — Да, не обращай внимание. — Сложно не обращать внимания, ты весь красный. Сейчас и лицо замазывать придется. — Ничего, давай я просто сам продолжу. — Не придётся, я уже закончил. — сказал Попов и протянул Антону пудру, в которой было маленькое зеркальце.       Посмотрев в него, Антон реально удивился. Он не ожидал что получится настолько хорошо это все замазать. Так и не скажешь что под слоем косметики столько гематом. — Это конечно хорошо, но мне теперь каждый день так гримироваться что-ли? — Ну, я не знаю сколько это ещё проходить будет. Если что, я не против ещё раз помочь тебе с этим. — Да, я наверное и сам справлюсь. — Конечно, но если что, говори, не стесняйся. — Мг, ладно, я схожу за чаем. — сказал Антон и поспешил вылезти из их мини комнатки. — Подожди, прям так и пойдёшь? Может хоть футболку наденешь? — Точно. — сказал Антон и достал футболку из рюкзака.       Антону было всё ещё неловко после сложившейся ситуации, поэтому первое что пришло ему в голову, это уйти куда-то. Чая Антон на самом деле не хотел. Поэтому решил что просто пройдется до конца вагона, постоит там немного, подумает, и вернется обратно. — Эй ты! — крикнул кто-то за спиной у Антона, на что тот обернулся.        Это был никто иной, как тот самый Саня из тамбура. Когда Антон повернулся к нему, тот жестом позвал его к себе. Рядом с Саней сидело ещё трое пацанов, а на верхней полке лежала та же девушка. — А куда ты засосы дел? — спросил Саня и пригласил Антона сесть рядом. — Замазал. — Ты чё, педик? — Нет, просто как я мог в таком виде домой приехать? Я с бабушкой живу, она не поймет — Ну бабушка это святое. Ты куда вообще шёл? — За кипятком. — Да нахуй тебе кипяток, у нас тут вода погорячее есть. Будешь? — доставая из-под подушки бутылку, спросил Саня. — Нет, сейчас не вариант. — Эх, ну ладно. А как тебя зовут то? — Антон. — Саня — сказал тот и протянул руку для пожатия — Ладно Антоха, если надумаешь что, приходи.       Антон вернулся обратно к Попову. Тот за это время уже сложил обратно их стенку-простынь и вернул стол в положение стола. — А где чай? — замечая пустоту в руках парня, спросил Арсений. — Пока шел, перехотелось.