Прекрасное место, которое кое–кто вообразил

— Теперь ты учишься в пансионате имени Святой Роланды. С этих слов началось невероятное путешествие Ката Акиро. Он понятия не имел, кто такая Святая Роланда, почему в её честь назвали пансионат, и где он находится. Когда с рождения живёшь в одном городе, хочешь не хочешь, но будешь знать расположение всех его тайных уголков. Кат не мог припомнить ни одного, где бы уютно расположилась неизвестная ему сакральная «Роланда». Аурбридж остался в пролёте. Вся семья молодого мотоциклиста переехала в Грим, известный как «город дождей». Акиро не знал о нём ничего. За исключением того, что его подруга переехала туда ровно год назад. Значит, у них появится возможность повидаться. Кат задумчиво почесал бровь. Хочет ли он этого? Хочет ли она? Он тряхнул головой. Тревожные мысли только мешают жить. Парень разберётся с ними при удобном случае. Сейчас же будет куда полезней придумать способ перевезти байк. Для Акиро он был отцом, сыном и святым. Побольше, чем какая-то Роланда. Мотоцикл достался ему от старшего брата. Вэйд был чудесным, он заменил Кату всех и стал для парня всем. Научил читать, делать бумажные самолётики и даже кататься на своём байке. Наклеивал пластыри на синяки и отдавал всего себя. Отдавал. Однажды Вэйд видел его детские слёзы, который мужественный Кат старался никому не показывать. Тогда он понятия не имел, что чувствовал брат, но сейчас, стоя посреди замерзающего поля, он смотрел на Аку Хон, дрожащую вовсе не от холода. По её розовым щекам медленно текли слёзы, пока она повторяла «я-не-могу-рассказать, я-не-могу-рассказать» словно мантру. На самом деле следы от верёвок на запястьях, ёрзанье на пне и такая бурная реакция сами за себя говорили. Кричали. Кат положил руку на её шелковистые тёмные волосы – они всегда ему нравились, – начиная гладить девушку по голове. — Найди в себе смелость и расскажи мне, – тихо сказал Кат. — Прошу. Любимое правило Хон – «быстро и по делу». Она всегда презирала медлительность. Однако сейчас она просто не могла найти в себе сил и слов. Через двадцать минут девушка сдалась и замёрзла. Она всё рассказала. —…И ещё я не знаю, куда мне пойти, – грустно заметила Ака, стирая слёзы ладошкой. Акиро задумчиво посмотрел на луну. — Сможешь проникнуть вместе со мной в пансионат? Её глаза округлились. — Как? — Так же, как я оттуда выбрался. — Через забор? — Не совсем. Выйти из школы трудно, но зайти туда может кто угодно. Правда, не все об этом знают, – хихикнул парень. Ака фыркнула. — Вот тебе и хваленая система безопасности. Акиро убрал руку с её макушки и пожал плечами. — Какая есть. Зато не мешает творить зло. — Зло? – недоумённо спросила Ака. — Мой брат всегда так говорил. «Это плохо, но прекрасно тем, что не мешает совершать зло». ✰✰✰✰ Пансионат возвышался над окружающими его деревьями. На остроконечной крыше, покрытой старой черепицей, располагается множество штырей. Возможно, в прошлом на них насаживали ведьм или двоечников. Кат не обманул: зайти на территорию оказалось проще простого. С одного места высота каменного забора начала снижаться, и в определённый момент через него стало возможным перелезть, просто перекинув ногу. — Тогда зачем ты лез через высокую часть? – шёпотом спросила Ака. — Хотел экшена, – признался Кат, краснея, но в темноте Хон этого не заметила. — Ты не меняешься, – фыркнула она. Попасть внутрь здания оказалось труднее. У главной двери стоял охранник, разменивая шагами парадную лестницу. Он не выглядел опасным или угрожающим, однако попасться ему на глаза было признано плохой идей. Они зашли через пожарный выход. Внутри не было так темно, как на улице, но угроза случайно оступиться и сломать себе что-нибудь присутствовала. Когда они дошли до холла, Хон ахнула. Она никогда не видела столь безобразного архитектурного решения. Ака собиралась сказать об этом, когда Кат отдёрнул её, злобно прижав палец к своим губам. Здесь нельзя разговаривать. Ночью даже стены не хранят секретов. В конце концов, они оказались в длинном коридоре с множеством дверей. Стены в некоторых местах исписаны, а воздух пропах слегка ощутимым запахом краски. Акиро открыл одну из дверей. — Добро пожаловать, – устало выдохнул он. И здесь девушка вспомнила маленькую деталь. В общежитиях одну комнату делят несколько человек. — Мой сосед уехал, – негромко предупредил Акиро. Ака облегчённо выдохнула. В дверь постучали. Ребята испуганно переглянулись. Неужели их план провалился? Их заметили? Стук стал настойчивее. Ака заметила шкаф. Он был достаточно широк, чтобы за ним было можно спрятаться. Она всем телом прижалась к стене, игнорируя ноющую боль. Кат с придыханием отворил дверь. В проёме возникла низкая старуха. По выражению её лица было легко понять – сейчас произойдёт взрыв. — Мистер Акиро, – грозно произнесла она. — Где вы, чёрт подери, были? Кат застыл, словно вкопанный. Он не был к этому готов. Громкое сердцебиение Хон было прекрасно слышно, но парень надеялся, что всё внимание директрисы направленно только на него. — Ходил…проветриться, – выдавил он. Женщина подняла кривую выщипанную бровь. — Зачем? — Мне было…жарко. — В октябре? Кат неубедительно кивнул. — Да. Клотильда осмотрела его с ног до головы. Затем развернулась, попав красной лентой, вплетённой в пучок, по лицу юноши, и ушла, стуча каблуками. Дверь хлопнула. Ака судорожно задышала. — Я думала, нам конец. — Он практически настал. Только что образовавшуюся тишину нарушило шипение Хон. Она отстранилась от стены и завела одну руку за спину, пытаясь её…погладить? Когда Акиро увидел, что плотная ткань кофты пропитывается кровью, то незамедлительно попросил снять её. Ака яростно замотала головой. — Ты истекаешь кровью, – сказал Кат. — Ну и что, – содержательно ответила Хон. После долгих уговоров она согласилась снять кофту при условии, что парень отвернётся, а после – не будет пялиться. Но он пялился. Пристально смотрел на кровоподтёки, порезы и бордовые корки. Он смотрел на отрезанные крылья. — Не молчи, – попросила девушка. — Это невыносимо. — Это сделал Гиббс? – сглотнул Акиро, доставая вату и подобие на антисептик. — Отчасти, – согласилась она, принюхиваясь. — Это что, водка? Кат неловко улыбнулся, но она этого не увидела. Кожу неприятно защипало, однако самая сильная боль была позади. Наверное. Комната полностью пропахла водкой. Правда, здесь это никого не волновало. У Ката не оказалось бинтов. Чуть позже его сосед не обнаружит одну из своих футболок. Почему я здесь? Ака не знала. Но в одном она была уверена: эта небольшая комната – лучшее место, в котором она оказывалась с момента переезда из Аурбриджа. Кат закончил обрабатывать раны, устало откинувшись на спинку кровати. Ака немигающим взглядом смотрела на стену, теребя кончик разрезанной футболки. — Я отомщу им.