Мантия

Рон без колебаний достал из чемодана подаренную мантию, но прежде чем надеть её, всё равно невольно задержал дыхание. Мантия села как влитая, а нежного материала так и хотелось касаться снова и снова. Рон разгладил подол, улыбнулся своему отражению в зеркале и даже ещё раз расчесался, чтобы лохматые волосы не портили неожиданно понравившийся внешний вид. Но внутри всё равно свербело ощущение, будто всё это ему не принадлежит и скоро придётся расстаться и с прелестной мантией, и с невесомой, откуда-то взявшейся, радостью. Когда Рон спустился, основная часть учеников уже сидела в Большом Зале и в холле остались только чемпионы. Гарри приветственно махнул рукой и нахмурился. Макгонагалл неодобрительно подгоняла опаздывающих. Рон помахал в ответ, показывая, что на все вопросы ответит потом и торопливо подошёл к Падме. Не слушая поток возмущений, он повёл девушку в зал. Стоило им усесться за столик с Фредом, Джорджем и Джинни, как в зал вошли чемпионы и под бурные аплодисменты проследовали к судейскому столу. Весь ужин Рон, промямливший что-то на вопросы друзей о новой мантии, нервно оглядывался. Ему постоянно казалось, что на него кто-то смотрит, хотя всех, на кого попадал его взгляд, занимали исключительно еда и разговоры за столиками. Вдруг его внимание привлёк серебряный блеск. Он пригляделся и с досадой прикусил губу: за столом сидел Малфой со своими дружками, а серебром отдавали его волосы, сияющие в освещении сотен свечей. Рон уже хотел было отвернуться, но опустил взгляд чуть ниже, и его спина покрылась холодным потом. На Малфое была мантия неуловимо похожая на мантию, которую надел сам Рон. Как будто они были взяты из одного комплекта. Внезапно его отвлёк голос Невилла: — Куда ты уставился? Ты кого-то ищешь? — Нет. Невилл недоверчиво уставился на Рона. — То есть да, ищу, — быстро исправился он. — Ты не знаешь, где… Гермиона? — Ронни, братишка, ты что, слепой? — лукаво прошептал Фред, услышавший их разговор. — И глухой? — вторил Джордж. — Сегодня все знают, где Гермиона… — Да о чём вы говорите?! — разозлился Рон, который и так весь вечер был на нервах. Джордж укоризненно покачал головой, как бы удивляясь невежественности брата. — Внимательно посмотри на стол чемпионов, — Фред, едва сдерживая улыбку, уставился на Рона в ожидании реакции. — Чтобы ей там делать… — поворачивая голову, начал Рон и вдруг замер. Он никогда не видел свою подругу настолько красивой, даже не подозревал, что это возможно. Она всегда была надёжным другом, но в праздничном платье и с изысканной причёской она неожиданно превратилась в красивую девчонку. Рон поспешно перевёл взгляд на Гарри, проверяя, не произошло ли и с ним каких-нибудь внезапных изменений, и с облегчением выдохнул. Друг остался прежним. Близнецы тем временем давно заливались смехом, даже Невилл смотрел на Рона с улыбкой. Только Падма гневно поджала губы и отвернулась, показывая, что не хочет его видеть. Навязчивый взгляд тоже пропал. Как только заиграла музыка, чемпионы вышли на середину зала, а Рон отошёл от Падмы и постарался затеряться в толпе. Последнее, чего он хотел сейчас — танцевать. Однако окружающие его взглядов не разделяли, и всё новые и новые пары начинали кружиться в танце. Это раздражало. Рон не хотел танцевать, но осознание, что даже если бы и хотел — было бы не с кем, уязвляло. Падма уже вальсировала с незнакомым парнем из Шармбатона. Вдруг Рон заметил серебряный отблеск на столике неподалёку. За ним сидели Эрни Макмиллан и Джастин Финч-Флетчли, почему-то без спутниц. Рон уже хотел подойти к ним, как вдруг серебро мелькнуло на мантии Терри Бута, танцевавшего с Ханной Аббот почти у входа в зал. Рон, сам не зная зачем, направился туда, по пути увидев ещё несколько серебряных бликов. Последний из них сверкал на створке парадных дверей, ведущих в сад. Между цветущих кустов, каменных статуй и резных скамеек было тихо и пустынно. Бал только начался и никто не спешил сбегать с танцев так скоро. Никто, кроме Рона. Он услышал плеск воды и решил отыскать фонтан. Идти обратно в замок не хотелось. Вдруг в кустах раздался шорох, кто-то выругался, замолк, а потом ломанулся прочь. Рон от нечего делать неспешно побрёл в ту сторону, куда убежал неизвестный. Пока он шёл по выбранной дорожке, чужие шаги затихли, и ничего не нарушало тишину, кроме всё приближающегося шума воды. За статуей каменного оленя на скамейке у самой воды Рон увидел чью-то фигуру. Он подошёл поближе, чтобы разглядеть в темноте, кто же занял такую удобную скамейку у фонтана, как вдруг фигура обернулась. — Опять ты?! — сердито воскликнул Рон. — К твоему сведению, Уизли, мы с тобой сегодня видимся впервые. Здравствуй, кстати, — Малфой насмешливо поклонился, не вставая со скамейки. Вид у него был взъерошенный. — Это ты за мной следил? — Больно надо, — Драко отвернулся, показывая, что это Рон сюда пришёл и донимает его своими глупыми вопросами. — Не прикидывайся, я слышал, как ты убегал! — Рон начинал злиться на этот странный диалог. — Тебе показалось, — Малфой не поворачиваясь, махнул рукой. Рон угрожающе подошёл к скамейке и с громким треском схватился за её спинку, нависая над Малфоем. Драко оглядел его с вежливым интересом. Для этого ему пришлось немного запрокинуть голову, и стала видна свежая ссадина на скуле. — Я же говорил, это был ты! — Рон потянул руку, чтобы коснуться царапины в доказательство своих слов, но Малфой резко отпрянул и чуть не скатился с лавки. — Ну я, и что? — буркнул он. — Но я за тобой не следил… — Просто решил побегать среди ночи! — со смехом перебил его Рон. Увидев, что противник не настроен на драку, он как-то быстро остыл. Малфой уставился на фонтан, дуясь. Он тоже сегодня не отличался своей обычной задиристостью и не спешил сыпать оскорблениями. Помолчали. Вдруг Рон, поборов желание зажмуриться, выпалил: — Малфой. Можно спросить? — Чего тебе? — Где ты взял эту мантию? — Рон знал, что, наверное, будет выглядеть нелепо, задав такой вопрос, и напорется на очередную насмешку над бедностью его семьи, но ему не давала покоя мысль, мелькнувшая во время ужина. — Какую из? Время как будто замедлилось. Пока Рон с глупым видом переспрашивал («Что?»), Малфой успел принять надменный вид, готовясь остроумно ответить, осознать, что именно он сказал, обернуться и пугливо замереть, глядя на Рона. — Что ты сказал? Ты? Это… ты? — Рон вытаращился на Малфоя в ответ, он никак не мог уложить в голове полученную информацию. Но испуганный взгляд Драко пробудил его от ступора. — Зачем ты это сделал?! Малфой не ответил, но постарался выглядеть невозмутимо, копируя поведение отца в кризисных ситуациях. — Малфой! — молчание выводило Рона из себя. Он закричал с перекошенным от ярости лицом: — Мне не нужны никакие подачки! Особенно от тебя! Понял?! И не смей издеваться… — Я просто хотел хотя бы раз в жизни посмотреть на тебя в нормальной одежде! — Малфой тоже не выдержал и вскочил на ноги, повернувшись спиной к фонтану. — Посмотрел?! — Рон со злостью и неожиданно брызнувшими слезами дёрнул так понравившуюся ему мантию в попытке порвать, изувечить, испортить. Но стоило Драко перехватить его руки, он бессильно обмяк. — Рон, — его имя из уст Малфоя звучало неожиданно приятно. — Успокойся, пожалуйста. Я не хотел тебя обидеть. Драко, не разжимая рук, осторожно потянул Рона и усадил на скамейку рядом с собой. — Только сейчас или во все остальные разы тоже? — голос Рона звучал глухо. Малфой смутился и опустил взгляд. Но Рон не шевелился и свои руки из пальцев Малфоя тоже не вырывал. — Прости, если… В общем, прости. За всё. Теперь настала очередь Рона оторопело молчать. И, видимо, чтобы навсегда лишить его дара речи, Малфой добавил: — Эта мантия тебе очень идёт, — и неожиданно для себя добился противоположного результата. Рон ожил. — Спасибо, — он прочистил горло и задал вопрос, который волновал его все эти дни: — Но зачем ты это сделал? — Я… — на бледных щеках Малфоя появились розовые пятна и Рон, повернувшийся в ожидании ответа, разглядел их, несмотря на потёмки. — Я видел в поезде твою парадную мантию. Ну, ты помнишь. И я захотел… И я почему-то захотел, чтобы на балу ты был… красивым. В конце Малфой почти шептал. — Я думал, ты придёшь со своей гр… заучкой, и я посмотрю, как вы танцуете. Драко совсем поник. Честность, особенно такая обезоруживающая, далась ему нелегко. Но говорить правду, действительно, было приятно. Только теперь он мечтал провалиться под землю и боялся реакции Рона на свои слова. — Ты говоришь правду? — Малфой, не поднимая глаз, кивнул. — Я заметил на ужине, что наши мантии очень похожи. — Я попросил у мамы, чтобы она прислала такую же, как у меня, только другого размера. Для друга, — Малфой грустно усмехнулся и вдруг почувствовал, как чужие пальцы легонько погладили его запястье. — У тебя красивые волосы. Они как будто светятся, особенно сейчас, в темноте. — Ты… — Драко резко вскинул голову, изумлённо уставившись на Рона. — И мне очень понравилась твоя открытка. Почему рисунок не двигается? — Мама в детстве учила меня так рисовать. Стой! То есть ты не против? — Не против чего? — слегка ухмыляясь, переспросил Рон. Драко замялся. — Я не знаю, — Рон пожал плечами, подтверждая свои слова. Его руки по-прежнему находились в руках Драко, поэтому движение вышло несколько забавным. — Но если ты перестанешь вести себя как… — Рон хотел выругаться, но сдержался, — как ты. Как ты обычно себя ведёшь. Но Драко уже не слушал. Он бережно поднял чужую руку и аккуратно коснулся её губами чуть выше костяшек. Рон покраснел и вопросительно посмотрел на Малфоя. — Папа всегда так делает, когда хочет помириться с мамой, — Драко тоже чувствовал себя неловко. — Спасибо, — улыбаясь, прошептал Рон и ободряюще сжал его руку. — Молодые люди! — вдруг кусты справа от фонтана резко раздвинулись, и из-за них появился профессор Снейп с поднятой волшебной палочкой. — Что вы здесь делаете?! Минус десять балл… Драко?