Переодевания, или «Ты неправильно понял!»

      Отходя от неги экстаза, Горо прижимается к обнажённому телу, чужой рельефный торс ногами обнимая.       – Костюм горничной, говоришь.., – задумчиво проговаривает Итто, осторожно перебирая чужие мягкие волосы и ероша мех на ушках. Неужели он воспринял заявление, сказанное «на грани» всерьёз? – Я подумаю над этим. А пока.. давай продолжим? Совсем немного, умоляю...       Каждый чертов раз, когда член Итто только начинает входить – головка, истекающая смазкой немного потирается о плоть, Горо, даже будучи хорошо растянутым, громко вскрикивая, ненароком думает, что тот его обязательно порвёт, ибо размер ну слишком большой – это дурманит, заставляя «проверять себя на прочность», точно так же, как и сладкие речи, что беловолосый тихо жарко шепчет, бегая блестящими от вожделения багровыми очами по лицу напротив.       Генерал, прислушиваясь, позволяет себе расслабиться, и начинает тихонько скуля, лепетать, заменяя бесформенные стоны на имя Итто, когда чужие руки нежно, чтобы не задеть острыми ногтями, касаются ягодиц, раздвигая их, дабы Аратаки мог войти ещё чуточку глубже – Горо, каждый раз как в первый, сносит крышу от ощущения того, насколько Итто всё таки превосходит его по размерам. Запрокинув голову, генерал стонет, пока чужие руки размашисто гладят его бока, пальцы цепляются за чудно выпирающие рёбра, а по шее стремительно разносится тяжёлое дыхание о́ни.       Юношу снова кроет волнами наслаждения. Зажмурившись, из-за усталости и столь приятных спазмов, он не может сдержать оргазм – брызги белесой жидкости попадают на живот Итто, что о́ни с ухмылкой собирает пальцами, затем всё тщательно слизывая, следя за блестящими светло-голубыми глазками, наблюдающими из-под упавшей челки за движениями ловкого языка.

***

      Аратаки вертится у зеркала, пытаясь покрасивее расположить по-смешному маленькую полоску ткани с милыми «рюшечками» на широкой грудной клетке; уловив щелчок замка входной двери, отвлекаясь от своего занятия, он радостно встречает пришедшего, в неуверенности застывшего в проходе.       – Что, не понравилось? Так и знал, что нужно было брать в другом цвете! – раздосадованный сухой реакцией Горо, сообщает Итто, закончив поправлять бретельку чёрно-белого топа на плече и встретившись глазами с удивлённым выражением лица генерала – рыже-белый хвост, буйно раскачивающийся из стороны в сторону, ещё больше выдаёт его то ли нервозность, то ли возбуждение.       – Нет-нет! Ты всё не так понял, – Горо наконец отводит взор от чужого пресса, что откровенный наряд «горничной» вообще никак не прикрывал и повторяет уже в разы тише, что Аратаки его неправильно понял.       С самого начала у Горо всё не так задумывалось.       – А я знаю, что ты сам хотел бы такое примерить. Но я тебе не дам. Позволь сегодня мне побыть твоим хорошим мальчиком?       Итто, хитро ухмыльнувшись, рывком за пару шагов вплотную приближается к генералу и перехватывает его поперёк талии, прижимая к себе.       – Предлагаю пройти в спальню и убедиться в том, насколько я крутая горничная.

***

      Сегодняшний господин, по-прежнему неистово виляя хвостом, устраивается на кровати, позволяя вскоре оставить себя без одежды – Итто с пристрастием впивается в его бёдра, раздвигает плотно сжатые ноги, и, жадно облизываясь, пару раз касается алыми губами светлой кожи, улавливая, как от таких простых действий парнишку пробирает дрожь.       «Чувствителен, как всегда.»       – Ну же, генерал, не робей, – широко улыбается Аратаки, подмигивая и постепенно опускаясь поцелуями ниже по бёдрам. – Притяни меня к себе и отдай приказ. Мне сегодня строго-настрого запрещено ослушиваться или перечить, – он, не сводя очей со смущённого лица, теряющегося под изящной тонкой ладонью, выпрямляется и потирается щекой о колено Горо, после, немного нависая, подаётся ближе, дабы парню было легче дотянуться. Щекоча втянутый живот концом поводка – от этого кожу вмиг пронзает тысячей морозных иголочек, Итто резко выдыхает, не смея шелохнуться, когда неожиданно осмелевший Горо, быстро накрутив металлическую цепь на кулак, тянет беловолосого на себя – сам, кажется, в шоке от своих действий, юноша ещё полминуты осознаёт ситуацию, ошарашенно бегая взглядом по лицу «горничной».       – Для начала, поцелуй меня. В губы.       Аратаки без лишних слов выполняет первый приказ. Целует, позволяя Горо пробраться языком в свой рот и даже еле слышно стонет, когда генерал, зарывшись свободной рукой в длинные белые волосы, случайно задевает багровый рог.       Возбуждение о́ни теряется под складчатой короткой юбкой, но Горо всё равно чувствует, как чужой вставший член задевает, потираясь о упругие ягодицы, напрашивается. Становясь раскрепощённее, генерал нагло улыбается в приоткрытые, влажные от слюны губы, что остановились в паре сантиметров от его, круговыми движениями потирает пальчиками рог, сжимает его в ладони, выбивая из Итто приглушённый рык, смешанный с жарким выдохом.       Юноша опирается о спинку кровати у изголовья, убирая подушки в сторону, заставляет Аратаки усесться у себя в ногах – с улыбкой Горо скользит пытливым взором по телу ожидающего очередного приказа парня, наслаждаясь красотой напряжённых мышц. Генерал, хихикнув с внимательного выражения лица Аратаки, осторожно упирается ножкой в чужое бедро – по его взгляду, переметнувшегося с лица на пах, Итто понимает, что ему следует развести ноги.       – Что соизволит приказать мой господин? – беловолосый «случайно» поддевает край юбки, задирая её на короткие мгновения, но Горо мотает головой, отказываясь от столь заманчивого молчаливого предложения.       – Отсоси мне, – беззастенчиво проговаривает парнишка, вильнув рыже-белым хвостом и с надеждой в небесно-голубых очах смотря на Итто. Тихий смех о́ни в ответ ненадолго озадачивает, заставляя стыдливо поджать уши и уже придумать отговорку для своей дерзости.       – Это я бы и так, без указа сделал, мастер. А ты прикажи мне что-нибудь более пошлое, – он, на самом деле довольный ответом своего мальчика, снова подхватывает его ноги под колени, чуть приподнимая, целуя голени, легонько поглаживая пальцами, чертя коготочками странные узоры. – Что-нибудь такое, о чём ты мечтаешь, но стесняешься сказать прямо, – горячие руки перемещаются на поясницу, поднимая Горо и усаживая на чужие бёдра, а зубы о́ни бесцеремонно впиваются в нежную кожу шеи, оставляя заметный след.       Горо, уперевшись руками в чужую грудь – тонкая ткань костюма чертовски приятна на ощупь, похожа на довольно дорогой шёлк прямиком из Ли Юэ, из-за чего ушастый немного зависает, колеблясь, но после спешно отодвигается, пытаясь быть строгим с Итто даже сдерживает стон, и быстро принимает полулежачее положение, плюхаясь на бок, мастерски скрывая в мятом постельном белье свои пылающие щёки.       Аратаки же в возбужденном ожидании не сводит прожигающего взгляда с трясущихся пальцев, что тянутся ко входу Горо, робко прикасаясь тёплыми подушечками сжатого колечка мышц.       – Вылижи там всё хорошенько. Растяни меня языком, – голос, предательски дрогнув, срывает с Горо маску серьёзности, снова открывая для Итто привычного милого щеночка. Издав смешок, Аратаки, не желая больше тянуть время, хватает юношу за запястье, убирая его руку и осторожно подхватывает под бёдра, помогая Горо подняться, упираясь коленями и локтями в матрас.       Итто, утопая в резко захлестнувшись чувствах, учащенно дышит, с тихим грудным смехом, что призван скрыть волнение, играет с пушистым рыже-белым хвостом – сначала ласково гладит его по всей длине, расчесывая шёрстку, а после бесцеремонно сжимает его у основания, вызывая у обладателя тихий возбуждённый писк.       Не позволяя больше щекотать себе нос и разведя чужие ноги чуть шире, дразня, Аратаки кончиком языка очерчивает чудесно-расслабленную, уже вдоволь разработанную дырочку юноши, – тот, жмурясь, и в кулачках до побеления костяшек простынь стискивая, порывисто виляет попой о́ни на встречу, раззадоривая, хнычет громко, когда Итто с издёвкой отстраняется. Аратаки, ухмыльнувшись, вскоре входит в него языком, мыча и чувствуя, как податливые, чертовски мягкие стенки, рефлекторно сжимаясь, втягивают нечеловечески длинный язык глубже.       Горо, кажется, задыхается, когда пытается не простонать – в попытках сдержать стон, у него с уст срывается неприлично громкий крик удовольствия, ласкающий Итто слух. Беловолосый, рыча, тщательно слизывает тонкие ручейки своей слюны, что медленно стекали по промежности паренька – выглядит мокрый генерал, безусловно, очаровательно. Аратаки самодовольно тянет уголок губ в улыбке, созерцая результат своей работы, оттягивает чужие ягодицы.       – Мне стоит продолжить?       – Д..да. Отсоси мне. Выполни мой второй приказ на сей раз безотлагательно, Итто.       О́ни замечает за собой любовь к приказам от Горо – замечает, когда юноша, стоит только о́ни взять член в рот, кончает, запачкав полупрозрачной жидкостью губы и щеку Итто. Горо вскакивает, поспешно принимаясь уже было извиняться, но Аратаки не позволяет ему даже начать, затыкая поцелуем. Скуля, генерал обвивает руками чужую шею, охотно перелезая на удобные бёдра своей горничной.       Руки Итто не находят себе места – сначала беловолосый устраивает ладони на аккуратной талии, поглаживает большими пальцами выпирающие нижние рёбра, потом перемещается ниже, пока помогает Горо взять полностью, держит его за ягодицы, приподнимая и получая в качестве реакции смущённые короткие стоны, но наконец находит идеальное местечко, что нуждалось в пристальном внимании – соски, от лёгкого прикосновения к которым, доведённый до предела Горо сладко стонет, закатывая лазурные глаза и подаваясь грудью к горячим рукам.       – Итто, – голос генерала срывается, когда он, крепко обняв о́ни, снова кончает, начиная дрожать и всё сильнее прижимаясь к чужому телу.       – Тише, мой хороший мальчик, – шепчет Аратаки, бегая глазами по лицу напротив. Не выдержав узости юноши, он изливается в него с протяжным стоном и заливается смехом, вместе с генералом ложась на кровать. – Я же был крутой горничной?       – Да! – кивает Горо, смущённо прячась от взора алых глаз в подушке.