Я не могу верить в то, что ты не человек

Мое сердце будто замерло, как я почувствовал, что в мою шею впились когти. Я в ужасе вскрикнул, рефлексивно отскакивая вперёд и больно ударяясь головой о стенку. В глазах потемнело, а ноги подогнулись. В голове что-то будто щелкнуло, а я упал на пол, закашлявшись, закрыл глаза. А дальше я помню все довольно смутно. Если уж только вспомнил тесный серый потолок и быстро перемещающийся потолок. Ну зато сейчас я вижу только высокий белый потолок. Понятия не имею, что тут делаю, но почему-то человек в каком-то белом халате велел пить таблетки. Он сам дал мне их, когда я ему что-то сказал. Не помню что. Но у меня появилась тошнота и головная боль. В глазах двоилось, голова не варит. Нога болит, шея тоже. Тот человек велел не садиться и не вставать, и желательно не о чем не думать. Ну, а хотя о чем мне думать, если ничего не помню? Кроме потолка. Ну вот только о потолке и думать. Я вздохнул, закрывая глаза и пытаясь уснуть. Терпеть эту постоянную тошноту и раздражающий звон в ушах просто невыносимо. Ещё и слабость какая-то. Наконец почувствовав сонливость, я легонько улыбнулся, радуясь, что смогу хоть несколько часиков поспать. Я медленно начал проваливаться в сон, смотря разные картинки, всплывающие в сознании. Они перемещались в хаотичном порядке, иногда мелькая, как маленькие огоньки, а иногда я долго всматривался в разноцветные узоры. Мне стало спокойно. Было так хорошо ощущать это спокойствие, хоть я этого сейчас и не сильно осознаю. Не знаю, сколько я лежал так, но вскоре я удивлённо открыл глаза, чувствуя, как на меня что-то плюхнулось. Это что-то было лёгким, поэтому особого дискомфорта не приносило. Я посмотрел себе на живот, обнаруживая странное ушастое создание, которое уткнулось мне в грудь, сильно дрожа. Я вопросительно посмотрел на него, когда он поднял голову. По его щекам стекали маленькие слезинки, он жалобно смотрел мне в глаза. Затем он резко протянул ко мне руки, прижимая их к моим щекам и поглаживая их, умоляющим тоном спросил: — Ты ведь меня помнишь, да?.. Помнишь ведь… — он снова уткнулся мне в грудь, оставляя руки на моих щеках. Я заметил, что у него была повязка на ладони. В недоумении смотря на рыдающего, я глубоко вздохнул, не вспоминая ничего с ним связанного. Кто это? Я не знаю. Я молча коснулся его ушей, перебирая шёрстку пальцами. Мягкие. Я осторожно повертел его уши в пальцах, а затем опустил руку на волосы, зарываясь в них ладонью. Вытянув вторую руку из-под одеяла, я притянул за рёбра незнакомого к себе поближе, а затем зарылся лицом в его волосах. Он на время успокоился, лишь шмыгая носом и изредка всхлипывая. Насколько долго я его знаю? А кто мы друг другу? Почему он с ушами животного? Я бы непременно залил его вопросами, если бы только не нежелание отлипать от тёплого тельца и сладко пахнущих волос. Я гладил его по спине, пытаясь заглушить его истерику, которая снова проявилась горькими слезами. В глазах все ещё двоилось, не давая разглядеть странного парня, но всё же хоть как-то я видел мелкие детальки. Вскоре он поднял голову, устраиваясь поудобнее и кладя голову так, чтобы лежал только подбородок. Я снова посмотрел на него и недовольно выдохнул, замечая длинную чёлку на нём, которая прикрывает второй глаз. Залезая руками под голову, я снял со своих волос жёлтую резинку. Потом одной рукой забирая чёлку в пучок назад, а второй завязывая его, я радостно улыбнулся, смотря на результат. А ему идёт хвостик. Теперь и на второй глаз поглядеть можно. Я с интересом уставился на второй глаз. Ну, хоть видно мне было не прям на ахти, но всё равно удавалось разглядеть его цвет. Сапфировый, красивый. И чёрный зрачок. Ушастый сразу же потянул руку к хвосту, чтобы развязать его, но я поспешил его остановить: — Ну не развязывай, пожалуйста, — с кошачьими глазками проговорил я. — Тебе очень идёт… — Раз уж ты так хочешь, значит так и будет, — со вздохом промолвил тот, с какими-то расстроенными глазками смотря мне в шею. — Ты же помнишь меня, да? — Не помню, — прохрипел я, откашлявшись в сторону. — А кто ты? — Я тот, кто тебя любит и ценит, — разочарованно переведя взгляд мне в глаза, прошептал парень. Пару минут мы лежали в молчании, а я ошарашенно обрабатывал информацию. Мы пара? Или он так просто выразился? Может мы родственники? Или может быть какие-то враги… Я прикусил губу от отчаяния, что совсем ничего не помню. Что вообще произошло? Что происходит? Что будет дальше? С шикарными воспоминаниями потолков, я не добьюсь никаких воспоминаний, и это уж точно. — Подожди, ты можешь мне объяснить? Я не понимаю и не помню… — Совсем ничего не помнишь? — потревоженно спросил лежащий на мне. — Совсем-совсем?.. — Совсем-совсем. — И всё из-за меня… — проскулил парень, снова пускаясь в слёзы. — Видишь эти уши, да?.. Так вот, я — объект, за которым тебе надо следить, и нас повезли сюда, чтобы ставить опыты на мне… Он остановился, сглотнул, шмыгнул носом и продолжил: — И вчера рано утром нас вели брать у меня кровь… А там колоть препарат мне надо было, — объект задрожал, сжимая простыню в руках. — И этот препарат пробуждает у объектов голод… А вы не успели вовремя выйти из камеры и я сорвался и… Поцарапал и укусил тебя, так ты ещё ударился о стену голо-о-во-ой… — Поэтому я ничего не помню? — тихо спросил я, прижимая к себе беднягу. — У тебя сотрясение мозга, и мой яд действует… — он рвано вдохнул. — Он у меня в клыках, а я укусил… — Понятно всё, — я задумался, пытаясь припомнить что-нибудь. — А для друг друга мы просто об… Объект и этот… Ну типо следящий, да? — Если честно, — объект всхлипнул, поднимая на меня заплаканные глаза, тыкая указательным пальцем мне в нос. — То ты мне нравишься уже какой день, а вот что насчёт тебя я не знаю… — Воу, ну ты уж извини, взаимностью я тебе не отвечу, пока ничего не помню. Не могу же я просто так взять и сказать тебе что ты мне тоже нравишься, даже не зная твоего имени… — Ты меня Эдгаром звал, — полу-выкрикнул, полу-простонал он, плачевно закрывая глаза. — А так я 489… — Цифры. Цифры-цифры… Зачем они? — Ну всё, ты не помнишь вообще ничего… — всхлипнул Эд, сворачиваясь комочком. — И теперь меня никто не назовет милым и не угостит мороженым… Эдгар плакал не сдерживаясь, пока я безуспешно пытался его хоть как-то успокоить. Это было крайне трудно сделать, абсолютно ничего не помня, не зная и не понимая его. Что за цифры, какое мороженое, всмысле Эдгар, кто такие объекты?.. Да я бы сам плакал навзрыд от безысходности, да только вот не сейчас. Сейчас надо успокоить этого. Я осторожно взял его за бока, сохраняя в положении комочка и поднес к себе поближе. Затем нашел лицо, укрытое хвостом, и как можно нежнее повернул его к себе рукой. — Ну ты же не расстраивайся так… Ну… Оно же, наверное, пройдет, да? Оно же вроде не долго… Ну память же должна вернуться, да?.. — Я надеюсь на это, — выдохнул Эд, прижимаясь к моей руке. — Если так и не вернётся память, то… Я не знаю, что будет дальше… Я вздохнул, гладя его по голове и стараясь не растрепать прическу. Мне больше нечего сказать, ведь я абсолютно согласен со словами объекта. Я тоже не знаю, что будет дальше. Да и не только в случае того, что ко мне не вернётся память. Я впринципе не знаю, что будет. Да и знать не могу. Сейчас я только могу прижимать к себе беднягу Эдгара, который может остаться без второй половинки и жалеть о том, что я могу просто не вспомнить, что произошло.