Пойми меня правильно

Саске недовольно ворчал и поминал всех своих криворуких коллег, которые успели накосячить за последнюю неделю. В принципе, список был длинный, потому этого времени хватило на то, чтобы, наконец, снять с себя до нитки промокший плащ и бросить его на пол ванной. Мокрые пряди волос липли ко лбу и щекам, и по ним ручьями текла вода, попадая в уши и под ворот рубашки. Мерзко. К тому же, кто-то очень желал заполучить внимание парня, потому как телефон трезвонил очень долго и замолчал, видимо, только из-за того, что вызов был разорван сотовой сетью. Учиха чертыхнулся и недовольно потопал ногой по полу ванной, что сейчас казался более холодным, чем ледяной дождь на улице, под который Саске не повезло попасть. Если бы с работы он ушёл вовремя, то наверняка бы добрался домой в прекрасном расположении духа. Но то его попросили исправить ошибку коллеги, так поздно всплывшую в бумагах, то дождь хлынул именно в тот момент, когда он топал пешком от станции. Так в довершении ко всему ещё кто-то настойчиво трезвонил! Но даже взвинченный от такой комбинации событий Саске понимал, что винить звонящего было глупо: он просто попался под горячую. Хотя это не сильно его волновало. Сейчас в установившейся тишине, нарушаемой лишь дробью, отбиваемой дождём за окном, Учиха чувствовал всю тяжесть мира на своих плечах и выведенный из равновесия сердечный ритм, последней каплей для которого стал телефонный звонок. Саске прислонился к дверному косяку и сделал глубокий вдох. Теперь он был дома, а потому надо было бы переодеться, согреться и привести себя в порядок, чтобы не проболеть все выходные. Двигаться совершенно не хотелось, однако мягкий диван манил сильнее, нежели холодные стены ванной. Снова зазвонил телефон. Парень цыкнул и подошёл к своему рюкзаку, пытаясь окоченевшими пальцами открыть кармашек и вытащить оттуда смартфон. Выходило паршиво. Снова накатывало раздражение. Саске готов был плюнуть на факт того, что звонивший ни в чём не повинен, и от души высказать всё, что он о нём думал этим вечером. Однако, увидев имя, что высветилось на экране, недовольство тут же схлынуло. — Ты заставляешь меня нервничать такими длинными дозвонами, — тут же сообщил Саске, принимая вызов. — Что случилось, брат? Если бы было что-то чрезвычайно критичное, то ему бы уже прилетело несколько смс и сообщений в мессенджерах и социальных сетях. Нии-сан умел быть настырным и немного паникёром. Хотя последнее — семейная черта. — Прости, Саске, — на другом конце провода послышался облегчённый выдох. — Ты просто везде оффлайн долгое время, а трубку не берешь, я заволновался. — День не удался, — криво ухмыльнулся брюнет и пошёл искать себе полотенце в шкафу, — так что ты хотел? — Понимаешь, Саске… — начал Итачи, но тут же замялся, чем вызвал негодование у младшего, — у меня к тебе будет просьба. В этом предложении не было ничего сверхъестественного, но отчего-то в голосе нии-сана Саске слышал неуверенность и даже смущение. Это было столь нетипично для его брата, что становилось даже как-то неуютно. — Мне нужно сесть или отойти подальше от телефона, чтобы не разбить его об стенку? — попытался пошутить младший Учиха, но получилось, очевидно, не очень. — Я не уверен, — на выдохе произнёс Итачи. Итачи. Не уверен. Итачи. Саске прикусил щёку изнутри; дрожь от холода ушла куда-то на второй план. Его брату было двадцать семь лет, и все случаи его «не уверен» или «не знаю» за эти годы можно было по пальцам пересчитать. По спине пробежали мурашки, заставив парня дёрнуться. Итачи не предложил бы ничего предосудительного, но в голове всё равно не было ни единой мысли о том, что сейчас может попросить нии-сан. Что вообще можно было просить у Саске? Купить что-либо? Только если что-то хрупкое, в сохранности чего во время доставки можно было усомниться. Однако домой Учиха-младший в ближайшие полгода ехать не собирался. В век технологий можно быть довольно близко с семьей и на расстоянии. А с учётом того, что родители постоянно были в разъездах, то возвращаться было особо не к кому. Итачи ему хватало и так — в соцсетях. Какие ещё могли быть варианты? Если бы брату нужно было зачем-то, по какой-то неведомой причине приехать и остановиться у него, то он бы так не трезвонил ему. И уж тем более не мялся бы в попытке сообщить просьбу такого характера. А ему, очевидно, было неудобно. Вот только почему? Итачи продолжал молчать, видимо, мучая ручку, потому как в трубке были слышны характерные щелчки. Наверное, он полагал, что говорить будет гораздо проще. Но Саске не выдавал в голосе злобы, раздражения или чего-либо негативного, чтобы вызвать какое-никакое замешательство брата, потому, очевидно, дело было в том, что Учиха-старший пытался сказать. И если он и готовил речь, то напрочь её всю позабыл. — В общем, — всё же начал Итачи, — ты не знаешь … точнее, точно не знал… не знаешь, но уже полгода… Саске показалось, что он попал в какую-то параллельную вселенную, в которой его брат — не брат. По крайней мере, его с вероятностью сто процентов подменили. Итачи всегда говорил спокойно и уверенно. Причём это даже распространялось на те случаи, когда нии-сан врал. А с учётом того, что память у него была хорошая, врал он очень складно и успешно. Слышать его несвязную запинающуюся речь было крайне удивительным явлением. Что ж, Учиха-младший по праву мог считать этот день особенным. — …полгода с тобой в одном городе живет Шисуи, — Итачи снова утих. Шисуи Живёт Полгода В одном городе В одном городе с Саске. За-ши-бись К чему ему эта информация сейчас? Саске был действительно благодарен нии-сану за то, что тот никогда не упоминал в своих разговорах этого человека. Очевидно, сам Итачи понимал, что брату будет, мягко говоря, не очень интересно, если рассказ пойдет о Шисуи. Должен был понимать, потому что сам Саске слишком часто демонстрировал окружающим свою агрессию и ненависть по отношению к этому… однофамильцу. Столько лет стараний было положено явно не для того, чтобы каждую неделю ему рассказывали про Шисуи. Учиха-младший сжал челюсть и шумно выдохнул. Ему казалось, что услышать знакомое имя где-то между делом будет не так тяжело, однако он ошибся. Какой-то неприятный ком с шипами тут же завязался в груди и начал крутиться, царапая внутренности. — И? — выдавил из себя Саске. — Знаю, что ты к нему не очень хорошо относишься, но… мне сейчас больше некого просить о помощи… А она ему нужна… Помощь? Шисуи? В голове плохо укладывалось подобное словосочетание, потому что обычно это Шисуи всем помогал вне зависимости от времени и ситуации. Что могло случиться? Ещё одно не очень приятное чувство начало зарождаться в груди, вторя своей пульсацией колющим ощущениям. — Итачи, говори точнее, — почти рыкнул Саске, раздражаясь от того, как его брат тянул мысль. Было бы гораздо проще, если бы он как всегда чётко, коротко и ёмко выдал информацию, а не мямлил как школьница во время признания в любви. Это одновременно и сбивало с толку, и подбешивало. И вообще, количество эмоций, испытанных им за последние пять минут, превышало, кажется, месячную норму. Нужно будет ещё приходить в себя… — Да, прости. Если коротко, то у него сломана рука сейчас и что-то с ногой, кажется, вывих. Ему тяжело ходить, потому он пока большую часть времени проводит в кровати. В городе у него никого нет, потому я хотел попросить тебя помочь ему первое время, пока ему не станет лучше. «А почему ты сам не приехал?» — хотел бы спросить Саске, но слова так и не сорвались с губ. Повисло молчание. Молчание, которое со стороны Итачи наверняка было неловким, а со стороны младшего, скорее всего, тяжёлым и даже удушающим. Саске зажмурился и позволил себе фыркнуть. Головой он понимал, что в такой ситуации мог оказаться кто угодно, но не понимал, почему этим «кем угодно» должен был стать именно Шисуи. Как будто бы людей на планете было так мало, что выбирать приходилось из ограниченного круга претендентов! Но как бы там ни было, Саске пообещал себе следовать заветам отца и быть взрослым человеком. А как поступали взрослые люди? Кажется, не отступали, если человеку требовалась помощь. Ведь объективных причин не помогать Шисуи у него, по сути, не было. Только хорошо выстроенная ложь, в которую он сам так и не поверил. — Пришли мне его номер, — отстранёно произнес Учиха-младший. — Конечно, я… — Он сам в курсе? — он тут же перебил своего нии-сана, желая услышать ответ на другой внезапно волнующий вопрос. А не учесть вариант, где Итачи сам решал вопрос, даже не поставив в известность пострадавшую сторону, было нельзя. Раньше за ним подобное уже замечалось. — Я говорил ему, что попрошу тебя, но не знал, согласишься ли ты. Я ему сообщу. — Окей, — согласился младший и кивнул самому себе. — Я наберу ему попозже. — Да… Саске, спасибо тебе. — Ладно, — он как можно насмешливей хмыкнул. — Мне ли не знать, что такое ломать конечности. Всё, жду номер, — и тут же сбросил звонок. Рука с телефоном медленно опустилась: всё ещё ледяные пальцы едва удерживали смартфон, потому тот мог выскользнуть в любой момент. И внезапно, будто волной, Саске пробрала дрожь: продрогшее тело напомнило о том, что на него обязательно нужно обратить внимание, а не продолжать столбом стоять и смотреть в стенку. Парень чувствовал себя не то что выбитым из колеи, скорее выброшенным из реальности и потерянным в потоках времени. Темнота квартиры казалась осязаемой, оттого хотелось стремительно её разогнать, но силы словно рассеялись. Отчего-то хотелось покричать и расплакаться как маленькому ребёнку, однако причин совсем не находилось. Кроме сгустка неприятных эмоций внутри. Какое счастье было избавиться от них. Жить без них. И вот опять… Саске тряхнул головой, из-за чего мокрые пряди неприятно мазнули по лицу, и прошёл в комнату. Всё же нужно было отвлечься, а главное — согреться. Телефон полетел на кровать, а сам Учиха поспешил достать домашнюю одежду. Все его мысли должен был занимать сейчас он сам, ведь кто ещё о нём позаботится? Правильно — никто. Когда вода в ванной уже набиралась, а горячий чай стоял на столе, Саске взял телефон и, естественно, обнаружил там сообщение от брата с номером телефона Шисуи. Звонить он конечно же не собирался — не хватало ещё и этого Учиху слушать. Слушать… Даже просто слышать. Он не видел его почти год. Да и последний раз это «встречей» нельзя было назвать: Саске после выпуска из университета приехал домой к родителям в гости. Вот только нии-сан о его приезде не знал, иначе бы спровадил своего дражайшего друга по направлению его места жительства сразу — ещё со станции. Шисуи бы точно тогда не пошёл мимо их дома, сам отдавая себе отчёт в том, что испортит этим настроение не только младшему брату Итачи. Их взгляды пересеклись раньше, чем из-за куста вишни показался Итачи. Тогда Саске показалось, что Шисуи даже испугался, ведь мгновенно изменился в лице, но, очевидно, это было удивление. Даже в тот раз этот Учиха проявил чудеса сообразительности и проницательности и поспешил быстро убраться, но всё же сказал: «Поздравляю с окончанием университета» и улыбнулся. Затем ушёл. Саске сверлил взглядом номер на экране смартфона. Его следовало добавить в адресную книгу, чтобы можно было легко определить в дальнейшем. Вот только как его записать? Видеть в списке контактов «Шисуи» не хотелось от слова совсем. Вернее… это было довольно опасно для психического здоровья Учихи-младшего. Он себя хорошо знал в этом плане.

«Напиши адрес и что тебе нужно купить. Завтра зайду»

Итачи уже наверняка позвонил ему и обо всём сообщил. Так что оставалось лишь ждать ответа. Хотя нет. Ждать ответ он не будет: если не напишет, то это будут проблемы Шисуи. Ведь Саске согласился помогать, а не становиться нянькой. Дальше были уже не его проблемы и зона ответственности. Спустя пару минут пришло сообщение. В пятничный вечер Саске был не столь популярен, сколько бы мог, но он прекрасно осознавал, кто и что ему написал. Потому можно было посмотреть на экран телефона много позже. Когда в этом будет какая-нибудь другая необходимость.