Пойми меня правильно

Саске любил выходные по нескольким причинам: во-первых, можно было выключить рабочий телефон. Никаких претензий на этот счёт он бы не получил. Единственная причина, по которой его могли побеспокоить с работы, — апокалипсис. К счастью, в ближайшие несколько тысячелетий он не предвиделся, по крайней мере, так заверяли некоторые ясновидцы. Другие, конечно, чуть ли не каждый день называли последним, но верить таким словам было невыгодно. Во-вторых, не нужно было беспокоиться о том, что можно куда-то опоздать. Единственное мероприятие, на которое Учиха опаздывал в дни заслуженного отдыха, — завтрак. При этом никаких моральных страданий по этому поводу Саске не испытывал, оттого считал, что в этом нет ничего грешного. В-третьих, можно было с чистой совестью прозалипать в интернете или с книгой в руках лишних пару часов. Или просто заниматься ничегонеделанием, валяясь в кровати или даже на пушистом ковре. В таких моментах Саске находил волшебство, которого так не хватало с детских времен, когда всё было простым и зависело от родителей. Сейчас Учиха и сам был «взрослым»: жил отдельно, сам себя обеспечивал во всём и старался быть хорошим человеком. Что там ещё надо делать, будучи взрослым? На эти выходные у Саске не было грандиозных планов вроде похода в театр, кино, музей или зоопарк. Последнего, в принципе, хватало и на работе, а на животных посмотреть можно было и в интернете. На крайний случай — у бара. На субботнее же утро было запланировано лишь одно дело: требовалось придумать правдоподобную отмазку, чтобы не идти вечером того же дня на встречу со старыми знакомыми. Учиха не был против своих университетских приятелей, но видеть их чаще раза в месяц был не готов. Потому что стоило этой компании выпить, как из интеллигентных господ они превращались в токсичных и душных истеричек. Собственно, это была одна из причин, почему Саске почти не пил вне дома последние полгода. К счастью или нет, но отмазку на сегодняшний вечер для Саске придумал Итачи. Конечно же Учиха-младший не собирался ехать к Шисуи именно вечером — лучше сделать дело поскорее и распрощаться, но другим об этом знать было не обязательно. Часам к одиннадцати Саске всё же решил узнать, в какую часть города придётся тащиться, и, прочитав адрес, был невероятно рад тому, что не в противоположный конец мира. Из плюсов: можно было ехать без пересадки. Из минусов: если ехать без пересадки, то придётся ещё топать минут двадцать пять-тридцать пешком. Ох уж эти спальные районы. На самом деле Учиха старательно избегал мысли о том, к кому ему нужно поехать и кого придётся видеть и слышать. Все эти думы были отодвинуты на границу сознания, просто чтобы свободно плавать там и существовать, а после трансформироваться в действительность, не более. Лишний раз задумываться о Шисуи… ...нет, нет и ещё раз нет. Бывали моменты, когда время тянулось бесконечно долго, и это неимоверно раздражало. С другой стороны, часто хотелось, чтобы оно поскорее пролетело. Последнее бывало, когда чего-то очень сильно ждёшь: встречи с друзьями, вечернего сеанса в кинотеатре или конца рабочего дня. Сейчас же Саске отдал бы всё, лишь бы время замедлило свой ход: слишком быстро промчалась мимо него та часть дня, когда можно было заниматься делами или страдать фигней. И если он хотел вернуться домой не к ночи, то пора было вытаскивать свою тушку на улицу. Погода была всё такой же унылой, но осадков не предвиделось, что не могло не радовать. Хотя этой радости было слишком мало для Учихи, в голове которого сгущались тучи потемнее тех, что нависли над городом. Очевидные темы для размышлений уже закончились, не очевидные ещё не нашлись, а переключать своё внимание на происходящее вокруг становилось с каждой минутой всё сложнее и сложнее. Особенно тяжко стало на душе, когда Саске приехал в незнакомую часть города и начал топать к цели с помощью навигатора. Несчастный смартфон, сам того не ведая, напоминал о довольно сомнительной авантюре, в которую влез его хозяин. Впрочем, сомнительной она стала буквально четверть часа назад, когда Учиха, выйдя из автобуса, ощутил, что прошёл точку невозврата. Хоть он с лёгкостью мог перейти дорогу и уехать обратно в свой район, но сделать этого не позволила бы уже собственная гордость. Ведь Саске считал, что чтобы совершить такой поступок, нужно было не уважать в первую очередь самого себя. Раз согласился что-то делать — доделывай до конца. Закупившись по довольному короткому списку в магазине, Учиха потопал уже непосредственно к нужному подъезду. И в данный момент времени его волновал вопрос о том, почему же его старший брат сам не соизволил приехать на помощь своему… другу. Мысль эта появилась по большей части от злости, которая захлестнула Учиху минутами ранее из-за начавшего накрапывать дождя. Впрочем, ответ на свой вопрос он и так знал. Шисуи при смерти не был, а значит, не имелось никакой необходимости отрываться от важных дел. Саске был уверен, что как только у нии-сана появится время, то он тут же примчится на первой световой скорости, чтобы проверить больного. Хорошо бы, чтобы это случилось поскорее, тогда головной боли у Учихи-младшего уменьшилось бы. А если Итачи ещё и останется подольше, то это будет самый прекрасный расклад. Авось к тому моменту и помощь требоваться уже не будет. Конечно это работало не так. И Саске влип на месяц, а то и два. Ведь если Шисуи будет слишком самостоятельным, то может сложиться ситуация, в которой выздоровление затянется, а это опять же было невыгодно для Учихи-младшего. Волшебным образом попав в подъезд с помощью выходивших из него людей, Саске направился к лифту, попутно набирая сообщение о том, что кое-кто может открыть входную дверь. Вопросом было то, у телефона ли сейчас этот Учиха, сразу ли он увидит и сразу ли… А впрочем, какая разница?.. Саске сейчас поднимется, дёрнет дверь, и если та окажется закрытой, то просто позвонит в звонок и будет стоять там. Потому что всё равно его уже ждали. Кто бы его дома так ждал. Лифт на седьмой этаж ехал безбожно медленно. Конструировали и программировали его явно для пенсионеров, а не вечно опаздывающей молодежи. И вот уже сейчас Учихе хотелось, чтобы всё было как можно быстрее. Он в целом не планировал чаи гонять и устраивать посиделки, а просто узнать подробнее, что от него хотели. А то запинающийся брат не справился с расшифровкой поставленной задачи. Саске очень надеялся, что там действительно ничего серьёзного, и его присутствие будет минимальным. Цепочки «пришёл — увидел — исчез» ждать не приходилось, но какие-то рамки установить хотелось как можно скорее. Учиха не для того проделал такую серьёзную работу над собой, чтобы сейчас она обернулась пеплом. Дверь и правда оказалась не заперта, но, к счастью, никто, подперев стенку, не ожидал его в прихожей. Очень кстати. — Я пришёл, — тут же оповестил о своём присутствии Учиха-младший, хотя не услышать грохот от стальной двери было миссией невыполнимой. — Здравствуй, Саске, — донеслось уставшее из комнаты, а затем послышалась какая-то возня. — Не дёргайся, я сам зайду. И действительно, парень был вполне самодостаточен, чтобы раздеться и сориентироваться в квартире, даже если она была чужой. Не трехэтажные апартаменты всё-таки. Хотя лучше бы были они, ведь при таком раскладе помощь Саске вообще бы не понадобилась. Только вешая чуть намокший плащ на вешалку, Учиха-младший обратил внимание на собственные ощущения. В голове звенела тишина, а ком из эмоций развязался, предоставляя возможность лицезреть каждую из них отдельно во всей красе: громче всех кричала тревога, всячески пытаясь выгнать своего носителя за порог этой квартиры, нагнетая страх и панику. Саске вдруг сделалось тошно: он ведь считал, что прекрасно контролирует себя и все свои чувства относительно этого события, а тут у него возникло желание бежать, словно он был маленьким мальчишкой, что испугался какого-то страшного фильма по телевизору и теперь спешит спрятаться под одеялом. Глубоко вздохнув, он закусил до боли щёку в надежде вернуть контроль и выглядеть как можно более похожим на… «себя». Застревать у входной двери слишком долго тоже было глупым, потому требовалось быстрее взять себя в руки. Саске резко выдохнул. Это не смертельный бой — это просто Шисуи. Просто. (Не) просто. Сделав полшага через порог комнаты, Саске поспешил облокотиться о дверной косяк и напустить на себя безразличный вид. Люстра давала тёплый жёлтый свет, отчего все предметы в помещении были в искажённом цвете. Но даже такое освещение совершенно не помогало жильцу данной квартиры: Шисуи выглядел бесконечно уставшим и сейчас вымученно улыбался. Губы больного дрогнули в нерешительности, а потом, помолчав несколько мгновений, он всё же произнес: — Спасибо тебе, Саске. — Я ещё ничего не сделал, — тут же ответил парень, всё ещё подпирая стенку, и продолжил беспорядочно бегать взглядом по человеку напротив. Что Саске хотел увидеть? Сам не знал, но для себя решил, что просто попытается выяснить масштаб потерь. Хотя каким образом он должен был это сделать, было совершенно неясно, ведь рентгеном, встроенным в глаза, не обладал. Однако оправдание получилось замечательное, по крайней мере, для самого себя. В сердце неприятно кольнуло: когда слышалось его имя, то представлялся совершенно иной образ, вовсе не того человека, что сейчас находился перед ним. Шисуи — весёлый и шумный парень… мужчина? Сколько ему там лет сейчас стукнуло? Саске же показалось, что напротив него осталась лишь жалкая тень того Шисуи, которого он видел лишь год назад. Что-то произошло за это время, или же это травмы так на него повлияли? Разве на него вообще что-то могло повлиять? — Ты здесь, а это уже много. Саске лениво отлепился от косяка и подошёл ближе, усаживаясь в кресло: теперь между ними были какие-то несколько метров. На лице Учихи-старшего красовались царапины, которые начинались под глазом и тянулись до уголка рта. Бескровные губы были искривлены в неестественной улыбке, а здоровая рука сжата в кулак. И тут Саске осознал, что даже не знал причины, что запустила ту цепочку событий, которая привела его сюда. Он не знал, что случилось с Шисуи. — Я ломал руку, потому знаю, каково это, — беззаботно пожал плечами младший, рассматривая комнату. Если Шисуи жил и работал здесь уже полгода, то можно было быть уверенным на миллиард процентов, что у него есть тут как минимум коллеги, а как максимум - друзья. Потому что этот Учиха очень легко и быстро находил подход практически к любому человеку, сражая наповал своим обаянием и шармом. Выстоять против такого было крайне сложно, особенно если заполучить расположение жертвы было крайне выгодным для самого Шисуи. Тогда почему же никто не обратился к коллегам? Друзьям? Почему из всех людей, которые наверняка существовали в его окружении, выбрали того, кто к нему не относился? Может ли быть такое, что все отказались? Конечно, такой вариант имел право на жизнь, но верилось в него с трудом. Мог ли Шисуи не попросить? Едва ли. В отличие от Саске и Итачи этот Учиха никогда не страдал приступами гордости, потому всегда принимал помощь, если она ему требовалась. Так что самым простым и логичным вариантом виделся именно тот, где о Шисуи пришли позаботиться его новые друзья. Однако реальность складывалась совершенно иначе. — Ходить тяжело, я полагаю? — поинтересовался Саске скорее ради интереса, а не из-за сочувствия. — Ну, — Шисуи скосил взгляд вниз на костыли и усмехнулся, — это целое шоу, скажем так. — Верю, — младший согласно кивнул. — Так и что конкретно от меня требуется? Саске очень надеялся, что Шисуи не поделил с его братом бессвязность речи, а потому нормально ему всё объяснит. Ведь когда просишь помощи, то наверняка заранее планируешь вещи, о которых будешь говорить. — Хотел бы попросить тебя периодически ходить в магазин за продуктами и лекарствами. А ещё немного готовить, потому как я ещё не приловчился работать со всей кухонной утварью в таком состоянии. Саске помнил, что ему было тяжело возиться с чем-либо со сломанной рукой. А у Шисуи, кроме руки, гипс был ещё и на ноге. Тут уж надо было проявлять чудеса координации и терпения, чтобы ничего не снести и себя окончательно не убить. — И как часто ты предполагаешь меня здесь видеть? — буря эмоций в душе младшего, казалось, утихла. Хотя «утихла» — слишком громкое слово. Саске готов был поспорить, что она затаилась, выжидая своего часа, чтобы взорваться, ломая на своём пути преграды и стирая в пыль его старания. Такой расклад ему не улыбался. — Так часто, как ты можешь себе это позволить. Послышался писк телефона, а за ним следом ещё один: Учиха-младший запустил руку в карман толстовки, выуживая оттуда телефон, но на экран смотреть не торопился. Спустя две секунды писк повторился, а затем ещё раз и ещё. Парень недовольно фыркнул и положил телефон на колено. — А если это будет «никогда»? Саске внимательно наблюдал за реакцией старшего, потому что раньше на все его выпады она была понятной — Шисуи отшучивался или передразнивал. А сейчас ситуация была иной. И они были другими. По крайней мере, так казалось или в это хотелось верить. Старший печально улыбнулся и опустил голову: — Значит, это будет никогда. Учиха Шисуи мог попросить помощи у кого угодно, кроме Учихи Саске. Потому что последний всячески игнорировал существование первого, а если тот всё же попадался на глаза, то всенепременно презрительно сверкал глазами и спешил удалиться как можно дальше. — Довольно обречённо, — согласно кивнул Саске. — Работаю я не в этом районе, потому слишком часто меня не жди. Может, раз в три-четыре дня буду… — смартфон начал издавать нескончаемый поток пищания, пытаясь обратить на себя внимание своего хозяина, который лишь раздражённо цыкнул, — заезжать. Младший Учиха резко выхватил телефон и с максимально недовольным лицом начал листать сообщения, в которых было не очень много конструктива. — Поэтому, — продолжил Саске чуть спокойнее, наблюдая за тем, как собеседник в чате строчит ему очередное сообщение, — продумай сразу, что и в какой день тебе понадобится. И да, — он поднял взгляд на Шисуи, — ты до больницы сам доберешься? — Думаю, да. — Думаешь? — Точно. Саске кивнул и, скосив взгляд на экран телефона, раздраженно выдохнул сквозь зубы, быстро написал ответ и заблокировал устройство. Но не успел он убрать его обратно в карман, как тот снова запищал. — Тебя явно кто-то потерял, — чуть усмехнулся Шисуи. — Да, жить без меня не может, — довольно спокойно ответил Саске с лёгкой тенью иронии, набирая очередной ответ. — Самостоятельно же решить вопрос не в силах. — Девушка? — Не, бывший парень, — отмахнулся младший. — Такая бестолочь местами, а как выпьет — вообще кошмар. — Серьёзно? — тихо вопросил Шисуи, хмурясь. — Конечно серьёзно. Он и домой сам не уедет, если за ним не проследить, — Саске положил телефон в карман и, только подняв взгляд на однофамильца, понял, про что конкретно он спрашивал. Дабы не продолжать этот дурацкий разговор, спросил, поднимаясь: — Тебе сейчас приготовить что-то? Зависать я здесь не хочу. Если быстро переделать всё необходимое, то получится скорее сбежать домой. Это был просто восхитительный план, который с невероятной силой вдохновлял Саске. Потому парень тут же направился на кухню изучать фронт работ и заодно выяснять местонахождение всего нужного. И то, что Шисуи не пошёл за ним, было определённым успехом.