Гу Сян выходит замуж

      Погода продолжала радовать. Дни были тихие, тёплые и солнечные. В выходные Вэнь Кэсин и Гу Сян приехали к Цзышу с Чэнлином на пикник. Глядя на Вэнь Кэсина, вытаскивающего громадные пакеты из машины, Цзышу ужаснулся. — Лао Вэнь, ты ограбил супермаркет? -А-Сюй, зачем мне грабить? У меня есть деньги, и я вполне могу всё это себе позволить, — рассмеялся Вэнь Кэсин. Сегодня он был в нежно-розовой толстовке и сиреневых вельветовых брюках. Его одежда по-прежнему изумляла Цзышу.       Вэнь Кэсин велел Чэнлину и Гу Сян нести пакеты в дом, а сам с любопытством осмотрелся. — Мы живём здесь всего два месяца, — сказал Цзышу, — пока еще не всё так, как хотелось бы. — Да! — крикнул Чэнлин из открытого окна. — Если вы приедете следующим летом, здесь всё будет цвести! — Любишь цветы? — тепло спросил Вэнь Кэсин.       Цзышу смущённо кивнул. — У шифу даже палка зацветёт! — гордо сказал Чэнлин, подходя к ним. А мы будем делать рыбные шашлычки? — Конечно! — Вэнь Кэсин потрепал мальчика по волосам. — Веди меня на кухню.       После внезапного признания Цзышу чувствовал себя неловко. Он ждал, что Вэнь Кэсин усилит напор и перейдёт к активным действиям, но тот ничего не предпринимал. По утрам они виделись у школы, Цзышу получал свою порцию комплиментов — и всё. Даже о пикнике напомнил Чэнлин, которому очень понравилась эта идея. Вэнь Кэсин вопросительно посмотрел на Цзышу, и тот кивнул с облегчением от того, что ситуация каким-то образом начнет развиваться.       Цзышу вытащил на улицу пластиковый стол, стулья и сел, закрыв глаза и подставив лицо тёплым солнечным лучам. На крыльце Гу Сян, смеясь, разговаривала с кем-то по телефону, из приоткрытого окна было слышно, как Вэнь Кэсин учил Чэнлина азам кулинарии. А Цзышу чувствовал себя очень счастливым без всякой на то причины.       Закончив разговоры, Гу Сян принесла клеёнчатую скатерть и накрыла стол, затем села и начала резать овощи на салат. — Вы ведь не родные брат и сестра? — спросил Цзышу. — Вэнь Кэсин — твой опекун? — А если и так? — с вызовом сказала Гу Сян. — Тебе ли не знать, что родными людей делает не кровь? -Эй, эй! Полегче! — засмеялся Цзышу. — Мне просто интересно, где вы встретились. — В детдоме, — жёстко ответила Гу Сян. — Мне было три года, когда меня привезли туда из дома малютки. Моя мать просто подкинула меня на порог, когда мне было несколько месяцев. Гэ попросили посидеть со мной, пока оформляли документы. Вот до сих пор и сидит. — Лао Вэнь тоже вырос в детдоме? — ошарашенно спросил Цзышу. Вэнь Кэсин и детдом совершенно не связывались в голове. — Гэ было восемь, когда убили его родителей. — О чём разговариваете? — весело спросил Вэнь Кэсин, вытаскивая из дома сумку с шампурами. — Рассказываю наши секреты, — сообщила Гу Сян, невинно глядя на него. — Твой будущий муж и мой будущий родственник должен знать всё.       Вэнь Кэсин поперхнулся и закашлялся. — Иди, помоги Чэнлину, несносная девчонка, — сердито сказал он, махая рукой перед собой. — Ты всё равно меня любишь! — Гу Сян показала ему язык и убежала в дом.       Вэнь Кэсин тревожно посмотрел на Цзышу. — А-Сюй? — Ничего такого, — успокоил его Цзышу. — Она просто рассказывала о том, что вы выросли в детдоме. — Там было не так уж плохо, — помолчав, произнёс Вэнь Кэсин. — Тётушка Ло, наш директор, была к нам добра. Я до сих пор навещаю её. — Я тоже провёл детство в интернате, — сказал Цзышу. — Мать я почти не помню, она умерла, когда я был совсем маленьким. Отец — большой чиновник — всё время на работе. Он попросил своего друга, директора интерната для одарённых детей, взять меня к себе. Мне было семь лет. Этот человек и стал для меня настоящим отцом. — Познакомишь меня с ним? — Он умер через месяц после того, как я закончил школу.       Из дома с радостными криками вывалились Гу Сян и Чэнлин, они притащили какие-то тарелки и миски и обрушили их на стол. Цзышу улыбался, глядя на них. Вэнь Кэсин же не отводил глаз от него. — Лао Вэнь! Прекрати пялиться! Ты собираешься меня кормить или нет?! — ласково прикрикнул Цзышу. — А ты что раскомандовался?! — набросилась на него Гу Сян. — Давно бы уже огонь развёл, а то сидит, на солнышке греется, как старый дед! -А-Сян! — повысил голос Вэнь Кэсин. — Я тебе давно говорил: язык мой — враг мой! — А что я такого сказала? Только правду!       Цзышу рассмеялся. — Молодая леди права. Я бездельничаю, в то время, как все трудятся не покладая рук. — Это да, — кивнул лукаво Вэнь Кэсин. — Но сказать об этом можно было бы и помягче. — Ах, ты! — Чжоу Цзышу шутливо замахнулся на него. — Ты должен был ответить: «А-Сюй, отдыхай, я сам всё сделаю» — Ну уж нет! — Вэнь Кэсин легко увернулся от удара.- Вместе делаем — вместе отдыхаем!       Закат пылал на верхушках деревьев. Рой мошек вился в воздухе. По-прежнему было очень тепло. Дети резались в какую-то игру в гостиной, оттуда на улицу долетали возбуждённые крики. Цзышу сидел на ступеньках крыльца, рассеянно прикидывая, куда можно посадить грушу, которую очень хотелось иметь Чэнлину. — О чём задумался? — Вэнь Кэсин опустился рядом с ним. — Лао Вэнь, — помолчав, сказал Цзышу, — давай съедемся.       Вэнь Кэсин ахнул: — А-Сюй, ты уверен? — А ты? — Я желаю этого с тех пор, как увидел тебя, стоящего перед школой и вдохновенно озирающего клумбу. Твои божественные лопатки…       Цзышу не дал ему договорить. Он развернулся к Вэнь Кэсину, обнял и накрыл его тёплые мягкие губы своими.