Гу Сян выходит замуж

      За два дня до Нового года у Цзышу появился кашель, таблетки не помогали. Ночью он начал задыхаться, перепуганный Вэнь Кэсин вызвал скорую, и Цзышу увезли в больницу. У него оказалась тяжелейшая вирусная пневмония, уложившая его в кровать на полтора месяца. Всё это время Вэнь Кэсин дневал и ночевал в палате, перезнакомился со всеми врачами и медсёстрами, подарил больнице суперсовременное оборудование и сделал ремонт вестибюля. Когда Цзышу выписывали, рыдал весь медперсонал, а главврач просил, если что, обращаться только к ним и ни к кому другому.       Вэнь Кэсин торжественно привёз его домой и трясся над ним, как курица-наседка, так что Цзышу решительно выпроводил его на работу, предварительно дав клятву отдыхать и не заниматься ничем серьёзным. Он по-прежнему чувствовал слабость и быстро утомлялся. Вэнь Кэсин звонил каждый час до тех пор, пока выведенный из себя Цзышу не пригрозил ему, что ещё один звонок, и лао Вэнь будет ближайший месяц спать в гостевой комнате.       Они съехались всего полтора года назад, но Чжоу Цзышу уже не представлял себе жизни без своей неугомонной второй половины. За всё это время серьёзно они поссорились лишь раз. Сразу после переезда зашла речь о новом доме. Цзышу уже предвкушал, как они будут вместе выбирать его. Но Вэнь Кэсин через неделю буднично сказал, что купил двухэтажный особняк и можно переехать хоть сейчас. Цзышу потерял дар речи, а когда обрёл его, то высказал всё, что он думает о людях, которые принимают важные решения в одиночку, не советуясь со своей семьёй. Они вдрызг разругались, перебили всю посуду на кухне, разошлись спать в разные комнаты, а утром Чэнлину стало плохо, и все обиды моментально оказались забыты. Пока мальчику вырезали аппендицит, Чжоу Цзышу сидел в больничном коридоре, крепко сжимая руку Вэнь Кэсина.       Как только Цзышу стал потихонечку приходить в себя после болезни, он понял, что у Вэнь Кэсина какие-то проблемы. Ему постоянно кто-то звонил, и он выходил в коридор, чтобы поговорить. На вопросы Вэнь Кэсин бодро отвечал, что всё в порядке и что его единственная проблема состоит в том, что а-Сюй так медленно поправляется. Цзышу взял в оборот Гу Сян, и она призналась, что есть какие-то подвижки в деле об убийстве родителей Вэнь Кэсина, но подробностей девушка не знала. О родителях Вэнь Кэсин говорил мало и неохотно. Убили их профессионально, ножом в сердце. Вэнь Кэсин в этот день заночевал у школьного приятеля, поэтому, видимо, и уцелел. У родителей было много друзей, имелись и какие-то дальние родственники, но никто из них не захотел взять к себе восьмилетнего мальчишку, так что его отправили в детдом, где он провёл десять лет. В день, когда Вэнь Кэсину исполнилось восемнадцать, туда приехал человек, назвавшийся Е Байи, и сообщил, что родители оставили ему деньги, так Вэнь Кэсин в одночасье стал богатым. Закончив университет, он основал благотворительный фонд семьи Вэнь, которым и управлял. Кроме того, он был блестящим финансовым аналитиком, деньги и их умножение являлись его стихией.       Три дня после выписки из больницы прошли спокойно. На четвёртый позвонила из школы миссис Бёрд, сообщила, что Чэнлин подрался с мальчиком из параллельного класса, и пригласила Цышу в школу к пяти часам. Полгода назад Вэнь Кэсин стал вторым опекуном Чэнлина, поэтому Чжоу Цзышу сразу позвонил ему, но телефон почему-то не отвечал. Цзышу вызвал такси и решил заехать к Вэнь Кэсину на работу. Однако, когда он добрался до центра города, выяснилось, что улицы вокруг офисного здания перекрыты. Цзышу охватили неприятные предчувствия. Он вылез из такси и сначала ощутил сильный запах гари, а затем увидел клубы чёрного дыма, столбом поднимавшегося в небо. Сердце Цзышу бешено заколотилось, он завернул за угол… Ярко-красную машину, которая догорала на парковке, не узнать было невозможно. Ноги приросли к земле, казалось, что всё это кошмарный сон и надо побыстрее проснуться… Вэнь Кэсин не мог… не мог… Сегодня утром они выбирали, какой фильм смотреть на выходные, и препирались, можно ли отпустить Чэнлина с ночёвкой к однокласснику… — Гэ-э-э! Гэ-э-э! — голос был как удар. Гу Сян выла на одной ноте, будто собака, потерявшая хозяина. Она рвалась за полицейское ограждение, её удерживала Лю Цяньцяо, секретарь Вэнь Кэсина. Цзышу медленно пошёл к ним, каждый шаг давался ему с большим трудом, словно к ногам были привязаны гири. — Чжоу-шу! — Гу Сян с искажённым лицом бросилась к нему. — Как мы будем жить без него?! Как?! Как?!       Она молотила кулачками по груди Цзышу, который стоял перед ней, как сомнамбула, в какой-то прострации, не делая никаких попыток её успокоить. Его взгляд был прикован к тёмно-красной лужице на асфальте. Лю Цяньцяо растерялась: — Мистер Чжоу! Что вы здесь делаете? Вы же только что из больницы? Вы должны отдыхать дома.       К ним подошёл полицейский. Он смотрел виновато, но ему нужно было делать свою работу. — Вы родственники мистера Вэня?       Цзышу механически кивнул, не отводя глаз от лужицы. — Тело сильно обгорело, опознание придётся проводить…       Продолжения этой фразы Цзышу уже не услышал. Силы и сознание, наконец, оставили его.       Цзышу очнулся в больнице. В палате было полутемно и очень тихо. Вэнь Кэсин, бледный, как полотно, стоял на коленях перед его кроватью. — Ты жив! — облегчённо выдохнул Цзышу. — Я знал, знал, что всё это было кошмаром. Надо только скорее проснуться. Дурацкий сон! — А-Сюй, — Вэнь Кэсин сжал его ладонь. — Прости меня. — За что? Ты не виноват в том, что мне снятся кошмары. Ты замёрз? У тебя руки ледяные. А почему я опять в больнице?       Цзышу вгляделся в потерянное лицо Вэнь Кэсина. — Почему ты молчишь? Я всё ещё сплю? Да? Или потихонечку схожу с ума?       В животе у Цзышу вдруг что-то оборвалось. Лоб покрыла испарина. Мир начал медленно расплываться перед глазами и выцветать. Казалось, что воздух внезапно сгустился, стал каким-то неприятно синим, и всё вокруг приобрело жутковатый синюшный оттенок, в том числе и лицо Вэнь Кэсина. — А-Сюй! — Не надо, — с усилием сказал Цзышу, вырывая свою руку из чужих холодных пальцев. — Что не надо? — переспросил Вэнь Кэсин. — Приходить ко мне. Ты умер, упокойся с миром. Я бы не стал без тебя жить, но у меня есть Чэнлин. Я не могу его оставить. Тебе придётся подождать. — А-Сюй! — Пожалуйста! — лихорадочно бормотал Цзышу, стараясь не смотреть на Вэнь Кэсина. — Я знаю, это всё игры подсознания. Я вижу тебя, потому что хочу, чтобы ты был жив. Но тебя больше нет… Ты призрак. Я разговариваю с призраком. Уходи! Убирайся!       Цзышу закрыл глаза и отвернулся, упёршись лбом в холодную гладкую стену. Его знобило, тело сотрясала крупная дрожь. — А-Сюй, я жив! Нет никаких призраков! Взрыв был инсценирован. Убийца моих родителей… — Жи-и-в? — Цзышу резко сел на кровати, протянул руку к лицу Вэнь Кэсина и погладил его по щеке. Кожа под пальцами была упругой и тёплой. Цзышу улыбнулся и покачал головой. Вэнь Кэсин несмело улыбнулся ему в ответ. — Да, ты не должен был ничего знать… Прости меня. Это вышло случайно. — Жив! Дым был такой чёрный, жирный… Неестественный… Я думал, как я объясню Чэнлину, думал, что больше никогда… Кровь… там была лужа крови… Полицейский сказал… невозможно опознать. А ты жив, жив, жив… Это была инсценировка! А я… Гу Сян… она…ты…       Цзышу засмеялся и с ужасом почувствовал, что не может остановиться, на глазах выступили слёзы. Дверь в палату распахнулась, в проёме застыл насмерть перепуганный Чэнлин. — Позови врача! Быстро! — крикнул ему Вэнь Кэсин.       Чэнлин метнулся в коридор, прибежали врач и медсестра. Цзышу что-то вкололи, и он провалился в блаженную темноту.       Когда Цзышу вновь пришёл в себя, на стуле возле кровати дремал Чэнлин. Цзышу пошевелился, и Чэнлин сразу открыл глаза. — Шифу! Ты очнулся?! Я сейчас позову Вэнь-шу. Он пошёл к врачу. — Я не хочу его видеть, — сказал Цзышу. — Не сейчас. Попроси его, чтобы не заходил в палату. — Он очень переживал за тебя, поэтому ничего не рассказывал. — Я знаю.       Из больницы Цзышу забрал Хэлянь И. Он, тихо матерясь, помог ему дойти до машины. От лекарств, которыми его накачали, у Цзышу кружилась голова, казалось, что он идёт по болоту и зыбкая почва пружинит у него под ногами. Несколько раз он споткнулся и точно бы пропахал носом землю, если бы не рука Хэлянь И. Вэнь Кэсин не показывался, но Цзышу чувствовал, что он где-то рядом, потому что ощущал спиной его тоскливый взгляд.       Дома Цзышу не выходил из комнаты три дня, общаясь только с Чэнлином. Тот рассказал, что убийцу родителей Вэнь Кэсина изобличили, Гу Сян в порядке, уже пришла в себя. В тот день она, как и Цзышу, случайно оказалась в офисе, собиралась позвать брата на обед. Гу Сян рвалась к Чжоу Цзышу, чтобы поговорить с ним, но Вэнь Кэсин запретил. — Шифу, вы всё равно помиритесь рано или поздно, — не выдержал Чэнлин. — Так уж лучше рано. — Мы не ссорились, — вяло сказал Цзышу. — Ну да, ну да! Он сидит третий день на полу под твоей дверью, надеется, что ты его позовёшь. — Чэнлин! — Ладно, я понял! Это не моё дело.       На четвёртый день Цзышу проснулся на рассвете от какого-то шороха. Открыв глаза, он столкнулся с растерянным взглядом Вэнь Кэсина, который стоял у кровати. — А-Сюй! Прости меня, я сейчас уйду, — засуетился он. — Я просто зашёл посмотреть… Мне показалось… — Сядь, — тихо сказал Цзышу, похлопав рукой рядом с собой. — Я хочу сказать тебе кое-что.        Он помолчал. Вэнь Кэсин, прикусив губу, осторожно сел на самый краешек кровати и в упор посмотрел на него. — Я очень тебя люблю, лао Вэнь, ты моя вторая половина. Но если ты ещё раз выкинешь подобный номер, мы в тот же день расстанемся. Понимаешь?       Вэнь Кэсин серьёзно кивнул. — Хорошо. А теперь ложись рядом со мной и спи, придурок, круги под глазами, как у панды.       Вень Кэсин счастливо вздохнул и, по-прежнему ничего не говоря, осторожно заполз на кровать, прижался к Цзышу и тут же заснул.