Любить вообще - значит быть уязвимым.

Тишина в комнате была густой и мягкой, как бархат. Только их дыхание — ее ровное и постепенно замедляющееся, его глубокое и размеренное — нарушало безмолвие. Рука Стива лежала на ее талии, тяжелая и надежная, якорь, удерживающий ее в этом моменте, в этой реальности. Он чувствовал, как ее тело постепенно расслабляется в его объятиях, как уходит последнее напряжение из ее плеч. Он боялся пошевелиться, боялся спугнуть это хрупкое перемирие, этот мираж нормальности, который они создали здесь, в темноте. — Ты спишь? — его шепот был едва слышен, теплый воздух шевельнул ее волосы. — Нет, — ее голос прозвучал сонно, но ясно. — Еще нет. Он прижался лбом к ее затылку, вдыхая знакомый запах ее шампуня с нотками чего-то цветочного, что всегда сводило его с ума. — Я сегодня... — он запнулся, подбирая слова. — Я испугался. Когда ты ушла в сад. Я думал, ты не вернешься. Она не ответила сразу, и его сердце болезненно сжалось. — Я тоже боялась, — наконец призналась она. — Вернуться. Снова... чувствовать все это. Ее слова были тихими, но каждое из них било точно в цель. — Я знаю, — прошептал он. — И я не прошу прощения за то, что привез тебя сюда. Это было бы ложью. Но я прошу... дай мне возможность показать, что я могу быть другим. Не завтра. Не через неделю. Но... когда-нибудь. Энни перевернулась в его объятиях, чтобы лицом к лицу. В полумраке он видел лишь смутные очертания ее features, блеск глаз. — А если не сможешь? — ее вопрос прозвучал не как обвинение, а как констатация самого большого страха. — Если твои миссии, твой долг... если они снова окажутся важнее? Что тогда, Стив? Мне снова уходить? Снова переживать эту боль? Он прикоснулся к ее щеке, проводя большим пальцем по ее скуле. — Тогда я сам уйду, — сказал он так тихо, что она едва расслышала. — Если я снова причиню тебе боль... если пойму, что не могу дать тебе того, что ты заслуживаешь... я отпущу тебя. И открою любой портал. В любой мир. Это мое обещание. Она закрыла глаза, и по ее щеке скатилась слеза, которую он тут же смахнул. — Я не хочу, чтобы ты уходил, — прошептала она, и в ее голосе прозвучала та самая уязвимость, которую она так тщательно скрывала. — Я просто хочу... чтобы ты был здесь. Полностью. Хотя бы иногда. Он притянул ее к себе, обнял так крепко, словно хотел защитить от всего мира, от самого себя. — Я буду учиться, — пообещал он ей в темноте. — Я буду учиться быть здесь. Для тебя. Она не ответила словами. Она просто прижалась к нему ближе, спрятав лицо в его шее, и ее дыхание наконец стало ровным и глубоким. Она заснула. Стив еще долго лежал без сна, держа ее на руках, слушая ее дыхание. Он чувствовал вес ее доверия, такого же хрупкого, как и ее сон. И он знал, что его самая важная битва только начиналась. Битва не с титанами или армиями, а с самим собой. И на кону было все. Утро залило спальню мягким золотистым светом. Энни проснулась оттого, что место рядом с ней было пустым, и на секунду ее сердце болезненно сжалось от старой, знакомой боли. Но почти сразу же дверь приоткрылась, и в комнату вошел Стив. В его руках был поднос. На нем дымилась огромная кружка кофе с идеальной молочной пенкой, пара тостов с авокадо и ягодное смузи. Он выглядел сосредоточенным и немного нервным, как будто нес не завтрак, а боевую мину. — Доброе утро, — он улыбнулся, неуверенно и виновато, будто пойманный на месте преступления. — Я... не разбудил? Энни приподнялась на локте, сгоняя остатки сна. Вид его — могучего Капитана Америка, старающегося не расплескать смузи, — был таким нелепым и трогательным, что она не смогла сдержать улыбки. — Нет, не разбудил. Это... все для меня? — Да, — он аккуратно поставил поднос ей на колени и сел на край кровати, следя за ее реакцией. — Я помню, ты любишь кофе именно так. И... ягоды. Она взяла кружку, сделала небольшой глоток. Идеально. Как будто он тренировался. — Спасибо, — тихо сказала она. — Это мило. Они завтракали в комфортном молчании, прерываемом лишь щебетом птиц за окном. Напряжение последних дней потихоньку таяло, как утренний туман. — Со вчерашним... прости, — Стив отломил кусочек от своего тоста, который он все-таки прихватил для себя. — Перья, Тор, все это... было слишком. — Не стоит, — она качнула головой, играя ложкой в смузи. — Было забавно. По-своему. — Она помолчала, глядя на него. — Ты сегодня другой. Более... спокойный. Он пожал плечами, глядя в свою тарелку. — Я понял, что не могу выиграть этот бой атакой. Так что... пробую другую тактику. Осаду. Она рассмеялась, и звук этот был таким же легким, как утренний свет. — Господи, Стив. Даже за завтраком ты ведешь себя как на войне. Он наконец поднял на нее глаза и улыбнулся по-настоящему, без тени былой боли. — Привычка. Она отпила еще кофе, и ее выражение стало немного более серьезным. Кстати, пока ты... осаждал кухню, — начала она, откладывая ложку, — со мной несколько дней назад говорил Тони. Стив насторожился, но сохранял спокойствие. — Да? О чем этот повелитель хаоса на этот раз разглагольствовал? — Он сделал мне предложение, — Энни посмотрела на него прямо, и в ее глазах читалась смесь волнения и решимости. — О работе. В его отделе перспективных разработок. Она сделала паузу, давая словам улечься. — Зарплата, Стив. С шестью нулями. Полная свобода в выборе проектов. Собственная лаборатория с доступом к технологиям, о которых я могла только читать в научных журналах. Биоинженерия, квантовые материалы... все, чем я всегда мечтала заниматься. Стив слушал, не перебивая. Он видел, как горят ее глаза, как преображается все ее лицо, когда она говорит о деле своей жизни. Это была та самая страсть, которую он когда-то в ней обожал и... к сожалению, часто игнорировал, погруженный в свои собственные битвы. — И... — он осторожно спросил, боясь сглазить. — Что ты ответила? Она глубоко вздохнула. — Я сказала «да». Не сразу. Я несколько дней думала. Но... я не могу отказаться от такого шанса. Это моя мечта, Стив. Реальная, осязаемая. Лицо Стива озарила широкая, сияющая улыбка. Он не просто обрадовался — он воспрял духом. — Энни, это... фантастически! — Он взял ее руки в свои, его глаза искрились. — Я так за тебя рад. Ты заслуживаешь этого больше anyone. Твой ум, твои идеи... — Он покачал головой, переполненный гордостью. — И знаешь, что еще лучше? Он придвинулся ближе, его голос стал теплым и заговорщическим. — Теперь мы сможем быть рядом. Я буду знать, что ты здесь, в безопасности, всего в нескольких этажах от меня. Мы сможем обедать вместе в столовой, если графики совпадут. Я буду приносить тебе кофе в твою новую лабораторию. — Он хищно ухмыльнулся. — Помечать территорию, чтобы все знали, что гениальный ученый занята великим капитаном. Энни рассмеялась, смахивая счастливую слезу. — Уверена, Тони будет в восторге от такой тактики. Стив молчал секунду, его лицо стало серьезным. Идея отпустить ее одну в Бостон, даже ненадолго, вызывала у него глухую, животную тревогу. Старые демоны шептали о том, как она ушла в прошлый раз. — Нет, — сказал он твердо, но без упрека. — Я понимаю, что тебе нужно сделать это самой. Но ты не будешь делать это в одиночку. Я лечу с тобой. Облегчение и радость вспыхнули в глазах Энни. — Правда? Но твои обязанности здесь... Миссии... — Сейчас моя единственная миссия — ты, — он переплел свои пальцы с ее. — Все остальное подождет. Я помогу с коробками, с бумагами, со всем. Мы сделаем это вместе. Она улыбнулась, и на этот раз ее улыбка была без тени грусти. — Мне это нравится. Они вышли из спальни в общую гостиную, где Тони, Наташа и Брюс лениво обсуждали что-то за кофе. — Всем доброе утро, — сказал Стив, его голос звучал громче и увереннее, чем за завтраком. — Небольшая перемена планов. Мы с Энни сегодня вылетаем в Бостон. Все повернулись к ним. Тони поднял бровь. — Сбегаете от моего гостеприимства так скоро? Я даже не успел показать ей бассейн с акулами. — Ей нужно уладить кое-какие дела перед переездом в Лондон, — пояснил Стив, опуская подробности. — И я еду с ней. Наташа кивнула с одобрением, а Брюс улыбнулся: — Это... очень разумно. Поздравляю вас обоих. Пока Энни отвлеклась, разговаривая с Наташей о чем-то, Стив жестом подозвал Тони в сторону. — Старк, мне нужна твоя помощь, — тихо сказал он, убедившись, что Энни не слышит. — Не с перелетом, с этим я справлюсь. — Я весь внимание, — Тони скрестил руки на груди, насторожившись. — Ты говорил о квартирах в Лондоне. Я хочу... я хочу, чтобы к нашему возвращению все было готово. Чтобы она переехала не в отель, а прямо в наш новый дом. Выбери самый безопасный вариант. Самый лучший. Со всеми твоими... штуками. Но, — Стив понизил голос до шепота, — чтобы это был сюрприз. Она не должна ничего знать. Тони смотрел на него несколько секунд, и его саркастичная маска сменилась на редкое выражение искреннего уважения. — Роджерс, ты становишься романтиком. Одобряю. — Он хлопнул Стива по плечу. — У меня как раз есть пентхаус с видом на Темзу. Бронированные стекла, своя система энергоснабжения, панорамный вид на все достопримечательности, которые ты все равно игнорируешь... И да, полная конфиденциальность. Она ничего не узнает, пока не переступит порог. Стив кивнул, чувствуя, как камень падает с души. — Спасибо, Тони. По-настоящему. — Не за что, — Тони махнул рукой. — Просто потом не жалуйся, если я поставлю там голографическую статую себя в полный рост. Для... атмосферы. Он отошел, уже доставая телефон, чтобы отдать распоряжения, а Стив вернулся к Энни. Она повернулась к нему с вопросом в глазах. — Все в порядке? — спросила она. — Все прекрасно, — он улыбнулся ей, чувствуя прилив надежды — Абсолютно прекрасно. Готовься к путешествию домой. Коробки были запечатаны, чемоданы собраны. У дверей стояли не только Стив и Энни, но и Баки, скинувший на плечо армейский рюкзак. Внезапно воздух в холле башни затрепетал, и из сверкающего круга портала шагнул Доктор Стрэндж. — Мисс Энни, — он обратился к ней, игнорируя остальных. — На пару слов. Все замерли. Стив насторожился, но Стрэндж поднял руку. — Без паники, капитан. Сугубо личное. Он подошел к Энни ближе и сказал тихо, так, что слышали только они двое: — Ты знаешь, что такое точка бифуркации в сложных системах? — Его глаза были серьезны. — Момент, когда малейшее решение меняет всё. Вы с Роджерсом находитесь в такой точке. — Он посмотрел на нее пристально. — Он будет пытаться всё контролировать. Из лучших побуждений. Твоя задача — не дать ему задушить тешь этой заботой. А его задача — научиться доверять тебе без условий. Напомни ему об этом, если забудет. Глаза Энни расширились от понимания. Он говорил не как маг, а как человек, видевший тысячи судеб. — Я... понимаю, — тихо ответила она. Стрэндж кивнул и протянул ей металлическую визитку. — Если перестанете слышать друг друга. Позови. Он исчез так же внезапно, как и появился. — Что это было? — спросил Стив, подходя ближе. Энни сжала визитку в руке и улыбнулась ему. — Просто совет. О нас. — Она взяла его руку. — Теперь я точно готова.