Будьте счастливы здесь и сейчас.
Этот миг и есть ваша жизнь.
Омар Хайям
Некоторые говорят, что счастье — это эмоция, переживаемая в моменте. Другие же говорят, что счастье — это состояние, которое соответствует наибольшей внутренней удовлетворённости. Так кто же из них прав? Момент ли это или все же нечто более длительное и даже постоянное? И еще один вопрос: существует ли формула счастья?
Каждый человек самостоятельно определяет это понятие. Оно настолько многогранное, что нет единого и общего определения. Как говорится, «мы сами творцы своего счастья». И у каждого из нас своя формула.
Кто-то счастлив просто от того, что ему не нужно идти на работу, и можно весь день проваляться у телевизора. Для другого же счастье — это видеть улыбки своих любимых людей и иметь возможность чаще проводить с ними время. Школьник счастлив, если ему поставили пятерку, студент счастлив, если сдал экзамен. Парень счастлив, если ему ответила взаимностью девушка, которая ему нравится. А девушка счастлива от того, что парень подарил ее любимые цветы.
***
А для наших героев счастье — это быть друг у друга: обнимать, целовать, говорить слова любви и просто держаться за руки.
Едва завершилась официальная церемония бракосочетания Серхио и Ракель, как новоиспеченный муж схватил свою жену на руки и закружил вокруг своей оси, мечтая раствориться в этом моменте абсолютного счастья. Они так много преодолели на пути к своему счастью, что теперь сделают все возможное и невозможное, чтобы никогда не потерять это чувство.
— Все, отпусти меня, отпусти, — взмолились женщина, ощущая легкое головокружение.
— Я никогда не отпущу тебя, любовь моя. Ты — свет моей жизни и самая прекрасная жена на свете, Ракель, — он все же поставил ее на песок и крепко прижал к своей груди, не желая разрывать эту связь. — Ты будешь самой счастливой, слышишь меня, малышка?
— Я уже самая счастливая, милый, — ее глаза, наполненные слезами, пристально посмотрели на Маркина. — У меня есть для тебя подарок, Серхио.
— Подарок? Но что может быть лучше того, что ты сделаешь меня отцом еще двух прекрасных малышей? — его ручка нежно погладила ее животик.
— Надеюсь тебе это понравится, это идея моей мамы. Пойдем, — Взяв его за руку, Мурильо потащила своего мужа через толпу празднующих гостей в сторону крыльца, на котором он сразу же заметил небольшую квадратную коробку серого цвета.
Ракель заставила его сесть рядом с ней на деревянные ступеньки террасы и взяла эту коробочку в руки. Прежде чем подарить ему то, что было внутри, она взяла его правую руки и положила ее на свое колено.
— Помнишь, как ты дал мне знать, что знаешь, что я жива, когда Алисия допрашивала меня в полицейской палатке? Помнишь риск, на который ты пошел, ради этого? — мужчина на мгновение замешкал, не понимая, какое это может иметь отношение к подарку.
Нахмурившись и поправив очки, Серхио вспомнил, как вместе с Марселем проник в квартиру Антоньянзаса, чтобы надавить на него и заставить сказать правду, относительно того, жива ли еще Лиссабон. Эти воспоминания не вызывали в нем чувства счастья уж точно. Это было страшно, так как Профессор боялся узнать, что мог ошибиться в своих с Токио подозрениях относительно «казни» его любимой. Но на их удачу Бенито был правильной жертвой, которую легко сломить, достаточно было пригрозить ему убийством его семьи. Появляться в его доме было очень рискованно, ведь их легко могли поймать, и тогда бы план пошел коту под хвост.
— Ты про Антоньянзаса, верно? — он все еще был в смятении от ее вопроса.
— Ты кое-что отдал ему. То, что тебе было чертовски дорого, Серхио.
— Ах! — в его голове промелькнуло осознание. — Ты о часах…
— Да, я помню, как ты говорил мне, как тебе была дорога эта вещь, потому что это было чуть ли не последнее, что подарил тебе твой отец. И ты берег их, но из-за меня… — свободной рукой она стерла катившуюся по щеке слезу.
— Эй, милая… — взяв ее за подбородок, Серхио посмотрел ей в глаза. — Ради тебя, я бы сделал это снова, мой отец бы меня понял, уверяю тебя.
— Я знаю, Серхио, знаю, — перехватив его руку, она запечатлела нежный поцелуй на его слегка шершавой ладони. — Так вот…
— Только не говори, что ты каким-то чудесным образом смогла получить эти часы назад, — теперь ему стало очевидно, что в коробке лежали наручные часы.
— К сожалению нет. Боюсь, я никогда не смогу вернуть их тебе, но может быть тебе понравятся часы моего отца…? — с этими словами она сняла крышку с коробки и протянула ее своему мужу. — Один знакомый часовщик сделал их на заказ по предпочтениям моего отца, и он их очень берег, поэтому после его смерти мама первым делом спрятала их, чтобы сохранить. А несколько дней назад она принесла их мне, предложив подарить тебе. Я знаю, это не одно и тоже… — закончить Ракель не смогла, потому что губы Серхио моментально накрыли ее собственные, нежно и трепетно целуя.
— Это невероятный подарок, любовь моя. Для будет честью носить часы твоего отца, обещаю беречь их так же, как он берег.
— Мам… — их отвлек тонкий детский голосок Паулы, появившейся будто из ниоткуда. — Моника сказала, что скоро вынесут торт, вы же не хотите это пропустить? — Серхио взял ручку девочки и увлек за собой, сажая ее на колени.
— Значит маленькой принцессе уже не терпится попробовать торт? — легким касанием он щелкнул ее по носу, Паула слегка поморщилась и улыбнулась.
— Конечно! — завизжала она, подрыгивая на отцовских коленях. — Так мы идем?
— Идем, милая, — поднявшись на ноги, Ракель вложила свой руку в ручку дочери и повела ее в сторону праздника.
Оставшись в одиночестве, Маркина еще раз взглянул на подарок от своей любимой женщины и тут же надел часы на свое запястье. Пусть это не часы Хесуса, они теперь будут ему дороги не меньше.
___________________________
Прошло около недели со дня великого дня — свадьбы Серхио и Ракель, и новоиспеченные супруги ехали на новой машине, которую мужчина купил несколько дней назад. Это был большой семейный автомобиль на семь пассажирских мест, так как скоро семья Маркина-Мурильо станет многодетной. Влюбленные оставили Паулу и Мариви под присмотром Хуаниты, а сами отправились в город Ла-Романа, находившийся на юге Доминиканы. Это большой курортный городок с множеством шикарных отелей, который к тому же является центром туризма всей страны.
Серхио снял для них двоих шикарную виллу на самом берегу океана в районе Пунта Минитас, подальше от шума и суеты. Ракель очень долго сопротивлялась, боясь снова надолго разлучаться с матерью и дочкой, но Маркина убедил ее, что
небольшой отдых медовый месяц им просто необходим, к тому же курорт находился чуть больше, чем в часе езды от их деревни, а Карлос и Мария обещали заглядывать в гости, чтобы проведать бабушку с внучкой.
— По-моему тут слишком много места, Серхио. Мы же всего на неделю приехали. Это же стоит целое состояние, — поразилась девушка, оставляя свою сумочку на столике в гостиной.
— Ты забыла, что мы украли все золото Испании? — захлопнув багажник, Профессор догнал ее в доме. — И эта не самая дорогая вилла, зато она подальше от остальных. Никто не потревожит нас, — он поставил чемодан около двери в спальню и подошел к ней со спины, нежно обнимая.
— Ты же не потратил на этот отпуск всю свою долю, Профессор? — игриво прошептала она, разворачиваясь и ловя губами его губы. — Было бы обидно стать нищими после медового месяца.
— После медового месяца мы может стать только еще счастливее, моя королева, — ответил он ей в губы, увлекая в более страстный и глубокий поцелуй. — Мы осмотримся? Или предпочитаешь проверить на прочность кровать в нашей спальне?
— В любом другом случае, я бы предпочла тут все изучить, но мои гормоны чертовски хотят сначала довести до безумия моего мужа, поэтому… — выбравшись из его объятий, Ракель подошла к двери, ведущей в спальню и поманила Серхио пальчиком. — Сделай меня чуточку счастливее, любовь моя.
— О, дорогая, я уже говорил, как я люблю твои гормоны? — в миг сократив появившееся между ними расстояние, Маркина подхватил свою жену на руки, вынуждая её ноги обвиться вокруг его талии, и утащил её в спальню, захлопывая за ними дверь.
Ближе к обеду парочка наконец-то выбралась из тёплой и уютной постели, чтобы изучить виллу, которая была неприлично огромной, значительно больше их нового дома в деревне Кап Кана. По меньшей мере там было около пяти спален со своими уборными, две просторные гостиные, кабинет-библиотека с множеством книг, большая кухня с островом и веранда с шикарным видом на Карибское море. Вся территория была усажена различными пальмами и другими деревьями, такими, как манго, например. А пространство между морем и виллой заполнял громадного размера бассейн с кристальной водой.
— Тут могла бы поместиться вся банда, и мы с ними даже не пересекались бы, — заключила женщина, плюхаясь на шезлонг у бассейна.
— Не думаю, что уместно проводить медовый месяц с этими ворами, любовь моя, — Серхио оказался позади неё и положил свои руки на её плече, нежно массируя. — Эта неделя принадлежит только нам.
— Чем займёмся? Не будем же мы целыми дня валяться у бассейна или заниматься любовью в спальне? — игриво спросила она, поднимая на мужа голову.
— Ну, второй вариант мне очень даже нравится, но я бы не ограничился одной лишь спальней, — наклонившись, мужчина оставил на плече любимой огненный след от своих губ.
— Сеньор Маркина, какие у вас грязные мысли!
— Ничего не могу с собой поделать, когда рядом со мной воплощение всех моих желаний, сеньора Мурильо, — он осторожно взял её ручку и невесомо поцеловал тыльную сторону ладони.
— Наверное, для начала нужно что-нибудь приготовить на ужин, — неожиданно осознала Ракель, поднимаясь со своего места.
— Нет, ни за что! Моя жена не будет занята готовкой во время нашего отпуска, — сразу же запротестовал Профессор, преграждая ей путь в дом. — Сейчас я сниму эту ненужную тебе рубашку… — его руки осторожно начали расстегивать пуговицы на его же рубашке, которую женщина нацепила поверх своего бикини после их потрясающего секса в спальне. — А затем мы пойдём на пляж… — он хищно облизнулся, разглядывая её налившуюся от беременности грудь в черном лифе.
— Мне, конечно, нравится твоё предложение, Серхио, — она помогла ему снять рубашку с плеч. — Но мы не будем сыты одной лишь любовью.
— Знаю, именно поэтому сейчас сюда приедет лучший шеф-повар этого города и приготовит для нас свои фирменные блюда, — обхватив жену за талию, Маркина наклонился, чтобы поцеловать её шею, предварительно убрав оттуда её волосы.
— Шеф-повар? Ты сейчас серьёзно? — её глаза заметно округлились.
— Мы миллионеры, дорогая. Это меньшее, чего ты достойна.
— Не думала, что смогу влюбиться в тебя ещё сильнее, Серхио, — обняв его в ответ, Мурильо потянулась к его лицу за поцелуем.
Вдоволь поплавав супруги довольные вернулись с пляжа, неся в руках по кокосу, которые нашли на берегу. Только ступив на крыльцо виллы, их носы ощутили приятный аромат, доносившийся с кухни — повар вовсю занимался ужином. Войдя внутрь, они увидели огромного лобстер на подносе, который был окружен разнообразными креветками и другими морскими гадами. Рядом стоял салат из авокадо с лососем и рукколой, а на десерт для них запекались круассаны в духовке.
— Мне кажется, мы лопнем, Серхио, — глаза Ракель разбегались по столу с едой. — В нас это все не влезет.
— Не съедим, так понадкусываем, любовь моя, — притянув ее к себе, он игриво прикусил мочку ее уха. — А потом я несколько раз доведу тебя до безумия, — сказал он уже шепотом.
Под конец недели Ракель практически со слезами на глазах расставалась с местом, где они с мужем провели замечательные дни, полные любви, счастья и умиротворения.
__________________________
Прошло 2,5 месяца со дня свадьбы, и в Доминикане стояла невероятная жара, солнце заливало весь пляж семьи Маркина-Мурильо. Лучшего времени для «пляжного дня», как говорила Паула, было не придумать. Серхио и девочка были увлечены построением целого песочного королевства у самой кромки воды, пока Ракель наслаждалась отдыхом в любимом гамаке по пальмами вместе с книгой. На этот раз это была «Гордость и предубеждение». Женщина чувствовала, что в беременность благодаря гормонам, сила ее эмоций умножилась на три, поэтому выбрала этот роман, чтобы в очередной раз прочитать невероятную историю любви и хорошенько над ней поплакать. Она поднимала глаза и широко улыбалась каждый раз, когда слышала радостный визг Паулы или заливистый смех Серхио, которые наслаждались временем вдвоем. Нахмурившись и поглаживая свой уже кругленький животик, она читала письмо мистера Дарси, как вдруг почувствовала в животе толчок и от неожиданности выронила книгу.
— Ой! — звук оказался громче, чем она могла подумать, что, конечно, привлекло внимание Маркина, который тоже без конца поглядывал на свою жену, любуясь открывающимся ему видом на любимую женщину. Ракель резко села в гамаке и схватилась двумя руками за живот, все еще ощущая движение внутри с двух сторон.
— Любимая, что такое? Что случилось? Что с малышами? Тебе плохо? — он подбежал к гамаку и сел на корточки, испуганно ища ее глаза и держа свою ладонь на ее коленке. Паула оставалась сидеть у построенного замка, слишком увлеченная своим королевством.
— Я… я не знаю… кажется, они шевелятся, — ее глаза наполнились слезами, она в ступоре перебирала пальчиками по животу, не прекращая чувствовать редкие толчки.
— Милая… — мужчина переместил свои руки на ее живот и почувствовал пару слабых ударов под ладонью. Его глаза тоже заслезились, а широкая улыбка не сходила с лица.
— Серхио! — обеспокоенно произнесла Мурильо. — Это не должно быть так рано, всего шестнадцатая неделя, так… так не должно быть, — Ракель испуганно посмотрела на мужа, не понимая, почему она почувствовала эти толчки, ведь, как она помнила, Паула начала двигаться только к 21 неделе.
— Малыш, это нормально, я читал об этом. Спокойно, ладно? Вдохни и выдохни, вот так... — Ракель последовала его совету. — Женщина, беременная сразу двумя начинает чувствовать шевеления детей раньше, чем когда плод один. Это происходит на 4-5 недель раньше обычного, но в этом нет ничего опасного. Это нормально, слышишь? — его умная цитата, взятая из какой-то книги про беременность и детей, каких он купил целую кучу, успокоила ее и она утвердительно кивнула.
— Нормально… хорошо, — они перемещали свои ладони по животу женщины, следуя толчкам, которые вскоре прекратились. — Они пошевелились, Серхио. Наши бусинки пошевелились, — влюбленные продолжали смотреть друг на друга глазами полными слез и улыбаться, не веря своему счастью.
Женщина была неимоверно счастлива, ведь до сих пор Ракель ничего не чувствовала, кроме постоянных перепадов настроения и ночного токсикоза. Серхио припал губами к животу, исцеловывая каждый его сантиметр, чтобы не обделить любовью никого из двоих крошек. Он приложил ухо, в надежде почувствовать что-то еще, но тут подбежала Паула.
— Они что, с вами болтают, а вы меня не позвали? — нахмурилась девочка, склыдывая перед собой руки.
— Нет, доченька, просто они первый раз пошевелились. Представляешь, немного попинали маме животик! — притянул ее к себе Серхио, усаживая на свое колено.
— Мам, и ты что, совсем на них не злишься? — взрослые рассмеялись и поцеловали ее в обе щечки.
— Конечно нет, детка, это совсем не больно. Сейчас они наверное заснули, потому что больше не пинаются, но как только я снова почувствую, что они активничают, я обязательно тебя позову, договорились? — Паула радостно кивнула и потащила своего папу за руку назад к песку.
Около часа ночи, измученная Ракель засыпала в объятиях мужа, который не переставал гладить ее по волосам и плечам, чтобы успокоить от почти ежедневных ночных кошмаров в виде токсикоза. Он, уже по своему обычаю, обнимал ее живот, легонько перебирая по нему пальчиками, представляя, что малыши все чувствуют и знают, что папа рядом. Серхио и сам почти провалился в сон, как снова почувствовал легкое шевеление слева, прямо под своей ладонью. Ракель удивленно обернулась на него и тихонько рассмеялась, он же расплылся в блаженной улыбке и решил вслух поприветствовать своих детей.
— Эй… крошки… привет! Чего не спим? — прошептал он на ухо Ракель, по-детски надеясь, что его услышат.
— Мне кажется, кто-то один решил устроить вечеринку, — улыбнулась она. — Толкается с одной стороны, чувствуешь? — в этот момент произошел самый сильный толчок, чем все предыдущие, и Ракель тихонько ойкнула.
— Неприятно? — мужчина взволнованно посмотрел на нее, боясь, что слишком частая активность действительно может доставить его жене дискомфорт.
— Нет, нет… просто немного интенсивнее, чем даже днем. Кому-то совсем не спится, да? — она устремила свой взгляд на живот. — Знаешь, мне кажется это мальчики. Ну… или один из них, тот, что в данный момент хулиганит! — еще один толчок и будущие родители тихо рассмеялись над теорией Ракель. — Вот видишь, он отвечает! Только мальчик может так мучать женщину! Токсикоз, ночные танцы… сынок, спокойной ночи, ладно? — Серхио и Ракель не удержались и рассмеялись в голос, затем мужчина осторожно перевернул ее к себе лицом и прижался к ее губам, застонав в поцелуй.
— Обожаю вас. Вас двоих, — он легонько похлопал по ее животику. — и тебя, любимая. И еще одного маленького монстра, что спит этажом ниже. — Мурильо широко улыбнулась, поцеловала мужа и вновь повернулась к нему спиной, почувствовав как толчки утихли.
— Кажется, это и вправду было «спокойной ночи»!
Ракель быстро уснула, все еще чувствуя усталость после объятий с унитазом, а Серхио еще долго всматривался в потолок с глупой улыбкой, буквально ощущая кончиками пальцев, что он — папа. Кажется в тот момент он разгадал свою формулу счастья: Он + Ракель + Паула + их близнецы.
