Баночки, скляночки

— Класс, у нас намечается экскурсия, — Владлен Николаевич стоял около стола и читал документ, который ему только что принес директор. — Сейчас будем общим голосованием решать, едет Черный Список или нет, — он отложил все на стол и обвел всех тяжелым взглядом. — Кто «за»? Черный Список не голосует, — большинство подняли руки, включая меня. Какими бы они засранцами не были, но издеваться над ними лично мне не хотелось. Даже пускай это будет скучная экскурсия, но все же. — Тогда решили. Радуйтесь, одноклассники вас любят, в отличии от меня. Будь моя воля, я бы вас на каторгу закинул, — он махнул рукой, распуская весь класс. — Да Вы Герой. Детей мучаете, — тихо пробубнил Артур, но Крестов его услышал. Он повернул голову и усмехнулся. — Угаров, тебе ли говорить об этом? Не ты ли несколько дней назад довел учителя до слез? Нет? — его голос оставался таким же ровным, будто он вел светскую беседу. — Так я ребенок еще! А Вы учитель и должны понимать, что нельзя сажать детей на кнопки, нельзя накидывать туалетную тряпку на голову, — Угаров разошелся не на шутку. — Вы просто мразь. — Ребенок, кто тебе давал право подкладывать мне кнопки? То есть, по твоей логике, я могу сесть на кнопки, а ребенок нет? Моя задница чем-то отличается от ваших? Я тебя удивлю, Угаров, но дети должны отвечать за свои поступки. А теперь пошел вон отсюда, — Владлен Николаевич даже ни разу не повысил голос, даже после того, как его назвали мразью. — Сотникова, тебя долго ждать? — я удивленно посмотрела на Артура. Он раздраженно постукивал пальцами по двери. — Ты иди, чего ждешь? Мне еще нужно поговорить с учителем, — парень нервно мотнул головой, но ушел. Странный он какой. — Владлен Николаевич, Вы так и не сказали, куда поедем. — Тебя это не должно волновать, — мужчина поставил кому-то «2» в тетрадь. — И все же? — не переставала докапываться я. — Сотникова, отвали. Надоели Вы мне все, — в его голосе прозвучала сталь. Я понятливо кивнула.

***

Экскурсия оказалась в лесу. Точнее в пригородном заповеднике. На кой нас сюда притащили, было не понятно, но никто не возмущался. Чревато было последствиями. Могли и к тиграм закинуть. Мы как раз проходили мимо них. — Васька, смотри, мы одно лицо, — Угаров нарисовался передо мной. Скорчил смешную рожицу, вызывая у меня улыбку. — Угаров, не льсти себе, — я все-таки взяла себя в руки и сделала серьезное лицо. — Ой, да ладно тебе, я ж тебе нравлюсь, — после такой наглой фразы я аж опешила. — Повторюсь, не льсти себе, — и прошла мимо него дальше. Дальше экскурсия прошла более менее спокойно. Мы просто слушали и смотрели. Парни даже не пытались показать свой дебильный характер. Я отошла чуть подальше и увидела курящего Артура. Он даже подальше не ушел. Стоял практически с нами. — Ты что творишь? — я злобно на него зыркнула. — Тише, детка. Я просто курю, — он как-то странно улыбнулся и сделал еще одну затяжку. — Угаров, чтоб тебя! Вышел бы из заповедника, да выкурил бы! — тут уже начал ругаться Владлен Николаевич. — Я тебя сейчас заставлю эту сигарету сожрать. Стоять! — Не имеете права! — Угаров отошел на пару шагов. Все-таки понимал, что угрозу могут привести в действие. — Твои родители мне еще спасибо скажут, бестолочь! Затушил! — окрик подействовал мгновенно. Артур бросил сигарету на землю и накрыл ее кроссовком. — Поднял! — парень, как на автомате, нагнулся и взял в руки затушенный бычок. — А теперь сожрал! — либо Угаров настолько находился в шоке, либо он действовал на зло учителю, но он поднес ко рту окурок. — Владлен Николаевич! Вы чего творите? — тут уже вступилась я. Ну, какое тянуть в рот всякую дрянь? — Как малые дети, ей Богу. Артур, дай сюда! — я открыла целлофановый пакетик, в который тут же полетел окурок. — Васька, ты чего разнервничалась? — Угаров мягко мне улыбнулся. Я дернула плечом и ответила: — С вами, идиотами, быть спокойной невозможно! — Сотникова, не забывайся! — одернул меня учитель. Хотелось ответить ему грубо, но промолчала. Себе дороже.

***

— Василиса, останься, — Владлен Николаевич придержал меня за руку. Я даже не подняла на него взгляд. Мы только вернулись из заповедника, собрали вещи и собирались уходить по домам. — Не дал бы я ему слопать этот окурок. Он должен понимать, что и где он творит. — Он же еще ребенок. Будет делать Вам все назло, — опустила глаза в пол. Не хотелось смотреть на Владлена Николаевича. — Он должен держать себя в руках. Мало ли кто ему что говорит. Своя голова должна быть на плечах, — учитель оперся на стол и покрутил ручку в руках. — И зачем Вы это сейчас мне объясняете? — вот этот вопрос меня волновал больше всего. Воспитывает он там кого-то и воспитывает, мне-то что? — Чтобы ты понимала, что я делаю это не просто так, — он усмехнулся. — Передай, кстати, своим, что директор предложил поездку. На пару-тройку дней. — И сейчас не скажете куда? — я вспомнила наш разговор перед экскурсией. — Скажу. В соседнюю базу отдыха, — и тут я поняла, что поедут все. Наш класс любил выезжать вместе на эту базу. Мы там отдыхаем каждый год. И каждый год с последствиями. — Я могу Вам сразу ответить, поедут все, — ничего больше не сказав, я вышла за дверь. Все же решила написать в беседу по поводу поездки. Карина Лавренова: Да! Конечно же да! Артур Угаров: Вась, а ты поедешь? Василиса Сотникова: Кто-то же должен за тобой приглядывать, оболтус. Роман Меркулов: Ребят, только давайте, не как в прошлый раз! Виктор Володин: Ромка, не дрейфь. Все будет заебись. Роман Меркулов: Слабо в это верится… Надежда Валиева: Ребят, а с нами Смерть поедет? Василиса Сотникова: Нет, Надя, нам настолько доверяют, что отпустят одних. Артур Угаров: Васька, ты ж с нами будешь, зачем нам кто-то еще? Василиса Сотникова: Угаров, я быстрее помру, чем за вами всеми следить буду. Я тоже еду отдыхать. Степан Андреев: Угар, сколько водки брать будем? И именно с этого момента все начали обсуждать алкоголь. Что за люди? В прошлый раз им влетело за это. Пьяные пошли купаться. Так все бы ничего, но на улице был октябрь. Им было весело, Наталье Денисовне было плохо. Она несколько дней отпивалась валерьянкой. Тогда директор базы вообще запретил нам приезжать, но видимо что-то поменялось. Хотя мне кажется, что зря. В этом году будет не лучше. Ну, хоть в сауну, да в бассейн схожу. И то хлеб.