Баночки, скляночки

Только спустя неделю я появилась в школе. Как только зашла в родные стены, на меня накинулся вихрь в виде Артура. Он тут же помог мне снять пальто и подхватил под руку. При этом все это время молчал. — Что происходит? — не выдержала я. — Владленыча утащили в директорский кабинет, — Артур быстро шагал на второй этаж, таща меня за собой. — Васька, не знаю, что там происходит, но помоги ему. Я слышал дикие оры. Я немного постояла, подумала и решила, что стоит зайти. Так, чисто спросить. Я подошла к двери и прислушалась. — Ты устроил разврат! У тебя школьники напились, да еще и школьница с тобой спала! — Петр Александрович разошелся не на шутку. Не спала я с ним. Кто это вообще придумал? — Нашу гордость школы ты решил опустить? — вот этого я уже выдержать не могла. Деликатно постучалась, и не дождавшись ответа, вошла. На меня уставили три пары глаз. Петра Александровича, Владлена Николаевича и еще какого-то типа. — Вот сейчас и спросим. Василиса, ты спала с Владленом Николаевичем? — Я спала одна. В своей собственной постели, в своей комнате, которая закрывается на ключ, который был у меня. Владлен Николаевич спал в своей, — я мягко улыбнулась. Петр Александрович кивнул. Но тут подал голос неизвестный тип. — Василиса, разве Вас не соблазнял учитель? Многие видели, что он нес Вас на руках, — не зря я его противным посчитала. — Если для Вас соблазнение — это носить беспомощных девушек до машины, то мне Вас жаль, — тип хотел что-то сказать, но я перебила: — Петр Андреевич, у меня была температура 39.6. Как Вы думаете, я смогла бы дойти до машины сама? Или лучше было позвать кого-нибудь из одноклассников, которые бы 100% облапали мое тело? Замечу, Владлен Николаевич отнес меня в машину в одеяле, и из нее вытащил тоже в нем. — Нам сообщили, что в твоей крови был алкоголь! Это недопустимо! — тип снова вставил свои пять копеек. Я раздраженно на него зыркнула. Владлен также смотрел на меня. Ну, уж извините, что пришла спасать Вашу жопу. — Все верно. Я пила алкоголь. Мои родители сразу же были поставлены в известность, — я прошлась немного по кабинету, подходя ближе креслу. — Сами знаете, что подростки они такие. Набрали алкоголя с собой, выпили по тихой грусти. Еще какие-то вопросы? — У Вас был выбор спать в другом месте? — опять он. Да что ж он не угомонится? — Конечно был! — мужичок довольно усмехнулся. Потом я рявкнула, доведенная: — На улице у меня был выбор спать! Вам больше заняться нечем? Ничего переходящего границы не произошло! — Василиса, Вы слишком много себе позволяете, — начал угрожающе тип. Я на него зло зыркнула. — Так Вы и мне допрос с пристрастием устройте. Чего же Вы? Мы Владлена Николаевича будем защищать. Чтобы Вы понимали за дверью стоит весь наш класс, — Петр Александрович прошел к двери и открыл ее. Там реально стояли наши. — Что-то еще? — я перевела взгляд на типа, который хотел что-то спросить. — Нет, это все, — нас отпустили с миром. Владлен Николаевич вылетел за дверь, огрызаясь на одноклассников. Я пошла в класс, за мной все остальные. Артур мне показал большой палец, поддерживая меня. Как только моя нога ступила за порог химии, услышала злой рык. — Вымелись все из класса, — я осторожно попыталась тоже уйти, но меня схватили за руку. — Что ты творишь? Тебя кто просил?! — Извините, что спасла Вашу жопу! — я вырвала руку, хотя много усилий для этого и не надо было, потому что учитель держал некрепко. — Я просил тебя об этом? Что ты там устроила? — он уже не злился. Скорее всего, не понимал. — А лучше было Вас оставить на растерзание? Да они бы Вас уволили! — я потихоньку начала закипать. Вот и первый день после болезни… — Да это не твое дело, Сотникова, — мужчина продолжал смотреть в мои глаза. У нас была, как будто игра. Кто кого переглядит. — Вы меня принесли на руках домой, передали родителям. Вы мне помогли. Вот и я Вам ответила тем же, — как-то голова закружилась от таких эмоций. Я присела на стул. — Ты хорошо себя чувствуешь? — Владлен Николаевич подошел ко мне, прикладывая ладонь ко лбу. — Температуры нет. — Все в порядке. Просто перенервничала. Я беспокоилась о Вас, — уже спокойно сказала я. Учитель сел напротив меня. — У тебя теперь тоже могут быть проблемы, ты это понимаешь? — он устало взъерошил волосы. — Я бы сам со всем разобрался. Но нет. У нас же есть Василиса, которая везде сунет свой нос. — Да знаете что? Хоть бы спасибо сказали, — я встала и немного пошатнулась. — Василис, ты точно еще не поправилась, — Крестов усадил меня на стул. — Ты чего в школу приперлась? — Надоело дома сидеть, — тихо буркнула я. Хотелось топать ногами и закатывать истерику, но я подавила это желание. В кабинет постучались. Владлен Николаевич открыл дверь и увидел на пороге того самого типа. Он стоял с мерзкой улыбочкой. Ему явно нужно было загасить Крестова. — А вот и вы, — он прошел к столу. — Вместе с соблазненной школьницей. — Господи, — я достала телефон и набрала номер отца. Он у меня работал как раз в Администрации нашего района. И как раз занимался школьной деятельностью. — Как к Вам обращаться? — я спросила у типа. — Никонов Руслан Степанович, — на автомате выдал он. Гудки прошли и послышался голос отца: — Что случилось, тебе плохо? — папа сразу взволновался. — Пап, Никонов Руслан Степанович желает с тобой поговорить, — я передала телефон мужику. Тот сразу побледнел, как услышал голос. — Но… Сергей Павлович… Он соблазнил Вашу дочь… Ну, я так подумал… А то, что в крови был алкоголь… Нет, я не идиот… Заметно… Сергей Павлович… Хорошо… — он сбросил вызов и отдал телефон мне. — Владлен Николаевич, приношу свои извинения. Вышло недопонимание, — после этих слов он удалился. Учитель так и стоял, как громом пораженный. — И снова ты влезла, — мужчина отошел от шока и сел на свое место. — Да я вам помочь хотела. У Вас же из-за меня проблемы! — я вообще не понимала этого человека. — Сотникова, иди домой, — он даже не посмотрел на меня. Все, достал! — Ты даже элементарное спасибо сказать не можешь! Я старалась от всего сердца! Отблагодарить тебя, скотину неблагодарную! Час уже выслушиваю от всяких! Хотя бы поговорить со мной нормально можно было! — я кричала от всего сердца. Ну, потому что и правда довел. Я и так, и эдак, а ему все не нравится. Сил моих больше нет. — Вышла вон, и чтоб больше не появлялась в моем кабинете, — вроде и сказал тихо, но прозвучало угрожающе. Я с психу вылетела за дверь, громко хлопнув дверью. Вот и делай потом добро людям. Не люди. А козлы одни. С такими мыслями я и пошла домой.