Баночки, скляночки

День нашего выхода. У одноклассников было шило в одном месте. Все куда-то бегали, что-то делали. Я совсем ничего не успевала. Угаров еще предложил украсить класс, к приходу Владлена Николаевича. И все его поддержали. Теперь кто-то украшал класс, а остальные готовились развлекать народ. В 10 часов наш первый выход. Лодочкина очень сильно нервничала, повторяя про себя текст. Зато Угаров был в себе полностью уверен, поэтому преспокойно помогал с классом. Учитель появился неожиданно. Он осмотрел помещение скептическим взглядом. — Готовы? — он сам был уже одет в свой костюм для выступления. Просторная рубаха, такие же штаны и лапти. Владлен подошел ко мне и сел напротив. Я достала из косметички кисточки и тени. Он мне еще несколько дней назад говорил, что для образа ему нужны веснушки и румяна. — Угаров, сколько времени? — мужчина подставил свое лицо под мои руки. Я начала с румян. — Девять двадцать. Да куда ты вешаешь? Ты хоть видишь, что неровно? Косоглазые и косорукие! — на эту реплику собеседник на него фыркнул. — Через десять минут, чтобы все были готовы! — Владлен Николаевич немного дернулся, из-за чего у меня одна веснушка смазалась. — Да чего Вы дергаетесь? — я немного смочила ватный диск водой и стерла неудавшуюся веснушку. — Сидите спокойно. — Лодочкина, хватит зубрить! И так все знаешь! — он заметил, что девушка не отлипает от реплик. Я как раз заканчивала с образом Владлена Николаевича. Тыкнула кисточкой еще раз и закрыла тени. Выглядит правдоподобно. Ему, кстати, шло. Я улыбнулась. — А Вам идет, — скинула все в косметичку и убрала ее. Учитель мимолетно улыбнулся в ответ. — Охламоны, собрались и потопали! — он стоял во главе нашей банды. Артур, как и обычно, стоял около меня. Он попытался приобнять меня за талию, но мы двинулись к актовому залу. Заходили через вторую дверь, как раз, чтобы нас не видели зрители. Я глазком посмотрела за кулисы и офигела. Малышни у нас много. Пока их развлекал директор. Читал грамоты, награждения. Но сколько бы зрителей не сидело в зале, я вообще не нервничала. Все пройдет так, как надо. — Тише! — шепотом сказал директор, делая вид, что прислушивается. — Вы слышите? Кто-то идет! — он сделал большие глаза и пошел проверять. Дети замерли в ожидании. На сцену выбежал Серый Волк. Он осмотрелся по сторонам и спустился со сцены. — Ужас! Караул! Какие вещи творятся! — Володин громко выкрикивал. — Меня! Многоуважаемого Волка заставляют мыть иголки ежам! Да я на Вас в суд подам! — зрители внимательно за ним наблюдали. Кто-то посмеивался. Вот и настал мой выход. Я нерасторопно вышла из-за кулис. На голове у меня был потрепанный парик, на котором волосы стояли дыбом. Одета была в лохмотья, а на лице красовалась грязь. — Чего ты устраиваешь? — сделала голос грубее. — Ты довел Ягу до состояния обморока! Ягу! И до обморока! — я воскликнула. — Уму не постижимо! — Да она старая, как этот мир. Не удивительно, что она в обморок упала, — Волк сделал надменный вид. — Кто это старая? — на сцену вылетела Яга, распихивая нас. — Я еще ого-го! — Володин прекрасно отыгрывал свою роль. Он пробежался около малышни, которые смеялись. — И после такого забега даже косточки не болят! — Да ты ж ровесница Кощея! — Серый все не унимался. — А он вообще неизвестно, когда родился. — Вообще-то, не культурно говорить даме о ее возрасте, — Яга обидчиво посмотрела на него. — И Кощей вполне молодой. — Так естественно! Он же бессмертный! — парни отыгрывали великолепно. С мимикой, с выражением. — Серый, вот оно тебе надо? Отработал свое, можешь идти по делам! — я грубо его пихнула в плечо. — Мне некогда с тобой разбираться. Там еще зайцы натворили дел. Их еще нужно чем-то полезным занять. — Яга! Старуха! — к нам выбежал Кощей. — Ты на себя давно смотрел? — она усмехнулась и захохотала. — Ты меня старше на год. Так что не надо тут мне! Дети с интересом наблюдали за нами. Отыграли мы безупречно, как я считаю. Для них мы сделали простой сюжет. Бабка, Кощей и Леший решили, что для них тоже должны быть подарки. Похитили их у Деда, а Снегурка с Серым расследовали все это. Дети, конечно, были включены в наше действие. Им настолько понравилось, что они потом подбегали и фоткались с нами. Владлен Николаевич с теплотой смотрел на всех нас.

***

Для старших классов было тяжелее. Это уже было вечером, отдохнуть мы успели. Сценарий с самого начала был тот же. Дальше шло все немного по-другому. — Кого украдем?! Старая, ты откуда так падала? — Кощей с ужасом смотрел на Ягу, которая довольно улыбалась. — Снегурку! Нет Снегурки, нет праздника! — С чего это? — тут уже вступил Леший, то есть я. — С того, что мужики не будут ждать только одного Деда, — да, тут мы начали жестить. Дальше лучше. Бабка пела частушки, чуть ли не на матерном. Кощей пытался отмутузить Волка за предательство, а Леший всех подначивал на это все. Так и получилось, что старшеклассники практически по полу катались от смеха. Владлен Николаевич вступал редко, только тогда, когда кто-то забывал свой текст. Он наводящими вопросами старался напомнить. После выступления на нас посыпались благодарности не только от учеников но еще и от директора и учителей. Те тоже были в восторге, снимая все на камеру. Сказали, что все персонажи у нас получились колоритные. Это мне польстило. Практически каждого прописывала я, добавляя к характеру новые черты. Да даже с костюмами мне никто не помогал. У Владлена Николаевича были свои дела. Он просто все потом согласовывал. Мы переоделись в свою обычную одежду, собираясь пойти в актовый зал. Потанцевать, хорошо провести время. Ребята уже ушли, а я осталась собирать костюмы по пакетам. Завтра их нужно было отвезти в театр, где мы их и позаимствовали. Сзади меня обняли руки. Я сначала подумала, что это Владлен Николаевич, но потом вспомнила, что он самый первый ушел в зал, чтобы следить за всеми. Я повернулась и увидела довольного Угарова. — Васька, ты прекрасна, — он еще шире улыбнулся. Хотя, казалось, куда еще-то шире? — Спасибо, Артур. Ты тоже великолепно сыграл свою роль, — почему-то мне не нравилась ситуация. Все было не то. Руки не те, глаза не те, голос не тот, да даже манера речи. Хотелось совершенно другого. — Василис, ты станешь моей девушкой? — этого вопроса я ждала. Не именно сегодня, но в скором времени. — Артур… — я подбирала слова, чтобы аккуратно отказать. — Мне не до этого сейчас… ЕГЭ, выпускной… — Владлен Николаевич, — неожиданно сказал парень. Я посмотрела за его плечо и увидела злого учителя. Хотелось вырваться из рук Угарова, но это выглядело бы глупо. — Угаров, Сотникова, не при мне, — он сел за стол и потер свою переносицу. Артур сразу убрал от меня руки и вышел из класса. Мне же совершенно не хотелось уходить, не разобравшись. И так долго шли к пониманию друг друга. Не позволю это разрушить. Я закрыла дверь на ключ. — Владлен Николаевич… — я сделала осторожный шаг к нему. — Сотникова, я устал. Выйди вон из класса, — он даже не посмотрел на меня. Это расстраивало. Я шагнула к нему еще раз. — Чего непонятного я тебе сказал? — у него повысился голос. — Не хочу, чтобы это недоразумение разрушило наши с Вами отношения, — старалась говорить спокойно, чтобы не выводить на конфликт. — Твое недоразумение за дверью. Иди к нему, — в голосе прозвучала сталь. Ну, все, это конец. — Да ты можешь хоть выслушать меня? — решила перейти на «ты». — Ты думаешь, что я такая тварь? Сначала обнимаюсь с одним, а потом, пока никто не видит, с другим? Влад, тебя ничего не смущает? — Я тебе не давал права… — договорить он не успел. Я топнула ногой. — Не начинай этот цирк! — что ж он такой вредный-то? — Сотникова, я, кажется, попросил тебя выйти вон! — мужчина начинал злиться. — Пошла! — Я тебе не лошадь! — я раздраженно взмахнула рукой. — Вышла вон! — повторил, но более угрожающе. — Я тебя сейчас сам отсюда выведу, — он встал из-за стола, подходя ко мне. — Ты можешь выслушать? — я сделала шаг назад. Не успела. Он схватил меня за руку несильно и повел к двери. — Стой! — завопила, как ненормальная. Владлен Николаевич удивленно остановился. Мои мысли метались по черепушке с огромной скоростью. Ничего не придумав, я привстала на носочки (Влад так-то не коротышка) и поцеловала его в губы. Владлен замер. Стоял, как статуя, ничего не делая. Я уже хотела сдаться, отодвинуться, убежать и расплакаться в туалете. Но он обнял меня за талию и притянул к себе ближе, отвечая на мой поцелуй. Видимо в его голове была нешуточная борьба, раз он так завис. Я обвила его шею руками, чуть ли не повиснув на нем. Владлен, вроде, и не был против. Целовал меня нежно, иногда прикусывая губы. Боже, что происходит? Я оторвалась от него, чтобы сказать: — У меня с Угаровым ничего нет. Он предложил мне отношения, от которых я отказалась, — быстро прошептала и снова коснулась его губ. Мужчина улыбнулся сквозь поцелуй. — Извини, — и это поцелуйное безумие продолжилось. Такое чувство, что Владлен давно этого ждал и наконец дорвался. К моему удивлению, он даже не попытался меня облапать. Просто держал за талию, иногда водил руками по спине, поднимаясь к голове и зарываясь в мои волосы. Я таяла в его руках, наслаждаясь моментом. — Лиса, нам нужно идти. А то подумают невесть что, — учитель отстранился, улыбаясь. Его зеленые глаза светились. — И то верно. Подумают, что целовались, а такого ведь не было, — по губам пробежала счастливая улыбка.