Стадии принятия

***

Оу, милая, ты — мой мотиватор. Благодаря тебе я меняю свою речь и своё поведение. Оу, красавица, ты — мой оператор. Ты заставляешь меня набирать твой номер, чтобы просто услышать тебя. Скажи мне, чего тебе хочется. Я дам тебе всё, что у меня есть. Открой глаза, и ты увидишь… © Imagine Dragons — Only — Я должен тебе свидание. — Что, прям нормальное? Со всеми романтичными глупостями, которые ты, великий Стивен Стрэндж, не признаешь? — Ванда, скрестив руки на груди, тихо усмехается и улыбается одним взглядом. Стивен обнимает её за плечи, перестраивая их маршрут от её комнаты к порталу, ведущему в храм в Нью-Йорке. — Именно. Полностью нормальное свидание со всеми важными моментами. Вот скажи, каким ты его видишь? — Стивен был необычайно весел и настроение у него было по-особенному приподнятым. Он не мог объяснить рационально, но чувствовал внутри, что этот день должен стать особенным для них с Вандой. — Хм… — Максимофф задумалась. — Дома. Не в богатом ресторане. Ужин при свечах в уютной обстановке. Просмотр фильмов вдвоём. Показ твоей спальни, как будто я там ни разу не была. — Ванда улыбается дразняще. Она ведь и правда не бывала ещё ни разу в спальне Стивена в его Нью-Йоркской квартире. Только он был в её комнате в храме. — А после… Тёплая рука Ванды скользит по его напряжённому животу. Стивен тяжело потягивает носом воздух и его хватка становится сильнее на её плече. — Показ постельного белья, я угадал? — Именно. Ванда пораженно раскрывает рот и останавливается, когда видит, что они находятся не в храме, а в квартире Стрэнджа. На столе уже стоят свечи, раскладывается еда и в воздухе разливается вино по бокалам. Ванда вспоминает невольно, как сама пыталась готовить с помощью магии, и надеялась, что у Стрэнджа вышло лучше, чем у неё тогда. Их попытка с Виженом чуть было не обернулась катастрофой для всего вечера. — Готовил, конечно, не сам, ты уж меня прости. Но я бы тогда ничего не успел. — Он помог ей снять наставническую накидку и провёл в полумрак кухни. Квартира у Стивена выглядела современно, но не так, как у Старка. Здесь всё же прослеживался больше человеческий уют, чем технологичность. — Да ничего. Я думаю, всё равно… Будет очень вкусно. — Она неуверенно потирает локти и ступает вперед. Оказаться здесь для Ванды становится огромным шагом вперёд. Они не так давно обсуждали, что, не отпусти он из сердца Кристину, как и она Вижена, ничего из этого между ними двоими не происходило бы. Ванда даже пошутила, что они два одиночества, которые в итоге притянулись друг к другу. В чем-то она была права, но разве дело было только в желании не оставаться одним? Стивен чувствовал себя так, будто время и расстояние просто подготавливало их друг к другу. — Любишь красное вино и карбонару? — Очень. Мама готовила карбонару, когда я была маленькой. — Ванда словно погрузилась на мгновение в себя, а потом вновь отмерла, когда Стивен аккуратно предложил ей сесть. — По праздникам. — Могу ли я надеяться, что сегодня у нас с тобой праздник? — Ты его сам устроил, Стивен, тебе виднее, что за повод. — Я подумал… Ты ведь жила какое-то время в Нью-Йорке. Ты говорила, что тебе нравятся местные кофейни, а ещё парки, где есть хоть немного зелени… А тут её столько, что остальные города могут только позавидовать. — Стивен сел напротив неё. Он был одет совершенно иначе, чем до прихода в квартиру; чёрная тугая рубашка выгодно контрастировала с бледной кожей, как и такие же чёрные брюки. Ванда на мгновение пожалела, что не захватила с собой ничего. Может, стоило немного поколдовать на уровне феи-крёстной Золушки? Щёлкнув пальцами, Ванда сменила одежду мастера на красное платье в пол с открытой спиной и вырезом на груди. Она любила более скромные вещи (раньше), но сейчас захотелось не отставать от Стивена по шику и стилю. Заметив блуждающий взгляд Стрэнджа в районе груди, Ванда хитро поджала губы в улыбке. — Кхм… Так вот… Я и подумал… Здесь, конечно, не пригород. И не спокойно, как в Камар-Тадже… Но я был бы рад не только засыпать редко рядом с тобой, но и просыпаться. Уже не редко, а каждый день. — Стивен мягко на неё посмотрел. Было видно, что он волновался. — Что скажешь, Ванда? Ванда с заметным ответным волнением смотрела на него. Это был серьёзный шаг и не менее серьёзное предложение. Она представляла, скольких моральных усилий Стивену стоило, чтобы на него решиться. Он явно был не склонен жить с кем-то. Будучи предоставленный самому себе, Стрэндж успевал больше, охватывал своим вниманием и умом больше… Не будет ли в его прежней картине жизни Ванда лишним отвлекающим элементом? Эта мысль заставила Максимофф глубоко задуматься и попридержать ответ при себе. — Скажу, что для начала нам нужно обоим выпить. — Она взяла бокал за ножку и чокнулась с бокалом Стивена, сделав после долгий глоток. По пищеводу потек сладко терпкий виноградный нектар. — Посмотреть хороший фильм. Заняться сексом, а уже после дать ответ друг другу на этот вопрос. Стивен усмехнулся. Список ему определённо нравился с заданной последовательностью, как и то, что Ванда перестала нервничать. Он не требовал ответа от неё прямо сейчас, но то, что она вообще решила его предложение рассмотреть и обдумать, бесконечно радовало. После ужина они засели смотреть «Желание» 36-го года с Марлен Дитрих. Ванда всё шутила, что кое-что ей это напоминает — соучастники одного преступления влюбляются друг в друга, хотя один из них впутался в него совершенно случайно. Фильм был черно-белым и выполненным в лучших традициях Золотого Голливуда. Комедия, преступление, незаурядная любовная линия — Ванде очень нравился этот фильм, и Стивен посчитал неплохой возможностью узнать её вкусы получше, посмотрев его вместе с ней. Под конец титров она уже ненавязчиво поглаживала его колено, сильно его сжимая и медленно продвигаясь по внутренней стороне бедра пальцами. У Стивена перехватывало дыхание и в горле сразу же становилось сухо — он сделал ещё несколько глотков вина, думая, что именно мужчины должны делать так, не женщины, однако в Ванде нередко прослеживались доминирующие нотки, которые, безусловно, его приводили в восторг, когда их проявление было уместным. Он тяжело выдохнул, когда она почти захватила его губы в поцелуе, а потом сместила ладонь с бедра на его руку. Потянув Стивена за неё, Ванда тихо шепнула. — Пойдем в спальню. Её приятно поразили его вкус и тяга к дороговизне — сама Ванда не то чтобы сильно любила и нуждалась в дорогих вещах, однако, когда появлялась возможность вытянуться на лиловых шелковых простынях, она не спорила с тем фактом, что это было восхитительное чувство. Уже после такое же лиловое шелковое одеяло скрывало их томительно неторопливые движения друг на друге — Ванда была первое время сверху, её руки с силой цеплялись за верхнюю деревянную отделку кровати, когда она ускоряла волнообразные движения на Стивене, с особым трепетом скользящим искалеченными руками по её обнаженному телу. В такие моменты Ванда напоминала ему божество, не меньше, или Венеру Боттичелли, покинувшую свои пенные воды. Её рыжие волосы растрепывались, рот оставался приоткрытым в частом шумно дыхании, глаза закрыты. Грудной стон нарастал по мере продвижения наслаждения в её теле и доведения до точки полного кипения — Ванда ускорялась сама, когда находила это нужным, цеплялась пальцами за пресс Стивена, чтобы удержать устойчиво главенствующую позицию, а потом полностью скрывалась в лиловой дымке шелковых простыней, скользя к нему во мрак, где её губы накрывали его, где её пальцы гладили каждый дюйм и участок его тела. Это было необыкновенное чувство, не имеющее в словарном и мысленном обиходе Стивена какого-либо близкого себе сравнения. — Я согласна. Согласна переехать к тебе сюда. — Уже после того, как они друг другом насытились, Ванда наконец дала ему свой ответ. Привалившись сонно щекой к его крепкому плечу, она с забавной расслабленной улыбкой водила кончиками пальцев по его грудным мышцам. Тихое счастье блестело в зеленых глазах, делаях их особенно прекрасными. — Решила остаться всё-таки ради парков? — Стивен приглушенно смеялся и довольно щурился. Ванда смешно скорчила нос. — Конечно. А ты что, подумал, что я ради тебя сюда перееду? Нет, друг, твоему эго можно только позавидовать. — Оно такое же большое, как парк, построенный на месте железнодорожной ветки. — Стивен перехватил её руку и сплел осторожно их пальцы. Улавливая его дрожь, Ванда как можно аккуратнее проконтролировала хватку со своей стороны. — Хочешь, свожу тебя туда? Ванда улыбнулась, внимательно бродя глазами по его лицу. Что-то внутри неё будто надломилось из-за этой просьбы и на глаза вновь непрошенно показались слезы. Наверно, со всеми так происходит, кто успел позабыть вкус нормальной жизни, а потом вновь неожиданно его ощутил. Это…ошеломляет. — Да…да, мне бы очень этого хотелось, Стивен.

***

Ты — моя катастрофа, ты — моё единственное решение. Ты заставляешь меня думать о том, что я мог бы быть твоим властителем. Милашка, ты — мой бушующий океан. Ты губишь меня и даришь свою преданность. В Камар-Тадже этим утром Ванда со Стивеном появляются чуть позже обычного. Ванда умудрилась с утра уничтожить три его будильника и выключить без лишних потерь телефон, когда у Стивена заиграл самый последний. В ванной они долго прогружались, пока чистили зубы перед одним зеркалом, а потом мешали друг другу переодеваться. Ванда сделала вывод, мыться рядом со Стивеном утром было небезопасно. Причем как ей, так и самому Стрэнджу. Вонг встретил их едва различимой улыбкой и легким покачиванием головы — слишком уж неприлично счастливыми и выспавшимися эти двое выглядели. Ничего, тяжелый день с посвящением новичков это должен был исправить. Они оба застывают, когда внутри храма открывается портал и из него выходит второй Вонг. Только одежда отличалась от той, что была на нём надета утром. Ванда часто моргает, надеясь, что это не последствия того, что накануне они ели на пару со Стрэнджем магическую еду. — Ванда Максимофф. Вы заключаетесь под стражу защитников до начала суда над вами за убийство Верховного Мага Стивена Стрэнджа. — Что?.. — Кажется, сама Ванда ничуть не в меньшем шоке, чем сам Стивен. — Это, должно быть, какая-то ошибка… — И только после в воспоминаниях Стрэнджа проступает одно очень нелицеприятное событие, повлекшее за собой появление Америки Чавес в их вселенной. Труп другого Стрэнджа, который они похоронили в одном из домов Нью-Йорка. Стивен закусывает костяшки и замолкает. На лице Ванды мгновением позже проступает тоже понимание. Она знала, что когда-нибудь этот день придёт. Просто не ожидала, что так скоро. — А что если не отдадим? — с вызовом сразу же спрашивает Стивен, удостаивая взглядом-молнией другого Вонга. Тот остаётся спокоен и расположен к нему, несмотря на резкую смену в поведении и настроении. — Тогда вашему миру будет объявлена война за убийство Верховного Чародея и сокрытие его убийцы. Столкновения вашего мира и нашего будет не избежать. — Стивен. — Ванда прижала ладонь к его груди, останавливая Стрэнджа от необдуманного поступка. Из портала вышло ещё несколько мастеров, облаченных в похожие одежды, как и у другого Вонга. Все они ожидали принятия общего решения. Мысли Стрэнджа лихорадочно бегали в голове, словно золотистые мушки, рассыпающиеся из-за неудачного заклятия. — Нет… Ванда, ты не можешь. — Я обязана. Слышал, что они сказали? Если я с ними не пойду, на наш мир пойдут войной. Я не готова рисковать столькими жизнями лишь для защиты своей. У нас нет другого выхода. «Уж ты-то должен это понять», — остаётся между её слов и отчётливо виднеется в её взгляде. Ванда мягко скользит ладонью по его щеке (в таком хорошо знакомом ему жесте) и отстраняется. — Всё, как ты и говорил. Любое действие имеет свои последствия. — Ванда грустно натянуто усмехается, стараясь сдержать слезы, и протягивает руки. Запястья сковывают наручниками с песками Висанти, после чего её грубо склоняют лицом вниз и уводят в портал. Стивен даже не успевает с ней попрощаться. Всё будто происходит в ускоренной съёмке. Вот Ванда была здесь и теперь её здесь нет. Защитник Вонг благодарит его за содействие, голубоватое свечение портала закрывается за ним, стоило Ванде его пересечь вместе с мастерами, и они с подошедшей Америкой остаются вдвоем. Стивен ощущает, что мир будто начинает рушиться у него перед глазами. Он чувствует ту же беспомощность, что и когда-то при нападении Кецилия на храм в Нью-Йорке. Сила, с которой он столкнулся, была не той, которой он мог противостоять. — Что… Вы будете теперь делать? — Америка тихо спрашивает из-за его плеча. — Неужели вы оставите её там? Оставите её на решение суда? Они ведь наверняка убьют её. — Я… Я… — Стивен пытается подобрать слова. Мозг лихорадочно ищет варианты решения проблемы, с которой он не ожидал столкнуться. Хотя обязан был продумать и такой возможный вариант развития событий, что убийство другого Стрэнджа не останется незамеченным. Черт, Америка же говорила ему, что он был Верховным Чародеем в своей вселенной! — Я не знаю. Я думаю! Если он предпримет хоть что-то, на их мир пойдут войной. Но неужели он будет готов опять отпустить собственное счастье в угоду сохранности спокойствия их вселенной? Уж чему он успел научиться у Ванды, так это тому, что она до последнего не сдавалась. И всегда искала выход из ситуации, насколько у неё были развязаны руки. Развязаны руки… Стивен резко повернулся к Америке. Чавес от неожиданности аж вздрогнула. — Америка, мне нужна будет твоя помощь.

***

Ванда была готова к такому исходу событий. За убийство всегда нужно платить, будь оно единичным или в стократном размере. Уж ей ли об этом было не знать? Она витала сейчас в медитации, стараясь привести в порядок свои нервы. Защитники вызвали для постройки её тюрьмы другую ведьму. Забавно, что клин приходилось в итоге вышибать клином. Суд должен был решить, отправить ли её в заключение или закончить дело казнью. Учитывая, что убийство Верховного Чародея было огромным преступлением, на чужое снисхождение Ванда не рассчитывала. Она жалела лишь об одном — что так мало успела провести времени рядом со Стивеном. Что не успела посмотреть сдачу экзаменов Америки и дождаться внесения поправок в кодекс мастеров, допустивший бы спокойное применение её силы в полном масштабе. Как бы дальше тогда начала протекать их жизнь? В каком русле? Может, у неё бы получилось как-нибудь вытянуть Америку к ним со Стивеном на ужин, пригласить Вонга с той милой темнокожей наставницей на яблочный пирог? Приятельские посиделки для них стали бы со временем традицией, она бы наконец стала среди чародеев своей… И всё это было бы настоящим. Не по принуждению, как было в Вествью, а потому что другие люди сами захотели бы принять её. Однако, когда Ванда открывает глаза, перед лицом клетки оказывается не трансляция её мечтаний в реальность, а те, кого она не ожидала больше увидеть. — Стивен?.. Америка? — Она растерянно бегает по ним двоим взглядом. — Что вы здесь делаете? — Спасаем тебя, конечно. — Знакомым ей заумным тоном отвечает Стрэндж, после чего просит Ванду отойти от прутьев. Когда Америка заносит кулак для удара, он загорается яркой голубой вспышкой, которая после выносит огромный кусок прутьев. Одна из рун оказывается нарушенной, и теперь Ванда могла использовать вновь свою силу. — Давай, Ванда, выходи быстрее. Мы смогли обойти здешнюю охрану, но совсем скоро сюда могут прийти. Мы точно не знаем, кто именно, поэтому стоит торопиться. Но Ванда, к его неожиданности, восстанавливает клетку обратно и вновь принимает медитационную позу, взмывая в воздух. — Нет, Стивен. — Что… — Стрэндж застывает. — Почему? Ванда едва удерживается от слез, однако голос знакомо напряженно сдавливается. — Если я уйду отсюда с вами, то на наш мир пойдут войной. Я не могу так рисковать. Это мой ответ за мою совершенную ошибку. У тебя ведь нет плана, что делать после этого, верно? — По щеке Ванды всё же бежит слеза, когда Стивен молчит. — Я так и думала. Я не могу обрекать всех вас на смерть только из-за того, что поддалась собственной слабости. Мне нести ответственность за смерть этого человека. — Но должен же быть другой выход! Это… — Америка теряется в словах. Она не ожидала, что в их простом со Стивеном плане появится самая главная загвоздка. И что проступит она именно в Ванде. — Несправедливо, знаю. — Ванда закрывает глаза и перед взором встает память о Вижене. Когда Танос на них наступал, он говорил ровно то же самое. — Но иного выхода нет. «Несправедливо, что эта участь выпала именно тебе… Но ничего…так даже лучше. Лучше уж от твоей руки». Стивен напряженно всматривается в лицо Ванды, прежде чем спрашивает. — Ты ведь знаешь, что тебя ждет, верно? — Знаю. — И ты и правда готова на это пойти? Ванда открывает глаза и смотрит на него в ответ. — Если это спасет ваши жизни, да. Готова. Стивен знал, пытаться переубедить Ванду — себе дороже. Он уже было развернулся, словно желал обратно скрыться в открытом Америкой портале, как вдруг остановился. — Спасибо тебе за всё то общее время, которое было между нами. Я никогда ещё не чувствовала себя такой живой. К нему пришло озарение. Однако делиться им с Вандой он пока не собирался. А вот с Америкой, смекнувшей, что док что-то задумал, очень даже. — Ванда. — Стивен к ней повернулся. — Я хочу, чтобы ты знала… Несмотря на все мои глубокие чувства к Кристине, которые очень тяжело было отпустить, я…я тоже тебя люблю. Сердце Ванды дрогнуло. Стивен и Америка скрылись в тот же момент в портале, который являлся не более чем иллюзией, вызванной Стрэнджем. Когда за Вандой пришли мастера-защитники и клетку с помощью левитирующих блоков переместили в зал суда, Стивен коротко поделился планом с Америкой и проследовал незаметно (с помощью чар сокрытия) за мастерами и клеткой. Столп света, озаривший места с судьей и иными присутствующими третьими лицами, вывел фигуру человека, сидевшего в инвалидном кресле, Вонга и незнакомых Стивену других людей. Перед началом судебных прений выясняли, являлся ли приемлемым состав суда, возможно ли разбирать дело с учетом тех лиц, которые пришли на заседание, и допустимо ли начинать рассмотрение при имеющихся доказательствах. Начало этого этапа — открытие заседания. — В защиту Ванды Максимофф выступают Стивен Стрэндж и Америка Чавес. Подняв руку и пересекая при помощи плаща левитации огромной круглый зал, выполненный в приглушенно золото-синих тонах, Стивен заставил всех присутствующих замолкнуть и удивлённо начать на него таращаться. Америка вышла более скромно за ним, но не менее поспешно. — Как это понимать? В адрес подсудимой не обещало быть никакой защиты. — Лысый мужчина, занимавший место судьи, чье имя, как они успели выяснить на открытии заседания, было Чарльз, посмотрел вопросительно на Вонга. Тот лишь покачал головой и пожал плечами. — Стивен, что ты делаешь?.. — Ванда тихо зашипела из своей клетки, перестав левитировать в медитации. Она схватилась за прутья, но тут же отпрянула. Поставленные чужие ведьминские руны обжигали даже пальцы, не то что полностью блокировали её магию. — Доверься мне. У нас есть план, — тихо успел произнести он, прежде чем ступил на пустующее место, отведённое для «адвоката». После того как заседание открыли, Вонг, как заменяющее Верховного Чародея лицо, сообщил о том, кто из вызванных лиц явился в суд. Кроме того, установили личности присутствующих, а также произошло разъяснение прав и обязанностей. — Итак, начнём заседание. Вы, Америка Чавес, клянетесь говорить правду и только правду? — Америке протянули нечто вроде огромного свода законов, на который она должна была положить руку. Сделав так, как ей сказали, девушка быстро кивнула. — Клянусь. — Клянешься ли ты, Стивен Стрэндж, с Земли 616 говорить правду и только правду? Стивен посмотрел долгим взглядом в сторону Ванды. — Клянусь. — Подсудимой выносится обвинение в убийстве Верховного Чародея нашего измерения. Вы подтверждаете, что вы убили Стивена Стрэнджа с земли 838? — Вопрос был направлен Ванде. — Подтверждаю. — Ванда напряженно следила за Стивеном, произнося слова через губу. Она была в полном смятении и не понимала, что Стрэндж собирался делать. — Ваша честь! Или как там к вам надо у вас здесь обращаться. — Стивен прервал следующий вопрос. — Есть достоверная информация от свидетеля о событиях, произошедших между вызванным подсудимой демоном, вашим Верховным Магом и самим свидетелем. — Стивен, сядьте. К вам и мисс Чавес мы вскоре вернёмся. — Чарльз заставил взглядом и кивком головы Стивена пока замолчать. — И вы отправили в другое измерение ленточного монстра по душу Америки Чавес, чтобы захватить её и забрать её силу? Вы подтверждаете это? — Подтверждаю. — Чем дольше длилось заседание, чем больше ответов давала Ванда, тем более сломленной и мрачной она казалась. Словно груз вины стремился раздавить её на месте под своей непомерной тяжестью. — Ваша честь, были особые обстоятельства, о которых вы должны узнать, прежде чем продолжать дальше заседание. Я ведь правильно понимаю, что кроме свидетеля никто не видел, что тогда произошло? В зале повисла тишина. Она и стала Стивену ответом, подстегнувшим его дальше продолжать. — Если я правильно понимаю, ваш Верховный Чародей сам вызвался защищать нашего свидетеля. Однако вместо защиты он вероломно пытался выкачать силу свидетеля, что закончилось в итоге летальным исходом. В зале произошло оживление. Чарльз обратно призвал всех к тишине ударом магического молота. — Продолжайте. — Как мне известно, демон, посланный подсудимой, не собирался никого убивать. Он лишь хотел доставить свидетеля к ней. Убийство произошло после попытки вашего Верховного Мага забрать силу свидетеля и убить её. — То есть вы хотите сказать, что Верховный Маг сам был виноват в том, что вызвал защитную реакцию у демона? И что тот, получается, исходя из Ваших слов, защищал девочку? — И да, и нет. — Стрэндж вилял в формулировках с профессионализмом настоящего юриста. Кажется, Ванда начала понимать, что он собирается сделать. Она неверяще следила взглядом за ним и Америкой. Неужели Чавес тоже готовилась пойти на это ради её спасения? — Свидетель подтверждает это? — Чарльз посмотрел прямо на Америку со своей стойки. Америка тоже посмотрела на Ванду, потом на Стивена. — Да, ваша честь. Демон не предпринимал попыток убийства до попытки изъятия моей силы вашим Верховным Магом. — Но это не отменяет того, что подсудимая хотела доставить вас к себе и изъять вашу силу. Она тоже хотела вас убить. — Но намерение не является преступлением. Ведь в итоге она этого не сделала и этого не случилось. — Стивен подметил это с поднявшимся пальцем вверх и просиявшей улыбкой. — А ваш Верховный Чародей предпринял эту попытку. Из чего мы делаем вывод, что убийцей является здесь он, а это был не более чем акт обороны и защиты. Чарльз усмехнулся в руку. — Стивен, вы профессионально манипулируете фактами. Но последнее слово всё равно будет за свидетелем. — Если бы Ванда была убийцей, какой вы пытаетесь её представить, поверьте, от вас всех здесь ничего бы давно уже не осталось, — продолжил в той же отстаивающей манере Стивен. — Она одна способна уничтожить всех нас, но сейчас именно она смиренно ожидает вашего вердикта по ту сторону решётки. Это должно вам о многом сказать. Чарльз подозвал Вонга и что-то ему шепнул. Когда мастер отошел от него, Ксавьер задал несколько контрольных вопросов. — Про какое особое обстоятельство вы хотели рассказать? — Подсудимая находилась под чарами Даркхолда. Даже на Земле эта женщина убивала только при необходимости защиты. В нашем случае произошло примерно то же самое — она убила вашего Верховного Чародея за попытку изъятия силы, которая ему не принадлежит, и убийства. Сейчас же Даркхолд на нашей Земле уничтожен. И ваши страхи более чем не обоснованы по отношению к ней. — Мисс Чавес, что вы можете сказать по этому поводу? — Хриплый старческий голос обволакивал своей мягкостью, но призывал к ответу и правде. — Вы можете назвать акт нападения демона подсудимой попыткой защитить вас? Возможно ли такое? — Как уже сказал… Мистер Стрэндж, — Америка забежала глазами от Стивена обратно к Чарльзу. — Подсудимая находилась под чарами тёмной книги. Поскольку книга сейчас уничтожена и подсудимая ступила на путь исправления, у неё была возможность контактировать со мной и даже обучать меня. Если бы желание Ванды Максимофф забрать мою силу было истинным, она давно смогла бы это сделать. Но она этого не сделала. Она помогла мне научиться её контролировать и, более того, при поступившем от меня предложении отправить её в одну из Вселенных, где она могла бы… Получить желаемое, подсудимая отказалась от него. Уверена, её действия были вызваны не более чем помутнением рассудка из-за длительного изучения Даркхолда. И я допускаю, что она спасла меня тогда от убийства. Они обе с Вандой знали, что это была ложь. Если бы Ванда поймала её тогда, она бы её безотложно убила. И Стивена она убила не исходя из защиты девочки, а потому что он стоял на пути к её цели. Однако, глядя друг другу в глаза, Америка дала понять, что прощает свою несостоявшуюся убийцу, а Ванда будет хранить эту мрачную тайну вплоть до самой смерти. Ванда представляла, насколько Америке нужно было собрать сил и храбрости внутри себя для того, чтобы заступиться за неё. Её благодарность этой девочке была безмерна. — В таком случае… Боюсь, мы не можем признать подсудимую виновной. Ваши доводы полностью противоречат изначальной картине заседания. Поскольку из нас тогда никто не присутствовал, правду можете знать лишь вы двое. — Чарльз многозначительно посмотрел на Ванду и Америку, после чего попросил защитника Вонга избавить Ванду от наручников. Ванда, приготовившаяся уже принять свою участь (какой бы она ни была), чувствовала болезненно-неверящее ощущение робкой надежды и долгожданной свободы. Её оцепенение прервал грохот упавших к ногам кандалов.

***

— Вы двое…сделали невозможное. — Когда они трое наконец оказались вновь в своем мире, Ванда заключила сразу же в порывистые объятия и Америку, и Стивена. — А если бы…если бы ваш блеф раскусили? Что вы бы делали тогда? Стивен и Америка переглянулись. — Ну…об этом мы подумать не успели. Нам оставалось уповать на то, что слово Америки будет самым сильным оружием на нашей стороне. — То есть вы понадеялись на удачу? — Ванда вскинула брови, но её скептичность мгновением позже будто сдуло. Она сковала в более крепких объятиях уже саму Чавес, пряча в её плече свое лицо. Голос Ванды был вновь наполнен слезливой благодарностью. — Спасибо, Америка. Ты не представляешь, скольким я тебе обязана. Прости меня еще раз за то, что я чуть тебя не убила. Чавес, чувствуя, что начинает сильно краснеть (и что в джинсовой куртке становится жарко), мягко заскользила ладонью по женской напряженной спине и невольно оказалась затянута вновь в объятия Стивена, загребшего их обеих сверху. В это мгновение они напоминали странное подобие…семьи. — И что же…что же теперь будет дальше? — Ванда совсем не продумывала свой дальнейший путь после суда, приготовившись героически встретить конец. — А дальше…только всё самое хорошее, — задумчиво протянул Стивен, глядя на догорающий в небе их мира закат. — Насколько это в нашей вселенной будет возможно, конечно же. — А это «хорошее» включает в себя пиццу? А то я жутко голодна, — поделилась Америка ворчливым голосом, выглядывая где-то между Вандой и Стивеном. Максимофф рассмеялась. — Мне кажется, у нас как раз недавно открылась пиццерия с пиццей в виде шариков.