Трое на двуспальной кровати

Если за сутки вы успели хорошо выпить, качественно нагрешить, дважды поругаться с бывшим мужчиной и один раз помириться, узнать с весьма неожиданной стороны старого друга, то сны ваши можно снимать в авторском кино жанра сюрреализм. Это если уснуть вообще удастся. Как ни странно, но первая часть задачи прошла без сучка и задоринки. Наревевшись до полного опустошения Этери легла в кровать, устроив под боком Мишель, а Теона запрыгнула в ноги и вытоптала себе гнездо в одеяле. Все трое выключились за пятнадцать минут. А вот сны приходили один другого забористее. Наконец чехарда безумных обрывков и картин выстроилась в единую линию, и Этери поняла, что она на катке. Неудивительно. Она всю жизнь на катке. Маленький пятачок льда меньше четверти стандартного размера, подсвеченные цветными пятнами софитов. Молодой фигурист крутится волчком в центре. Судя по конькам на ее ногах, которые Этери замечает краем глаза, она тоже будет крутиться на этом льду. Или только открутилась. Сбоку слышен диалог. Мужской голос лениво и без всякого интереса тянет: - Если ты так уж этого хочешь, конечно предложи. В конце концов почему бы и нет, хотя, я бы выбрал - ее. Из праздного любопытства Этери разворачивается, чтоб понять, о ком говорит собеседник. Прямо на нее смотрит знакомая пара карих глаз. Даня. Удивительно, по всем признакам на дворе этого сна максимум середина 90-х, но тридцатилетний Глейхенгауз в пиджаке от Валентино расслаблен и похож на десятки других новых русских, взявшихся невесть откуда в нищей стране за считанные годы. И он уже пресыщен. - Нет!- капризно надувает губки девушка и в ней узнается, хоть и с большим трудом из-за прически и дикого макияжа Данина Оля,- Ты сам мне обещал в прошлый раз, что теперь будет мальчик. Его хочу! Оля тычет в фигуриста, вышедшего из волчка и замершего в финальной позиции. Парень на льду - Дудаков. Молодой, изящный, стройный. Настолько тонким Этери его и не видела никогда. Только на фотографиях. Данина спутница удаляется, а мужчина долго и пристально смотрит на Этери. - Девушка, не хотите развлечься и денег заработать?- предлагает все тем же безразлично-утомленным голосом. - Каким образом?- голос у нее в этом сне молодой, не тот, что сейчас, легче. Этери бросает взгляд за плечо мужчин и видит в зеркале за его спиной себя многолетней давности. Темная копна кудрей, высокие скулы, яркие полные губы, ей тут никак не больше 23, скорее даже меньше. Даня старше нее. Смешно. - У нас с женой есть маленькое хобби. Мы любим, когда в постели есть кто-то третий. Чтобы освежить эмоции. Хочешь присоединиться? - У меня нет потребности освежать вам эмоции,- отвернулась Этери от мужчины. Его это не остановило. Обогнул по дуге и снова встал перед ней. - Желание всегда можно простимулировать. В пальцах появилась купюра с изображением Франклина. Этери безразлично взглянула на деньги и отвела глаза. Собеседник неторопливо прибавил к имеющейся еще две, потом еще. - Такая гордая или такая оборзевшая?- сделал шаг, приближаясь почти вплотную. Было страшно, но по опыту спортивной жизни, да и жизни вообще, Этери усвоила - с такими нельзя отступать даже на полшага. Стояла твердо, чувствовала, как вплотную приблизился наступающий. И замер в сантиметре от ее. - Такая бесстрашная! Не по-женски,- и улыбнулся открыто, как только Даня умеет.- Как жаль, что мы не встретимся. - Так встретились,- продолжает стоять, вдыхая запах туалетной воды от мужской кожи. - Нет,- коротко покачивает головой в ее сне Даня.- Меня здесь нет. С этой тобой меня нет. Отступает и словно растворяется. - Там нет меня,- бормочет Этери и вываливается из сна. Будильник голосом Севары подтверждает: Там нет меня, Где пароход в ночи надрывно прогудел, Где понимает небосвод, Где понимает небосвод, что без тебя осиротел. Вокруг по кровати скачут собаки. Голодные и счастливые тем, что хозяйка проснулась. Женщина смахивает будильник, чтобы больше не тарахтел даже такой плавной и надрывной мелодией, и сползает с постели. Ее рутина начинается неспешным кормлением собак, походом в душ, кофе, медленным втеканием в утро. У окна, разглядывая двор и небо, Этери мешает ложечкой йогурт, размышляя, насколько быстро она привыкла к одиночеству. Как незаметно исчезли те, кто наполнял собой ее жизнь. Сначала в доме были папа, мама, Диша и она. Родители все время подыскивали ей подходящего мужа на работе. Мама обращала внимание на всех мужчин, предлагая дочери присмотреться. Вечерами обсуждала с отцом за ужином. Потом папы не стало. Разговоры про мужа-тренера или врача-массажиста стало меньше. Дочь, по мнению Этери Петровны, теперь заслуживала большего. Мама ждала, что обратит внимание какой-нибудь бизнесмен или чиновник. Потом ушла мама, и всем перестало быть интересным, с кем же Этери, наконец устроит свое женское счастье. Она даже обрадовалась - оставили в покое ее постель и ее личное время. Потом уехала Диша и появился Даня. Даня был меньше, чем семья. Так что - еще один шаг к одиночеству. Теперь и Дани нет. И ничего. Вполне спокойно и даже по-своему приятно. Полная свобода без оглядки на чужие интересы и желания. Телефон зазвонил требовательно, выдергивая из размышлений. Не успела Этери открыть рот, чтобы сказать хотя бы “Привет”, как в трубке раздалось: - Я подъехал. Жду тебя внизу. - Зачем?- не поняла Тутберидзе. - Ты на работу как собралась добираться?- задал вопрос телефон голосом Дудакова. - На такси, наверное,- пожала женщина плечами, хоть Дуд и не мог этого жеста видеть. - В общем, давай, жду тебя,- приказал мужской голос и в трубке затихло. Да уж, вот от чего она начисто отвыкла, так от того, что кто-то по-хозяйски теребит и торопит. А с другой стороны, кто еще о ней позаботится и вспомнит, что она без машины? Только Серега. Вон не поленился дать крюк, заехать. Собирала в сумку ежедневник, необходимые мелочи, дорисовывала стрелки и накрасила глаза чуть не на бегу. Подхватывала ключи, влезая в рукава пальто, натягивала сапоги. Спешила, чтобы не заставлять ждать. И на бегу вдруг вспомнила, как во сне, Сережа, закончив выступление, весело подмигнул ей. Ничего подобного в реальности никогда не было, но чувствовалось так, словно из воспоминаний. Будто Серега был всегда. А Дани там не было. Выбежала из подъезда в распахнутом пальто, поправляя на ходу и затягивая пояс, и плюхнулась на пассажирское сидение. - Доброе утро!- поздоровался мужчина. - Вроде и правда - доброе,- согласилась женщина. Начался новый день.