Трое на двуспальной кровати

Потом, просматривая трансляцию, Даня даже удивился, насколько он был адекватен, весел и общителен. Не меньше Дудакова, который со всеми раскланялся, а с Соколовской не только расцеловался, но еще и то и дело перебрасывался шуточками, не сходя с места. Вообще, стоило признать, что отрабатывал Сергей Викторович свою роль, словно ему было так и надо. И, оглядываясь то и дело за спину, где Этери, то общалась с ведущими, то почесывала за ушком Мишель в переноске, то раздавала ЦУ спортсменам, он тоже не заметил в ней какой-либо обиды на статус запасного игрока в сборной. Лишь временами она ощущалась острым теплом привычной энергии за спиной, когда вглядывалась в оценки, что-то коротко комментировала из-за их плечей с Сергеем и снова терялась на задах в декорациях. В Дане рождалась идея. Все то, что он никак не мог додумать раньше, а Этери то и дело напоминала, а у него снова не выходило, начинало зыбко складываться в решение. Как-то четко запечатлел ее устало-спокойное лицо на фоне стенки трибуны, к которой она прижималась. Хотелось подойти и сказать: “Мы не сдадимся! И из любви! И им всем назло!” И еще что-то упало вовнутрь из того, что потом кристаллизуется в красивую точку… Многоточие. Он бы и еще много чего не заметил, если бы уже ближе к окончанию под бок не встал Жулин, эрзац-заменитель Дудакова, который в этот момент трепал за ухо Мишель, сидящую уже не в переноске у Жени Тарасовой, а в пальто Этери. Было видно, что та готова слинять домой и только и ждет отмашки. Итак, Александр Вячеславович встал плотненько рядом с Даней и прокомментировал то, чего хореограф видеть не видел и в жизни бы не заметил: - Твоя женщина дает на редкость неплохие комментарии. Даня привычно развернул голову к трибуне, где пряталась Этери. - Я не об этой,- негромко поправил его Жулин. На том они замерли, потому что к борту подъехала Аня, чтобы дождаться оценок за каскад. Разговор переключился на нее и ее работу. Но как только фигуристка вернулась в группу других мальчиков и девочек, тренер по танцам повел головой в противоположную от нахождения Этери сторону. На глазах Дани разворачивалась сцена “журналистская активность”: Оля вкладывала все богом данное обаяние и полученные за годы общения с Глейхенгаузом знания, чтобы привлечь и удержать внимание спортсменов и тренеров. Успела поболтать сразу со многими. - Хорошая девочка,- продолжал свой монолог Жулин.- Зря не ценишь. - С чего ты взял?- напрягся Даниил. Во-первых, это вообще не дело Сашки Жулина. Выбрал себе жену по расчету и счастлив, да и флаг ему в руки. К его годам Даня, может, тоже захочет считать, а пока - ну его! - Головой много не туда вертишь,- не стал скрывать знакомый.- Она, все одно, не про тебя. Теперь взгляд олимпийского призера прошлого глянул туда, где о чем-то мирно болтали Дудаков и Этери. - Ну да!- усмехнулся Глейхенгауз. - Ну, как хочешь!- и отлип от бортика. Стоило бы, конечно, помахать Оле, может, и подойти, но вместо этого Даня пошел ровно туда, где все было не про него и стояли двое, о чем-то мирно болтая. - Чего хотел Сашка?- поинтересовалась блондинка почесывая за ухом собачку. - За жизнь поговорить,- пожал, усаживаясь на раскладной стул хореограф. - Нормально. И время хорошее,- ухмыльнулся Дудаков, у которого свое назрело по части этого трепла от мира танцев. - А я финал вот придумываю,- внезапно признался Глейхенгауз. - Да?- Этери тут же оживилась,- И что? - Давай, Вовкой с Женей закончим,- предложил он. - А катать что будут?- все, с этой секунды КПК утратил сразу двоих специалистов. Дудаков махнул рукой и пошел от этой парочки. Без него. Вот это уж точно - без него! - Ну,я еще точно не придумал, но такое, что мы все равно остаемся. И, если даже нас давят, мы будем брать свое под давлением. Может что-то вроде “Мы чемпионы” от Квин, но не их,- тут же одернул себя. - Да, горше,- согласилась женщина. - Да!- кажется, они впервые за многие дни посмотрели друг другу в глаза вот так, как раньше, когда дышали в унисон. - Надо подумать,- одобрила Этери. - Думаю,- согласился Даня. - Иди к бортику думать,- кивнула на лед. Ей снова стало интересно и внутри все ожило. В этом и стоило жить. В интересе к своему делу, а телевизор - полноте - напускное. - Женьк, забери ее!- Мишель прекрасный антидепрессант и релаксант, но сейчас надо сосредоточиться. Уходящая с переноской Этери парница подхватила под мышку пушистый теплый клубочек и удалилась в тишину подтрибунных. Блондинка сложила руки на груди, углубилась в себя. Искала то же самое, что и Даня, ответ, где живет их яркое многоточие. - Этери Георгиевна!- она не поняла, сколько Аня простояла возле нее. - Да, Ань, что стряслось?- удивленно приподняла брови женщина. - Почему вы все время тут?- в лоб спросила спортсменка. - Это неправда, я была рядом с тобой после всех твоих прыжков,- попыталась отшутиться Тутберидзе. - Этери Георгиевна, если вы решите уйти, могу я об этом узнать заранее?- девушка смотрит пронзительно и серьезно. - А я должна уйти?- старшего тренера несколько коробит такая холодная лобовая атака от чемпионки. - Слухи ходят разные, но для меня важно знать, что мое будущее не будет висеть на волоске, если уход окажется внезапным. Аня никогда не позволяла себе ничего лишнего, вот и сейчас она была вежлива, но именно этой вежливостью становилась груба. Потому что прямолинейна. - Мне думается, что мой гипотетический уход тебя менее всего коснется, твой тренер останется,- подбородком указала на Даню. - Не уверена,- покачала головой Щербакова. - Почему?- удивительный разговор ей подарила эта декорация. - Меня не касается, но я вижу,- обтекаемо ответила девушка. - Мне кажется, ты многое проглядела,- совершенно неуместные откровения. - Нет, но только потому, что это не надо вам. Он уйдет, если позовете,- еще неуместнее. - Никто не уходит и никто не зовет, Ань. Отдохни и успокойся,- кивнула на пустую трибуну. - Ладно, но все-таки… - Я поняла, решу уйти, тебе доложить первой,- и махнула со смехом рукой.- Иди уже! Так и остались: одинокая Аня на трибуне - с мыслями о своем; одинокая Этери в паре метров от чемпионки - с мыслями о своем. Сколько еще прошло времени - непонятно, пока не подошел Дудаков. - Все, закончили на сегодня. Спортсмены попрыгают на радость зрителям, а мы можем гулять. И впрямь у бортика сильно проредилось, тренеры потихоньку расходились. От их штаба остался Даня, а двоим другим было дано отпущение на волю. Так заканчивался второй день из четырех.