Здесь нет никакого Леса!

Чёрный пёс с подбитой лапой путается под уставшими ногами. Зараза! Переступать через древесные корни и так тяжело. Эльф останавливается у первого попавшегося дерева, обхватывает руками ствол, прижимается щекой к морщинистой коре. Пёс садится рядом и начинает ловить зубами блоху, поселившуюся в районе правого бока. – Спасибо, что ты всё ещё со мной, – эльф опускается на землю. Пёс смотрит внимательно, наклонив голову. Одно ухо висит, другое стоит. Эльф помнит, что несколько лет назад у пса была только собачья голова, а тело – вполне человеческое. Но Лес меняет. Глаза местных тварей видят по-разному, и под этими взглядами ты становишься другим собой. – Валет, ты меня понимаешь ещё? Ты помнишь, кто ты? – эльф заглядывает в умные собачьи глаза. – Зебра был последним. Я выполнил обещание. Теперь я могу… Пёс вскакивает и с громким лаем бежит в сторону чащи. – Куда тебя понесло, сука! – эльф тоже поднимается, но уставшие ноги не позволяют передвигаться также быстро, как пёс, давно привыкший к своей перебитой лапе. Кроны сосен настолько пушистые, что полностью загораживают небо. Так что здесь вечные сумерки, подсвеченные огнями каких-то мелких жучков. Ветка колючего куста цепляет его за длинные волосы, частично заплетенные в полураспустившиеся косы. Только эльф оборачивается, чтобы отцепить прядь, как на него набрасывается что-то огромное и тяжёлое. Набрасывается так, что мгновенно сбивает с ног. Он только и успевает почувствовать, как из оскалившейся пасти на щёку капает слюна. Потом острая боль от впивающихся в шею зубов. А к земле его прижимают руки. Человеческие руки. За секунду эльф успевает подумать, что не надо было подавлять в себе дракона. Тогда он бы смог себя защитить. Но Рыжая... Совсем рядом он слышит ещё чьё-то рычание. Тот, кто его держит, слегка ослабляет хватку. Этого достаточно, чтобы извернуться. Напротив лица эльфа вспыхивают ярко-зелёные глаза, и он узнаёт их. Существо уже опрокидывает на спину чёрного пса. Тот взвизгивает и затихает. — Слепой! — эльф пытается закрыть рукой окровавленную шею. Кожа свисает клочьями. Ещё чуть-чуть и перегрыз бы. То, что когда-то было Слепым, поворачивает морду. Или всё-таки лицо? Он не выглядит как оборотень, но и человека напоминает совсем отдалённо. Или это эльф его видит таким, потому что помнит человеком? Остатки разума заставляют существо удержаться от нового броска. Слепой пропал в лесу год назад. Эльф сам переводил последних спящих и видел, какими они становились, попадая в лес. Многие теряли человеческие очертания и рассудок. Если бы не огонёк, который светил за лесом только для него, эльф и сам бы отпустил себя. Но стал бы при этом свободным и счастливым? В очередной раз Слепой оскалил лягушачий окровавленный рот и, став на четвереньки, побежал между сосновыми стволами. Эльф уже не мог узнать в шестилапом оборотне с вытянутой пастью того, кто когда-то был его другом.