Любовь во плоти

      Ромео был в отключке. Удар по голове был довольно силён, потому он не в силах стоять неудачно упал и ушибся ещё сильнее. В какой-то момент ему показалось, что ему все это приснилось. Он чувствовал как лежит на спине и, возможно, именно это и стало причиной такого кошмара. Однако, когда он попытался повернуться на другой бок, у него это не вышло. Казалось, что что-то удерживало его ноги и руки в одной позиции и это было верно. Кажется… его приковали к чему-то? Раскрывая глаза, Ромео постепенно приходило ужасное осознание, что «сон» вовсе не сон и вот-вот продолжится. Зрачки уменьшились, а дыхание участилось из-за всей обстановки, в которой он находился. Трупы, кровь, недвигающееся тело и, что самое главное, спуск из комнаты Феликса, которого он не видел с утра. Неужели он тоже мёртв? Неужели сам Ромео скоро будет мёртв? Что здесь делает вчерашняя девушка со свидания? Вопросов было слишком много, а ответы на них Ромео найти был не в состоянии. Ещё больше его напряг смайлик на стене, который, как он надеялся, был нарисован не кровью. Такие позитивные и милые смайлики обычно любил Феликс. Он причастен ко всему этому? Такого не могло быть. Попытки вырваться с кушетки, к которой он был прикован, были тщетны и вскоре вовсе прекратились. Послышались шаги со спуска из комнаты Феликса. А потом и показался сам Феликс. — Боже мой! Феликс! Что… Отпусти меня скорее! Тут абсолютно небезопасно! Я так волновался за тебя. — Ромео не успел сообразить, что стоит спросить в первую очередь. Он тяжело дышал и ужасно нервничал. — Что происходит, Феликс?       Подойдя поближе к кушетке, Феликс посмотрел прямо в глаза Ромео. Такие напуганные, светло-карие глаза искали успокоение в глазах блондина, что стоял прямо над ним. После нескольких секунд молчания лицо Феликса изменилось, ему было… весело? Он тихо хихикнул, не отрывая взгляда от испуганного Ромео. — Да уж, Ромео. Извини, ты такой смешной, когда напуганный, никогда тебя таким не видел. — Он погладил щеку Ромео, пытаясь успокоить его. — Я сейчас все тебе объясню, ты главное не нервничай. Видишь ли, — начал он — я хотел лишь тебе помочь. Ты почти каждый день занимаешься одним и тем же. Ходишь на бессмысленные свидания, предаёшься утехам и страстям, которые не приводят ни к чему. Зачем оно тебе? Почему ты погряз в разврате и не ценишь тех, кто находится рядом? Ты же намного выше этого, я знаю! — Феликс взял Ромео за воротник и попытался подтянуть его к себе. — Разве Я, чем-то хуже этих шмар!? — Его голос постепенно срывался на крик, а Ромео кажется вообще не узнавал Феликса. Конечно, про его смену характера знали все, а такой близкий друг, как он, уж точно. Но что происходит сейчас? — Если ты до сих пор не понял в чем дело, Ромео. Это я. Я причина, по которой все так быстро расстаются с тобой. Думаю, скрывать этого нет смысла. — Феликс, послушай — спокойно начал Ромео. Он не мог принять того факта, что все эти трупы это дело рук его друга. Может быть выйдет поговорить с ним по доброму, как он любит? — Я прошу тебя, отпусти меня, поговорим обо всем этом в более удобной обстановке. — Ох, а мне и тут удобно. Довольно играть по твоим правилам, Ромео, если бы ты знал, как сильно я мучился при прослушивании твоих ежедневных рассказов о новых женщинах. А как неприятно было смотреть на то, как ты всю ночь где-то пропадал и приходил только под утро. В конце концов, — Феликс скрестил руки — ты кажется не осознал всю ситуацию, не так ли? У тебя все равно нет ни выбора, ни свободы действий. Теперь моя очередь забавляться с тобой. — Феликс! Ты мой лучший друг, ты разве не видишь куда зашла вся эта ситуация? Посмотри на все, что ты натворил! — Его глаза заслезились, он действительно понимал, что попал в ловушку того, кому доверял больше всего. — И натворю ещё, пока ты не поймёшь, кто действительно любил тебя все это время. — Его глаза заискрились, а лицо медленно приближалось к лицу Ромео.       У Ромео оставались считанные секунды перед тем, как либо поцеловать Феликса в ответ, либо отказать ему. Возможно первый вариант был бы и выигрышным и его бы отпустили, но поцелуи с женщинами нравились ему куда больше. — Я не люблю парней. — Он повернул голову, чтобы губы блондина не попали на его. — Отпусти меня, дружище, я тебя прошу. Мы найдём компромисс, просто открепи эти штуки от моих рук и… Ромео не успел договорить как получил пощечину. Крепкую, мужскую пощёчину. — Какой же ты…! — Феликс раздраженно вздохнул и кажется готов был расплакаться. — Сколько бы девушек у тебя ни было, ты никогда не поймёшь, что такое любовь! Сколько их там у тебя на счету? Двести? Триста? Да хоть миллион, твою мать. Я, я всегда был с тобой в тяжелых моментах. Кто же успокаивал тебя каждый раз после очередных расставаний? Кто защищал тебя от идиотских шуток Вару? Кто всегда был надежной опорой для друга? — Ответа не последовало. Ромео закрыл глаза и готовился к худшему, учитывая симпатию со стороны друга, он все же ждал, что его не остигнет такая же учесть, как и девушек. — Ну что, — Феликс потёр руки, а его лицо было максимально серьезным. — если тебе они так симпатичны, то почему бы не позабавиться напоследок с ней? — Он указал на свою последнюю жертву, с которой так и не успел расправиться из-за визита Ромео. — Все могло бы пойти по плану, если бы ты не явился сюда. Интересно, кто из нас будет последним, кого она увидит перед смертью? Я или.. — Ты совсем рехнулся что ли? Что с тобой не так Феликс!? — Ромео плакал от беспомощности — Не смей этого делать, прошу, я сделаю всё, что ты хочешь, милый. — Он решил пойти навстречу, может быть такой благородный поступок и был глупым, но если он выживет, то никогда не простит себя за то, что позволил Феликсу отобрать жизнь у всех них. Может быть скоро придет кто-то из клонов и спасёт его. Надежда была маленькой, но Куромаку уж точно должен был заподозрить что-то неладное. По крайней мере, он так думал. — Милый? — Феликс рассмеялся — Какой же ты двуличный. Однако, знаешь, твоё предложение довольно интересно. Дам ей пожить чуть дольше, пока разбираюсь с тобой.       Валет ухмыльнулся и вышел наверх, через минуту вернувшись с деревянным стулом. Он поднял лежащую на полу девушку, и посадив на стул так, чтобы она могла видеть все происходящее, обмотал верёвкой ещё пару раз - Шоу начинается! - после этих слов на лице Феликса появилась сумасшедшая улыбка.

***

      В то же время, остальные жители дома уже закончили с завтраком. - Ромео ушёл довольно давно, но они так и не пришли - приметил Куро. - Ой, да забей ты на этих педиков, наверное они опять там... - Заткнись. - Пик перебил Вару, приложив ладонь к его рту. - Я думаю нет поводов беспокоится за них. У Куромаку не было желания спорить с королём пиков, поэтому он согласился и продолжил. - Сегодня нам нужно сходить в магазин. Мы справимся и без червовых, так что собирайтесь. Клоны покинули дом. Шансов на спасение не осталось.

***

      О нежности, комфорте и удобстве можно было позабыть. Ромео сразу понял, чего хотел Феликс, но раз уж выбора не было, то он попытался смириться с этим фактом. Он никогда не мог даже себе представить, что в какой-то момент ему придётся заняться сексом с мужчиной, ведь, как бы двояко эта фраза не звучала, он имел дело лишь с девушками.       Руки Феликса гладили сначала лицо, потом опустились на шею, а потом продолжили исследовать грудь розоволосого. Он лишь молился, чтобы все это побыстрее закончилось, и кто-то из клонов заметил его отсутствие. Он считал секунды, пока Феликс делал то, что он считал неправильным. Интересно представить, насколько далеко эта самая «неправильность» может зайти.       Феликс сразу же решил выполнить то, о чем он так давно мечтал - поцелуй. Целуя своего возлюбленного, он искренне надеялся, что тот поменяет своё отношение к нему, как это бывает в сказках про любовь с хорошим концом. Ромео осталось лишь поддаться, лениво отвечая на поцелуй, тот то ли заскулил, то ли попытался что-то сказать. Феликс даже не думал останавливаться, он лишь пытался показать Ромео ту любовь, что ему так хотелось получить. Все ради доброты, не так ли? Момент поцелуя испортили противные мысли в голове Феликса. Сколько раз он целовался? Насколько грязными были его губы? Насколько испорченным было все его тело? Если он впервые отдал свою невинность какой-то девушке, то последнее что осталось заберёт именно Феликс. Иногда обрывая поцелуй, чтобы оба могли сделать глоток воздуха, Феликс принялся расстёгивать ширинку Ромео.       Спустив штаны, а следом и за ними нижнее бельё, валет кинул взгляд на своего партнёра, что даже не смотрел на него. В голове не укладывается, что его друг собирается изнасиловать его. Несмотря на все его крики о собственной гетеросексуальности, у Ромео встал, на что Феликс уже хотел кинуть острую фразу, но предугадав это, первый произнёс: - Молчи. Просто уже делай то, что собирался Феликс улыбнулся и облизнул головку члена Ромео, после отрекшись. Тот прерывисто выдохнул, его дыхание стало тяжёлым. Валет снова взял головку и ласкал её языком, водя руками по самому стволу, стимулируя его равномерными движениями вверх-вниз. Его король пытался сдерживаться, не показывая того, что получает от этого удовольствие, но иногда тихие стоны непроизвольно выходили из его рта. Это лишь больше больше заводило Феликс, поэтому он в свою очередь убрал руки и начал заглатывать длину то медленно, то быстро, иногда возвращаясь к движениям языком. Лицо Ромео залилось краской, сквозь зубы он пытался терпеть, ведь происходящее для него было унизительно. Тяжело выдохнув, он кончил и пытался отдышаться, пока в то время Феликс глотал все до последней капли. Для него это была награда.       Как бы Ромео не пытался отвлечься, мысль о том, что ни одна девушка не делала ему минет лучше этого засела в его голове. В любом случае, этот позор уже закончился, не так ли? Ответ стал понятен сразу после того, как Феликс принялся снимать собственную одежду. Кажется следующий раунд обещал быть куда хуже. Сейчас Феликс очень хочет, да что греха таить — предвкушает то ощущение, что принесёт Ромео, после того как войдёт в него. У розоволосого были абсолютно другие мысли. Каким образом он утром так беспокоился о том, что его друг не пришёл на завтрак, а сейчас этот самый друг собирается заняться с ним сексом? Как бы то ни было, Феликс уже не думал останавливаться. Он насильно положил два пальца Ромео в рот, чтобы тот хотя бы смочил их перед входом в другое отверстие. — Оближи их как следует. Не то тебе же будет только хуже. — Ромео на это ничего не сказал, хотя и хотел откусить эти два пальца, но попытался снабдить их как можно большим количеством собственной слюны. Высунув два пальца в слюне из рта Ромео, валет прислонил их к анусу и постепенно вводил их внутрь. По лицу розоволосого сразу было понятно, что такие действия не приносят ему ни капли удовольствия. Он прикусил губу чтобы вызвать боль в другом месте и отвлечься от раздражения внизу. Вскоре Феликс всунул в него и второй палец, что вызвал не меньше боли. Ромео был тугим, не только потому что такого опыта у него ещё никогда не было, но и потому что он был против этого. — Расслабься уже, покончим с этим, раз уж это тебе так не нравится. — Феликс рассмеялся над двояким значением этой фразы, но Ромео в этом не нашёл ничего смешного. Двигая пальцами в разные стороны и попутно высовывая и всовывая их, Феликс, кажется, все таки смог подготовить Ромео к главному моменту. Ромео уже был готов к той боли, что его ждёт, ведь слюна не самый лучший лубрикант для вхождения, но другого выхода у него не было.       Феликс, без штанов и нижнего белья, навис над ним и уже был готов войти в Ромео, как он услышал заглушенный крик. Девушка, что сидела на стуле, только что проснулась и увидела такую картину, которую не каждый день увидишь. — Ха-ха! Ромео! Кажется у нас будут зрители, ты не против? — В ответ послышалась еще пара звуков, что могли бы быть громче, если бы не изолента мешающая девушке говорить. — Молчание - знак согласия. Ну, в скором времени молчать ты точно не будешь. Ну отлично. Если они выберутся отсюда, то Ромео ждёт бесконечный позор. Но, кажется, ключевое слово здесь - если.       Постепенно вводя член внутрь Ромео, второй действительно не смог сдержаться. По его телу пошла дрожь из за того, что руки уже онемели от одного положения и от неприятного вхождения в него же. Феликс подождал несколько секунд, пока Ромео более менее смирится с новыми ощущениями прежде чем продолжить движение. Приятные ощущения Феликса усиливались с каждым разом, как он заходил все глубже и глубже. После вхождения в полную длину и прослушивания стонов Ромео, он начал двигаться. В некоторые моменты он даже услышал несколько матов из рта розоволосого, хотя обычно он такие слова не употребляет. Он был горд, что смог открыть для себя и такую сторону своего возлюбленного. Движения были не самыми быстрыми, зато довольно жетскими. Он не жалел своего партнера, тем более за ними следят! Так почему бы не устроить шоу для такого гостя? — Небось завидно, да? — Феликс задал риторический вопрос, с его лба капал пот, а движения так и не прекращались, как и стоны Ромео, что были похожи на хриплые крики. — Не удивлюсь, если у тебя были похожие планы на него, грязная тварь.       От боли и не прекращающихся движений Феликса, Ромео начал плакать, а первый, в свою очередь, решил не упускать попробовать и такую жидкость. Его лицо приблизилось к другому и он слизал вытекающие из глаз соленые капли. Слёзы были вкусны так же, как и сперма, Ромео сам по себе был приятным на вкус. Пока что, не во всех смыслах, конечно. Ускоряя темп, Феликс все таки кончил, почувствовав усталость ему нужно было отдышаться. Он бы с радостью повторил такое времяпровождение, но ему нужно было сберечь силы на более интересную часть, что возбуждала его не меньше. - Ты доволен? Отпусти меня сейчас же! На эти слова Феликс медленно поднял голову и диким взглядом пронзил розоволосого. Похоже, тот забыл, что правила здесь устанавливает не он, чем и разозлил валета. Феликс подобрался ближе к лицу своего оппонента и вдарил по челюсти со всей силы. Голова Ромео непроизвольно повернулась на бок, кусок зуба молниеносно вылетел, а рот заполнил вкус крови. - Любимый, это только начало! Розоволосый промолчал. Не только из-за багровой жидкости, заполнявшей его рот, но и из-за кома дикого страха. Тем временем, Феликс поднял что-то с пола. Тусклый блик света отразился на остром лезвии ножа. Предварительно разрезав остатки ненужной одежд, блондин сел между ног своего любимого и начал делать множество глубоких разрезов, начиная от полового органа Ромео и заканчивая на анусе. Помимо того, Феликс обрезал его яйца и оставил себе. Да, такое нельзя упускать. От болевого шока конечности червового короля начали судорожно трястись, а в его глазах появилась пелена. - Не смей засыпать! - жёстким ударом по щеке валет привёл его в сознание. Отложив нож, Феликс начал вставлять свой член в получившуюся щель и водя им туда сюда, пытаясь выжать максимум наслаждения из этого, пока ещё, тёплого тела. От всех этих ощущений нашего чувственного ловеласа стошнило.       Слезы, кровь и рвотные массы смешались воедино. Отрекшись от использованной дыры, Феликс приблизился к лицу своего любимого, провел рукой по его щеке и поцеловал. Вкус мерзкой смеси никак не отвлекал его от сладких губ Ромео. Вертя его язык в французском поцелуе, блондин резко откусывает ему язык. Очередная вспышка боли током пробивает по телу. Теперь единственным желанием короля было поскорее умереть. К счастью, его последней воде суждено было сбиться.       В неудачных попытках прожевать язык, Феликс все таки выплевывает его - Больше ты сможешь флиртовать с другими, не сможешь говорить похабные комплименты и заплетать зубы. Ты останешься верен только мне Взгляд переносится на зрителя этого шоу. Девушка была без сознания, судя по всему, от увиденного, но удар по лицу привёл её в чувства. Из её глаз полились слезы, а сквозь скотч исходило лишь непонятное мычание. - Как ты можешь засыпать? Ты должна быть благодарна Ромео, ведь он сделал все это ради тебя! - Феликс берет её за волосы и пару раз бьёт головой об стену, находящуюся за ней. Из под волос поступает красная жидкость. К её счастью, это последнее, что она чувствовала перед упокоением.       Тем временем, кровь вытекала из места, где ранее был язык, заполняя не только рот, но и лёгкие. Вскоре и Ромео навсегда очистится от этого. Его страдания наконец прекратятся, как и жизнь. Он умирает от руки собственного друга, если Феликса все ещё можно называть таковым. Может, в следующий раз его ждёт лучший конец.       Пока любимый проводил свои последние минуты в агонии, у Феликса появлялись новые идеи о том, что же можно сделать напоследок с телом. Вырезав на животе, что уже был в порезах, свой фирменный улыбающийся смайлик, Феликс заметил новую порцию вытекающей зря крови. Он был голоден и ощущал жажду. Отойдя от уже мертвой девушки и застегнув штаны, ему даже стало как-то грустно. То тело, тот человек, что мог любить его до конца своих дней, сейчас представляет для него лишь мышечную ткань, кости, кожу, что он не оставит без внимания. Как бы то ни было, нельзя было медлить, пока кровь Ромео продолжала вытекать, он начал высасывать её из из рта кровавого смайлика. Он даже засунул свой язык внутрь этой улыбки, кажется, сейчас он снова совершает французский поцелуй, правда в ответ чувствовал лишь мышцы и сладкий вкус крови. Казалось, что он никак не напьётся и у него даже появилась зависимость от крови Ромео. Увы, этого процесса для него не было достаточно.       Вдоволь насладившись вкусом крови, которую он потом выжмет из туши и продолжит пить, он взял в руки свой личный лобзик, который купил перед началом своего плана по завоеванию Ромео. Используя лобзик на кисти руки возлюбленного, двигая его то туда, то сюда, Феликс добился своего, заодно и получил новую стекающую кровь, что благополучно выпил после получения руки. Какие-то романтичные мечты все ещё оставались в его голове. Он мечтал, как признается в любви, поцелуется с розоволосым в первый раз, а ,возможно, когда-то предложит ему выйти замуж. Пусть первые два желания уже исполнились, третьему было не суждено сбыться. Не так ли? Без соглашения Ромео, Феликс вытащил из заднего кармана два небольших, золотых колечка. На них не было никаких узоров, зато они отлично блестели, пусть даже Феликс уже успел запачкать их в крови. Надев сначала одно кольцо на себя, он взглянул Ромео в глаза. Пустые, не выражающие ничего, мертвые глаза. Почему-то на душе стало тепло, и он одел на руку Ромео второе кольцо. Отлично, теперь они… замужем? Феликс не мог испортить эту гладкую руку, с кольцом на безымянном пальце и положил её на пол, где не было ни капли крови. Ему пришлось отрезать вторую для того, чтобы погрузиться в Ромео ещё глубже. Сев на пол вместе с кистью руки, он медленно начал очищать ее от кожи. Движения были похожими на то, будто бы он чистит картошку, но он желал не мяса, ему нужны были кости. Он наслаждался данным процессом, это успокаивало его, будто бы антистресс. Добравшись до одной из костей, он медленно срезал находящуюся вокруг неё кожу. А потом срезал и остальные кости, что окружали её. Та кость была совсем небольшой и была границей кисти руки, но именно такая и нужна была Феликсу.       Достав молоток из одного контейнера, где вместе с мясом лежали и инструменты, он принялся бить кость, что постепенно распадалась на все меньшие и меньшие части. Те осколки, что откололись с лёгкостью, он принялся молоть на ещё более мелкие, тем самым создавая белый порошок, что напоминал наркотик. Подправив частицы кости и выстроив их в небольшую дорожку, Феликс достал купюру из своего кошелька, видимо он действительно был зависим от Ромео. Он прилёг на пол, устроился поудобнее и , свернув купюру в небольшую трубочку и поднеся её к своему носу, принялся вдыхать свой самодельный наркотик. Сразу же почувствовав раздражение в носу и захотев чихать, Феликс сделал глубокий вдох и почувствовал настоящее расслабление. Принятая доза пронеслась приятной войной по телу парня, и тот принялся снова искать что-то в контейнере.       Достав нитки и иголку, предназначавшиеся для швов, Феликс начал пришивать яйца своего друга к своим. Из-за настигшего его адреналина он не чувствовал боли. Швы были неаккуратные, но дополнительная пара органов держалась крепко. Довольный собой, Феликс встал и вновь склонился над телом Ромео. Подняв рядом лежащий нож, блондин начал наносить множество ударов по животу. Кровь брызнула ему на лицо, но неужели его это смущает? Избавившись от лишнего слоя кожи, Феликс вырвал печень с желудком и, отложив их в сторону, принялся доставать кишки. Часть из них он намотал себе на шею как некое подобие "бус", а другую часть вывалил напол, оставив брюхо Ромео пустым - Милый, как я тебе? - блондин улыбнулся невинной улыбкой, будто бы у него на шее была милая побрякушка, а не кровавое месиво. Ромео все также неподвижно лежал. Феликса разозлило такое игнорирование. Он расправил два пальца и выдавил карие глаза своего друга, а следом взял молоток и начал разламывать его череп. Из обломков черепа и лужи крови Феликс гордо достал мозг Ромео. Блондин отнёс его и положил его поверх горы трупов девушек. Вернувшись к истерзанному телу, Феликс решил, что надо сделать последнее, завершающее действие. Разрезая и отрывая куски плоти на левой части груди Ромео, он хотел добраться до сердца. Сквозь мешающие рёбра, прорезая вены и все, что мешало отобрать сердце у бездыханного тела, у Феликса все таки получилось добраться до желанного. Он сделал все, что хотел. Правда, осталось поставить это сердце в банку, чтобы иногда доставать её и любоваться, наслаждаясь видом. В одной руке он удерживал кисть своего «мужа» с кольцом на безымянном пальце вместе с окровавленным ножом, а во второй держал сердце.       С усилием открыв дверь из комнаты пыток, Феликс оказался в своей светлой комнате, а на столе находился приятный подарок. Это был завтрак на подносе. Какая-то уже остывшая запеканка и кружка кофе, что тоже уже остыла. Видимо Ромео занёс его сюда, чтобы удивить парня. Удивительно, оказавшись не в то время и не в том месте, Феликс уже давно мог бы позавтракать с любимым ему человеком. Интересно, что о нем бы подумал Ромео, увидя все эти истязания над его собственным телом? Что бы он ему сказал? Учитывая все то, как он пытался сопротивляться Феликсу, а в конце концов просто смирился со своей учестью, в голову приходили страшные вещи. Пусть даже он и насладился им полностью, наслаждался ли им Ромео? Вспоминая все те счастливые моменты проведённые с ним, смешные ситуации и вечера, проведённые с ним, Феликс ощутил опустошение. Ромео больше нет, зато появились новые ощущения. Осуждающая совесть и безумный страх. Страх был даже не перед тем, как ему придётся оправдываться и придумывать историю остальным клонам, где находится розоволосый, а перед тем, как ему дальше жить без своего возлюбленного. Понимание того, что он совершил, заставило ноги подкашиваться, а руки дрожать. Он не смог устоять и присел на кровать. Он совсем один, сделав предложение руки и сердца, в прямом смысле, он понял, что в этом мире его больше ничего не задерживает. Осторожно посмотрев на красный от крови нож, пришла идея и, кажется, последняя идея во всей его жизни. Воткнув нож в то место, где сердце стучало сильнее всего, Феликс почувствовал в груди приятное, но острое ощущение. Оставшаяся на ноже кровь Ромео, обмывалась кровью Феликса, что медленно умирал. В глазах темнело, а разум покидал его сознание, если он остался после всего того, что он сделал. Последнее, что он увидел перед глазами - Ромео. Походу это была галлюцинация, которую воссоздал его мозг напоследок. Ромео улыбнулся своей неповторимой, тёплой улыбкой и нагнулся к лицу Феликса, чтобы поцеловать в последний раз, но не успел. Парню показалось, что он засыпает, а его ждёт приятный сон с участием Ромео. Кто же знал, что в тихом омуте Феликса, водятся такие черти.