Неродные

      Время текло мучительно долго, поэтому уроки казались адски длинными. Люси постоянно поглядывала на часы, каждый раз надеясь, что минутная стрелка начнет двигаться быстрее. Нервно перебирая волосы, Нацу глядел на доску, висевшую в самом начале кабинета, и пытался вслушаться в то, что рассказывал классу учитель, но ничего, кроме неровного стука собственного сердца, он не слышал. Каждая минута ожидания давалась им с огромным трудом. В такой спокойной обстановке их мучили самые разные мысли, но чаще всего мелькали именно неприятные. Ни один из них не осмеливался посмотреть на другого, потому что они боялись. Боялись, но сами не знали чего именно. От обычно решительных и целеустремленных подростков сейчас не осталось и следа — вся решительность испарилась, да и целеустремленности будто никогда не было. Сейчас у них только одно на уме, и это было не самым приятным фактом.       После столь томительного ожидания, наконец прозвенел звонок с последнего урока. Все стали радостно собирать вещи и шумно о чем-то говорить, а наши герои лишь обреченно вздохнули. Они одновременно неуверенно взглянули друг на друга. После еле заметного кивка со стороны Люси, подростки быстро собрали вещи и направились по направлению к выходу, но у самой двери Нацу перехватил Грей со словами: «Нужно поговорить». Хартфилия сообщила, что будет ждать на парковке около белой машины, после чего поспешно удалилась. Драгнил вопросительно посмотрел на друга.       — Я поговорить с тобой хотел, — друзья вышли из кабинета и медленно двинулись вдоль длинного коридора к лестнице. — Скажи, где ты пропадал всё это время? Хотя нет, это ты лучше Люси расскажи, потому что мне не особо интересно. Лучше ответь, как ты собираешься вину свою искупать?       — Я, конечно, понимаю, что пропал без вести на целый месяц, но что было в этом такого страшного? Кстати, хотел узнать, что случилось с Люси за это время? Она очень странно себя вела, — спросил Нацу.       — А, так ты ещё не знаешь. На самом деле, не я должен тебе это рассказывать, поэтому скажу лишь то, что она очень страдала. Каждую ночь она кричала…       — Стоп, каждую ночь? Ты откуда это знаешь? — нахмурился Драгнил.       — Ой, давай ещё ревнуй меня к Люси. Мы все жили у неё весь этот месяц.       — Почему?       — Она тебе сама расскажет. В общем, ты думаешь, что не сделал ничего страшного… Ну, ладно, думаю Люси откроет тебе глаза. По крайней мере, надеюсь. Скажу лишь то, что этот поступок был самым безответственным из всех тех, которые ты совершал за время нашего знакомства. Мне пора, так что удачи вам, — Грей развернулся и пошел навстречу Джувии.

***

      Люси стояла на школьной парковке, облокотившись на свой автомобиль. Усталым взглядом она осматривала суетившихся школьников. На небе собирались тучи, хотя редкие лучики ещё проскальзывали сквозь эту толщу сгустков тёмных грозовых облаков. Люси тяжело вздохнула.       — Собираешься рассказать ему про меня? — внезапно раздался голос рядом с девушкой.       — Хм, это единственное, что мне остается. Возможно, тогда я избавлюсь от тебя? — вопрос был явно риторическим.       — Не думаю, что это так, — пожал плечами парень. — Скорее всего тебя в психушку положат.       — Ну и ладно, лишь бы от тебя избавиться.       — Неужели ты меня настолько не любишь?       — Да я тебя просто ненавижу, — улыбнулась Хартфилия.       Наконец Люси увидела на другом конце парковки человека, которого ждала. Она помахала рукой, и он, видимо, заметил это, потому что двинулся прямо к ней. Его движения были как всегда грациозными, ни одного лишнего жеста или шага. Люси горько усмехнулась, понимая, как же сильно она всё это в нем любит. Нацу подошёл к девушке и выжидающе посмотрел на неё. Она всё ещё витала где-то в своих мыслях, поэтому не сразу заметила, что парень стоит около неё. Откинув все мысли и воспоминания, вонзившиеся в её больной разум, Люси попросила Нацу сесть в машину. Он послушался её, и вскоре они выехали с парковки. Всю дорогу в салоне автомобиля стояла тишина, которую нарушало лишь слабое урчание мотора. Машина заехала в гараж, Люси выключила двигатель, но выходить, похоже, не собиралась. Она крепко сжала руль и смотрела впереди себя, хотя так как в гараже было темно, то разглядеть Хартфилия, естественно, ничего не могла. Нацу взглянул на девушку и увидел, насколько та напряжена. Он коснулся одними пальцами её плеча, и Люси вздрогнула.       — Всё нормально? — обеспокоено спросил Драгнил. Люси коротко кивнула, отпустила руль, вытащила ключ из зажигания и вышла из машины, довольно громко хлопнув дверцей. Нацу тоже вышел из автомобиля и последовал за девушкой, которая, видимо, направлялась к выходу из этого помещения. Они вошли в какую-то дверь, расположенную в одной из стен гаража, прошли по не очень длинному коридорчику и попали прямиком в дом. Люси, зайдя, по всей видимости, в столовую, бросила сумку на один из стульев и, устало выдохнув и потянувшись, спросила Нацу:       — Чай будешь? — на лице её отразилась слабая улыбка.       — Ну, если не сложно…       Парень был слегка удивлен, но не чему-то конкретному, а всему, происходящему на данный момент: странному поведению сестры (да, он до сих пор в некоторой степени считал её своей сестрой), дому, в котором он сейчас находился, разговору с Греем, который запутал мысли Нацу ещё сильнее. Люси слегка заторможенными движениями залила воду в чайник и поставила на плиту. Спросив Драгнила о том, какой чай он предпочитает и сколько сахара ему положить, девушка закончила все приготовления. Чайник издал посвистывающий звук, и Люси выключила конфорку, разлив кипяток из чайника по кружкам с чайными пакетиками внутри (нормального чая в доме не оказалось). Она принесла Нацу долгожданный напиток и села напротив него. Хартфилия довольно долго вглядывалась в свое отражение в кружке с чаем и не поднимала взгляда.       — Люси, — разговор начал Драгнил, — мы ведь собрались не для того, чтобы чаи гонять, не так ли? Расскажешь что-нибудь?       — Мне много чего хотелось бы тебе сказать, Нацу, но сильно разглагольствовать я не стану.       — Почему же? Я готов выслушать тебя в любом случае.       — Не вижу в этом необходимости. Скажи, — Люси слегка замялась, но продолжила, — чем ты занимался весь этот месяц?       — Путешествовал — уверен, такое определение подойдет лучше всего. Уехал я, конечно, не слишком далеко от города, но, думаю, это тоже можно назвать небольшим путешествием.       — Отец… то есть Игнил знал, где ты находишься?       — Не должен был, конечно, если он не установил какой-нибудь жучок, — скорее для себя улыбнулся Нацу. — Знаешь, всё это время я никак не мог понять, почему я настолько привязался к тебе и так сильно полюбил. Разъезжая по разным деревушкам и городам, я про себя помечал места, которые бы хотел показать тебе. Знаю, звучит глупо, но надеюсь, что я смогу показать тебе их. Но сейчас я ухожу от нашей с тобой изначальной темы, поэтому предпочту вернуться к ней, — Люси вздрогнула. — Что случилось с тобой за это время?       — Хотела бы я и сама знать, — прошептала она себе под нос, но Нацу всё равно услышал это.       — Грей рассказал мне, что он и все наши общие друзья всё это время жили у тебя, — Люси наконец подняла взгляд на Драгнила. Можно было сказать, что девушка была напряжена. — Также он поведал мне о том, что каждую ночь ты кричала. Расскажи мне всё, пожалуйста.       Люси слегка расслабилась. Нацу заметил, что весь день её движения, взгляд, поведение излучали усталость. Видимо, ночи у неё в последнее время были и вправду бессонными.       — Грей никогда не умел держать язык за зубами, — выдохнула Люси, — да, весь этот месяц я не могла нормально спать, потому что мне снились кошмары. Каждую чертову ночь. Но всё бы ничего, если бы кошмары не стали преследовать меня и днём, — она взглянула куда-то сквозь Нацу и довольно долго выдерживала паузу. Потом девушка всё-таки перевела взгляд на парня. — Нацу, ты наверняка сочтешь меня сумасшедшей или что-то в этом роде — я и сама уже думаю, что сошла с ума, — но знаешь, я видела тебя. И днем, и ночью. Ты являлся мне во снах и, видимо, в виде галлюцинаций. Моя привязанность к тебе сыграла со мной злую шутку, Нацу. Он… — голос Люси вздрогнул. — Что он только не говорил и не делал. Я думала, что возненавижу и его, и тебя. Я держалась изо всех сил, честное слово, но сегодня — о Господи! — я сломалась. Я уже не различаю реальность и мое больное воображение. Ради Бога, спаси меня, Нацу. Сдай в психушку, делай всё, что посчитаешь нужным, но, Господи, пожалуйста, избавь меня от этого! Видеть его, — Хартфилия вытянула руку и указала на место рядом с парнем, — с твоим лицом и слышать все те ужасные слова, которые он говорил мне в течение этого гребанного месяца, просто невыносимо! Ты понимаешь меня? Господи, скажи, что понимаешь! — Люси закрыла руками лицо и, казалось, вот-вот разрыдается.       Нацу сидел и ошеломленно смотрел на неё. Ему удалось понять, что пыталась донести до него в своей пламенной речи сводная сестра, но переварить всю эту информацию у него получалось с трудом. Парень открыл рот, чтобы что-то сказать, но практически сразу закрыл. Все мысли спутались, и превратить их в связную речь было слишком трудно. Люси встала, даже не взглянув на Драгнила, взяла кружку и вылила весь чай, к которому даже не притронулась, в раковину. Раздался звук бьющейся посуды: из-за неосторожности девушка уронила только что опустевшую чашку. Выругавшись, Люси собрала все осколки и выбросила их в мусорное ведро. Тяжело вздохнув, она оперлась руками о раковину и закрыла глаза. Нацу медленно подошел к ней и обнял за талию. Дыхание Хартфилии было прерывистым и неровным. Парень наклонился к её уху и прошептал:       — Мне сложно понять всё, что ты мне рассказала, но уверен, со временем я всё пойму, поэтому не серчай. Хотя одно я понял явно и точно — ты страдала. Прости меня, ведь с моей стороны было очень глупо уехать и пропасть без вести на целый месяц. Надо было тебе звонить, но боюсь, если бы я услышал твой голос, то сразу бы захотел вернуться, а этого я сделать никак не мог. Я должен был исчезнуть из твоей жизни на этот месяц. К сожалению, способ я выбрал слишком болезненный для нас обоих. Прости меня, я не желал снова причинять тебе боль, не хотел, чтобы ты страдала. Видимо, я только и могу заставлять тебя страдать… Вероятно, я не заслуживаю такого человека, как ты, но прошу тебя, прости меня и дай последний шанс.       Люси повернулась к Нацу лицом и посмотрела ему прямо в глаза. Робко дотронувшись подушечками пальцев рубашки парня, она произнесла:       — Надеюсь, это не очередной сон.       — Честное слово, это реальность.       — Каждый раз, ты говоришь одно и то же, — горько усмехнувшись, сказала Люси.       Весь её вид выдавал глубокую усталость. Девушка взяла Нацу за руку и повела куда-то. Хартфилия завела его в свою спальню. Он настороженно оглядел комнату и её хозяйку. Девушка слабо улыбнулась и произнесла:       — Ничего криминального, лишь крепкий сон. Ты ведь разделишь его со мной?       Драгнил кивнул и, достаточно раздевшись, лег на кровать рядом с Люси. Она робко вложила свою руку в его. Нацу в ответ немного крепче сжал её ладошку. Довольно улыбнувшись, Люси закрыла глаза и вскоре размеренно засопела. Парень довольно долго разглядывал потолок, блуждая где-то в своих мыслях, а потом так же, как и лежащая рядом девушка, погрузился в сон.