Клятва смерти

«..Как долго я должен пытаться? До тех пор пока не победишь..»

Джим Рон.

Грей не чувствует себя живой, а только пустой и морально измученной, в страхе замерев в ожидании чего-то ужасного. Шикарное платье, такой же ресторан, однотипные люди – мерзость.  Девушка флегматично разглядывает новое окружение, пытаясь понять, кошмар это или страшная действительность. Все сводится ко второму варианту, когда Санзу, закинув руку на плечо, по-собственнически притягивает ее к себе, утыкаясь в нежную шею, где еще не зажили старые отметины. Грей заметила, что он любил делать это. Жадно оставлять засосы на ее коже, гордиться синяками на бедрах, что были открыты ему одному, и вообще всячески стараться поставить свою печать на ней и ее жизни. Грей мило улыбается, когда мужчина отстраняется и заглядывает в ее глаза. Довольный правильной реакцией, он вновь возвращается к делам насущным, продолжая обсуждать что-то с братьями. Это было своего рода напоминание, которое показывало только одно – принадлежность. Она в его власти, а внутри него едва чувствуется удовлетворение от почти что свершившегося факта победы. – А если она предаст нас? – Риндо, отличавшийся прямолинейностью, сходу задает главный вопрос, приковывая всеобщее внимание к Грей. – В таком случае вам будет очень плохо, – может быть, детектив и терял надежду, но вот чувство юмора с ним навсегда. – Доверься врагу, малыш Рин-Рин. Ох, так у тебя же нет выбора, правда? Как знакомо. – Твое положение складывается намного хуже, – младший решил поддержать темп. – И как живется с Санзу? Видно, что наш детектив изрядно вымотался всего-то за один день. Чем же вы таким занимались ночью? – Играли в нарды, любопытный мальчик, – отвечает и хитро стреляет глазками. – Хочешь присоединиться? Можешь и брата позвать. По всей видимости, ему очень скучно. Грей смотрит на Рана, что не сводил с нее глаз с самого начала встречи. Хайтани намеренно цеплял момент, когда Харучиё отвлекался, словно Грей и Ран являлись бессовестными любовниками, что могли взаимодействовать в строжайшей тайне. Старший глядит насмешливо и гордо, чуть с вызовом. Девушка же безразлично и отчужденно, сквозь него, не двигаясь с места, не разговаривая и реагируя только на телодвижения своего спутника, которому в очередной раз захотелось оставить свое клеймо на бледной коже. – Так значит, уже сдалась? – вальяжно закинув ногу на ногу, Ран закурил. Санзу затих, аналогично ожидая ответа. – Решила плыть по течению, – тонкие губы расплылись в довольной ухмылке. Харучиё негромко хмыкнул, пока что удовлетворенный ответом. Ран молча отвернулся к окну, слушая ритм бьющихся о землю капель дождя. Интересная реакция, – мимолетно думает девушка и сразу же берет инициативу в свои руки. – То есть, вы хотите, чтобы я вызвала на личный разговор главу «Черного Дозора», затем вы самолично его устраните? – в словах проскользнул истеричный смешок от наиглупейшего плана на свете. Надо же, еще недавно он казался ей неплохим. – Это так сложно? – Риндо деловито приподнимает бровь, и Грей чувствует подступающий прилив смеха. – Нет, вовсе нет, – быстренько вдыхает воздух всей грудью и так же быстро выдыхает, смотря на мужчин. – Во-первых, возможно, те отбросы и глупее вас, но любой догадается, что здесь есть подвох. – Все будет настолько идеально, что они даже не подумают об этом, – отвечает Ран, возвращая прежнее ублюдочно-красивое выражение лица. – Можно узнать, что ты под этим подразумеваешь? – Молодой и талантливый детектив в Токио – нажива для уверенных в своих возможностях людей, – категоричным тоном, словно объясняя ребенку, проговорил он. – Неожиданно он пропадает, затем снова объявляется только уже с новыми хозяевами, – лениво растягивал слова и говорил без улыбки, но в глазах его светилось злорадство. – Могу понять, к чему ты ведешь, но это только усугубляет ситуацию, – прошипела девушка, ощутив такую знакомую и спасительную ярость где-то глубоко внутри себя. – Теперь каждому известно, с кем я провожу свободное время, – с трудом выдавила она, подавив нервный смешок. — «Это гребанная подстава». Именно так они и подумают, когда я заявлюсь к дверям их главы якобы выпить по стаканчику сакэ. – В лучшем случае идиоты поведутся на твою актерскую игру, – Ран безучастно пожимает плечами. – А в худшем – мои конечности будут разбросаны по всей Японии, – продолжает детектив и, скрещивая руки на груди, устремляет потрясенный взгляд куда угодно только не на эти мерзопакостные лица. – Грей, – тихий голос над ухом, со стальными нотками заставил вздрогнуть от неожиданности. Горячее дыхание опалило кожу. – Я не позволю этому произойти. – Я знаю, – она слабо улыбнулась. Но это была печальная улыбка, когда уголки губ едва поднимаются, а глаза остаются серьезными. Санзу никогда не отличался терпением. А Грей предпочитала делать вид, что настроена к нему милостиво. Они оба играли фальшивые роли, отроду не присущие им, с разными целями. Пусть Харучиё был и остается для нее большой загадкой, но найти рычаги давления и начать невесомо, очень аккуратно, бережно нажимать на них отчасти легче легкого, когда буквально живешь подобными методы всю свою жизнь. Она не знала, догадывается ли мужчина о том, что его любимая пташка, заточенная в надежной клетке, не оставляет попыток упорхнуть. Не понимала, что именно он собирается сделать с ней в дальнейшем. И, на самом-то деле, не хотела постигать последствия предательства, которое таковым считает только он один. Но единственный поворот судьбы был известен, будто лежал на поверхности, мозоля серые глаза. Выбор. Грей чувствовала, как этот час медленно, но верно приближался. Вместе с тем в горле вставал склизкий ком при одной мысли о столь роковом событии. А в голове его слова, произнесенные таким мечтательным и сладостным тоном, что сперва хочется верить. Хочется довериться. Хочется спастись. – Хорошо, – даже самый проницательный Ран не заметил, как на красивом личике проскользнули тени самых различных эмоций, в основном отрицательных. – Звучит опасно, но можно попробовать. В общем-то, детектив из Бункё, набирающий популярность не только в рядах коллег, но и в криминальном мире, привлек внимание одной из трех самых опасных группировок Японии. Совершив похищение, банда потерпела неудачу, так как наш бедный полицейский заинтересовал выблядков намного хуже, чем они сами. В конце концов, у несчастной получилось выбраться, – Грей резко осеклась. – Кажется, она поняла, в чем проблема, – нарушает тишину Риндо, разгораясь азартом. – Долго ждать не пришлось, – ехидно поддерживает Ран, упиваясь моментом ее растерянности и непонимания. Безжалостность и нетерпимость организации к предателям и информаторам затрудняет полиции получение информации об их деятельности, — в голове, словно в густом тумане, проносятся слова из отчета, который Грей составляла самолично. – Подозрительно будет, если ты явишься к ним с чистеньким личиком и в дорогом платье, не считаешь? – Ран смотрит насмешливо, а чуть оттопыренная нижняя губа придавала лицу презрительно-высокомерное выражение. – Хочешь превратить меня в побитую псину, что смогла сбежать от вас? – девушка глядела на него холодно, а в голосе слышалось сухое потрескивание. – Не помню, чтобы мы обсуждали этот момент. – Тогда бы ты ни за что не согласилась, хотя, впрочем, и сейчас у тебя нет особого выбора, – Ран невозмутим. Выбор. Выбор. Выбор. Грей целиком и полностью возненавидела это слово. Девушка смотрит по правую сторону, дабы обнаружить сверкающие от гнева глаза Санзу, который обязан был услышать весь разговор, но не находит. – Его нет уже минут десять, – вновь звучит назойливый голос старшего. – Видимо, ты настолько разозлилась, что и этого не заметила. Он бы не оставил меня одну. Неужели есть дела поважнее, чем я? – Грей задержала взгляд на пустом месте рядом с ней и иронично усмехнулась. – Манджиро он дорожит намного больше, – беспардонно вклинивается в размышления младший. – Сильно расстроилась? – Нет, – усевшись удобней, она закинула ногу на ногу и, откинув свои светлые волосы, собранные в высокий хвост, натянула на лицо невинную улыбку. – Вернемся к делу. Над своим прекрасным личиком я постараюсь сама, опыт имеется, уж поверьте. – В любом случае, мы всегда можем помочь тебе, – младший снисходительно улыбается, и это окажется Грей милым, не считая то, что он подразумевал на самом деле. – Я уже как-то говорила, что не была впечатлена вашими навыками, – она сидела неподвижно, неестественно выпрямившись, сцепив на коленях тонкие пальцы. – Можешь не волноваться. Малыш, я справлюсь. Младший, в который раз подчистую уделанный детективом, презрительно фыркнул и отвернулся. На удивление, Ран был немногословен, поэтому просто выдавил короткий смешок, вдоволь насладившись представлением. Братья о чем-то активно защебетали. Грей тем временем находилась на грани, и казалось, что скоро она полностью погрузится в прострацию. Детектив усиленно размышлял на тему своих дальнейших действий, но не мог ничего придумать. В голове пусто, как в огромном котле, из которого вылили без остатка все содержимое. – Черт возьми, – надоедливый голос младшего вновь помешал. Грей рывком встала с места, привлекая внимание, и направилась в уборную, находящуюся позади братьев, что открыто насмехались над ней. — Ебал я в рот эту мороку, Ран. Почему мы не можем убрать весь мусор сразу? Думаю, так будет намного лучше, – в его голосе отчетливо послышались кровожадные нотки. Грей остановилась, не понимая, зачем именно. Ей неожиданно показалось, что так нужно. Аккуратно пристроившись на расстоянии, она начала подслушивать. – Так нельзя, Риндо, – Ран ответил ласково и как-то по-доброму. Видимо, взаправду ценит и любит брата больше  всего на свете. – Убить главаря – значит сломить их дух. Шавки выйдут из-под контроля, а потом уже распадутся окончательно. Ноги подкосились, сознание помутилось, а глаза залило чем-то липким. Грей не заметила, как коленями оказалась на холодном бетонном полу и ладонями полностью закрыла ото всех лицо. Санзу каким-то магическим образом очутился рядом мгновенно. Вероятно, освободился от дел и решил проверить своего милого детектива. – Грей, что не так? – мужчина выглядел встревоженным и, пытаясь оторвать ее стальные руки от лица, начинал закипать от непонимания происходящего. – Тебе больно? Блять, скажи уже, что случилось. Вместо ответа девушка резко бросилась на шею мужчине, затем крепко обняла, укладывая голову на плечо и пряча улыбку, которая больше походила на оскал, зловещая и жестокая. К счастью, она исчезла с лица так же моментально, как и появилась. – Рада, что ты вернулся, – маняще сладко шепчет она. – Хайтани обидели тебя? – Харучиё, пребывающий в полнейшем недоумении, судорожно перебирал причины подобного состояния Грей. Такое ему удалось увидеть впервые. – Нет, просто больше не уходи, – с какой-то очевидной грустью отвечает, и Санзу уверен, это непритворность. С другой стороны, это вызывает сомнения, так как Грей и понятие «искренность» несовместимы. – Я хочу этого. – Что ты хочешь? – с подозрением переспрашивает и пытается отлепить хрупкое тело от себя для того, чтобы найти подсказку в серых, точно осеннее небо, глазах. Грей прижимается сильнее, словно умоляя не отпускать ее. – Хочу принадлежать тебе. И прежде чем он успевает опомниться, она хватает его за шею и впивается в губы жестким, всепоглощающим поцелуем, увлекая и затягивая в омут страсти. Точка невозврата пройдена.