Inferno.

Почти скрывшееся за горизонтом солнце упорно светило в раскрытое окно, обливая своим тёплым, оранжевым цветом комнату, подбираясь к кровати, блестя в волосах цвета тёмного шоколада. Хейл открыл глаза, а затем попытался двинуться, но не смог этого сделать. Радовало хотя бы, что он был в одежде, как и мужчина, лежавший рядом и крепко прижимавший парня к себе. Бекер попытался как можно аккуратнее выбраться из кольца крепких рук, но те обхватили худое тело ещё сильнее, а затем Хейл вздрогнул, покрылся мурашками, почувствовав на своей шее горячее дыхание. — На этот раз не убежишь от меня. — прохрипел рядом низкий голос, и щёки парня покраснели. — Отпусти, задавишь. Леман хмыкнул, но всё же сделал так, как хотел парень, позволяя тому немного отстраниться и посмотреть в золотистые глаза. — Что ещё прикажешь мне сделать? Говори, пока я добрый. — сказал мужчина, понимая, что становится слабым и уязвимым при одном только взгляде на этого упрямого сына мафии. — Сними линзы. Ухмыльнувшись, гангстер всё же выполнил приказ, и теперь перед Хейлом предстал тот самый Грей, с которым они дружили ещё очень давно. Теперь, когда маски были сняты, а циничный и озлобленный на весь свет Блейк уступил место доброму и нежному Грею, парень почувствовал, как сердце забилось в разы сильнее. Рука сама потянулась к щеке Лемана, который сразу же накрыл её своей ладонью, слегка улыбаясь. — Так лучше? — Намного… Зачем ты их носишь? — руку парень не убрал, просто расслабленно положил голову на подушку и стал рассматривать лицо мужчины. Но затем взгляд зацепился за руки. — Почему так много шрамов? — тонкие пальцы стали проводить по белым полосам, очерчивая каждую из них, слегка щекоча кожу. Леман снова почувствовал возбуждение, но не хотел портить момент. Им нужно было поговорить. Он действительно этого хотел. — Был неаккуратен. Всё-таки мне десять лет тогда было. — подытожил гангстер равнодушно, а парень вздохнул. — Это моя вина. Зачем ты полез тогда? — Хотел защитить. Я думал о тебе каждый день после того, как ты перестал со мной видеться. Всё это время меня обманывали, говорили, что ты наказан, а потом мне удалось узнать, что ты уехал. Но мне не предоставили ни адреса, ни даже чёртового номера телефона. Связей у меня в тот момент не было, всем управлял твой отец. Но зато теперь я тебя нашёл, и пусть хоть кто-нибудь посмеет забрать тебя. Хейл смутился, но внутри вновь разлилось приятное тепло от сказанных слов. Всё таки он действительно чувствовал не просто влечение, а самую настоящую влюблённость. Внутри всё трепетало, прикосновения чувствовались острее, а ощущение близости приводило в странный восторг. С Греем было так приятно, что парень забыл на мгновение обо всём, что происходило раньше с ними. Время словно застыло, теперь были только они двое. — Иди сюда. — сказал мужчина, целуя Бекера, затем заключая его в свои объятия. Они какое-то время просто молча лежали, обнимая друг друга и наслаждаясь теплом. Грей вздохнул и посмотрел на открытое окно, затем на тёмную растрёпанную макушку, закрыл глаза. Он не знал, что случится завтра. Каждый день был непредсказуем и опасен по-своему, но Леман был готов бороться, особенно сейчас, когда чувствовал отдачу от упрямого парня. Мужчина прижимал его к себе, целуя в лоб, гладя мягкие волосы, боясь не насытиться Бекером. — Ты очень красивый. — сказал Грей покрасневшему парню, продолжая целовать его горячее лицо, наслаждаясь его запахом. — Перестань, ты меня смущаешь. — улыбнулся он, упираясь руками в широкую грудь, пытаясь оттолкнуть мужчину, который теперь целовал его щёки. — Я люблю тебя. — сказал Грей, снова прижимая ошарашенного парня к себе. — Не уходи никуда. Останься со мной. Леман не ждал ответа. Ему было всё равно, если Хейл скажет что-то обидное. Но такое же признание могло осчастливить его и успокоить. Хотя бы на мгновение. Да, он тоже боялся, сам Блейк, бесстрашный убийца, сейчас не находил себе места, потому что сегодня ночью ему придётся рискнуть. — Я тоже. — хрупкую тишину нарушил решительный ответ, и Грей, улыбнувшись, закрыл глаза. — Когда ты планируешь поехать в клуб? — Послезавтра. Я договорился с владельцем клуба, встреча назначена в час ночи. — Можно пойти с тобой? — нерешительно спросил Хейл, боясь снова разозлить мужчину и нарушить идиллию. — Конечно, можно. Куда же я без тебя пойду? — усмехнулся Грей и закрыл глаза. Они продолжали лежать на кровати. Хейл уснул почти сразу, а Грей продолжал перебирать пальцами мягкие волосы, и сон никак не хотел приходить к нему. И как только на улице стемнело, а на телефон гангстера пришло сообщение, мужчина поднялся с кровати и ушёл, поцеловал Бекера на прощание. С Гаем они не прощались, просто молча кивнули друг другу, надеясь, что всё же смогут снова встретиться. Гангстера нельзя было просто так убить, но там, куда он сейчас направлялся, из чужаков не выживал почти никто. Встреча состоялась в тёмной подворотне, недалеко от вражеского мафиозного клана. Ими руководил один из самых яростных противников Джона — Пирс Фостер. Но у Грея была только одна надежда, только так он мог продвинуться в своём плане и защитить близких. Послышался свист, и Леман обернулся, сталкиваясь с самым верным цепным псом Пирса. Это был мужчина двадцати пяти лет с множеством шрамов, один из которых как раз проходил через глаз, закрытый специальной повязкой и белой чёлкой. Тот оскалился, с прищуром посмотрел на спокойного гангстера, выжидал, когда тот нарушит обещание и достанет пушку. В этом городе никому нельзя было верить. Вот только Грей не шевелился, не начинал стрелять, он, казалось, смотрел сквозь мужчину, который удивлённо прожигал его глазами. — Неужели правда не будешь сопротивляться? — усмехнулся Зак и достал сигарету. — Нет. — спокойно ответил Грей, а сам сжал кулаки, отмечая у себя в голове, что припомнит каждую усмешку засранцу, если выживет. Не успел гангстер ответить, как голова тут же отозвалась сильной болью. Грей резко обернулся, хватая нападающего за руку и заламывая её, а затем ударил ногой в участок под коленом, заставляя незнакомца в балаклаве упасть. Удар в рёбра, затем плохо блокированный удар в печень и в сонную артерию. В глазах Лемана потемнело, а очередной удар по голове окончательно вырубил мужчину, и тот упал на холодный асфальт. — Какой крепкий, ты посмотри. А ещё говорил, что не будет сопротивляться. Врун. — с усмешкой сказал Зак, поворачиваясь к оклемавшемуся парню. — Шон, ты как? — Нормально, босс. — сказал парень лет шестнадцати, снимая балаклаву и открывая своё лицо. Его виски были побриты, на ухе висела серьга, а лопнувшая губа вдруг поднялась вверх, обнажая белые зубы. Взгляд голубых глаз устремился на оскалившегося мужчину. — Отлично. А теперь самое интересное. *** Глава мафиозной группировки, Джон Бекер, как всегда, восседал на своём кресле, прищуривался и разглядывал неугодных ему подчинённых. Блейк был совсем другим, таким ручным и безразличным ко всему, что его не касалось. Он никогда не задавал лишних вопросов, чётко выполнял приказы. Поначалу было тяжело его воспитывать, приручать и обманывать. Но, неплохо вложившись в этого смелого мальчика, старик не прогадал. Цель, ради которой Леман вступил на этот путь, вдруг стала совсем иной. Такого поворота событий Блейк явно не ожидал. Услышав о младшем сыне мафиози, которого нужно было убить, тот даже не дрогнул и выполнил приказ. В тот самый день, когда Джон узнал об этом, все его подчинённые, находящиеся в комнате, слышали его ужасно громкий и ненормальный смех. Мафиози даже не дождался ухода Блейка, который терпеливо смотрел на старика, думая о том, как с таким же смехом будет всаживать пули в это противно улыбающееся лицо. Да, Блейк действительно был самым лучшим цепным псом, ценным и верным сотрудником. И он умер. На деревянной поверхности стола лежали фотографии, которые Бекеру прислали сегодня утром. На асфальте, освещённым слабым светом уличного фонаря, лежал гангстер с простреленной головой. На бледном лбу красовалось красное пятно, а под телом растекалась большая кровавая лужа. Мужчина много раз присматривался к фотографии, до последнего надеясь, что это был другой человек. Но чем больше его взгляд скользил по фотографии, тем больше он убеждался в утрате. — Не вовремя всё это случилось. — подытожил старик. — Ладно, он был хорошим подчинённым, но мстить я сейчас никому не намерен. Тело нашли? — мужчина понимал, что своими действиями подрывает свой авторитет среди подчинённых, но ему уже давно было плевать на всё это. — Нет, босс. Джона Бекера никто не любил, но зато его боялись, ему подчинялись. Он уже давно наплевал на чужое мнение. Его гораздо больше интересовали власть и деньги. Но в последнее время его мания стала слишком сильной. Чем больше он получал, тем большего жаждал. И теперь его власть привела к раздору в кланах. На него ополчились все, но никто ничего не мог сделать, потому что все сейчас были под прицелом. Даже самая опасная группировка чего-то выжидала, а, может, просто не хотела связываться с параноидальным стариком, который ждал к себе гостей в любое время суток. — Что прикажете делать? — Пока ничего. Организуй мне встречу с Джанин. — проговорил мужчина и прикоснулся ко лбу, опуская взгляд вниз и тяжело вздыхая. — Будет сделано, босс. *** Рука отчаянно пыталась нащупать утраченное тепло, но пальцы сжали лишь одеяло. Хейл резко раскрыл глаза и заметил отсутствие Грея. Поначалу парень решил не обращать на это внимания, так как дел у мужчины в последнее время было очень много, а будить его, видимо, тот не захотел. Но, спустившись вниз, Хейл понял, что происходило что-то не то. Гай был сильно расстроенным, угрюмо сидел в кресле и смотрел на бушующий океан, волны которого растекались по берегу и бились о камни. — Гай, что случилось? — спросил Бекер, чувствуя, как внутри него всё напрягается, как начинает дрожать его тело. — Ничего, собирайся, нас ждёт долгая поездка. — Куда? — растерянно спросил Хейл, а плохое предчувствие всё ещё не покидало его. — Ко мне домой. — А Грей уже там? — задал парень очередной вопрос, но именно это стало последней каплей. — Он… умер. — сказал мужчина, отворачиваясь от парня, чувствуя, как слеза стекает по щеке. Сегодня утром фотографию получил не только Джон Бекер. Верный помощник Лемана тоже не остался без внимания. Мужчина услышал глухой стук, а затем увидел парня, стоявшего на коленях и прожигавшего пустым взглядом плотное стекло окна. По бледным щекам потекли слёзы, губы дрогнули, а сам Бекер опустил голову, надеясь спрятаться от сочувствующего взгляда. Но вдруг что-то резко переменилось в нём, парень вскочил на ноги, подбежал к Гаю, хватая его за плечи и смотря на него со слабой надеждой. — Это же неправда, да? Гай, прошу тебя, скажи, что ты соврал мне. Грей где-то притаился? Где он? — крикнул парень, а сам дрожал так сильно, как будто замерзал. — Нет, Хейл, прости. Это правда. — Я тебе не верю. Почему? Почему он не сказал мне, что хочет бросить меня? Он же… — парень поджал губы, затем замер. Грубая рука мужчины, покрытая мозолями, протянула ему фотографию. Хейл широко раскрытыми глазами рассматривал её, затем потянулся к ней, но взять в руки так и не смог, потому что потерял сознание и едва не грохнулся на пол. Гай подхватил его, затем по-отечески обнял и похлопал по спине. Слова были не нужны, они не смогли бы заглушить ту боль, которая теперь разрывала парня изнутри. Очнулся Бекер уже в машине. Он сидел на заднем сидении, заботливо укрытый тёплым пледом. Голубые глаза посмотрели сначала на сгорбившегося за рулём мужчину, затем на то место, где раньше сидел Грей. Слёзы снова потекли по щекам, а сам парень неловко подполз к противоположному краю сиденья и уткнулся лицом в холодную обивку, пытаясь снова почувствовать то утраченное тепло, хотя бы родной запах, но ничего этого не получил. Хотелось кричать, ругаться на Лемана, который исчез, хотя сам требовал быть рядом с ним. Хейл продолжал лежать, смотреть на тёмное небо и думать, почему он терял тех, кого любил. Стоило ему только отыскать единственного оставшегося в живых близкого человека, осознать свои чувства и признаться в них, как и тот исчез. — Гай… — прохрипел парень, чувствуя, как внутри него закипает ярость. — Да? — Я хочу убить его. Своего отца. Это же он сделал? — Нет. Это были люди Пирса Фостера. — Я хочу их убить. — прошипел Хейл, дрожа от злости и беспомощности. — Один ты им ничего не сделаешь. Сначала надо встретиться с владельцем клуба, затем разобраться с мистером Бекером. Я помогу тебе, чем смогу, таков был последний приказ босса. — Так ты знал? И молчал? — со злостью спросил парень у мужчины, который громко вздохнул, а затем продолжил. — Я не знал. Это были переговоры. Босс вёл себя так уверенно, что я и не подумал о подобном. Он сказал мне присмотреть за тобой, а если вдруг он не вернётся к утру, забрать тебя к себе. — Ты подставляешь себя. — Не только. — проговорил мужчина, а Хейл прекратил разговор. Он слишком устал. В последние дни случилось столько кошмарный потрясений, что ему едва хотелось жить. Единственной вещью, которая держала его на плаву, была месть. Он поклялся себе в тот день ответить за смерть своих близких. Чуть позже Бекер понял, о ком говорил Гай. Он жил далеко не один. Дома его ждали жена и двое детей. Хейл удивлённо уставился на семью мужчины, чувствуя странное волнение. Ему не верилось, что, имея семью, взрослый мужчина пошёл на такую опасную работу. Женщина, увидев растерянного парня, улыбнулась, затем протянула ему руку. — Грейс. — она назвала своё имя и с материнским тёплом посмотрела на сжавшегося Бекера. — Хейл. — он протянул руку в ответ, и женщина мягко сжала ледяную ладонь. — На улице очень холодно, идите скорее к камину и погрейтесь. — сказала Грейс, подходя затем к мужу и заключая его в утешающие объятия. — Папа. — прокричал младший сын, прыгая на руки к отцу, а старший тем временем спокойно подошёл и прижался к кормильцу семьи. — Это мои сыновья. Старшего зовут Кайл, а младшего — Джо. — сказал мужчина, обнимая своих детей и улыбаясь им. — А это мой друг, он ужасно устал, поэтому не докучайте ему. Если хочешь спать, комната на втором этаже уже готова. Грейс тебя проводит. Хейл снова посмотрел на детей. Одному было не больше пяти, а второму, наверное, едва перевалило за семь. И оба были похожи на отца больше, чем на мать. На сердце стало тяжело. Почему мужчина так легкомысленно привёл парня к себе в дом? Их в любой момент могли найти. Но думать об этом дальше он едва мог: тело онемело, а голова стала ватной. Захотелось лечь и забыть обо всём, что сегодня произошло. Но это было невозможно. Бекер всю жизнь будет помнить Грея, его тёплые объятия и те три заветных слова, которые он произнёс перед тем, как уйти на верную смерть. Парень незаметно смахнул слёзы, затем почувствовал прикосновение к своему плечу. Грейс, стоило парню только повернуться, заключила его в свои объятия и успокаивающе погладила по спине. — Не бойся. Здесь ты с нами, ты в безопасности. — Я боюсь не за себя. — сказал парень, затем слабо ответил на объятия и закрыл глаза. — За нас тоже можешь не беспокоиться. Мы знали, на что шли. И тем более живём мы очень далеко. Здесь тихо и спокойно, и нас никакая беда не касается. Поверь мне, Гай бы не стал подвергать свою семью опасности. — в голосе Грейс слышалась уверенность, она верила своему мужу. Хейл горько усмехнулся, ведь он также слепо доверял Грею. — Не хочешь есть? — Нет, спасибо. Я лучше прилягу. — парень через силу улыбнулся доброй женщине, затем пошёл в комнату. Грейс постояла ещё немного возле двери, прислушиваясь к тихим всхлипываниям, затем потянулась к ручке, но так и не решилась зайти. Хейлу нужно было самостоятельно справиться с потерей, пережить её, переступить через боль и жить дальше. Сама она едва сдерживала слёзы, чувствуя, как ноет её сердце. Женщина села на диван подле мужа и уткнулась в его грудь, позволяя эмоциям взять верх, и заплакала, тихо, горько. Крепкая рука тут же схватила её за плечи и притянула к подрагивающему телу. — Бедный мальчик. Что же с ним теперь будет? Сначала брат, теперь Грей. — прошептала женщина, чувствуя, как сердце разрывается в груди. — Не знаю, дорогая. Надеюсь, он переживёт это. Как и мы. — мужчина горько вздохнул, всё ещё отказываясь верить в происходящее, ждал, что телефон его всё же отзовётся знакомой трелью, он ответит на вызов и услышит знакомый властный голос. Грей всегда относился к нему хорошо, да и Грейс он нравился. Она была женщиной далеко не старой и считала его скорее младшим братом. Их с боссом связывало нечто большее, чем просто работа. Они были семьёй, как бы глупо и самонадеянно это не звучало. Но даже дети ощущали те тепло и доброту, которые исходили от мужчины, чьи руки были запачканы кровью. Каким бы коварным и ужасным не был Блейк, Грей всё же затмевал его, как личность. Да, Леман был плохим человеком, но с близкими людьми он вёл себя совершенно иначе. Он готов был пожертвовать собой, только чтобы спасти тех, кого любил. И мужчина действительно так сделал. Днём Гай решил навестить Хейла, который с самого вечера не выходил из комнаты. Парень лежал на кровати, сверля потолок опухшими и покрасневшими от слёз глазами, не замечая ничего вокруг. Все его мысли были заняты Греем, который неожиданно бросил его, исчез, оставил одного. Снова. — Тебе нужно хотя бы поесть. — сказал Гай, ставя на прикроватную тумбочку поднос с горячим супом, приятный аромат которого разбудил бы аппетит каждого. Но Хейл даже не посмотрел в сторону мужчины. Он словно прибывал в трансе. — Послушай, Хейл, я понимаю, тебе очень больно, но Грей хотел, чтобы ты продолжил начатое. Он пошёл на всё это ради того, чтобы ты жил нормально. Мужчина замолчал, стоило только услышать хриплый смех, который с каждой секундой усиливался. — Нормально? — вскрикнул парень, вскакивая с кровати, смотря на мужчину широко раскрытыми глазами. — Нормально?! Какой теперь смысл мне жить? Скажи. У меня больше никого не осталось. Зачем он это сделал? Мы бы что-нибудь вместе придумали, мы… — парень начал захлёбываться слезами, беря мужчину за воротник футболки и утыкаясь ему в грудь. Гай похлопал Бекера по вздрагивающей спине, позволяя ему выплеснуть свою боль. Хейл кричал. Кричал так громко, как только мог: до боли в горле, до нехватки воздуха, до хрипов. — Скажи мне, зачем это всё? Для чего мне жить, если никого не осталось? Джонас и Грей погибли. Гай молчал, он не знал, что ответить и как разговаривать с отчаявшимся человеком. Он мог бы это сравнить с потерей работы, но здесь всё было в разы серьёзнее. — Ради него. Живи ради того, кто пожертвовал собой ради твоего спасения. — Зачем, если он не сделал того же? Я не хотел, чтобы Грей рисковал собой. Он должен был жить. — парень уже не кричал, он охрип окончательно, продолжал сжимать в руках футболку, дрожа от отчаяния. Гай снова похлопал его по спине. Нужно было приводить мальчишку в чувства. — Сегодня тебе нужно будет поехать в клуб. Поедем в девять часов. Хейл, нужно приходить в себя, иначе не получится закончить начатое. Босс знал, на что шёл и надеялся на тебя до последнего, не подводи его. — сказал мужчина, затем вышел из комнаты. Гай ругал себя за то, что не смог поддержать парня, как следует, но он ещё ни разу не разговаривал с человеком, столкнувшимся с потерей. Единственным верным выходом из этой ситуации он считал возвращение к работе. Хейл остался в комнате один. Он вытер слёзы, затем упал на кровать, думая о мести, о том, как будет убивать тех, кто посмел поднять руку на его близких. Он был слабым сыном мафиози, который даже постоять за себя был не в силах, но сейчас в нём кипела злость. Бекер готов был прямо сейчас забежать в кабинет к отцу и придушить его голыми руками, пусть даже его изрешетят пулями, но он это сделает. — Я отомщу за вас. — прошептал парень, и стал приводить себя в порядок. Как и предполагал Гай, его разговор подействовал и Хейл вечером спустился, чтобы поесть. За такое короткое время он немного похудел, его глаза опухли от рыданий, а под ними образовались тёмные круги. На парня без слёз и взглянуть было нельзя. «Прости меня, босс.» — про себя проговорил мужчина, чувствуя стыд за нарушение обещания. Он гарантировал Леману, что Бекер с ним будет в безопасности. — Наконец-то ты спустился. — сказала Грейс, улыбнувшись парню самой тёплой улыбкой, на которую была способна. — Как ты? Вот, поешь. — Уже немного лучше, спасибо. — соврал Хейл и решил для вида немного поесть. Было видно, что женщина больше, чем кто-либо, переживала за гостя. Но не только она сейчас интересовалась самочувствием Бекера. Парень замер, почувствовав, как его кто-то тянет за край толстовки, и посмотрел вниз, встречаясь с карими глазами. Мальчик глядел на него, широко раскрыв рот, с интересом рассматривая заплаканные глаза. — Дяденька, ты плакал? Тебе грустно? — спросил Джо, поглядывая на недовольного отца. — Да, не обращай на это внимания. Теперь мне лучше. — сказал парень и, улыбнувшись, погладил мальчишку по голове, затем посадил его себе на колени и поделился с ним конфетой. Сейчас парень мог хоть немного отвлечься и почувствовать себя частью чьей-то семьи. Он был благодарен людям, которые искренне за него беспокоились и старались помочь. — Спасибо. — сказал мальчик и с довольным лицом развернул обёртку, кладя затем ароматный леденец в рот. — Гай, у тебя случайно не осталось одежды Грея? — спросил Хейл спокойно, хотя ему это далось нелегко. — Он оставлял что-то. Грейс, ты не убирала? — Да, я сейчас принесу. Уже через несколько минут перед Хейлом лежала стопка с одеждой Лемана: неизменная чёрная рубашка и строгие брюки, которые были не сильно, но велики парню. Всё же рукава и низ брюк можно было подвернуть, что Бекер и сделал. Взяв рубашку в руки, парень вдохнул до боли знакомый запах парфюма, который уже почти весь выветрился. Он бы снова заплакал, но слёз уже не осталось. Да и не хотелось идти в таком состоянии к владельцу клуба. Да, теперь Бекер выглядел куда солиднее и серьёзнее: строгая одежда, зачёсанные назад тёмные волосы. За это короткое время он стал взрослее, научился многим вещам, но ему ещё многое предстояло узнать. Взгляд был таким пустым, словно он сам недавно умер, стал обычным призраком. В дверь неожиданно постучали, и в комнату заглянул Гай, чтобы сообщить о том, что им пора выезжать. — Будьте осторожны, — сказала Грейс, целуя мужа и обнимая парня на прощание, — надеюсь, ты сможешь переступить через это. — Обещать ничего не буду, но постараюсь. Вы тоже берегите себя. — сказал парень, чувствуя тревогу за родных Гая. А были ли они ему чужими? Хоть Бекер и знал их так мало, но уже стал потихоньку привыкать к ним. *** Клуб «Liebe» отличался от остальных не только неприятным на слух названием, но и странным, весьма экстравагантным владельцем. Как только парень зашёл внутрь, то в нос тут же ударил резкий запах курева. В задымленном, плохо освещённом помещении едва можно было разглядеть столики, зато очень чётко виднелось самое основное: барная стойка с различными видами поила, танцплощадка и шесты с танцовщицами. Казалось бы, всё вполне типично, но что-то всё равно делало это место особенным. Неоновые цвета? Нет. Женщины? Скучная классика. Музыка. Она была довольно необычной, но всё же задавала ту самую атмосферу. Всё-таки не все рок песни подходили для таких заведений, но здесь на них всё держалось. Этот дерзкий плейлист был фишкой, некой изюминкой. Но самой главной перчинкой в сим шедевре был владелец. Мулат с эпатажной внешностью, ярким макияжем и маникюром, в дорогом кожаном костюме. Таких людей можно было встретить в теперешние времена частенько, но только не всем это действительно шло. Может, дело было в харизме или экзотичной внешности мужчины. Это нетрудно было выяснить. Хейл как раз подошёл к барной стойке, когда к нему пристал один из пьяных посетителей. — Эй, малыш, ты один сюда пришёл. — знакомое прозвище, произнесённое таким раздражающим голосом, больно резануло по ушам, и незнакомец столкнулся с неприятным взглядом блеснувших в темноте серых глаз, направленных прямо на него. — Нет. — соврал ему Хейл, но тот, кажется, сразу поверил. Он снова посмотрел словно сквозь парня, а затем ушёл ни с чем. Но так лучше, чем с синяками или, того хуже, с простреленной головой. Парень же скучающе посмотрел на танцующих людей, затем принял от бармена фирменный напиток за счёт заведения, хотя отвлекаться было нельзя. Но была бы его воля, Хейл бы уже давно напился до беспамятства. Кто знает, может, он бы так и сделал, но точно не сейчас, а вот после переговоров можно было бы. Осушив стакан одним махом, он вздохнул, а затем снова посмотрел на танцпол. — Как тебе тут? Впервые вижу тебя. — мягкий, бархатистый голос раздался прямо над ухом. Хейл обернулся и увидел Франческо Дели, того самого, знаменитого владельца клуба. — Неплохо. Музыка особенно нравится. — сказал Бекер, чувствуя, как алкоголь обжигает желудок, а разум постепенно расслабляется. Ещё одной интересной особенностью клуба являлся личный визит владельца к новеньким. — Мне нужно поговорить с тобой в более уединённом месте. Думаю, ты слышал о Блейке Лемане. — О, конечно. Довольно интересная личность. — с неким удовлетворением пробормотал мулат. — Слышал много историй о нём. Много людей убил, сына Джона искал, чтобы пришить, только вот в последнее время слухи ходят, что убили его, поэтому ни с чем тебе не смогу помочь. — Он договаривался с тобой о встрече. — сказал Бекер, пытаясь не концентрировать внимание на лепете Франческо. — А, точно. Вспомнил. Так ты тот самый парень, с которым я должен пообщаться в случае его отсутствия? — Да. Только я хотел бы поговорить наедине. — Это легко можно устроить. За мной, сладкий. — спокойно проговорил Дели, затем потащил парня за собой на второй этаж. Здесь была более интимная обстановка. Оно и понятно — здесь люди могли уединиться, но охранники следили за тем, чтобы к танцовщицам не приставали. Также на втором этаже располагался кабинет владельца, к которому он как раз вёл сына мафии. — Кстати, ты знал, что «Liebe» — слово немецкое и переводится как «любовь»? — Пафосное название и на слух неприятное. — пробубнил недовольно Бекер и нахмурился. — О, а ты знал, кем был тот самый Блейк? Поговаривают, у него немецкие корни. Они такие горячие и страстные, а ещё грубоватые, но в этом и заключается их изюминка. — И к чему мне это знать? — спросил Хейл, скептично оглядев кабинет, обратив особое внимание на красный диван. Вопрос так и остался без ответа. Франческо улыбнулся, затем подошёл к столу, на котором стояла бутылка дорогого виски. Он налил янтарную жидкость в бокалы, затем добавил в них пару кубиков льда. — Так что тебя интересует? — спросил мужчина, взглядом указывая на диван, и сам сел туда же, ставя на столик бокалы. — Расскажи мне всё, что знаешь про Джона Бекера. — Хмм… Ну, раз уж мне заплатили за эту информацию наперёд, думаю, молчать нет смысла. Джон частенько сюда заглядывал, но я не помню, с какого именно времени. Может, начал год назад, кто знает. У меня каждый день слишком большое количество клиентов, и каждый требует к себе внимания. — Давай короче. — Хейл нетерпеливо выпил терпкую жидкость, и бокал тут же наполнился новой порцией. Дели тем временем продолжал рассказывать что-то далёкое от темы. — Ну прости, тут все такие неинтересные, а поговорить так вообще мало с кем можно. Некоторые даже на меня косо смотрят, представляешь? — Мне кажется, ты немного сбился. — Ах, ну ладно. Ты тоже скучный. Шучу, шучу. На чём я остановился? Ах да, Джон Бекер, свихнувшийся на старости лет старикашка, решивший уничтожить своих сыновей. Кстати, тебя случаем не Хейлом зовут? — Не угадал. — Интуиция меня в последнее время подводит. Просто я подумал, что Блейк не стал бы доверять кому попало, а вот своему любимчику вполне мог. — На что ты намекаешь? — Хейл снова выпил, понимая, что теряет терпение. — Прости, я просто предположил. И пофантазировать уже нельзя. — скучающе произнёс мужчина, затем продолжил. — Хорошо, итак, что мы получаем? Старик приходил сюда почти каждый день, чтобы повидаться с одной из моих танцовщиц. Но ему было мало хлебов и зрелищ, старика интересовали ещё и плотские утехи. Как банально и скучно, подумаешь ты. Я же отвечу, что мне это нихера не по душе. В моём заведении всё должно быть по правилам, а этот самонадеянный дед решил испортить мне не только репутацию среди персонала и клиентов, но и мою Джанин. Для меня каждая девочка, как родная сестра, и я их в обиду не даю, но вот спорить с поехавшим не могу. Какие бы связи ни были у человека, тот не сможет справиться с Бекером. И мой тебе совет, парниша, беги отсюда как можно дальше, если ты как-то перешёл ему дорогу. — Мне нужно отомстить ему, ты этого не поймёшь. — грустно пробубнил Хейл, чувствуя, как немеет тело, а перед глазами всё плывёт. — Так, тебе я больше не налью, уж прости, дружище. — сказал мулат, убирая бутылку, а затем продолжил разговор. — И как же ты справишься с ним? Поверь, не один ты грезишь о мести и о смерти старика. Он хоть и поехавший, но всё же хитрый и имеет инстинкт самосохранения. — Франческо вздохнул, затем помог парню подняться и потащил в свою комнату. — Мне плевать. Я хочу… — язык Бекера заплетался, но он всё равно пытался разговаривать нормально. — Мести. Знаю, но сейчас тебе нужно поспать. Думаю, ты будешь не против переночевать у меня. — А Гай? Я должен сказать ему. — парень почти не чувствовал ног, но продолжал плестись за мужчиной. — Не бойся, я его предупрежу. Но сегодня ты должен остаться здесь, я… — Дели прикусил язык, чуть не проговорился, затем затолкал ничего не понимающего парня в комнату, закрывая дверь на ключ. — Эй, блять, мы так не договаривались. — сказал парень, постучав в дверь, но не получил ответа, поэтому устало опустил голову на твёрдую поверхность. Хейл пытался собрать мысли воедино. Он помнил только имя. Джанин. Она что-то знала, могла помочь ему, и он хотел немедленно отыскать её, но ничего не мог поделать. Сейчас ему хотелось просто лечь на мягкую кровать и уснуть. Бекер очень сильно устал. Но не успел он обернуться, как почувствовал горячее дыхание на своей шее. — Как же долго я ждал. — сказал низкий, до боли знакомый голос, и парень всхлипнул. — Блять, да ты издеваешься. — проговорил Хейл, а затем повернулся к своему «видению» и столкнулся с жадным взглядом серых глаз, блеснувших в темноте. — Я скучал по тебе. — сказал Грей, сцепляя руки на тонкой талии парня, притягивая его к себе, а тот упёрся ладонями в широкую грудь, сопротивляясь объятиям. — Чёртов ублюдок, ты бросил меня. Я думал, ты погиб. — парень не смог сдержать слёзы, сжал руками воротник рубашки и со злостью посмотрел на Лемана, который стоял сейчас прямо перед ним. Хейл до последнего думал, что это просто призрак, что он сошёл с ума, но тёплые пальцы, покрытые шрамами, вытерли слёзы с его щёк, убеждая в обратном. Парень разрыдался ещё сильнее, хватаясь за руки, которые с нежностью обхватили его щёки. — Я верил тебе… А ты ушёл… Не сказал мне. — Прости меня, прости, я не мог. — говорил, раскаиваясь, Грей и целовал солёные и влажные от слёз щёки. — Если бы ты всё знал, у нас бы ничего не получилось. Теперь я правда не уйду, не брошу тебя. — Ты врёшь… — сказал Хейл, пытаясь отойти от мужчины, но его остановил настойчивый поцелуй. Горячий язык нагло протолкнулся в рот парня, который тут же прикусил мягкую плоть. Леман отстранился, мыча от боли. — Как ты мог меня оставить?! Ты хоть знаешь, что я пережил?! Не подумал обо мне?! — Прошу, прости меня, Хейл. Другого выхода не было. Мне нужно было, чтобы в мою смерть поверили все, даже Гай, иначе план мог бы сорваться. — Грею было не меньше больно. Он не мог найти себе места все те дни, которые отсутствовал, боялся, что Бекер совершит какую-нибудь глупость. А теперь, увидев парня снова, он едва не разрывался от счастья. — Ненавижу тебя. — прошипел парень, продолжая плакать. — Твои действия говорят об обратном. Мне очень нравится, как моя одежда смотрится на тебе. Весь вечер глаз от тебя отвести не мог. Хейл, мой милый Хейл. — проговорил мужчина, заключая пьяного парня в объятия, а тот не мог больше сопротивляться и, всхлипнув, всё же ответил на них. — Я так скучал. — прошептал парень, а Леман улыбнулся, чувствуя, как внутри него всё переворачивается от счастья. Его любимый человек снова с ним. Теперь-то гангстер точно не сможет уйти, не бросит его. — Я очень сильно виноват перед тобой. Но я хотел, чтобы ты многое осознал, сфабриковал свою смерть, чтобы за мной не было больше пристальной слежки и чтобы увидеть, как ты будешь без меня справляться с делами. Одних извинений будет мало, знаю. — сказал мужчина, целуя Хейла в висок, опустившись затем к шее. — Ты пахнешь мной. Парень вздохнул, поднимая голову выше, зарываясь пальцами в чёрные волосы, подставляя шею под настойчивые поцелуи, а Грей оставлял на белой коже новые метки, кусая её, зализывая горячим языком, наслаждаясь тихими постанываниями Бекера, затем прикоснулся к паху Хейла, а тот не сдержался и потёрся о руку мужчины, заставляя его зарычать и выругаться. — Тебе нельзя столько пить в подобных местах без меня. — сделал вывод мужчина, затем замолчал, когда Хейл притянул его к себе, требовательно целуя, переплетая их языки, а Грей, почувствовав вкус виски, казалось, сам начал пьянеть, и терпкий напиток, который он не сильно любил, был сейчас самым сладким, желанным для него. Руки мужчины блуждали по телу парня, рубашка уже давно лежала на полу, а свою он едва успел расстегнуть. Хейл был нетерпеливым, тёрся собой о пах гангстера, а Леман едва сдерживался, чтобы не отыметь почти бессознательного Бекера, который всячески соблазнял своего партнёра. Мужчина чувствовал слабые укусы на своей шее, на мочке уха и, вздохнув, выдал себя с потрохами. Парень, ухмыльнувшись, лизнул покрасневшее ухо, слегка прикусывая его. И Леман не сдержался. Он подхватил парня, а тот уверенно сцепил ноги на его пояснице, продолжая потираться о выпирающий бугорок на брюках Грея, вызывая у того сдавленные вздохи, а сам смотрел на приоткрывшиеся губы, облизывал их языком и покусывал. — Блять, какой же ты… — начал говорить Леман, кидая парня на кровать и снимая рубашку, а тот ухмыльнулся, поднимая ногу и поглаживая пах мужчины. — Не смей пить в моё отсутствие, понял? Парень усмехнулся, затем поднял ногу выше, а Леман перехватил её и поцеловал где-то в области лодыжки. Избавив парня от одежды, он ещё раз посмотрел на раскрасневшегося Хейла, который продолжал лукаво поглядывать на возлюбленного, заманивая его в свои сети, наслаждаясь видом того, как мужчина пытался унять своё возбуждение. Леман навис над парнем, который выгнулся, показывая своё стройное тело, сводя гангстера с ума. Грей стал покрывать грудь Бекера поцелуями, подразнивая его, облизывая кожу рядом с сосками, затем кусая каждый из них, вызывая у парня громкие стоны. — Ты такой чувствительный здесь. — сказал мужчина, снова целуя покрасневшую горячую бусинку, а Хейл тем временем нежно погладил его по голове, спускаясь затем ниже и царапая широкие плечи. Мужчина зарычал, сильнее кусая нежную кожу, потираясь о член парня своим. Грей прекратил пытку, облизнул губы и ухмыльнулся, увидев большое количество смазки на подрагивающем члене парня, затем поднял его ноги, положив их себе на плечо. Хейл вздохнул и поддался вперёд. — Боюсь, я не смогу сдержаться, Хейл. Сдвинь ноги. — сказал мужчина, скользя членом по внутренней стороне тонких бёдер, толкнулся вперёд, а сам принялся двигать рукой по возбуждённой плоти Хейла, заставляя того выгнуться и застонать. Леман едва держался, чтобы не кончить после первых же толчков. Он так сильно желал Бекера, что едва держался. И вот сейчас он лежал перед ним, разгорячённый, возбуждённый до предела. — Ах… Грей. Я уже скоро… — Я тоже. — прохрипел мужчина, ускоряясь, чувствуя, как подступает разрядка. Он кончил после того, как тело парня задрожало, и тот излился себе на живот, затем навис над почти уснувшим парнем, целуя его в шею, оставляя на бледной коже очередной засос, а тот промычал что-то нечленораздельное, слабо поцеловал мужчину в щеку, которую пересекал шрам, и уснул. Грей улыбнулся, затем привёл себя и парня в порядок и лёг рядом, накрывая обоих одеялом, прижимая к себе худое тело, целуя Бекера в ключицу и засыпая. Теперь он точно не сможет уйти, ведь наконец убедился, что его на самом деле любили.