Дай мне услышать тебя.

Убийство - это плохо говорили они. Убийца не достоин жизни. Восмодео они правы, но.. Если кто-то скажет такие слова в сторону Куромаку, то этот кто-то останется без зубов. * * * Под тихий плач Куромаку и под грузный взгляд Пика, мёртвое тело Димы погрузили на носилки и унесли. Казалось, всё должно было наладится, однако... "Не отдам." Билось конвульсиями в голове, пока он до треска костей сжимал тело Куро в объятиях, смотря безумным взглядом на полицию, что хотели заковать того в наручники. И только когда острая игла шприца проткнула его кожу, когда сильное тело ослабло, невольно отпуская любимого из своих рук, только тогда, он смог успокоится отпуская Куромаку. И он был благодарен Данте за то, что тот сделал всё, чтобы Куромаку не брали под арест в таком состоянии. * * * Слушание было. Куромаку, что закован в наручники, нервный адвокат, услуги которого Пик купил на свои последние сбережения и мерзкий рот обвинителя, который так и желал запихнуть Трефа в тюрьму. — Да, он подвергался насилию, но он виновен в убийстве. Не отрицает этого и не сожалеет. Разве может нормальный человек не сожалеть об убийстве? Тогда Пика увели со слушания, не подпуская к Куромаку несколько недель. Но дело они выйграли благодаря мнению присутвующих. А обвинитель ходил после с набитой рожей. И пусть только попробует открыть свой рот ещё раз. * * * — Вы должны отпустить это. — Спокойный голос психолога со лживыми нотками ласки. Куромаку опускает взгляд, поджимая губы в раздражении. Очередной "разговор" с психологом и не к чёрту. Зря только деньги тратят. Куромаку встаёт с насиженного места и идёт к двери, не обращая внимания на непонимающую женщину. — Мы больше не будем пользоваться вашими услугами. — В тишине кабинета разносится осипший голос, а психолог вхдрагивает, похоже впервые услышав своего клиента. — Хорошо. * * * — Куромаку! — Треф отворачивается от окна и смотрит на Пика, который резко ворвался в комнату. В пустом взгляде серых глаз при виде любимого появились тёплые искры. — Ой прости, не хотел кричать. — Пиковый тушуется, уже чуть спокойнее подходя к серому. — Маку, — мужчина проводит своей рукой по мягким волосам. — Почему мне позвонил психолог и сказал, что ты отказался от её услуг? Она тебе не нравится? Мы можем поменять! Она мне, если честно, тоже не очень понравилась. У неё очки не красивые и вредная она, ну, по виду. — Пик тараторит словно не в себе. — Наверное докапывалась много, вот и.. — Однако был перебит. Куромаку резко прильнул вперёд, оставляя на его губах мягкое прикосновение. Пик раскрыл глаза от неожиданности, но выдохнул в губы, принял его. Пик положил свои большие ладони на бёдра возлюбленного, притягиввя ближе настолько, что свободного места между ними просто отсутвовало. — Мне.. Мне не нужно это. — тихо проговорил Куромаку прямо в губы восьмого, снова оставляя мимолётный поцелуй. — Говорят одно и тоже, что я.. я должен отпустить это, а я.. — Треф отводит взгляд. — Не могу, понимаешь? Лучше бы я вообще ничего не вспоминал. — Куромаку отступает и облокачивается на подоконник, потирая свои предплечья. — У нас и так уже несколько долгов. — Куромаку шмыгнул носом и голос его невольно понизился до полу-шёпота. Он частенько менял интонации от его обычного голоса до очень тихого, иногда Треф не мог выдавить из себя ни слова. — Мы должны их выплатить, а не тратиться на психологов. Они не к чему. — За последние месяцы пара и правда застряла в долгах. Стоимость хорошего адвоката, уже стоила зарплаты Пика. И если раньше она была довольно хорошей, то сейчас нет. После всех тех случаев с судом, когда он набил морду обвинителю и когда не дал арестовать Куромаку, так ещё и был подозреваемым в убийстве Дмитрия, Пик значительно подпортил репутацию участку. Однако его не уволили, просто отправили на нижней этаж, где он теперь и занимается бумажной волокитой, а не командует очередной миссией. Но Пику будто было абсолютно до лампочки и Куромаку не понимал его. Треф давно бы уже впал в отчаяние, а не улыбался своему возлюбленному так, будто не они живут в захудалой однокомнатной квартирке, потому что продали свои старые, чтобы покрыть часть долгов, будто не они сейчас ищут грёбанных психологов и выслуштвают недовольства со стороны тех, кто, похоже, был не так уж и против насилия в сторону Трефа. Разве можно быть таким? Таким совершенным. — Маку, — голос с хрипотцой вытаскивает второго из своих мыслей, заставляя полностью обратить своё внимание на восьмого. — Я.. Я всё равно постараюсь найти того, кто тебе поможет, хорошо? — Пик мягко хватает мужчину за плечи и смотрит так преданно и любовно, что сердце сжимает в тиски от всей любви и нежности, которые Треф хочет отдать ему, Пику. Куромаку грустно улыбается. — Я уже давно его нашёл. — Куромаку хватает того за щёки и резко притягивает лицо Пика к своему. Их губы сливаются в мягком, в какой-то мере жадном поцелуе. — Давно нашёл тебя.