Не расстраивайся

Амина, как всегда, сидела в своём стримерском кресле да думала: позвонить, или же не надо? А если позвонит — то что будет: начнёт разговор, или же пошлёт её куда подальше? А может всё-таки сам позвонит? Не хотелось бы опускаться и давить свою гордость, совсем не хотелось. Но все же… Голос её бывшего очень хочется услышать, даже просто нереально. Глупо, но… Девушка собрала волю в кулак и, сложив руки на коленях, судорожно выдохнула, игнорируя нещадное желание от своих мыслей куда-нибудь убежать. Страшно… Жуть берет. Она опустила вниз свою маску, напряглась, как несчастный осиновый стручок, а затем рывком, не думая, что же делает, начала искать в ЧС контакты Некоглая, быстро убирая его оттуда. Пальчик с длинным, острым ногтем спешно ткнул на кнопку вызова, и из трубки послышались звучные, монотонные гудки, что заполонили всю комнату. И резко прекратились. Вызов был принят. Тендерли вздрогнула и, стараясь, чтобы её голос ни капли не дрожал, ровным строем заговорила: — Коль? — на первый раз тон прозвучал очень даже сносно, кажется, девушка довольно умело могла держать себя в руках. А это очень и очень сложно, учитывая то, что между ними происходило ранее — Ты т-… — Это не Коля. — из динамика прозвучал другой, более звонкий голос, чем у самого Николая, а у того он, стоит заметить, очень грубый и хриплый. Постойте, это же… — Рома? Рома Мокривский? — ошарашенно прикрыла рот ладошкой, тряхнув роскошными чёрными волосами. — Да, это я. — резко плюнул будто, словно тот разозлился очень. Слишком как-то даже грубо. — Что-то надо? — Вы… Ты его бьёшь?! Отвечай там! — Нет, ждал твоего звонка по поводу объяснений насчёт дня рождения. После этих слов Мирзоева стыдливо опустила голову, и тут же вернула её обратно, резко заголося громкие слова с истеричными нотками: — Говори правду! Что ты с ним сделал? Отдай ему трубку! — Не расстраивайся, зайка. Я верну его обратно. — хмыкнул Мокривский, и ещё, кажется, очень широко улыбнулся, судя по тому, как же насмешливо зазвучал его голос. — Чё ты-… Но спросить она не успела, так как из трубки резко зазвучали отвратительно сладкие стоны да звонкие шлепки, что гулом заполнили чужие уши. Амина даже зажмурилась, чтобы не слышать этих омерзительных звуков, коих было предостаточно для того, чтобы понять один факт: Коля с ней точно не будет, как бы она не пыталась. Потому что тот буквально в динамик трахается со своим самым заклятым врагом, и нисколечки не сопротивляется, видимо, даже не пытается выбраться из-под него, распластавшись на поприще, как последняя шлюха. В бесконечно пьяных звуках можно даже уловить отголоски чужого имени. Или же это ей просто кажется? А эти сладкие вибрации у Лебедева из глотки?.. О боже. Какой же это кошмар. И Тендерлибае, не дожидаясь конца Роминой цитаты, и не ожидая продолжение банкета в лице нещадного оргазма, который скоро явно вырвется из мужского горла, бешено сбросила трубку, кидая новый айфон куда-то в стену, тем самым вдребезги его разбив. Блять. Блять, блять, блять! Зря она позвонила туда, ой зря.

Надо добраться до Юечки.