Desecrated Kids

i can tell that we are gonna be friends — the white stripes       Фрэнк абсолютно уверен в том, что мать решила переехать в Аврору — чёртову глушь, — штата Орегон, только благодаря желанию обнаружить своего сына в канаве, где и оказывалась большая часть населения ежегодно. Она точно ненавидит Фрэнка. Это единственный способ полностью объяснить, зачем нужно было срываться с места, оставляя их небольшой и прекрасный домик одиноко стоять в Бельвилле, штата Нью-Джерси, и запрыгивать в дерьмовый фургончик без кондиционера. Колёса автомобиля депортировали Айеро через всю чёртову страну с целью отдать на растерзание дому с двумя спальнями и одной ванной. Дому, что стоял у чёрта на куличиках — в городе с ядовитой водой, что зловеще разливается по проточным трубам, брызжа в лицо местным деревенщинам. Как можно гуманно оправдать женщину, которая мечтает о том, чтобы её сын пропал без вести, как и все подростки из этой дыры? И взрослые, кстати, тоже.       В Авроре почти не ловила сеть, и повезло, что Фрэнк успел прогуглить этот город ещё до отъезда. Они не могли позволить себе такую роскошь, как вай-фай, в чёртовом захолустье. Ужас и возмущение охватили нутро парня, выворачивая его наизнанку, ведь СМИ и слова не удосужились написать о пугающем, многократном исчезновении людей.       — Подростки сбегают, — устало объясняла ему мать на заправке. Не то чтобы они действительно могли легко раскошелиться на бензин. — Ни один ребёнок не пострадал. Я уверена, что родители связывались с ними, просто не потрудились проинформировать службы.       — Меня похитят, а ты отпразднуешь это, — Фрэнк хладнокровно бросался обвинениями в собственную мать; её лицо окутала тень печали, но с губ не сорвалось ни слова. Фрэнк вылетел из машины, чтобы купить жвачку. В данную минуту они находятся в Айдахо — это семь ёбаных часов езды от места назначения, — и последнюю пару дней Фрэнк занимал себя исключительно времяпрепровождением в компании старенького-добренького CD-плеера и борьбой с желанием дотянуться до приборной панели, дёрнуть руль как следует и отправить машину прямиком в канаву. Или на встречку, что более привлекательно. Всё, что угодно, лишь бы не доехать до чёртовой Авроры.       — Ты будешь смеяться над моим трупом, если его вообще обнаружат? — выпалил Фрэнк, когда они были всего в часе езды от границы штата Орегон. — Обзвонишь всех своих друзей, чтобы сообщить, что у тебя получилось? Посоветуешь им сделать то же самое со своими детьми? Моими друзьями? Бобом и Джеймсом?       — Не забывай, что я твоя мать, Фрэнк, — по осипшему на половине фразы голосу женщины легко можно было понять, насколько она вымотана.       — Ты стыдишься меня, потому что я сломал тебе жизнь, — продолжал гнуть свою линию подросток.       — Ничего ты не ломал, малыш.       — Не называй меня так, — огрызнулся он, прежде чем заткнуть окружающий мир с помощью наушников. Фрэнк нажал на кнопку воспроизведения, и в уши сразу же полилась знакомая мелодия — песня группы Anthrax; парень приобрёл этот плеер задолго до того, как покинуть милый дом, и ещё ни разу не пожалел о покупке. — Ты хочешь, чтобы я умер.       Фрэнк — один из тех оторв, которые в душе не гребут, зачем вообще следить за своим языком, и предпочитают плеваться ядом в людей, которых искренне любят. Он обязательно пожалеет об этом позже, если доживёт хотя бы до двадцати пяти. А в настоящий момент подростка душат злоба и обида, побуждающие окунуться с головой в веру в худшее. Она сидит на левом плече Айеро, свесив ножки, и ехидно нашёптывает: «Мама ненавидит тебя так сильно, что готова доставить на верную гибель — в город, который либо проглотит тебя целиком, и косточки не оставив, либо оставит валяться на земле разлагающимся трупом».       Фрэнк уставился на дорожный знак с нескрываемой ненавистью. Население этого городишки не превышает тысячи человек, а картинка абсолютно идентичных деревьев за окном не смеет смениться на что-то новое. И конечно, как только наступила осень, лучшая мать в мире решила переехать на север. Какая ирония. Фрэнк с распростертыми объятиями принимал холод Джерси, но тут? Это место, леденящее душу, сырое и поистине безжалостное. Фрэнк погибнет на этой мокрой земле, он знает.       — Это и есть наш дом? — с горечью протянул Фрэнк. — Серьёзно?       Подросток испепелял взглядом откровенно отстойную, чуть больше в размерах, чем долбаный трейлер, хижину. Даже на расстоянии чёртовой мили от собственности, которой они теперь, вроде как, обладают, глаза больно резала разваливающаяся передняя часть дома. Фрэнк готов поставить все свои карманные деньги на то, что внутри его поджидают рыхлые деревянные полы — полное отражение стен. Он встречал похожие постройки только в телепередачах — в них обитают жуткие барахольщики, только и занимающиеся тем, чтобы портить свою и чужие жизни.       Боже, это такой кошмар. В голову пробираются навязчивые картинки деформированных влагой половиц и враждебно расползающейся по углам стен плесени. Уже на следующий день Фрэнк должен отправиться в новую школу — обычное место, переполненное нормальными среднестатистическими подростками. Он пойдет туда, являясь полным олицетворением ненормальности; поприветствует стены учебного заведения в своей мрачной одежде, заставляющей людей думать, что он вылез из долбаного гетто, и протащит через все коридоры излюбленный рюкзак, ткань которого навеки пропиталась его собственной кровью. Это случилось, когда какой-то охотник за чужими деньгами на наркотики почти сломал Фрэнку нос.       Парень схватил этот рюкзак — сейчас он переполнен небольшим количеством самых любимых вещей, которые он со слезами на глазах изъял из своей теперь уже старой комнаты, — и на всех парах рванул в дом. Спальня поменьше приняла его с распростертыми объятиями, которые ощущались, как загребущие лапы монстра. Закрывшись в комнате с твёрдым решением не выходить до рассвета, Фрэнк наметил свою первую жертву — кровать — и оторвался на полную, пиная её несколько сотен раз, пока пальцы на ногах не начали предательски ныть. Оставив на ладан дышащую мебель в покое, Айеро свернулся клубочком на полу и зажмурился в отчаянном желании отогнать от себя ужасающие образы новой обители, которые он, кажется, видел даже с закрытыми глазами.       Попытки уснуть не увенчались успехом.

***

      — Я люблю тебя, Фрэнки, — мягким голосом вымолвила мама, предлагая сыну завтрак и пять долларов. Фрэнк взял деньги, но отказался от еды. Полупустой рюкзак едва ли ощущался на плечах, а живот предательски отзывался болью при каждом движении. Маму, видимо, очень забавляет процесс обведения Фрэнка вокруг пальца, и скоро его благополучно выбросят волкам на съедение.       Средняя школа Норт-Марион. Родина Хаски.       Фрэнк с отвращением обвёл кирпичное здание со всей его ядовито-зелёной растительностью взглядом, пытаясь не сблевать. Хорошо, что он отказался от завтрака. Беспокойство и боль в животе смешались в одно адское ощущение — словно яд растворял стенки желудка. Морально Фрэнк уже подготовился стать тем самым новеньким, но никогда бы не смирился со званием парня, наблевавшего себе на кеды в первый же день. В школе числится около пятисот учеников, может, чуть меньше, и почти все они спрятались внутри здания. Вероятно, с улицы детей выгнал уверенно набирающий обороты в виде холодных тяжёлых капель ливень. Фрэнк скривился и сжал лямку рюкзака до побеление костяшек пальцев, прежде чем скользнуть внутрь учебного учреждения. Подростки разделились на компании, усевшись под своими шкафчиками и увлечённо болтая друг с другом. Удивительно. Никто даже не пялился, Фрэнк поймал на себе всего два безразличных взгляда.       На двери директора висела табличка, поэтому с поиском этого кабинета проблем не возникло. Фрэнк взял расписание, когда по ушам ударил последний звонок на урок. Все ученики разбежались по своим классам, а это значило, что Фрэнку не к кому обратиться за помощью. Подросток тяжело вздохнул, смирившись со своей участью, и покинул кабинет директора с твёрдым намерением разобраться в незнакомых коридорах самостоятельно.       Первый учебный день Фрэнка можно было описать очень кратко: обед в полном одиночестве, наблюдение за учителями с каменными лицами, что больше походили на надзирателей, и стойкое ощущение того, что iq Фрэнка точно выше того, что местные называют средним. Из хорошего — парень не заблудился в стенах и нашёл свой класс. Ходить в среднюю школу Джерси — это что-то вроде пытки. Айеро даже малейшего представления не имеет, как будет ощущаться учёба в Авроре.       По истечению последнего урока Фрэнк спешил покинуть здание с вниз опущенной головой — так легче избегать зрительного контакта с окружающими. Он так и не поднимал её весь день, идиллию нарушил только голос мимо проходящего парня на порядок выше Фрэнка.       — Крутые кеды. Misfits недооценены.       Фрэнк уставился вслед уходящему парню. Его голову посетила мысль, что улыбаться самому себе — это глупо.

***

      — Новенький здесь? — Фрэнка догнал тот же парень, сделавший вчера комплимент его кедам, когда тот преодолевал путь к школе неспешными шагами. Лицо Айеро перекосило от неожиданности, однако он в ту же секунду попытался вернуть себе хладнокровный вид. На самом деле, парень в двух шагах от нервного срыва. Вчера после школы подросток спрятался в своей комнате, не покидая её пределов до первых лучей солнца и необходимости вновь идти в школу. Желудок так и не получил и грамма необходимой пищи, из-за чего жалобно урчал и отзывался болью посильнее предыдущей.       — Ага, новенький, — ответил Фрэнк, прикусив язык и не дав колкости слететь с губ. Если ты спрашиваешь у новенького, новенький ли он, вероятно, ты ещё более, блять, новенький.       — Откуда ты? — спросил рядом шагающий подросток. Фрэнк воспользовался шансом изучить парня, пока тот отвёл взгляд, и подготовиться выйти на вполне вероятную тропу войны. Подросток оказался высоким и чертовски худым, словно веточка, его волосы темно-каштанового цвета обрамляли лицо и завивались на концах. Фрэнк отметил тёмно-зелёную футболку с v-образным вырезом и толстовку с капюшоном, конверсы и синяки под глазами. На кожаной сумке красовалось несколько значков (ёбаная кожаная сумка, мать его?), но большая часть из них слишком стёрлась, чтобы Фрэнк мог рассмотреть изображения.       — Бельвилл, — сухо ответил Айеро.       Подросток кивнул.       — Всегда хотел побывать в Канаде.       — Что? — Фрэнк нахмурился. — А, нет-нет, Бельвилл, Нью-Джерси.       — Оу, — парень пожал плечами. — Далековато.       — Как ты вообще узнал об этом городе в Канаде? — вырвалось у Фрэнка.       — Я много знаю про места, которых нет здесь, — подросток окинул его нечитаемым взглядом. — Меня Райан зовут.       — Фрэнк, — представился Айеро в ответ.       — Фрэнк, — Райан, казалось, смаковал новое имя на языке. — Приятно познакомиться. Нашёл компанию на обед? — когда Фрэнк отрицательно помотал головой, он кивнул. — Мы с друзьями обычно едим во дворе под одним из навесов. Тебе нужно только отыскать в толпе панка с подводкой и низкого мальчишку — я буду с ними.       Фрэнк шокировано поперхнулся воздухом, издав смешной звук. Подростки в Джерси не умели так легко принимать новенькую физиономию. В любом случае, большинство из них с самого детства смотрели в дуло заряженного пистолета. Многим пришлось повзрослеть слишком рано.       — Выглядишь так, будто размышляешь о чём-то отстойном, — отметил Райан. — Часто так делаешь? Просто погружаешься в свои мысли во время разговора с другим человеком? — Райан фыркнул. — Почему ты вообще переехал сюда?       Фрэнк пожал плечами.       — Возможно, переезд как-то связан с моим священником.       — Твоим священником?       — Моя мама очень религиозная, — объяснил Фрэнк. — Она всегда советуется с ним перед тем, как что-то сделать.       — Отстой, — признался Райан. — Скорее всего, она заценит нашу церковь. Почти все туда ходят, как минимум раз в неделю.       — А ты? — Фрэнку было наплевать, насколько личным оказался вопрос.       Райан фыркнул:       — Нет. Мой отец не верит в бога. Я тоже.       Фрэнк устремил свой взгляд на дорогу и отметил, что они уже добрались до школы.       — Увидимся на обеде.       Райан растворился в толпе.

***

      — Хэй, чувак, — Райан поприветствовал Фрэнка, когда тот подошёл к компании в обнимку с шоколадным молоком — весь его обед на сегодня. Райан облокачивался спиной о столбы, что поддерживали металлический решетчатый навес, рядом с ним расположились два других подростка. Лил чертовски сильный дождь, и буквально все остальные учащиеся предпочли греться в просторной и тёплой столовой.       — Почему вы, ребята, тусуетесь на улице под таким дождём? — спросил Фрэнк. Парень с подчёркнутыми подводкой глазами ухмыльнулся и так сильно затянулся сигаретой, что её кончик воспылал ярко-оранжевым цветом. Фрэнк фыркнул. — Так вы, получается, настоящие преступники этого города? — в голосе Айеро прозвучали нескрываемые нотки сарказма. Парень с подводкой засмеялся, а Райан лишь дёрнул уголком губ и покачал головой.       — Питу нравится курить, — растолковал Райан. — А мы стоим рядом на случай, если его, блять, задержат.       — С похищениями такая штука не работает, — пробормотал Фрэнк.       — Ох, абсолютно точно, — заговорил парень-подводка. — Последнее было всего три года назад. Два парня просто отдыхали в лесу за церковью. Первый вернулся спустя несколько дней, здорово покалеченный, а второго так и не нашли.       Райан дал договорить другу, не сводя с него глаз, а затем поспешил представить всех новенькому:       — Фрэнк, это Пит, — он жестом указал на мистера Подводку Для Глаз. — А парень рядом, в шляпе дальнобойщика, любит представлять, что он невидимка. Его зовут Патрик, — парень в шляпе дальнобойщика злобно сощурился, окинув Райана взглядом, и сразу понравился Фрэнку из-за своего невысокого роста. Пит тоже довольно низкий, примерно как Фрэнк, но Патрик вообще гном. Это сделало чёртов день Айеро.       — Рай сказал, ты из Джерси, — Пит выдохнул облачко дыма. Фрэнк отметил, что он очень женственно это делает. — Какой он? Что-то типа Вегаса? — Пит смотрел на Райана, очевидно, адресовывая вопрос ему.       — Откуда я, блять, могу знать, похож ли он на Вегас? — Райан прыснул. — Я никогда не бывал в Джерси.       — Ты что, из Вегаса? — полюбопытствовал Фрэнк.       В ответ Райан просто пожал плечами.       — Пит, докуривай уже, — выпалил он. — Осталось десять минут до конца обеда. Я не особо хочу опять опаздывать на урок Беккета.       — Ты просто спешишь к своему пианино, чтобы опять повыебываться, — рассмеялся Пит. — Какой кабинет? Чёрт, Рай, прошёл месяц, а я до сих пор не могу запомнить твоё расписание.       — На экономике вчера ты был в моём классе, — сказал Патрик Фрэнку. — После обеда можем пойти вместе.       Пит обиженно глянул на Патрика.       — А как же я?       Патрик выхватил сигарету из руки Пита и втоптал её во влажный асфальт. Пит уставился на безжалостно растоптанный окурок, затем — на Патрика. Фрэнк, в ожидании всплеска агрессии, чувствовал, как его нервы натягиваются, словно струна. Патрик не отступал, одним лишь взглядом бросая вызов Питу, на что тот медленно растянул губы в многозначительной ухмылке и повёл бровью.       — Позже, — сказал Пит.       Фрэнк нахмурился и попытался отыскать объяснение происходящему в глазах Райана, однако тот не смотрел ни на кого из компании. Его взгляд утопал в лесной кроне деревьев.       — Мы с Патриком быстренько сгоняем в туалет, — предупредил Пит. — Вернёмся через секунду.       Фрэнк оказался в одном классе с тем же парнем на последнем уроке. У него по-детски большие щёки, уставшие глаза, острая линия челюсти и пухлые пальцы. Копна волос грязная, несмотря на то, что была влажной всего несколько часов назад. Фрэнк с любопытными огоньками в глазах следил за тем, как парень рисует в верхнем левом углу школьной тетради. На листке бумаги встретились инопланетные монстры и кучка обезьян. Парень не позволял себе выходить за поля тетради, эдакие вертикальные линии-границы ближе к краям, оставляя большую часть листов пустыми. Он словно боялся посягнуть на большее пространство для выражения своего творчества. Фрэнк благополучно пропустил большую часть урока мимо ушей, только потому что сидел рядом с этим художником.       Фрэнк сощурил глаза и сосредоточился на имени, что мелким шрифтом красовалось на тетради парня. «Джеральд». Странное имя.       После уроков Фрэнк вернулся домой с желанием, медленно врастающим в его нутро — любой ценой избегать контакта с родной матерью.

***

      — Хэй, — Райан поприветствовал Фрэнка, вновь пересекаясь с ним по пути в школу. — По-моему, ты живёшь в одном-двух домах от меня.       — Так мы соседи? Недососеди, — Фрэнк с интересом приподнял брови.       — Ага, что-то в этом роде, — Райан залился в тихом смехе. — Приходи сегодня в гости после школы. У тебя, наверное, ни одного чёртового друга в городе нет. Но мы должны узнать друг друга поближе прежде, чем ступить на эту дружескую территорию. Кроме того, есть одно дерьмо, которое ты должен знать об этом месте. Об этом ёбаном городе, — он осмотрелся, скривив лицо. — Тебе нужно услышать пару историй.       — Да ладно, похищения? — Фрэнк окинул подростка безразличным взглядом ореховых глаз. На самом деле, внутри вспыхнуло ощущение натягивающейся, как струна, интриги, и парень солгал, притворяясь невоодушевлённым.       — Похищения — просто капля во всём океане, — признался Райан. — Приходи сегодня на обед опять. Ты понравился Патрику, потому что мало болтаешь. Его слегка выматывают никогда не затыкающиеся люди, вроде Пита.       — Как вы, парни, вообще сдружились, если Патрик так ненавидит Пита?       Райан рассмеялся.       — Патрик ненавидит Пита? Это вряд ли.       Фрэнк нахмурился, подходя к школе.       — Встретимся на обеде, — выпалил Райан. — И потусуйся со мной после школы. Будет весело. Ну, или типа того.

***

      — У кого-то свидание с Райаном после школы, — протянул Пит, усмехаясь в фильтр, по-моему, самой обычной сигареты. Райан закатил глаза, а Патрик укоризненно стукнул ребром ступни по лодыжке Пита. Фрэнк в свою очередь продолжал держать маску равнодушия на лице, которая вот-вот норовила треснуть и рассказать всем о том, что комментарий мистера Подводки испугал Айеро до усрачки.

***

Джеральда сегодня не было на уроках. Фрэнк не понимал, почему ему не всё равно.

***

      — Свидание? — не выдержав, прошипел Фрэнк по дороге домой.       Райан цокнул языком, демонстрируя своё возмущение, и покачал головой.       — Не слушай Пита, — это прозвучало, как искренний совет. — Правда, просто не стоит. Он придурок с фетишем на удачные попытки вывести кого-то из равновесия, — Фрэнк внимательно изучал Райана взглядом, вслушиваясь в каждое слово и отыскивая, кажется, несуществующий подвох. — Это не свидание, чувак, клянусь. Видишь ли, есть такая крутая штука под названием «дружба». Двое парней могут заниматься этим друг с другом. Обычно это как-то связано с обменом Doritos и рекомендациями по порнухе.       — Тебе не зайдёт моё порно, — откровенно признался Фрэнк.       — Извращения? — Райан выгнул одну бровь.       — Что-то в этом роде.       Райан понимающе кивнул. Молчание в который раз комфортно ложилось на плечи этих обоих, и в итоге они просто шли по длинной грунтовой дороге в тишине. Вокруг шелестела листва многочисленных деревьев, Фрэнк задрал голову вверх и невольно засмотрелся на дождевую воду, стекающую с зелёных листьев. Есть в этой погоде какое-то гипнотизирующее спокойствие, которое ещё предстоит понять и принять. Честно говоря, Фрэнк до щемящей в сердце боли скучал по родному Джерси. Здесь темно и тоскливо, даже воздух пахнет по-другому — безнадёжностью. В Джерси парню хотя бы улыбалось солнце раз в сутки.       — Сначала тебе нужно познакомиться с моим отцом, — Райан нарушил тишину предупреждением. — Из-за посттравматического стресса он не любит, когда кто-то заходит на территорию дома без его ведома. Не подумай, он не мудак, просто… беспокоится.       — Я плохо разбираюсь в теме отцов, — с губ Фрэнка слетело чистосердечное признание.       — Это не обязательно.       Парней встречал дом прекрасного состояния: стены заботливо окрашены в синий оттенок, а белоснежные ставни, кажется, просто сияют даже в такую пасмурную погоду. Фрэнк искренне опешил, сразу же отметив весь тот гигантский объём работы, который нужно проделать, чтобы поддерживать жилище в таком состоянии. Очень странно осознавать, что кто-то вообще способен на это, учитывая непрекращающиеся дождь и чёртову слякоть. Райан завёл Фрэнка в уютную гостиную — олицетворение минимализма. Комната ощущалась пустоватой, но не настолько, чтобы чувствовать себя потерянным в её стенах. На кухне шумел, занимаясь своими домашними делами, высокий и на вид сильный мужчина — у него стрижка почти «под нолик» и широкие плечи. Фрэнк занервничал. Пробравшись вглубь дома, Райан окликнул мужчину:       — Эй, пап.       Послышался лязг стекла, и мужчина резко обернулся. Кажется, он почти разбил тарелку, испугавшись чьего-то присутствия. Выражение его лица смягчилось, как только он узнал Райана, однако уже через секунду взгляд мужчины скользнул по Фрэнку и вновь ожесточился под давлением настороженно сведённых бровей.       — Кто это?       — Мой новый друг, — Райан вёл себя спокойно и сдержанно. — Фрэнк. Он новенький, только приехал из Джерси. Я хочу показать ему задний двор, мы просто поболтаем немного, а потом подтянем некоторые школьные предметы.       Казалось, мужчина сканирует Фрэнка взглядом ледяных глаз, словно в них встроен чёртов рентген. Затем с его стороны послышался спокойный вздох.       — Фрэнк останется на ужин?       — Да, — выпалил Райан до того, как Фрэнк вообще успел открыть рот или возразить.       Мужчина кивнул.       — Только пусть не задерживается допоздна. И не выходите из дома, когда потемнеет. Завтра, кстати, пятница, у вас экзамен по биологии, — мистер Росс кивнул в сторону Фрэнка. — Помоги моему мальчику с учёбой. Он легко отвлекается. Нужно было больше времени посвятить дисциплине, а не брыньканью на гитаре, — в его голосе звучало больше тёплых ноток любящего родителя, чем разочарования, и Фрэнк просто не смог почувствовать себя не в своей тарелке из-за такой неловкой подробности. — Захватите с собой чего-нибудь перекусить. Бог видит, что вы, детишки, отказываетесь от школьной еды.       — Этот яд на вкус, как долбаное дерьмо, папа, — зашипел Райан. Мужчина в ответ лишь отмахнулся, а Фрэнк так и остался стоять в полном восторге от того, что Райану настолько легко сходят с рук откровенные ругательства в присутствии родителя. — Пошли, — прошептал Райан и потащил Фрэнка к чёрному выходу через весь дом. Айеро чуть не споткнулся и не познакомился носом с травой, когда увидел, что его поджидало снаружи.       Зелень расстилалась ковром по всему городу — для Авроры это нормально. Но на заднем дворе Райана скрывался самый настоящий сад. Виноградные лозы настойчиво тянулись к небу, свежая почва мягко оседала под подошвами. Деревья богаты спелыми плодами, куда бы ни упал взгляд Фрэнка — в приветствии ему цветы покачивались под лёгким дуновением ветра, а небольшой, но такой прекрасный фонтан встретил нового гостя посреди дорожки, вымощенной камнем. Этот огромный сад выходил прямо в лес, и когда прохлада забралась холодными пальцами под одежду Фрэнка, вместе с ним душу окутала печаль от осознания неминуемой погибели всего цвета от руки наступающей осени.       — Отцу нравится работать в саду, — толковал Райан на ходу. Фрэнк восхищенно оглянулся на подростка и обнаружил, что в его руках покоится еда. Откуда она там взялась? — Это помогает ему чувствовать себя лучше. Проблем хватает, поэтому забота о саде и наличие его грязи на руках дарят отцу ощущение того, что он что-то держит под контролем.       — Кажется, ты по-настоящему любишь своего отца, — озвучил Фрэнк свои мысли, пробираясь в часть, где начинался лес.       — Он хорошо ко мне относится, — ответил Райан. — Не мешает мне заниматься своими делами и позволяет оставаться самим собой. Он довольно понимающий. Мне немного грустно, что нам пришлось уехать из Лас-Вегаса, но здесь ему лучше. Быть собой и в контакте с землёй — это как панацея для него. Круто, что он разрешает ребятам приходить и тусоваться здесь. Отец даже не против футбольной команды, когда им негде попинать мяч из-за закрытых ворот школы.       — Почему он делает это? — с искренним непониманием спросил Фрэнк.       — Потому что в городе опасно, и никто не хочет оставлять детей на улице без присмотра, — честно объяснил Райан. — Однако мой отец — он присматривает за ними. За нами всеми, — подросток дёрнул уголками губ, позволяя мягкой улыбке расцвести на его лице. — Он хороший человек, — парень остановился. — Хочешь подняться первым?       Фрэнк в ответ рассеянно свёл брови к переносице.       — Подняться куда?       Райан с очевидным намёком изогнул бровь и поднял голову вверх. Фрэнк последовал за взглядом парня, и его собственные глаза широко распахнулись в удивлении.       Это самый невероятный дом на дереве из всех, что только видел Фрэнк, его словно вытащили прямо из TLC [1], все завороженно смотрели такое по телеку. Похоже, общая конструкция состоит из трёх отдельных помещений, на соседнем дереве располагается похожее крошечное жилище, оба домика объединяет тянущийся между ними деревянный мостик. Лестницу смастерили из крепкой верёвки, она висит высоко над головой Фрэнка, однако неподалёку предусмотрительно приветствуют прочные ветви, приглашающие вскарабкаться по ним, чтобы в дальнейшем добраться до канатной лестницы.       — Домик был здесь ещё до того, как мы переехали, — поделился Райан, когда Фрэнк начал подниматься наверх. Чёрт, ему никогда раньше не приходилось лазить по деревьям. — Отец просто починил его ради меня. Ещё в его планы входит генератор, который по задумке должен располагаться внизу, чтобы я мог поставить внутрь микроволновку и всё такое, но я думаю, это только всё испортит. Подобные приборы нарушат тишину, а я не хочу подвергать спокойствие этого места исчезновению. Или привлекать к себе внимание.       Взобравшись в домик, Фрэнк усмехнулся, оглядывая обстановку:       — Ты что, хиппи? — вопрос слетел с губ первее, чем в сознании закрались сомнения, стоит ли его озвучивать. Повсюду разбросаны ковры с причудливыми узорами, очевидно, недешевые. Молитвенные флаги переплетаются с проводами гирлянды прямо под потолком, а в углу стоят диван, два кресла-мешка и проигрыватель. Стены украшают облачённые в аккуратные рамки фотографии, а книжная полка располагается по всему периметру стены, хранящая на своей поверхности ноутбук, заполненная книгами и пластинками. Райан услышал заливистый смех Фрэнка уже через пару минут, когда добрался внутрь:       — Это немного, э-э…       — По-гейски? — фыркнул Райан. — Мне поебать. Это моя обитель, в которую я привожу друзей. Насрать на всё остальное.       — Ладно, это здорово, — с шумным выдохом признал Фрэнк. Он поспешил плюхнуться в одно из кресел-мешков, нетерпеливо извиваясь на нём в попытке принять наиболее комфортное положение. — Так мы…       — Ты не можешь соваться на улицу ночью в одиночестве, — отчеканил Райан. — Я проведу тебя домой. Попрошу у отца нож, если будет слишком темно.       Фрэнк фыркнул.       — Мне казалось, ты сказал, что это не свидание?       — Я серьёзно, — уверенно надавил Райан. — Люди умирают здесь, Фрэнк, или с ними случается что-то очень плохое. Почти каждый в этом городе потерял что-то дорогое.       — Я-я думал, подростки просто сбегают, — с запинками попытался объяснить Фрэнк.       — Четырёхлетние дети не могут сбежать и никогда не вернуться, только если с ними не случилось что-то ужасное.       — Маленькие дети тоже пропадали?       Райан кивнул.       — Кэйси Хэйл. Её мать отошла за лимонадом. Пятнадцатилетний сын остался на улице с Кэйси. Внезапно он закричал во всё горло, мать сразу же выбежала, чтобы застать картину, как её дочь что-то затаскивает в лес. Из ушей мальчика лилась кровь. С того момента никто так и не слышал ничего про Кэйс.       — Но это ведь было много лет назад, правда? — с надеждой в голове спросил Фрэнк.       Райан выдержал паузу.       —… это случилось на прошлой неделе.       Фрэнк побледнел.       — К-какого чёрта? Почему, блять, никто не уезжает? Почему люди всё ещё живут здесь?       Райан покачал головой, поморщившись.       — Ты поверишь мне, если я скажу, что миссис Хэйл уже прекратила любые попытки найти свою дочь? Люди не теряют память, но… Думаю, у взрослых просто отрубает чувства. Будто что-то питается ими, — подросток вздохнул. — Это случается так часто. Может, местные слишком напуганы, чтобы покинуть свои дома. Никто не хочет выходить из зоны своего комфорта, верно? И многим, вероятно, просто некуда больше податься.       — Ты сам себе противоречишь, — подметил Фрэнк.       — Я не боюсь, как остальные, — раздражённо выпалил Райан. — Мир так и не добрался до меня.       — Пока, — Айеро нервно фыркнул.       — Будь осторожен, — продолжал стоять на своём Райан. — Не ходи никуда один, только если это не ранее утро, когда солнце только встаёт. Вылазка в любое другое время суток — риск. Ходи со мной вместе со школы и всё такое. Честно говоря, мне самому это не особо нравится, я часто разгуливал по окрестностям один, пока Патрик пытался вынести мне весь мозг из-за того, что я идиот.       — Патрик напоминает заботливую мамочку, — с нервным смешком прокомментировал Фрэнк.       — Существует целый ряд вещей, которые ты не можешь делать после наступления темноты, — Райан игнорировал шутки Фрэнка. Это нормально. Фрэнк язвит, чтобы скрыть то, что напуган. Этот город только и делает, что окутывает страхом. — Не смейся над злом, которое утаскивает в свои лапы мирных людей. Ты не должен оставаться один в этом городе. Купи себе перцовый баллончик или что-то похожее и прислушивайся к сирене. Если услышишь её — разворачивайся и беги в противоположную, блять, сторону. Не лезь никуда со своими расследованиями. Любопытство сгубит кошку, и никто не потрудится вернуть её назад.       — Как только мы переехали, я обвинил маму в том, что она выбрала Аврору из-за желания навсегда избавиться от меня, — с раскаянием в голосе выпалил Фрэнк. — Я думал, что повёл себя, как мудак, но теперь, после всего услышанного дерьма, мне не кажется, что я слишком уж драматизировал, — с шатким выдохом Фрэнк спросил: — Кого-нибудь постарше похищали?       Райан пожал плечами.       — Никто не знает наверняка. Есть старики, умирающие во сне из-за кровотечения. Из глаз. Никто не может объяснить, что с ними случается, потому что вскрытие стоит больших денег. Тела просто сжигают или зарывают в землю. Когда-нибудь городской сумасшедший перестанет появляться в супермаркете, но никто из местных даже не знает, где он живёт, так кто заметит исчезновение?       — Ты боишься умереть? — вырвалось у Фрэнка.       Было видно, как Райан засомневался, углубляясь в поток своих мыслей. Его взгляд был направлен на фотографии на стене, но Фрэнк так и не смог понять, на какую именно смотрит подросток.       —… я не знаю.       — Думаешь, это делает человек? — не унимался Фрэнк. — Или что-то более ужасное? Может, дыра в земле? Или зверь? Что насчёт человека с дрессированным зверем? Или нет, нет, что, если оно будет ходить по земле вечно, пока не появится что-то, что заставит их истечь кровью?       — Как в Люди Икс? — хихикнул Райан. Фрэнк был ошеломлён тем фактом, что Голливуд сумел пробраться даже в такую поросшую лесом глушь. — Блять, Фрэнк, буквально никто не знает и не беспокоится так сильно, чтобы заявить в полицию другой округи. Они просто пишут пару слов об этом в газете, какое-то время разыскивают пропавших, но в конце концов всегда сдаются. Нет никакой надежды вернуть исчезнувших. Люди беспомощны в этом деле, ладно? Они не собираются тратить никакой из своих ресурсов на человека, которого никогда и не найдут. Местные просто соблюдают комендантский час и скрещивают пальцы под подушкой.       — Боже, как они вообще так живут, — вздохнул Фрэнк.       — Тебе тоже придётся держаться в стороне, — настойчиво ответил Райан. — Ты будешь жить так минимум в течении следующих двух лет. Говоришь, твоя мама — религиозный человек? — Райан поморщился, когда Фрэнк кивнул. — Есть тут кучка психов. Сам священник, отец Норт — с ним всё нормально. Он даже милый. Но остальные искренне верят, что это место проклято. Они становятся на колени перед своим богом и умоляют его пощадить нас. Они думают, что спасут город.       — Они ведь просто сумасшедшие, верно? — на самом деле Фрэнк понятия не имел, действительно ли эти люди съехали с катушек.       Райан выдержал молчаливую паузу.       — Как посмотреть, — и на этой ноте Фрэнк окончательно запутался. Райан прошипел: — Боже, Фрэнк, я не хочу фаршировать твою голову безумными историями. Искренне стараюсь не делать этого. Я могу рассказать тебе о том, что сам знаю, но не о том, что происходит с моей точки зрения, потому что никто не уверен ни в чем на сто процентов.       — Так ты привёл меня сюда, чтобы запугать? — спросил Айеро, резко повышая голос. — Твою мать, я здесь всего три ёбаных дня! Что это за место, блять? Почему никто до сих пор не эвакуировал людей и не взорвал этот город к чертям?       — В душе не ебу, — вздохнул Райан. — Слушай, я просто… хотел предупредить тебя. Чтобы ты не вляпался ни в какое дерьмо. Если честно, я всего лишь хотел потусоваться с тобой, — Райан пожал плечами, ощущая, как Фрэнк прожигает в нём дыру выжидающим взглядом, и послушно продолжил: — Патрик и Пит потрясающие, у меня есть друзья, как ты уже заметил, но я торчу в этой дыре уже около пяти или шести лет, и просто… хочу чего-то нового. А ты новенький. И крутой. Интересный. Это как получить новую книгу, только книга оказалась человеком, поэтому какая нахуй разница, правда?       — Я — научный эксперимент, а ты находишься в стадии наблюдения, — съязвил Фрэнк.       — Только если ты ненормальный, — ответил Райан. — Я просто говорю, что думаю. И хочу завести нового, блять, друга, так что сядь и читай со мной чёртовы комиксы, а после ужина — поиграем в видеоигры. Договор? — Фрэнк и не заметил стопку изношенных комиксов в углу.       — Договор, — и Фрэнк сдался.

***

      — Вы, парни, хоть что-нибудь изучили? — ради приличия поинтересовался мистер Росс, рассматривая двух подростков усталым, но любопытным взглядом. Райан попытался скрыть смех кулаком, прижатым к губам, а Фрэнк состроил сосредоточенную и изнеможённую тяжёлой учебой мину.       — Конечно, мы изучили несколько параграфов, — кивнул Райан, поглядывая на Фрэнка, с которым у него были одни и те же мысли. Изучили несколько гомоэротических моментов между Скоттом Саммерсом и Логаном — так звучит на порядок правдоподобнее.       Мистер Росс вздохнул и покачал головой.       — Хорошо, что природа не обделила тебя мозгами, парень, иначе у тебя не осталось бы шансов выжить.       В ответ Райан просто рассмеялся.

***

      Фрэнк изучал единственную грунтовую дорогу взглядом — она разделяла его дом и дом Райана, — когда тот проводил своего нового друга. Между ними расстилалось неплохое расстояние в две мили, но по факту соседями им помешал стать всего один единственный дом.       — Чей это дом?       Выражение лица Райана исказилось в какой-то печальной гримасе.       — Здесь живут Уэи, — сухо выдавил из себя Райан. — Хорошие люди, оказавшиеся в откровенно дерьмовых обстоятельствах, — подросток оглянулся на дом. — Я классно дружил с их старшим сыном, пока он не превратился… пока не закрылся в себе. После случившегося.       Фрэнк уставился под ноги, устав рассматривать нескончаемые деревья, которыми по бокам обросла дорога.       —… кого-то похитили?       Райан отрицательно покачал головой.       — Нет. Точнее, не навсегда. Их вернули обратно, но… — челюсть Райана заметно дрогнула. — Мы не можем говорить на эту тему. Она действительно больная, особенно в пределах школы.       Фрэнк молча кивнул в знак понимания и поспешил сравнять свой шаг с шагом Райана.

***

      — Я, блять, уже провалил этот экзамен, — застонал Пит, оборачивая руки вокруг шеи Патрика в поисках сочувствия. На этот раз ребята уселись за стол в столовой, и Фрэнк искренне ценил каждую проведённую в окутывающем тело тепле секунду. Однако долго покой парня не продлился, так как болтовня Пита звучала ещё громче, чем настойчиво бьющийся каплями в оконное стекло ливень. — Боже, Паттикексик, почему я не такой гений, как ты?       — У Райана балл выше, чем у меня, — сухо отметил Патрик.       — Но Райан не любит меня так, как ты, — легкомысленно пролепетал Пит, тычась губами в шею Патрика — тот поморщился и поспешил оттолкнуть Пита. — Ну же, Пат, просто позволь мне списывать твою домашку до выпуска из этой адской дыры и пока всё не станет прекрасно. Я выпущусь и последую за тобой в университет, ничто не сможет разделить нас. Мы покорим весь мир, Патрик и Пит, П-П.       — Пошёл ты, мы — не «пи-пи», и я не собираюсь помогать тебе в жульничестве, — невозмутимо ответил Патрик. Фрэнк не сумел сдержать смех.       Внезапно стены столовой заполнились гоготом; Фрэнк ошеломлённо поднял взгляд и заметил врывающуюся в помещение компанию парней — они, не сдерживая себя, громко кричали и смеялись во всю глотку, словно сбежали из сумасшедшего дома, выстраиваясь в очередь за обедом и толкаясь. Фрэнк поморщился, даже не думая прятать своё отвращение.       — Кто это?       Пит всего на одно мгновение одарил Патрика многозначительным взглядом. Кажется, у них состоялся телепатический разговор.       — Футбольная команда и по совместительству единственная причина, по которой кто-то покидает свои дома в пятницу вечером.       Парень с ярко-розовой копной волос оторвался от своей компании футболистов и живенько направился к их столу, растягивая губы в широченной улыбке во все тридцать два по пути. Переполняющая его энергия почти искрилась. Остановившись рядом со стулом Райана, футболист повернулся ко всем, так и не стирая улыбки с физиономии. Патрик вежливо кивнул в знак приветствия, в то время как Пит буквально просиял.       — Джоши! — воскликнул он, поднявшись со своего места. Пит и Джоши исполнили какое-то фирменное и принадлежащее только им рукопожатие, показавшееся Фрэнку весьма сложным. Джоши рассмеялся и оглядел Райана с ног до головы, а затем перевёл свой изучающий взгляд на Фрэнка — брови футболиста медленно поползли вверх.       — А вот и наш новенький! — громче, чем следовало, обрадовался Джоши. Он протянул Фрэнку ладонь. — Джош Дан, — Айеро пожал ему руку только потому что хотел, чтобы Джон поскорее отстал и пошёл дальше заниматься своими футбольными делами. Хорошо, он не сел к ним за столик — это уже весьма благоприятный знак. — Я чего пришёл. Приглашаю всех на матч! Мы будем пиздец как взволнованы перед игрой, и будет отлично видеть знакомые лица на трибунах.       — Вся футбольная команда знает буквально каждого, кто приходит на матч, включая собственных матерей, — пробормотал Райан. Джош услышал его и неискренне выдавил из себя смех.       — Блин, Райан, ты такой смешной, — хихикая, Джош положил руку на плечо Райана. Райан даже глазом не моргнул, что показалось очень странным. — Ты должен быть сегодня вечером, ты же лучше любой группы поддержки. Давно мечтаю увидеть тебя на трибунах.       Фрэнк вскинул брови, молчаливо метая взгляды на каждого из присутствующих. Пит давил идиотскую лыбу, пока Джош открыто заявлял о своей крепкой привязанности к абсолютно равнодушному Райану.       — Надеюсь, вы придёте, парни! — воскликнул Джош напоследок, убегая к своей команде так же быстро, как он и прибежал.       — Матчи — отстой, — открыто выразился Патрик.       — Там будет еда, — напомнил ему Пит. — Превратим это в свидание, Паттикексик.       Фрэнк осознал, что никто не собирается акцентировать внимание на розовом слоне в комнате. Ну и к чёрту.       — Боже, почему ты так одержим идеей превратить всё в наше свидание? — раздражённо выпалил Патрик. — Я в ёбаном марширующем оркестре, помнишь? Поэтому появляюсь на матче вне зависимости от того, хочешь ты этого или нет.       — На чём ты играешь? — поинтересовался Фрэнк.       — Секс-о-фон, — буквально застонал Пит. Патрик моментально закатил глаза.       — Это по-настоящему круто, — отозвался Фрэнк. Он выдержал паузу. —… думаю, будет здорово пойти на матч.       Патрик фыркнул, глаза Пита загорелись, а Райан продолжил выглядеть так, словно у нет души.       — Пойдём все вместе! — возрадовался Пит. — Сделаем это! Ну же, потусуемся, побудем весёлыми и глупыми! О боже, я съем хот-дог. Обожаю хот-доги. И куплю Патрику немного начос, чтобы он мог подкрепиться после третьей подачи, или как вы это там называете, и…       — Я не могу есть, пока идёт игра, — прервал его Патрик.       — Я куплю Патрику начос после матча! — исправился Пит, не упуская ни секунды. — А Райан будет сидеть с нами, сварливый, как долбаная херня, и болтать о том, как всё неорганизованно, пока мы будем веселиться, как не веселились годами.       — Почему ты вообще хочешь пойти? — скептически спросил Патрик, обращаясь к Фрэнку.       Фрэнк пожал плечами. Наверное, глупо рассказывать о своём намерении поддержать Патрика, который так и не увидел большой поддержки от своих друзей, когда дело дошло до марширующего оркестра. Фрэнк уже собирался открыть рот, чтобы выдать красноречивое объяснения, но его желудок свело так, что с губ слетело только:       — Может быть весело, — вот и всё, что он смог из себя выдавить.       Райан страдальчески вздохнул под взглядом Пита — тот уставился на него умоляющими, щенячьими глазами.       — Не бросай меня на растерзания трибунам, — театрально взмолился Пит без доли смущения. — Ну же, Рай, ты почти никогда не веселишься за пределами дома. Я знаю, как тебе было тяжело в прошлом году, но ты не можешь послать к чёрту хорошие вещи только потому, что когда-то с тобой случились плохие.       Фрэнк безумно хотел узнать, о чём говорит Пит, но выражение лица Райана заставило его прикусить язык — оно мгновенно побледнело и буквально кричало «я убью тебя».       — Отъебись, Пит, — с желчью выплюнул Райан, потихоньку начиная выходить из себя.       — Только если этим вечером ты пойдёшь с нами, — мягко настаивал Пит.       Райан сурово свёл брови к переносице.       — Приду в класс пораньше, — отчеканил он, встав и закинув рюкзак на плечо. — Будь добр, Пит, иди нахуй, — он ушёл, полностью разгневанный, а Фрэнк чуть не ахнул от шока. До этой самой секунды Райан оставался настолько хладнокровным, что, казалось, скоро должен был упасть в летаргический сон. Такая реакция оказалась удивительно новой для Фрэнка. И он, вроде как, даже оценил её. Ему нравятся люди, которые не принимают чужое дерьмо.       — Он придёт, — уверенно выдал Пит. — Встретимся на трибунах, Фрэнки. Я так рад, что ты предложил пойти! Я тоже хотел, но меня никто бы не послушал, — Пит усмехнулся и заглянул в глаза Патрика, полностью влюблённый. — Я увижу, как ты играешь! Это так волнующе. Хотел бы я, чтобы они позволили тебе играть в соло на матче. Сколько вы выступаете?       — Только первый акт, — ответил Патрик. Он оглянулся на Фрэнка. Фрэнк неуклюже поёрзал, полностью смущённый, а Патрик вздохнул. — Слушай, э-э, Райан… Он может вести себя, как мудак, но обычно у него есть на это причина. Не волнуйся. Чаще всего он не взрывается.       — Нет, я думаю, что это было круто, — признался Фрэнк. Его желудок совершил арабское сальто, завязываясь в узел, и он приложил ладонь к животу. — Эй, эм… я отлучусь в туалет, ладно? Скорее всего, не вернусь до конца обеда, так что, эм… увидимся на уроке, Патрик.       Патрик молча кивнул, когда Фрэнк встал со своего места и поспешил удалиться. По дороге в туалет он врезался в плечо парня — тот шёл по коридору с низко опущенной головой и прижатой к груди книгой.       — Прости, — едва слышно пробормотал подросток. Фрэнк удивлённо завис, узнав в парне Джеральда. Вернувшись с небес уже через несколько секунд, Айеро кивнул и выпалил такое же тихое «и ты», после чего побрёл дальше по направлению к уборной. Сознание захватили мысли о том, какую книгу читает Джеральд и интересна ли она на самом деле? Фрэнк также подловил себя на разливающемся в груди желании узнать этого парня поближе, чтобы иметь возможность на всех правах спросить вслух, что это за произведение.

***

      Последний урок Фрэнк провёл полностью очарованным. Он наблюдал за работой Джеральда. На самом деле, Джеральд ни над чем таким не работал, он просто рисовал, как и всегда. Единственным исключением из правил оказалась область на бумаге — он оставил в покое свою манию чиркать исключительно на полях тетради. Теперь Джеральд кропотливо скрючился над обширной картиной, на которой изображена группа мужчин, сражающаяся со злом. Штрихи ложились на записи в тетради и выходили за её границы, пачкая лежащий под ней дневник Джеральда. Джеральд использовал только чёрную шариковую ручку и неоново-розовый текстовыделитель, но несмотря на это рисунок выглядел, как чертовски профессионально выполненная композиция.       Загипнотизированный кровавой резнёй, искусно изображённой на рисунке, Фрэнк размышлял над тем, мог ли Джеральд посещать художественную школу, ведь его творчество выглядело просто потрясающе в глазах Айеро. Он очарованно следил за ручкой, что движется по листу, думая о том, что звук чирканья пасты по гладкой бумаге перебивает монотонное бубнение учителя и действует, как чёртово успокоительное, с каждой секундой всё больше убаюкивая Фрэнка. Парень тайно возжелал, чтобы Джеральд нарисовал что-то только для него; подросток планировал однажды перекрыть всё своё тело татуировками, и идея навечно запечатлеть работу Джеральда на своей коже согревала душу.       Внезапно Джеральд вырвал страницу из тетради и стал вырисовывать что-то совершенно новое на следующем листе в клетку. Фрэнку пришлось немного выпрямить спину, чтобы попытаться разглядеть очередной рисунок, и ему точно бы удалось, если бы не плечо Джеральда, перекрывающее доступ к свободному просмотру. Полное разочарование.       Джеральд таинственно двигал ручкой, выводя штрихи, ещё в течение десяти минут, а затем резко вырвал лист и быстрым движением руки сунул его прямо в лицо Фрэнку — тот занял всё его поле зрения. Видимо, в этом и заключалась цель художника — не дать Айеро отвертеться от рисунка.       Фрэнк растерянно принял рисунок, зависший прямо перед его носом, и принялся рассматривать его.       На бумаге красовалось зомбиподобное существо, голову которого украшали болты. На Фрэнка буквально пялилась его зомби-копия — на персонаже оказалась такая же футболка, как и на Айеро сегодня — потрёпанная и старая, с выгоревшим принтом смайлика, у которого вываливается из орбиты один глаз.       Чуть ниже красовалась фраза:       Франкенштейн — жуткий наблюдающий сталкер. И подпись в углу:       G Way       Фрэнк шумно фыркнул и обнаружил, что глупо улыбается. Он знал, что выглядел немного пугающе. Подросток точно сгорел бы со стыда, если бы все его мысли не заполнило восхищение слишком потрясающим рисунком. Фрэнк даже обрадовался, что его подловили. Джеральд, похоже, не пользуется особой популярностью в стенах школы, поэтому навряд ли над Фрэнком станут издеваться из-за того, что он тайно подглядывал за рисованием Джеральда.       И Фрэнк искренне восторгался тем, что сотворил Джеральд. Штрихи походили на линии наброска — такие же грубые и выполненные в резкой манере, как у настоящих художников, картины которых Фрэнк видел в музеях, когда те представляли публике процесс их рисования. Фрэнк невольно задался вопросом, собирается ли Джеральд вырваться из этой проклятой дыры, чтобы в конечном итоге заработать себе имя в большом городе. У подростка есть на это все шансы, только если он не побоится завести правильные связи.       Прозвенел звонок, и Джеральд резко подорвался со своего места, разворачиваясь к Фрэнку лицом, наполовину закрытым прядями угольно-чёрных волос.       — Ты пялишься, — бесцеремонно выдвинул своё обвинение Джеральд; он выглядел больше заинтересованным, чем обиженным. — Почему ты пялишься?       — Ты реально хорошо рисуешь, — признался Фрэнк без доли смущения. — Я подсматривал за тобой, потому что мне показалось потрясающим то, что ты делаешь. Круто, что ты начал выходить за поля. Я подумал, что это грустно — то, как ты ограничивал себя. Ты правда крут, а рамки — отстой.       — Ты рисуешь? — в глазах Джеральда вспыхнуло ещё больше любопытных огоньков после высказываний Фрэнка.       Айеро отрицательно покачал головой.       — Но я прочитал очень много комиксов, — поспешил оправдаться Фрэнк, замечая, как у Джеральда отваливается челюсть. — И неплохо разбираюсь в искусстве, так как долгое время жил близко к Нью-Йорку. Мама любила возить меня в галереи и всё такое, вход был бесплатным первую пятницу каждого месяца. Так что я повидал много произведений искусств и с уверенностью могу сказать, что ты очень, очень хорош в этом, чувак. Ты должен что-то с этим сделать, — Фрэнк выдержал паузу и внезапно выпалил: — Идёшь на матч сегодня вечером?       Джеральд покачал головой.       — У меня другие планы.       Фрэнк прикусил губу и кивнул.       — Тогда в другой раз, может, — едва заметно улыбнувшись Джеральду, он наконец начал складывать вещи в рюкзак. Обычно Фрэнк не находил ничего хорошего в одаривании людей улыбками, особенно незнакомцев, однако Джеральд выглядел достаточно подавленным, и у Фрэнка закралось подозрение, что подросток просто нуждается в чьей-то улыбке в свой адрес. — Тебе стоит продолжать рисовать, чувак. Ты правда чертовски крут, и мне нравится твой стиль. Что-то между безумием и тьмой.       Фрэнк поднял взгляд и обнаружил, что Джеральд неловко уставился себе под ноги.       —… ты кажешься милее, чем большинство подростков, начинающих со мной разговор, — выпалил он. — Но это, вроде как, моя вина. Что ж, эм, — Джеральд протянул Фрэнку руку. Тот пожал протянутую ладонь и кивнул, когда тот продолжил: — Меня зовут Джерард. Приятно познакомиться…       — Фрэнк, — представился Айеро, чувствуя себя полнейшим идиотом из-за того, что мысленно всё это время называл этого парня Джеральдом. Фрэнк поднялся со стула и вновь одарил Джерарда улыбкой. — Мне тоже приятно с тобой познакомиться. Подтягивайся на матч сегодня вечером, если вдруг успеешь закончить со своими делами. Я буду там с друзьями. Было бы здорово видеть и тебя.       Обычно Фрэнк не заводил знакомств и уж точно не называл людей своими друзьями, если они первыми не назовут Фрэнка другом. Айеро понятия не имел, что с ним происходит и какого чёрта он вообще взял инициативу в свои руки. Джерард, кажется, очень расстроился из-за приглашения на матч и легко пожал плечами.       — Завтра я нарисую пришельца, — сказал он Фрэнку, прежде чем покинуть кабинет. Айеро наблюдал за тем, как парень удаляется, и чувствовал себя чертовски хорошо. Подросток не оттолкнул его, не посчитал психом, и теперь Фрэнк даже знает его настоящее имя.