Desecrated Kids

i will possess your heart — death cab for cutie       Фрэнк не посчитал нужным знать мнение матери о его планах на вечер, в которые входит футбольный матч. Однако женщина в свои планы сына посвятила с удовольствием: сегодня она идёт на встречу с женщинами, призывающими людей следовать за Иисусом Христом. В церковь. Стоило ей заговорить об этом, как Фрэнк закатил глаза так, что те чуть не повыпадали из орбит, и молча вышел.       Прийти на матч пораньше — блестящая идея, только если это автоматически освобождает от уговоров вновь пойти в церковь.

***

      — Эй, Фрэнки! — Пит заметил Фрэнка, со скучающим видом сидящего на трибунах в ожидании друзей, и стал пробираться к нему через шумную толпу.       Айеро проторчал в одиночестве около часа, может, больше, и уже начал проедать себе мозг мыслями о том, что его все бросили. Поэтому чувство облегчения мягко скользнуло по сгорбленным плечам, заставляя парня выдохнуть и расслабиться.       — Чё как, Фрэнк? — Пит приземлился на место рядом, с благоговением сжимая в руках свою мечту — хот-дог. — Уже встретил кого-то из знакомых?       Фрэнк отрицательно мотнул головой — он правда даже не надеялся увидеть Джерарда на матче. Айеро с полной уверенностью рассчитывал на придурковатое поведение Пита, но к удивлению тот оказался предельно спокойным, изучая поле холодным взглядом и поедая свой хот-дог. Ни одной шутки про члены и ни одного слова про свидания.       — Если честно, нихрена не понимаю в футболе, — уголок губ Пита едва заметно приподнялся в неоднозначной усмешке. — Я определённо последний в списке тех, кто пришёл бы посмотреть на игру: всего лишь какой-то панк, любящий распылять краску на электрораспределители и сочинять дурацкие стихи, — голос потупившего взгляд Пита едва заметно дрогнул, как и нижняя губа, растянутая в неискренней улыбке. Каждая клеточка его тела почти вопила о неприязни к самому себе. — Может, мне нужно изучить эту тему.       — Заучивать «нужные» темы — вот, что по-дурацки, — ответил Фрэнк. — Особенно те, которые тебе даже не нравятся. Нахуй футбол. Продолжай распылять краски.       Пит рассмеялся и пожал плечами.       — Кто знает? Может, однажды и со мной такое прокатит.       Фрэнк легко общался с Питом на протяжении тридцати минут до начала матча и искренне оценил его компанию. Пит — действительно чертовски проницательный парень, он запросто может указать тебе на созвездия, когда солнце только начинает прятаться за горизонт, хорошо разбирается в цветах и средневековом оружии. Подросток даже рассказал Фрэнку, как однажды чуть не утопился, заметив в реке за своим домом не умеющего плавать птенчика — поспешил спасти его, чуть не сгубив себя. Пит затыкал рот и внимательно слушал всякий раз, когда Фрэнк начинал говорить. Айеро понятия не имел, с кем имеет дело, ведь Пит, которого он знает, одержим Патриком и… и всё на этом. Но вот он — Пит? Такой Пит чертовски крут.       Затем на поле вышел марширующий оркестр.       Пит подорвался с места, выискивая взглядом Патрика. Фрэнк в который за день раз закатил глаза, пока его друг буквально содрогался всем телом под наплывом переполняющей его энергии. «Пит №2» отыскал свою цель и чуть не надорвал связки, вживаясь в образ вопящей девочки-фанатки. Он активно хлопал в ладоши, неоднократно выкрикивая имя Патрика и пытаясь привлечь к себе такое драгоценное внимание. Музыкант же непоколебимо смотрел в одну точку — прямо перед собой, — но точно заметил Пита. Такой вывод Фрэнку позволила сделать линия его губ — они больше не были напряжённо сжаты, хоть и выражение лица оставалось хладнокровным.       Фрэнк вернул Пита на место одним резким движением руки, когда тот уже начал входить во вкус, и тем самым предотвратил очередной нелепый спектакль с открытой демонстрацией всплеска эмоций. Оркестр переместился к трибунам, и музыканты заняли свои места в ограждённой верёвкой секции, что пустовала до их прихода и находилась прямо напротив мест, которые заняли Фрэнк и Пит. Наблюдая за саксофоном и профессиональностью Патрика, Фрэнк печально стекал по стулу. Пришлось смириться с тем фактом, что на протяжении всей игры парня будет сопровождать подвергающийся приступу гиперактивности и прослезившийся Пит.       — Божечки, ты только посмотри, какой он милый, — Пит захихикал. — Глянь, как ему идёт эта форма, просто очаровашка. А шляпа с этим, о боже, пером? Иисусе, Фрэнки, он слишком сладкий. Боже, хочу заобнимать его. И пощупать. Взъерошить эти прекрасные волосы…       — И заставить его кончить тебе на лицо, — перебил поток умилённых фраз Фрэнк. Пит ошеломлённо уставился на него, открывая и закрывая рот, как рыбка, и промямлил что-то нечленораздельное прежде, чем вернуться взглядом к предмету своего воздыхания.       Фрэнк вздохнул, нетерпеливо выискивая хоть какой-то намёк на начало матча. Однако даже это не спасло — после начала игры Пит и не думал униматься. Пищеварительный сок, кажется, неистово разъедал стенки желудка Фрэнка в знак протеста голодовке, и подростку захотелось как можно скорее покинуть трибуны. Просто встать, наплевать на игру и пойти домой. Пока Пит бился в конвульсиях от одного только вида Патрика, Фрэнку становилось всё хуже и…       — Эй, — внезапно послышался знакомый голос. Райан присел рядом с Фрэнком, прижимая к груди пачку кислых мармеладных червячков. Его беспокойно ссутуленные плечи скрывает мешковатая ветровка. Фрэнк медленно моргнул, пытаясь поверить в реальность происходящего. Райан здесь. Пятнадцать минут матча с начала игры, Хаски лидируют. Безумие. Футбольная команда прошлой средней школы Айеро никогда не выигрывала. — Терпеть подобное дерьмо не могу, — Райан поёжился, кидая косые взгляды на окружающих. — Ненавижу скопления людей. Такое чувство, будто вот-вот случится что-то ужасное.       — Может, будет весело, — Фрэнк легко пихнул друга в плечо. — Не будь занудой.       — Ага, повеселимся, когда нас всех перестреляют или что похуже, — продолжил Райан. — Снайпер, прячущийся за деревьями, — подросток подозрительно обернулся, проходясь встревоженным взглядом по расстилающемуся вокруг лесу. Фрэнк в свою очередь искренне не мог вдуплиться, говорит ли парень на полном серьёзе. — Однажды отец рассказал мне историю. В один момент они с другом раздавали детям футбольные мячи, а в следующий — глотка его товарища разлетелась на кусочки под натиском пули. Детей тоже убили. Знаешь ли, тебе и не снилось, на что способны снайперы, — парень мотнул головой. — К чёрту. Я иду домой, как только закончится матч, слышишь? Но сначала провожаю домой тебя.       — А потом плетёшься назад один? — Фрэнк возмущённо фыркнул. — Не надейся.       — В таком случае оставайся у меня, — предложил Райан. — Пит, хочешь остаться у меня после игры?       — Позволь мне спросить у Патрика, — Пит развернулся к секции оркестра, поднёс ладони ко рту, имитируя рупор, и заорал во всю глотку. Услышав вопрос, Патрик побагровел от злости и коротко кивнул в ответ. Пит засиял от радости. — Ночёвка! Будет еда, верно? И вегетарианская фигня для Фрэнка. А нудные фильмы?       — Как ты узнал, что я вегетарианец? — опешил Фрэнк.       — Только вегетарианцы могут отказываться от буррито по четвергам, — объяснил Пит. Фрэнк не мог поспорить, потому что это правда: единственная причина, по которой он отказывался от буррито, заключалась в ингредиентах этого блюда, а если быть точнее — в говяжьем фарше. — Райан, захватим мой телескоп по дороге? Это займёт всего пару минут. Хочу показать Фрэнку звёздное скопление, о котором я ему рассказал.       — Конечно, — казалось, что Райан вообще не здесь. Он пристально вглядывался в сторону поля, на верхушки деревьев. — Как думаете, нам повезло, что ветер разбушевался под вечер, или снайперы не нуждается в мысленных вычислениях его скорости?       — Лично я думаю, что ты параноик, — Пит усмехнулся. — Никто не станет стрелять в людей на школьном футбольном матче.       — Ты не можешь знать наверняка.       — Нет, блять, могу, — Пит цокнул языком. — Нет никаких законных поводов. Кроме того, мы даже не играем против настоящих соперников! И сегодня не так много народа, — что прозвучало странно для Фрэнка, ведь почти все места на трибунах заняты. И это — небольшая толпа для школьного футбольного матча? — Ничего не случится, — Пит рассмеялся. — Не ссы и наслаждайся ночью.       Райан уже открыл рот, чтобы возразить, когда со стороны поля раздался пронзительный крик. Люди засуетились, а Фрэнк растерянно пытался понять, куда ему смотреть. Как только на глаза попался источник звука, живот предательски скрутило. К сидящему на траве футболисту подкрался его товарищ в шлеме, блестящая поверхность которого залилась свежей кровью. Несмотря на то, что голову другого футболиста ничего не скрывало, Фрэнк всё равно не мог разглядеть его лица: первый парень беспощадно дробил череп товарища ебучим шлемом, с каждым ударом головы норовя вынести чужие мозги на всеобщее обозрение. Стадион затих, сотни шокированных глаз уставились на открывающуюся перед ними картину, пока ни один из присутствующих не мог найти в себе силы отреагировать. Фрэнк видел, как рука подростка дёргается в такт хруста его собственный костей.       — Уходим, — Райан схватил парней за руки и в последнюю секунду заметил Патрика; молниеносно поднявшись на небольшую лестницу, подросток подцепил локоть друга пальцами и дёрнул его на себя. Уже через мгновение парень собранно выводил всех друзей прочь от трибун. Стадион также покидали некоторые из болельщиков, однако подавляющее большинство так и осталось на трибунах, загипнотизировано уставившись на кровавое представление и прилепив, как один, телефоны к ушам с 9-1-1 на дисплее. Последнее, что заметил Фрэнк до того, как Райан выволок их за территорию школы — несколько футболистов, ринувшихся на помощь уже, должно быть, мёртвому и не нуждающейся в ней подростку и крик тренера.       Фрэнк тащился вслед за другом со стеклянными глазами, иногда оборачиваясь назад — на Пита и Патрика, держащихся за руки. Оба путались в ногах, испуганно смотря перед собой, однако выражение лица впереди идущего Райана Фрэнк не имел возможности увидеть.       Желудок совершил арабское сальто, а тошнота, подкатившая к горлу горьким комом, вынудила Фрэнка вырвать свою ладонь из руки Райана и свернуть с тропинки в кусты. Парни застыли на месте, молча наблюдая жалкое зрелище: Фрэнк, намеревающийся выблевать свой же пустой желудок, пытается не свалиться в заросли. Пит неожиданно подскочил к другу, обеспокоенно поглаживая его по содрогающимся лопаткам.       — Думаешь, он убил парня? — спросил Патрик; язык с трудом поворачивался, а слова, вырывающиеся из горла, царапали его стенки и ломали дрожащий голос.       — Нужно рассказать об этом папе, — ответил Райан. — Он позвонит своему приятелю-полицейскому и узнает, что, блять, произошло.       Фрэнк готов был последовать за любой идеей Райана, справедливо оценивая его холодный и здравый рассудок — Росс единственный мог сосредоточенно всё взвесить. Фрэнка немного пугает такая стрессоустойчивость, однако уверенность в том, что у Райана на всё имеется объяснение, развеивает страх. Он повёл друзей по грунтовой дороге, ведущей к дому Росса, как только желание Айеро вывернуться наизнанку сошло на нет.       — Можете позвонить родителям со стационарного телефона, — предложил Райан. — У нас есть радио на случай, если связь опять пропадёт. У ваших родителей же есть радио?       Патрик и Пит кивнули с лицами типа «издеваешься? Конечно», а Фрэнк уже начал просчитывать сроки, в которые должен вложиться, чтобы вовремя накопить деньги на чёртово радио.       — Папа! — закричал Райан, как только завёл друзей в дом.       Пит посеменил прямиком к дивану и сразу же упал на него, разваливаясь так, словно проводил в этом доме каждый свой день. Патрик так и стоял в прихожей с пустым, направленным в никуда взглядом. В голову Фрэнка проскользнул вопрос: можно ли пострадать от настоящего шока, просто став свидетелем чего-то ужасного?       — Папа! — вновь окликнул отца Райан. Мужчина наконец вылетел из комнаты с белым, как лист бумаги, лицом, искажённым в панической гримасе.       — Что случилось? — дрожащим голосом выпалил мистер Росс. — Ты ранен?       — Один парень раздробил голову своего товарища шлемом, — сообщил Райан. Мистер Росс мгновенно поменялся в лице, и Фрэнк тихонько сел на пол рядом с Питом.       — Вы, дети, остаётесь внутри, — приказал мужчина. — Я оставлю пиццу в духовке, чтобы вы могли поесть. Вы же все останетесь на ночь?       Пит кивнул и подал голос:       — Можно позвонить родителям?       — Связь пока ещё есть.       Пит поднялся с дивана и осторожно взял Патрика за руку, потянув в другую комнату.       — Это типа в порядке вещей? — вопросы, мучившие Фрэнка, подогревали всё его нутро, заставляя кровь вскипать от усиливающейся с каждой секундой злости. Какого чёрта никто даже не пытался узнать, почему один подросток проломил голову другому? — Блять, этот парень… Этот бедный парень, вероятно, мёртв. Его прикончил футболист из его же команды! Думаете, они были врагами? Может, один отбил девушку у другого? Что, если это было подстроено? Или пацана просто «щёлкнуло»?       Мистер Росс молчаливо покачал головой, а Райан, глубоко вдохнув, ответил:       — Здесь всякое бывает, — вот и всё объяснение. Фрэнк с распахнутыми глазами уставился на друга.       — Ты что, блять, шутишь? — он зашипел. — И это всё? Так вы объясняете происходящее? Всякое бывает? Всякое бывает и в ёбаном Джерси, но люди задают вопросы. Они долбятся в двери полиции. Люди боятся, запираясь в своих домах, и ведут себя так, словно что-то да происходит. Я знаю, что вы, парни, ведёте себя так, словно что-то происходит, н-но даже не пытаетесь понять, почему парень так поступил.       — У людей нет причин, когда их так «щёлкает», — наконец ответил мистер Росс.       Фрэнк собирался высказаться насчёт услышанного заявления, но Райан не дал ему этого сделать:       — Мы застали много необъяснимых убийств. Убийцу задерживают всегда, однако приводя на допрос, не могут выбить из обвиняемого причины его поведения. Чёрт, иногда… Иногда они даже не знают человека, которого убили, ведь до этого встречались один-два раза в прачечной — и всё.       — Так… вы просто смирились? — Фрэнк помотал головой от неверия, всё ещё изумлённо оглядывая присутствующих в комнате.       — Мы смирились только с тем, что никогда не получим ответы на свои вопросы, — признался мистер Росс.       Фрэнк отвернулся.       — Мне нужно позвонить маме, — он встал и пошёл на кухню, глядя под ноги с целью не споткнуться ни обо что — стены дома изнутри окутывала почти непроглядная темнота. Подняв голову уже на месте, подросток замер с удивлённо поднимающимися вверх бровями. — Парни, вы…       Пит в одно мгновение ретировался на приличное расстояние от кухонной стойки, в которую всего секунду назад вжимал Патрика. Губы обоих парней раскраснелись и заметно припухли, Пит смущённо отвёл взгляд, в то время как внешний вид Патрика походил на вид человека, что только проснулся. Он даже не обратил внимание на присутствие Фрэнка — просто смотрел на Пита, как на чёртово солнце. Вероятно, это из-за шока.       — Эм, хэй, — неловко улыбнулся Пит, бегая взглядом от Патрика к Фрэнку и обратно. — Это, эм… Это не то, о чём ты подумал?       — Вы что, целовались? — Фрэнк на самом деле не знал, какой должна быть его реакция. Ему вроде как нужно воспользоваться телефоном, но в то же время и жизненно необходимо понять, как Пит и Патрик вообще могли оказаться геями. Блять, определённо необходимо. — Вы двое — вместе? — парень посмотрел на телефон. — Мне нужно позвонить.       — Ты злишься? — выпалил Пит.       Фрэнк фыркнул.       — Я, э-э… — чёрт, он не был готов к такому. — Нет. Не злюсь. Мне просто нужно позвонить маме, если можно.       Пит кивнул и взял Патрика за руку.       — Мы позвоним родителям позже, — сказал он Фрэнку, прежде чем они вышли из комнаты. По пути Патрик не отводил взгляда от Фрэнка, что выглядело до мурашек странно. Затем подросток грустно улыбнулся и скрылся. Фрэнк глубоко вздохнул, стараясь не терять самообладание, и позвонил маме.

***

      — Они встречаются уже много лет, — сказал Райан, когда они с Фрэнком остались один на один в комнате. Пит принимал душ, а Патрик, чёрт побери, наконец говорил с родителями по телефону. Ему понадобилось много времени для того, чтобы прийти в себя и начать разговаривать. — Типа, не знаю, ребята вместе с тех пор, как я с ними познакомился. Уверен, их члены связаны с момента их рождения.       — Ты, эм, ты не против? Что они геи?       — Было бы отстойно возникать, учитывая мою нетрадиционную ориентацию. Тем не менее, Пит би. Или пан? Он думает, что сексуальность человека не зависит от его гендера.       Фрэнк прикусил губу.       —… я тоже. Я би.       — Правда? — Райан удивлённо приподнял брови. — Никогда бы не подумал.       — Нам пришлось переехать после того, как друг мамы застукал меня с парнем, — голос Фрэнка приобрёл печальные нотки при мыслях о Джеймсе, всплывающем в памяти. — Она пошла к главному священнику нашей церкви, и он посоветовал отвезти меня в деревню, чтобы я «исцелился от болезни», — рассматривая потолок, Фрэнк начинал чувствовать себя на порядок лучше. — Уверен, она выбрала это место, чтобы я поскорее умер, а она могла со спокойной душой вернуться обратно к своим друзьям в Джерси.       — Ёбаная церковь, — Райан вздохнул. — Ты не болен.       — Я знаю, — Фрэнк кивнул. — Своего рода болезнь, я имею в виду. Я уже давно смирился.       Райан внимательно следил за выражениями, сменяющимися на лице Фрэнка, прежде чем поинтересоваться:       —… ты никогда не думал, что она привезла тебя сюда, чтобы уберечь от той церкви? Подальше от места, в котором тебя могут высмеивать и осыпать проклятиями? Не думал, что она наоборот может пытаться сберечь тебя?       — Мне наплевать в любом случае, — Фрэнк упёрто свёл брови к переносице, повернувшись к другу. — Если бы она действительно так заботилась обо мне, настояла бы на своём и не шла на поводу у церкви.       — А звучишь ты так, будто тебе не плевать, — фыркнул Райан. — Просто постарайся не вести себя с ней, как мудак. Родители делают всё возможное, в особенности — родители-одиночки.       — Не могу поверить, что Патрик с Питом геи и они вместе, — Фрэнк попытался перевести тему. — Как я мог не замечать? Разве у меня не должно присутствовать какое-то шестое чувство на подобную фигню? — он нахмурился. — Какой-то хреновый из меня гей, — парень взглянул на Райана. — Твой отец знает?       — Он спокойно к этому относится, — Райан кивнул.       — У тебя пиздец какой классный отец, — в глазах Фрэнка засияли огоньки неподдельного восхищения.       — И это правда, — Росс ухмыльнулся.       — Мне тоже нравится твой отец, — замурлыкал Пит, появляясь в комнате с одним полотенцем, обёрнутым вокруг бёдер, и вторым для того, чтобы высушить волосы. Фрэнк насупился, мысленно обдумывая, как подросток, учащийся в средней школе, может так хорошо выглядеть без футболки. Патрик — просто счастливчик.       — Это что, тату? — Фрэнк жестом руки указал на линии около пупка Пита.       — О да, блять. Это тату, — губы Пита расплылись в нахальной ухмылке. — Поддельное удостоверение личности в Портленде. И всего сто баксов.       — Так дёшево для тату, — Фрэнк удивлённо вскинул одну бровь.       — Оно и видно, — прыснул Райан.       Пит обиженно выпятил нижнюю губу и прикрыл татуировку ладонями, после чего полотенце медленно начало сползать вниз, и Пит задёргался, смешно пытаясь схватиться за него. Райан вопил, закрывая глаза руками. Пит умчался со сползающим с бёдер полотенцем, не переставая хихикать.       — Он свалил? — Райан взмолился: — Пожалуйста, скажи мне, что он свалил.       Пит вернулся в комнату через секунду уже в штанах, низко опущенных на бёдрах, и поиграл бровями, стреляя глазками в Райана.       — Признай, тебе нравится. Вентц знает, что нравится дамочкам, и дамочкам нравится…       Пит закрыл рот, как только почувствовал присутствие Патрика прямо за своей спиной. Патрик медленно обвёл трёх присутствующих ещё более пустым, чем ранее, взглядом, и подал голос:       — Мама сказала, что парень умер. Его звали Грэг, а футболиста, убившего его — Джейсон, — Патрик шумно сглотнул, прежде чем продолжить тихим, дрожащим голосом: — Они дружили с трёх лет, — пальцы музыканта нервно дёргали край футболки, и Питу потребовалось всего несколько секунд, чтобы заключить парня в тёплые объятия — он принялся ласково нашёптывать что-то, что Фрэнк не сумел расслышать.       — Даже представить тяжело, какой ужас пережил Грэг, — с нескрываемой горечью вздохнул Райан.       — И это так просто замнут? — губы Фрэнка поджались в тонкую линию, крылышки носа расширились, пока сердце отбивало быстрые удары под наплывом гнева. — Всем, блять, реально плевать? В голове не укладывается. Это безумие! Люди должны сделать хоть что-то, чтобы выяснить, почему подобное дерьмо продолжает происходить!       Пит замотал головой, а у Патрика от идеи Фрэнка чуть волосы дыбом не встали.       — Не высовывайся, — Пит пролепетал выученную наизусть фразу. — Это главный урок от воспитательницы детского сада. Не пытайся что-то выяснить. Просто беги, когда сможешь и если вообще сможешь.       — Вас правда учили этому в детском саду? — глаза Фрэнка расширились от услышанного.       — Не то чтобы, — Пит вздохнул. — И, если ч-честно, это адресовалось только мне. В детстве я задавал слишком много вопросов. И п-поэтому мог вляпаться в большие неприятности. Мог серьёзно пострадать. Миссис М сказала мне, что я должен держать большинство вопросов при себе.       — Это безумие, — повторил Фрэнк, не в силах подобрать ещё какой-нибудь ответ, что мог бы в полной мере описать его чувства. Желудок вновь судорожно сжался, будто в него тыкали раскалённым остриём ножа.       Все молчали.       — Я бы предложил переночевать в домике на дереве, но сомневаюсь, что сейчас там безопасно, — глаза Райана заметно потускнели, однако уголки губ кратко дёрнулись в едва заметной, безрадостной улыбке. — Блять, я имею в виду… все забыли не забыть о сегодняшнем полнолунии, смекаете? — парень рассмеялся, но на шутку сказанное не особо смахивало. — Такие дни не зря обозначаются в наших чёртовых календарях.       — Мы можем лечь спать? — спросил Патрик тонким, тихим голосом. Райан кивнул и выключил свет, тем самым позволяя друзьям подготовиться ко сну.

***

      Рано утром Фрэнк отправился домой в гордом одиночестве, предварительно умудрившись выскользнуть из дома Райана незамеченным. Мистер Росс был слишком увлечён делами в саду, поэтому не услышал подростка. Он особо не уверен в причине своего негласного правила всегда уходить с ночёвки первым, ещё до того, как проснутся остальные. Может, это из-за того, что Фрэнку не нравится, если кто-то видит его по утрам — в тот момент, когда он только разлепляет глаза. Сразу после пробуждения парень чувствует себя чертовски уязвимым и беззащитным.       Дорогу не освещали лучи солнца даже ранним утром, и проходя мимо дома Уэев, Фрэнк обнаружил, что всматривается в тёмную точку вдали. Ноги приросли к земле, когда взгляд сфокусировался на чёртовом Джерарде, выползающем из лап полумрака и плетущемуся по тропинке. Вместо того, чтобы смотреть под ноги, парень опустил голову и уткнулся в книгу. Фрэнк молча наблюдал за его слепыми шагами, пока Джерард не оказался слишком близко. Если бы не умышленно громкий кашель Фрэнка, подростки поприветствовали бы друг друга столкновением лбами. Джерард чуть не покатился кубарем, испуганно подпрыгивая на месте и метая взгляд широко распахнутых глаз то на книгу, то на лицо Фрэнка.       — Ты, блять, кто? — прорычал Джерард резким и опасным голосом. Фрэнк еле сдерживал улыбку, что так и норовила расплыться по всему лицу — в его глазах реакция Уэя приобрела чертовски милые оттенки. — Погоди-ка, — Джерард прищурился; мягкие лучи солнца наконец удосужились прокрасться к тропинке, сейчас мягко касаясь черт лица черноволосого подростка. — Ты тот парень, следящий за мной, верно? Фрэнк? Или как тебя там?       — Фрэнк, — подтвердил Айеро, не смея больше сдерживать улыбку. — А ты — Джерард, — Джерард не ответил, поэтому Фрэнк прочистил горло и неловко потупил взгляд, едва заметно краснея. — Я просто, эм… Хорошо, что ты не пришёл на игру прошлой ночью. Если к тебе уже добрались слухи о произошедшем — это правда.       Джерард кивнул, старательно избегая зрительного контакта.       — Я слышал.       Фрэнк так же кивнул и спрятал глаза, чувствуя себя очень навязчивым.       — Хорошо. Наверное, я просто…       — Я должен был предупредить тебя, — выпалил Джерард, бесцеремонно перебивая Фрэнка. — Должен был уговорить не соваться. Ты ещё не привык к такой стороне мира. Тебе не стоило этого видеть.       — Что? — Фрэнк нахмурился. — О чём ты, блять, говоришь?       — О парне, — уточнил Джерард. — Я должен был предупредить тебя, что он убьёт своего друга.       — Откуда ты мог знать?       Джерард прикусил нижнюю губу, выглядя таким чертовски виноватым, что Фрэнк почувствовал необходимость сорваться с места и убежать.       — Я п-просто…       — Ты не можешь разгуливать один, — Джерард вновь перебил его. — Это опасно. Они опасны.       — Кто опасен? — Фрэнк не уверен, что действительно хочет знать ответ на этот вопрос.       — Они заставили этого парня убить своего друга, — бессвязно продолжил бормотать Джерард. — Они говорили об этом, говорили, что хотят устроить шоу, хотят показать людям зрелище из сломанных шей и свёрнутых голов. Хотели заставить их вопить.       Фрэнку стало пиздец как страшно.       — Совсем скоро они ранят кого-то ещё, — казалось, что Джерард разговаривает сам с собой. — И я понятия не имею, как их остановить.       — Ты сумасшедший, верно?       Джерард резко вскинул голову, обеспокоенное выражение лица сменилось на разгневанную гримасу.       — Я не сумасшедший! Ты просто не знаешь, как разговаривать с ними! Ты такой же, как и все остальные!       — Ты точно сумасшедший, — сердце Фрэнка с силой билось о рёбра, подкрепляя желание сверкнуть пятками и поскорее вернуться в некогда ненавистное «домой».       — Нет, нет! Я могу доказать тебе! — Фрэнк не имел ни малейшего понятия, как Джерард собирается доказывать, что не поехал мозгами. — Я могу доказать, — с раскрасневшимся щеками настаивал парень. Айеро едва знал Уэя, из-за чего не мог правильно интерпретировать его поведение. — Пойдём со мной. Пойдём со мной в библиотеку, я покажу тебе. Я знаю, что творится в этом городе. Я могу рассказать тебе всё и доказать, что я не сумасшедший.       — Блять, ты прикончишь меня?       Джерард настойчиво свёл брови к переносице и вцепился пальцами в запястье Фрэнка, потащив его за собой. Сознание лёгкой дымкой окутал нечёткий образ Райана, вытаскивающего его из стадиона прошлой ночью, и вслед за воспоминанием поспешила ироничная мысль — в тот раз Фрэнк думал, что ещё никогда в жизни ему не было так страшно. Прямо как сейчас.       — Вы все такие слепые, — Джерард шипел, активно жестикулируя свободной рукой. — Просто отсеиваете неудобную информацию и принимаете только то, что сами хотите слышать, полностью игнорируя факты. Вы не видите, не замечаете полноценную картинку. Пялитесь на звезду, не обращая внимания на целую галактику, вы все слепы.       — У меня хорошее зрение, — бездумно выпалил Фрэнк.       Джерард издал какой-то странный звук, словно поперхнулся воздухом всего на секунду, однако Фрэнк распознал смешок. Хоть и циничный.       — Думаешь, ты лучше других. Но ты так же обманут, просто живёшь в своём иллюзорном, безопасном мирке, прямо как и все остальные.       — У тебя точно кое-что протекает, — прошипел Фрэнк, демонстративно постукивая подушечкой пальца по своему виску в намекающем жесте. Злость постепенно вытесняла страх.       Джерард молча и по-хозяйски мерил холл городской Фрэнк-не-догадывался-о-её-существовании библиотеки шагами.       — У меня есть мой личный отдел, — подал голос Уэй, кивая засыпающему на рабочем месте библиотекарю в знак приветствия. — Иди за мной.       Он привёл Фрэнка в заднюю часть библиотеки с тремя отдельными комнатами, табличка гласила «учебная зона». Джерард выудил старый, грязный ключ и уверенно направился к самому дальнему кабинету — единственному, что выглядел забытым и покинутым минимум на целое столетие. Джерард с лёгкостью отпер дверь отточенными движениями руки, а затем потянул за ручку. В комнате покоились одиноко стоящий стул, расшатанный стол в единственном экземпляре и около пятидесяти книг — на какие-то страшно даже смотреть: настолько они старые, что кажется, от одного неаккуратного взгляда рассыплются в прах; какие-то — вполне новые; а некоторые и вовсе не представляли из себя ничего более, чем стопки потрёпанных листов.       После долгого изучения комнаты взглядом широко распахнутых глаз, Фрэнк расщедрился только на язвительное «фырк».       — Ух ты. Я больше не слепой.       Если не обращать внимание на тошно подкатывающий к горлу комок беспокойства, образующийся из кучки навязчивых мыслей о том, что Джерард — умалишённый маньяк, открывшаяся перед глазами картина не выглядела как тайная кладезь, что должна устроить Фрэнку мозговой штурм и в секунду смыть пелену с глаз, о которой только и воркует Уэй. Просто кучка книг и параноидальный ботаник. Фрэнк присмотрелся — что-то про инопланетян…       — Погоди, ты думаешь, это пришельцы? — Фрэнк уставился на Джерарда. — Думаешь, это их рук дело?       — Что? Нет, — Джерард усмехнулся и окинул Фрэнка взглядом, когда тот облегчённо выдохнул. — Это демоны.       Из горла Фрэнка вырвался смешок, который он даже не пытался скрыть. Выражение лица Джерарда оставалось смертельно серьёзным.       —… демоны?       Джерард кивнул.       — Демоны.       — Чувак, ты гонишь?       В глазах Джерарда медленно потускнели его озорные огоньки, и он устало вздохнул:       — Хотел бы я, — художник пробрался к своему столу и вытащил книгу, внешний вид которой больше смахивал на офисную папку. — Смотри, смотри… здесь… почти каждый человек, когда-либо совершивший что-то ужасное в городе, умер от сердечного приступа сразу же после содеянного. Большинство из преступников сбегают незамедлительно, но было и такое, что некоторых успевали задержать. Убийцу арестовывали, но он тут же сваливался на землю. Мёртвый. И каждый — от сердечного приступа.       — Парень, прикончивший Грэга, всё ещё жив, — отметил Фрэнк, бегая взглядом поблескивающих от страха глаз по своеобразной книге. На бумаге красовались символы, значение которых Фрэнк не знал, и текст на незнакомом языке. Всё содержимое казалось ничем иным, как распечатанными статей из интернета. Листы испачканы чёрными пятнами, точно не от принтера — они больше похожи на брызги какой-то тёмной жидкости, которая пролилась на страницы до того, как их использовали для печати.       — Ненадолго, — уверенно сказал Джерард. — Демон действовал под влиянием момента. Парень был одержим не дольше одной минуты — этого вполне достаточно, чтобы успеть раздробить кому-то череп. Он скоро умрёт.       — Где ты отрыл эту книгу?       — И это ещё не всё, — Джерард вытащил зелёную папку, покоящуюся между двумя книгами, из стопки. — Это Rituale Romanum, — Джерард поспешил объяснить: — католический текст, в котором говорится обо всём, на что способны священники и диаконы.       — И? — нахмурился Фрэнк.       — В одиннадцатом разделе описывается экзорцизм, — растолковал Джерард. На слове «экзорцизм» Уэй кинул на Фрэнка заинтересованный взгляд. Фрэнк же понятия не имел, что делать. Бежать? Чёрт, он действительно рассматривал вариант умчаться со всех ног. — Текст был переписан ещё несколько десятилетий назад, но эта, — Уэй ткнул пальцем в книгу, — копия содержит оригинальные ритуалы экзорцизма, — парень внимательно перебрал неприкреплённые страницы и остановился на той, что выглядела наиболее содержательной.       — Ты можешь прочитать это дерьмо? — у Фрэнка чуть не отвалилась челюсть.       — Я самостоятельно выучил латынь, итальянский и испанский. И немного читаю по-арамейски.       Теперь Айеро окончательно выпал в осадок.       — Слушай, Фрэнк, — Джерард закрыл папку, глядя Фрэнку прямо в глаза. — Я знаю, что ты считаешь меня сумасшедшим, как и все остальные в этом городе. Мама хочет, чтобы я лёг в психушку, но я не могу, ладно? Дело, которым я занимаюсь, очень и очень важное.       Фрэнку пришлось разорвать зрительный контакт, так как в глаза бросилась книга. Она лежала в левой стопке и выделялась среди остальных тем, что походила на учебник, обложку которого украшала надпись «Бедствия и ПТСР».       — Я должен спасти кое-кого, — объявил Уэй. — Кое-кого, кто очень мне дорог. И я надеюсь, ты не будешь распространять информацию, которой я с тобой только поделился на неготовых её воспринимать людей. Я верю, что ты не усложнишь мне и так непростую задачу.       — В голове не укладывается, что ты веришь во всё это, — признался Фрэнк.       — В голове не укладывается, что ты отказываешься от единственного объяснения, которое тебе когда-либо могут дать в этом городе, — парировал Джерард.       Пришлось отдать ему должное.       — Я никому не расскажу, — да и кому он может рассказать? Люди, вероятно, сочтут его таким же чокнутым только за то, что он подглядывал за Джерардом. Фрэнк раздумывал над тем, ходят ли по городу какие-то слухи об этом парне? Может, он уже заработал себе какую-то репутацию, о которой пока ни слова не слышал Фрэнк? — В смысле я считаю, что тебе реально стоит обратиться за помощью. Но пока ты никому не причиняешь вреда… — Фрэнку на самом деле было плевать на дела Джерарда — хорошие они или плохие. — Слушай, эм, я вроде как оставил своих друзей, и они, вероятно, очень волнуются. Тем более, я до сих пор не появлялся дома. Мне нужно идти.       — Я иду с тобой, — выдал Джерард, не оставляя места для споров.       Фрэнк уверен, что практически все местные поступают подобным образом. Работа в паре — второе дыхание этого города. Фрэнк молча кивнул и вышел из кабинета, зная, что Джерард последует за ним.       — Я думаю, что ты милый, — неожиданно выпалил Джерард. — Многие глумятся надо мной, стоит мне просто озвучить свои мысли. К фразам о том, что у меня шарики заехали за ролики, люди добавляют издёвки и смех, и это немного ранит мои чувства, — на мрачный кивок Фрэнка подросток добавил: — А ещё мне жаль, что ты переехал сюда.       — Почему?       — Список попрощавшихся с городом не в мешках для трупов составляет семь человек, — начал Джерард. — Две семьи из трёх особей и одна милая дамочка, что писала книгу и просто искала спокойствия. Все они выехали из этого места в течении одной недели после переезда. А остальные? Они так или иначе погибли на этой земле.       Фрэнку, блять, нечего было ответить.       — В мои планы не входит погибнуть здесь, — буркнул Уэй. — Но серьёзно? С тем, чем я занимаюсь? Это неизбежно. Я знаю, что они придут за мной. Просто нужно успеть довести дело до конца, прежде чем они заберут меня.       — Иисусе, — прохрипел Фрэнк, когда они уже покидали стены библиотеки.       — Помощь Иисуса определённо не оказалась бы лишней, — хмыкнул Джерард. — Ты голоден? В закусочной неподалёку есть телефон. Можешь позвонить маме оттуда — и проблема исчерпана. Там подают восхитительные пироги.       — А ты перестанешь болтать про демонов? — вопросом на вопрос ответил Фрэнк.       — Ну, возможно…       — Тогда пошли, — Фрэнку просто необходимо было кинуть в желудок хотя бы кусочек чего-то съедобного перед тем, как он вновь начнёт переваривать сам себя.       Джерард усмехнулся и свернул налево, его руки едва заметно подрагивали, а в глазах плясали заинтересованные и озорные огоньки. Фрэнк поплёлся за ним, мысленно обвиняя глупого себя в том, что так легко доверился какому-то психу.

***

      — Мой брат был одержим, — выпалил Джерард, как только им принесли пирог. Фрэнк застонал вслух. Он искренне не хотел слышать ни слова про одержимость, потому что подобные разговоры натягивали его нервы до предела. Фрэнк задумался: может ли кучка поехавших фанатиков настолько искренне поверить в свои идеи, чтобы воплотить их образы в реальную жизнь? — Один парень преследовал его, в конечном итоге загнав в лес. Берт. Тот ещё мудак. Майки был одержим и забил этого ублюдка до смерти. Потом тело обнаружили.       — Чего нахуй? — Фрэнк в изумлении таращился на Джерарда.       Тот мотнул головой и продолжил:       — Мой брат не делал этого. Я знаю, что тебе тяжело в это поверить, но это был не он. Майки перестал есть яйца, как только узнал, что это маленькие цыплята. Отказался от мяса и всего в этом роде, он даже если бы захотел, не смог бы и пальцем никого тронуть, потому что его ветром сносит. Ему попросту не хватило бы сил избить кого-то до смерти, Фрэнки.       — Соболезную, — брякнул Фрэнк, не желая обсуждать способности убийцы и откровенное отрицание преступления.       Джерард в ответ вновь мотнул головой.       — Майки не умер. Он спит.       Фрэнк не уверен, насколько серьёзен Джерард. Может, это непрекращающаяся стадия отрицания говорит за него. Люди часто сравнивают смерть со сном. Айеро предполагал, что Джерард и его мать вполне способны держать труп Майки Уэя в подвале, каждый день сдувая с него пылинки и совершая ритуальные жертвоприношения с целью его дальнейшего воскрешения. Фрэнк знал, что находится в той долбанной части страны, где подобное чертобесие входит в порядок вещей. Может, Орегона в целом это и не касается, но вот этой глуши? Определённо.       — Майки просто нужно проснуться, — Джерард понизил голос, отводя взгляд. — Я делаю всё возможное. Думаю, он просто устал. Сердечный приступ… лишил его мозг кислорода. Организм отказал — вот, какой вердикт вынесли врачи. Полиция говорит, он сделал это, но обвинений никто не выдвинул. Я знаю, что Майки не виноват.       — Иисус, чувак… — Фрэнк захныкал: —… чёртов Христос.       — Иисус был бы очень кстати, но мы не можем ставить себе палки в колёса в надежде, что кто-то спустится с небес и спасёт население, — терпеливо толковал Джерард, выглядя так, словно разговаривает с ребёнком, не понимающим задачу по математике. — Мы должны справиться с этим сами.       — Мы? — недоверчиво протянул Фрэнк. — С каких пор есть чёртовы «мы»?       — С тех пор, как ты начал задавать вопросы, — пожал плечами Уэй. — Теперь они придут за тобой.       Фрэнк обратился к долбанному богу с мольбой о том, чтобы Джерард оказался самым обычным параноиком. И только. Не существует на целом свете ничего, что может прийти за Фрэнком — он надеялся. Подростка охватила тоска при внезапно нахлынувших воспоминаниях: тоска по медали Святого Покровителя, что спрятана в коробках с вещами дома. Святого Бруно. Этот парень, вероятно, не принесёт никой пользы Фрэнку — чуть ли ни всё, что тот вещал, гласит: «нищета — это нормально, главное — у тебя есть бог». Просто Фрэнку нравилось иногда играть с подвеской, как некоторым — грызть ногти или тереть кулоны. Он хотел что-то потереть.       — Мы должны сделать кое-что. Сейчас, — дымка таинственности развеялась, как только Джерард выпалил: — Ты должен увидеть моего брата.       — Мне нужно домой, — Фрэнк наконец доел пирог. — Правда. Мама будет очень переживать.       Джерард досадно вздохнул.       — Ладно, наверное, ты прав. Просто я — единственный, кто вообще навещает Майки. Ненавижу даже думать о том, насколько ему одиноко. И все забыли о нём, даже мама! В смысле не совсем, но она не приходит к нему. И не заикается о нём, — Джерард подпёр щёку кулаком, глядя вдаль с таким несчастным выражением лица, будто это его все бросили. — Словно мой брат только что прекратил существование, но мир безразлично продолжил вращаться. И я… очень скучаю по нему.       Фрэнку так чертовски жаль этого парня, Иисус Христос.       —… мы можем встретиться после школы, например, в понедельник, — предложил Фрэнк. — Завтра я занят, — это ложь, но Джерарду знать необязательно. Вероятно, правда только ранит его чувства. Вероятно, нужно просто отыскать Райана и выложить ему всё. — Пойдём вместе в понедельник. Обещаю.       — П-подожди, правда? — в глазах Джерарда заискрились огоньки надежды.       Фрэнк сдержанно кивнул.       — Боже мой, спасибо! — ахнул Джерард, чуть перегибаясь через столик, чтобы накрыть ладонью свободную руку Фрэнка — пальцами второй Айеро напряжённо сжимал вилку. — В отделении интенсивной терапии всегда так одиноко. Люди пялятся, будто им пиздец как жаль меня, — Фрэнк не собирался признаваться, что ему тоже пиздец как жаль Джерарда, когда тот продолжил: — Большое спасибо, что составишь мне компанию. Можно я проведу тебя домой?       — Разве мы не должны ходить парами, несмотря ни на что? — Фрэнк не верил своим ушам, удивлённо вскидывая брови. Неужели кто-то поинтересовался, можно ли провести его?       — Мы им сейчас не интересны.       Фрэнк не хотел знать, откуда у Джерарда вся эта информация. Он просто быстро семенил домой, пытаясь стереть из памяти все события сегодняшнего дня, несмотря на то, что стрелка на часах указывала всего лишь на одиннадцать утра.

***

      — Я встретил того парня вчера, — Фрэнк тащился вслед за Райаном, которому не терпелось показать ему что-то поистине крутое. Айеро почти на сто процентов уверен, что его ждёт какой-то идиотский ручей или что-то в этом роде, но капризничать не собирается. — Он странный. И считает, что всему виной демоны.       Райан замер на мгновение, оглядываясь на Фрэнка. Затем с каменным лицом возобновил шаг.       — Оу?       — Ага, — подтвердил Фрэнк. — Его зовут Джерард.       — Да, я в курсе, — плечи Райана напряжённо ссутулились.       — Вы знакомы?       Райан кивнул.       — Вау, серьёзно? — Фрэнк чуть не перецепился через торчащую ветку, прожигая затылок друга испепеляющим взглядом. — Всё это время ты знал моего соседа и даже не думал рассказать мне о нём? Может, вы, парни, ещё и невъебенные друзья?       — Уже — нет.       —… оу, — Фрэнк неловко запутался в своих же ногах и был в секунде от того, чтобы проехаться носом по влажной траве и познакомиться с лесом поближе. — Хм, а что случилось?       — Он случился, — раздражённо прошипел Райан. — Слушай, я не хочу об этом говорить, ладно? Прошло уже много лет. Были тяжёлые времена. Либо ты не напоминаешь мне об этом, либо сталкиваешься с тем, что тебе явно, блять, не понравится, усёк?       Фрэнк знал, что Райан искренне не хочет идти на конфликт — просто изо всех сил пытается уничтожить любые сомнения по поводу его нежелания обсуждать эту тему с Айеро.       — Мне жаль, что вам пришлось пройти через это, — Фрэнк очень старался не звучать навязчиво. — Но, эм, могу ли я поделиться с тобой тем, что он мне рассказал?       — Действуй, — подросток пожал плечами.       — Он думает, что в убийц вселяются демоны, — Фрэнк поспешил театрально рассмеяться, дабы не показалось, что он действительно верит Джерарду. Этот парень чокнутый, блять, без малейших сомнений. Однако когда Райан смерил его холодным взглядом из-под приопущенных век, Фрэнк туго сглотнул. — Я имею в виду… Он же не прав, верно?       — Он ищет способ справиться после того, как с его братом случилось дерьмо, — ответил Райан. — Я бы тоже начал перебирать всевозможные варианты, чтобы объяснить себе происходящее. На его месте я бы поверил во что угодно.       — Ты не сказал, что он не прав.       Райан тяжело вздохнул.       — Я думаю, он продвинулся гораздо дальше, чем все остальные. Я не собираюсь отрицать ответ, каким бы идиотским он, блять, ни был, пока никто не может придумать никакое другое объяснение, — Райан перелез через огромное упавшее бревно так, будто просто переступил палочку, в то время как Фрэнку пришлось приложить уйму усилий. — У него больше мыслей, чем у кого-либо, — Райан остановился. — Мы на месте.       Фрэнк уставился на здание, крыша которого касалась средины огроменных деревьев, без малейшего понятия, как мог не заметить его по дороге. Старинная, полуразваленная церковь. Белая краска отшелушивалась от стен, одну из дверей обвивали виноградные лозы, колокольня едва ли сохранилась, приобретая образы сожжённых ошмётков, а вокруг фундамента разрослись полевые цветы, тянущиеся лепестками к солнцу, упорно живые, несмотря на ужасное ощущение от одного только взгляда на храм. Ощущение, словно церковь забрала приличное количество жизней, когда доживала свои последние секунды с людьми, ведь кромки прогнивших дверей и окон выглядели так, будто познакомились с языками пламени, впоследствии погибая от беспощадного пожара. Фрэнк знал, что пожар массово забирал жизни и делал это намного быстрее, чем многие другие бедствия. Например, автокатастрофы. Любому, кто противостоял аварии, вероятнее всего, предстоит сгореть заживо, застряв в груде металла с собственным криком, стоящим гулом в ушах. Фрэнк вздрогнул и попытался остановить поток ужасающих мыслей и картинок, что искусно подкидывала фантазия с хитрым оскалом.       — Это место такое старое, — выдохнул Райан. — Брендон говорил, что оно появилось на свет ещё до его рождения.       — Кто такой Брендон? — стоило Фрэнку задать этот вопрос, как Райан настолько быстро закрыл рот, что послышалось клацанье его зубов.       — Пошли внутрь, — он обогнал Фрэнка, пока тот искренне не понимал: это он налажал с вопросом или Райан проговорился о чём-то? Подросток просто плёлся вслед за другом, внимательно осматриваясь.       Родной цвет скамей невозможно было даже представить, ведь они почернели от пламени так же, как и стены внутри. Пыльные и выцветшие осколки витражей окропили пол, тихо поскрипывая под подошвами, а огромное распятие, что обычно находится в передней части церкви, за кафедрой священника, теперь покоилось на полу между скамьями, расколотое и на вид кем-то брошенное на полпути. На стенах белым мелом выведены символы и знаки.       — Что здесь произошло? — Фрэнк косился на пятна, похожие на брызги неизвестной тёмной жидкости.       — Кто-то поджёг церковь во время службы, — ответил Райан. — Погибло около сорока человек.       — Да ну нахуй… — ошеломлённо прошептал Фрэнк на выдохе, всё ещё осматриваясь.       — Земля этого города хранит в своей памяти много смертей, — оглядываясь вокруг, Райан благоговейно пробежался кончиками пальцев по поверхности скамьи. — Поговаривают, похищения появились после пожара в церкви. Вот, почему они вымаливают у Бога прощения. Они думают, что бог забирает их детей ради покаяния перед церковью.       — Ёбаное безумие, — это единственное, что смог ответить Фрэнк.       — А ещё ходят слухи о том, что по церкви разгуливают привидения.       — И зачем ты, блять, притащил меня сюда?       Райан пожал плечами, улыбаясь.       — Ты поверишь, если я скажу, что прихожу сюда время от времени, чтобы расслабиться? — подросток отвернулся от Фрэнка, продолжая: — Знаю, Джерард считает, что дьявол и демоны стоят за всем этим дерьмом, и я не могу с уверенностью сказать, что не согласен с ним, ведь у меня попросту нет никаких причин или доказательств для отрицания его мыслей. Но я нахожу неправильным то, чем он занимается. Доводилось мне слышать истории о том, как люди страдали от настоящих травм после общения с доской Уиджи. Я думаю, он ввязывается в то, во что реально не хочет ввязываться, — Райан наконец повернулся к другу. — Фрэнк? Я думаю, Джерард может серьёзно пострадать.       Фрэнк ничего не ответил.       — Есть причины, по которым я не могу находиться рядом с ним, и я не могу о них тебе рассказать, — добавил Райан. — Но тот факт, что он разговаривает с тобой, открывается тебе? Это значит, ты ему нравишься. И я думаю, он тоже тебе понравится, как только ты перестанешь бояться. Вот почему я хочу попросить тебя присмотреться к нему. Присмотреть за ним. Даже защитить его. Потому что я не могу.       — Не считаешь, что о многом просишь?       — Ты можешь отказаться, — Райан пожал плечами. — Можешь. Но если откажешься… Джи выкопает себе могилу, — подросток обвёл зал церкви взглядом. — Это только вопрос времени. Где бы он ни был, когда это произойдёт, Джерард будет полным отражением этого места.       Фрэнк проследил за взглядом Райана и обнаружил тёмно-красное пятно на грязном полу. В воображение прокрался образ Джерарда, лежащего в этой луже крови с разорванной грудью, всё ещё кричащим и в сожжённой дотла одежде. Следующими по сценарию фантазии Айеро должны сгореть внутренности парня.       Фрэнка передёрнуло.       Блять.       — Я сделаю это.