Ice americano

      С самого утра Сынмин пребывал в предвкушении, которое ощущал всеми фибрами свого тела. После вчерашнего визита Хëнджина, он погрузился в себя и оставшееся время воображал как будет реагировать Джисон на его более частые касания, а в будущем и объятья. Его настолько поглотили фантазии, что он даже пропустил музыкальное шоу, которое обычно смотрел тем вечером.       Сейчас он шагал в пастельно-розовой рубашке с коротким рукавом и светлых джинсах. Чтобы спастись от жаркого солнца, Ким так же надел солнцезащитные очки, которые теперь, когда он находился в прохладном здании, висели на розовом кармане с правой стороны. Волосы он пригладил назад, придавая им лёгкую небрежность, что делал крайне редко.       Сынмин считал, что, бессомненно, выглядит прекрасно, но рядом с Ханом эта уверенность начала потихоньку рассеиваться. Тот, не обращая почти никакого внимания на альфу быстро поздоровался и убежал в сторону студии. Разочарование остро кольнуло в области груди.       Даже то, что Феликс и Хëнджин при встрече окатили его шквалом комплиментов, не помогло спасти пострадавшую гордость. Минхо же лишь многозначительно посмотрел. Плевать что он, возможно, догадывается о его намерениях.       Первые две пары он полностью погрузился в речь профессоров и решительно не замечал, как в его сторону стали часто бросать взгляды омеги и даже некоторые беты. Тот эффект, который он хотел получить лишь от одного конкретного человека, сработал на других, и его это бесконечно раздражало.       С другой стороны, он с самого начала своих чувств чётко осознавал, что получить взаимность будет не легко, только теперь ощущалось это намного острее. Ещё раз закатывая глаза на перешëптывания двух омег, скорее всего лучших друзей, которые в паре метров от него нескрывая пялились, что хотелось растрепать всю укладку, на которую он потратил своë драгоценное время. Он бы без стесненья мог огрызнуться на них, но теперь существовала веская причина так не поступать. Джисон.        Слухи распространяются быстро, и Ким не мог быть полностью уверен, что кто-то из окружающих людей не пожалуется на его жестокое (он бы просто огрызнулся) поведение, когда они просто смотрели. Нельзя было допустить возникновения плохого мнения о нём в глазах Хана.       Пара по вокалу — единственное место кроме обеда, где он мог провести время с Джисоном, и вот наконец оно настало.       Про себя улыбаясь, Сынмин уже и забыл о недавнем намерении испортить свой внешний вид, и довольно шагал к нужной аудитории.       Джисон уже сидел на своём привычном месте — предпоследнем ряду рядом с окном. Кроме него зашли ещё пара человек. Они были почти наедине.       Простая одежда: серая футболка, которая подчёркивала грудные мышцы и широкие плечи, и джинсовые бриджи, открывающие вид на стройные ножки, в глазах Кима так красиво смотрелись на бете. Такая же серая кепка лежала на столе, открывая вид на пушистые тёмные волосы беты. Сынмин на мгновение залип на открывающуюся картину, а после стремительным шагом направился к нему, потому что кто угодно мог занять место рядом с его предметом воздыхания. Честно говоря, он даже сам пока не мог назвать это чувство влюблённостью, но в глубине души осознавал, что обратной дороги нет.       Сынмин приземлился слева от старшего, на что тот немного удивился, потому что всё это время пялился в сенсорный гаджет в своих руках.       — Ещё раз привет, Сынмин-а.       — И тебе.       Джисон улыбнулся, обнажая верхние зубы, его глаза немного сузились. Как же Ким любил его улыбку, которая чем-то напоминала сердце.       — Утром... Мне срочно нужно было встретиться с Чанбином, — пояснил он, перебирая руками и опуская взгляд на нижние ряды, которые уже начали заполняться другими студентами.       — Зачем? Это как-то связанно с новой песней от вашей группы или что-то подобное? — спросил Ким.        В последнее время его раздражало частое упоминание Чанбина. Хан с Со также проводили много времени вместе, по крайней мере так выглядело, даже Минхо и Чан в глазах Сынмина настолько часто не обращали внимание на Джисона, как это делал выше упомянутый альфа. Внимание, которое он мог бы сам к нему проявить.       — Не совсем. Это личное, — ответил тот, одной только позой показывая, что ему некомфортно об этом говорить. Разочаровывающе ожидаемо. Ему остаëтся только принять это, потому что давлением со своей стороны он вряд ли добьётся хорошего отношения к себе, не то что взаимности. Сердце сжималось от возможности подобного исхода.       — Я понимаю.       Хан сразу успокоился. Профессор своим приходом обрывает все разговоры, гул которых Ким до этого не замечал. Слишком сильно сосредоточился на бете: его словах, движениях, мимике.       Справедливости ради, Ким первый раз чувствовал такую привязанность к кому-то. На неё разве что была самую малость похожа влюблённость, которую он пережил в старшей школе, но по сравнению с этой она походила лишь на мимолётное увлечение. В тот раз он так и не признался, потому что чувства быстро остыли. Они не продержались даже месяца.        Но к Хану... продолжали лишь расти, и причём довольно стремительно, хотя начался только второй месяц с их знакомства. Как только Ким вспоминал о скорых летних каникулах наряду с облегчением из-за окончания учёбы, его пробирала тоска, потому что на это время он должен был, как наверняка и Джисон, уехать к своим родителям, и они не смогут видеться.       Наконец, мужчина лет сорока начал лекцию, во время которой Сынмин с периодичностью поглядывал на бету.       В один момент Джисон отложил свою ручку. Они сидели очень близко, что Ким тоже отложил свои письменные принадлежности и сложив руки на столе, положил одну из них как раз рядом с этой ручкой.       Профессор попросил продолжить записи и Хан не опуская глаз, хотел было взять письменную принадлежность, но случайно дотронулся и даже немного сжал длинную ладонь Сынмина.       Секундой позже его, отстранённый лекцией, мозг сообразил, что то, что он взял тёплое и мягкое, и совершенно не подходит под определение ручки, оказалось ладонью.       За короткое мгновение, прежде чем Хан в панике отдëрнул свою конечность, Сынмин побывал на небесах. Его сердце быстро-быстро забилось, а дыхание замедлилось. Рука все ещё помнила гладкость и мягкость ладошки Джисона.       — Прости, прости. — прошептал извинения Хан, пытаясь поспевать за словами мужчины у большой доски в другом конце комнаты.       Альфа пожал плечами в знак своего безразличия, но кому он, собственно, врал? Было бы ещё замечательнее, задержи Хан своё прикосновение подольше.       Его сердце не в первый раз так быстро стучало, он начинает уже привыкать к подобной реакции своего тела и разума на Джисона. Ему нравилось это опьяняющее чувство, он хотел, чтобы оно чаще накрывало его, что означало больше близости между ними...

***

      Во время обеда бета спросил всех, кто хочет зайти с ним в книжный и музыкальный магазин, потому что ему нужно было купить какую-то новую мангу и струны для гитары.       Желающих, конечно была "куча" в лице одного Кима. Ещё хотел пойти Феликс, но Хван напомнил тому, что им самим нужно в продуктовый, на что тот приуныл, но обещал, что в следующий раз обязательно пойдёт с ним.       И вот, они вместе с альфой идут по улице города в жаркую погоду. От людей вокруг в такой час становилось ещё тяжелее дышать.       Сынмин демонстративно выбрал себе сторону ближе к дороге и увидел как Джисон уже устал прищуриваться, чтобы что-то разглядеть вдалеке, когда он сам был в солнцезащитных очках. Даже кепка на голове парня не особо помогала.       — Хочешь, я дам тебе очки? — спросил альфа, снимая их. Он дотронулся до спины старшего, чтобы обратить на себя внимание.       — Они тебе точно не нужны?       Выражение его лица так и говорило о благодарности и взволнованности из-за примерки нового предмета гардероба. Как Ким вообще мог отказать ему в таком случае?       Как ответ на вопрос он просто кивнул и самолично надел их тому, немного дольше положенного прикасаясь к розовым ушам. Для этого они сразу же остановились. Рядом находился небольшой магазин летней одежды, в витрину которого Хан и решил посмотреться.       Громкий смех сорвался с его губ, на что Сынмин мелодично хихикнул, потому что бета был таким милым и забавным в кепке вместе с очками.       — Я выгляжу как муха! — воскликнул тот и снова засмеялся, уже поворачиваясь к Киму.       — Нет, я думаю, ты больше похож на начинающего рэпера, прикидывающегося профессионалом, — не согласился альфа.       — Эй, я и есть рэпер, профессиональный!— воскликнул Джисон с заметным возмущением в голосе. Его указательный палец поднялся, будто он говорил тому что-то действительно значимое.       — Да? И с каким же музыкальным лейблом ты сотрудничаешь? — шутливо передразнил его Сынмин, закрывая уши под ещё один возмущённый крик. Джисон просто промолчал со значительным выражением лица.       С аргументом, что так будет выглядеть лучше, бета перевернул кепку козырьком в обратную сторону, и они продолжили путь.       Так как летом солнце садится намного позже, ближе к 6 вечера всё ещё было очень светло. Парни только вышли из музыкального магазина, где не задержались дольше нескольких минут, потому что были единственными посетителями.       —... А потом ко мне подходит Минхо и говорит, что всё это время мы готовили совершенно по другому рецепту, а не по тому, по которому начинали.       — Что? Я всегда считал, что он никогда так не ошибается, — спросил Ким. На самом деле ему ни капли не было интересно слушать истории про Ли, но из уст предмета своей влюблённости всё звучало красиво и очень даже занимательно. Оставалось только задавать наводящие вопросы для продолжения, и счастливый Джисон был обеспечен. Видимо, его давно так внимательно не слушали.       — Ооо, он же когда-то только начинал готовить, вот это было зрелище! Только ты не говори, что я тебе рассказал, а то он меня точно съест и не подавится, — прошептал он последнее предложение, ближе наклоняясь к тому что повыше, будто прячась за ним. Конечно, Ким не сомневался, что Минхо мог бы в любой момент почуять недобрые слова в свою сторону и выскочить из-за ближайшего угла по душу Джисона.       — Какую именно мангу ты хочешь купить? — перевёл тему альфа, и новая партия длинных предложений полилась ему в уши.       Заходя в тот самый магазин, Сынмин позволил себе невесомо коснуться спины Хана, когда открывал ему дверь, потому что в первый раз это не прокатило. Довольная улыбка украшала его лицо, которое сейчас не мог видеть бета, занятый тем, что сразу вбежал к нужной полке полный энтузиазма.

***

      С того дня всё стало по-другому.       Джисон правда старался не обращать внимание на изменение в поведении Сынмина рядом с ним. Именно с ним, потому что он видел как тот общался с другими их общими друзьями и ещё многими людьми. Он по-прежнему не проявлял к кому-то даже дружеского интереса. Исключениями были только Хван с Феликсом, да и с ними тот стал более отстранённым что ли.       Минхо с Чаном стали всё чаще ходить обедать вдвоём, устраивая мини-свидания, чтобы хоть как-то компенсировать отсутсвие времени.       Чанбин подружился с какими-то другими ребятами.       И так вышло, что Сынмин стал чуть ли не центром его жизни. Серьёзно, они встречаются утром, ходят на несколько общих пар, обедают вместе, идут в магазины после них, а вечером смотрят фильмы дома друг у друга, либо же делают домашку.       Вместе с этим Хан стал замечать, что альфа стал более тактильным. Мозг беты просто выдал ошибку, когда это произошло в первый раз, когда они обнялись, да и в последующие тоже.       Конечно же, Джисон начал догадываться о, скорее всего, не дружеских чувствах младшего. Это пугало и довольно сильно. Парень никогда не был чувствительным к такого рода вещам, но похоже, что тот перестал как-то скрывать свои намерения. Хотя какие-то границы всё же не переступал.       Хану было приятно, честно, но он понимал, что это долго не продлится, тем более, что сам он не давал никаких намёков на взаимность. Без сомнений, бета стал иногда скучать по высокому и красивому брюнету, который уже ни коем образом не казался ему холодным, особенно с ним. Но бета никогда не будет с альфой. Никогда.       Будет очень неловко, если он понял всё не так, и Сынмин совершенно не испытывает к нему даже маленькой симпатии, просто у них много общего, а Хан себе всё надумает и, предположим, решит отказать. Нет, ему этот стресс ни к чему.       Как там говорится? Быть умным, это вовремя прикинуться тупым? Джисон решил просто играть дурачка, и в принципе у него неплохо получается. Отличное решение, определённо.

***

      В последние дни после принятия своих чувств к Джисону, Сынмин чувствовал себя прекрасно находясь рядом с ним. Иногда его, бесспорно, одолевала ревность, но Ким научился это подавлять. А объятия, как способ приветствия, творили чудеса с его настроением.       Уже некоторое время он ждал Джисона у одного из кампусов, потому что тот забыл свои вещи в библиотеке и, внезапно вспомнив об этом, пулей побежал в её направлении. Там были важные записи с лекции.       Чтобы хоть как-то занять себя, Сынмин залипал на статью о новой рок группе, дебютировавшей ещё в декабре, поэтому не сразу заметил боковым зрением, как Джисон с тяжёлым дыханием остановился рядом. Как раз таки из-за громких вздохов, он оторвался от телефона.       — Ты зачем так летел? Мог просто пройтись, никому не сдалась твоя тетрадь по английскому, — сказал он.       Хан энергично замахал головой в разные стороны в знак отрицания. Его попытка заговорить закончилась ещё одним вздохом, и он поднял указательный палец вверх, делая жест, чтобы Ким подождал, пока бета отдышится. Другая рука болталась внизу с тетрадкой.       Ким убрал телефон и тут же из портфеля достал наполовину пустую бутылку воды. Хан с жадностью выпил почти всю жидкость, после чего блаженно замычал. Глаза его начали бегать в разные стороны, будто он боялся увидеть кого-то знакомого. Он схватил Сынмина за предплечье и стал уводить того подальше от универа.       — Джисон, что происходит? — нисколько не сопротивляясь, спросил альфа. Он забрал пустую бутылку и убрал обратно в карман, немного замедляясь в процессе.       — Шшш... — бета приставил палец к его губам, но быстро отстранился. —Я... Я видел... Чëрт, — выругался он от безысходности. — Мне уже кажется, что возможно мне это просто привиделось, но... Они и в правду... — начал говорить он с придыханием.       — Кто они? Что в правду? Я ничего не понимаю.       Голос Кима начал приобретать раздражённый характер. Он выхватил у него тетрадь и засунул в рюкзак беты, который всё это время держал его на вытянутой руке, и сунул вещь в его сторону.       Джисон по инерции выхватил рюкзак и наконец выговорился на одном дыхании:       — Я уже выходил из библиотеки, как увидел, что дверь в одну из аудиторий открыта. Я только хотел её закрыть, а там... Феликс и Хëнджин. Они были очень близко к друг другу, и.... Ну ты понял! — не сумел закончить он и весь покраснел от смущения. — Я громко захлопнул дверь от испуга, они точно услышали....       — Что? — шокированно сказал Сынмин, хмуря аккуратные, но густые брови.       — Я всегда думал, что они просто лучшие друзья как мы с Минхо, но... Сынмин-а, возможно ты мог догадываться об этом, — с удивлением от осознания, почти шепотом закончил Хан.       Ким так и стоял неподвижно с серьёзным лицом. Глаза его расфокусировались. Хан увидел, что тот ушёл в свои мысли, и решил больше не трогать его.       Вместе с этим он накинул рюкзак на свои плечи. Тишину разбавляли звуки проезжающих машин и маленьких кучек людей, проходящих мимо. Из кафе поблизости едва слышно доносилась спокойная музыка. Прохладный воздух приятно окутывал Джисона после жаркого дня.       А ведь и правда. Эти двое так много проводили времени вместе. Да и Джисон не то чтобы сильно сблизился с ними, чтобы хоть немного что-то подозревать. Это не его дело, но адреналина он словил, конечно, знатно.

***

      Наконец-то совершенно неподходящие ранее кусочки пазла сложились в одну целую картину. Эти двое с самого начала преследовали общую цель, подталкивая Сынмина и Джисона друг к другу. Стало даже смешно, что он не понял этого раньше.       Со старшей школы эти трое были лучшими друзьями, но тогда как Ли и Хван общались с другими ребятами, Сынмин всегда осмысленно держался поодаль. Ему всегда было достаточно пары людей, которые его понимают, поэтому он не стремился расширять своё общество, хоть и не был стеснительным.       Естественно, что между его друзями возникли чувства, тем более, когда проявился их второй пол. И он стал единственной преградой, для того чтобы они могли афишировать отношения. Тот самый третий лишний.       Сынмин горько засмеялся. Руки нервным подрагиванием накрыли его лицо, слегка впиваясь в кожу ногтями.       А тот разговор с Хваном приобрёл совершенно другой смысл. Оказывается, блондин получил намного больше выгоды для себя, после обнаружения интереса Кима к Джисону. Скорее всего это Феликс настоял на скрытии их чувств, чтобы не обидеть Сынмина, поэтому то Хëнджин больше всех потел над этой возможностью, и как только понял о его истинных чувствах к бете, незамедлительно прибежал к нему домой. Ким почувствовал слабую, но обиду.       Люди вокруг начали оглядываться, поэтому он только ускорил шаг. Не от стыда за подобное поведение в общественном месте. Ему просто хотелось прийти домой и всё обдумать. Интересно, Джисон сейчас испытывал то же самое или его уже отпустило? Это уже грустно, Сынмин. В любой ситуации думаешь только о нём. Совсем не смешно.

***

      Через две недели наступили каникулы. Всё это время все парни полностью ушли в экзамены и тренировки вокала, танца и тому подобное.       Джисон крутился как белка в колесе, потому что к переходным экзаменам добавились групповой и личный проект, который нужно было начать ещё недели две назад, но Хан посчитал, что и потом успеет. Что ж, больше он никогда не допустит подобную ошибку...       Группы по четыре человека выбирал сам преподаватель, и Хан волком выл, когда узнал, что из трёх человек, с которыми он должен будет видеться целую неделю, два учились на отвали и только один хоть как-то старался. Сразу стало понятно, что придётся тащить всё на себе.       Вместо студии он стал чаще засиживаться в библиотеке или рандомной кафешке, потому что время начинало поджимать. Иногда к нему присоединялся Минхо, который снабжал его организм кофеином.       С Кимом они почти не виделись, вечера кино по понятной причине отменились, обедать вместе не только с ним, но и с другими редко получалось, потому что Хан предпочитал проводить обеденный перерыв со своими одногруппниками по совместному проекту, чтобы хоть как-то улучшить их результаты. Иногда ему приходилось бегать по всему универу за некоторыми особами, потому что они видите ли забыли об их встрече и не отвечали на звонки и сообщения.       После последнего дня сдачи, Джисон просто плюхнулся на кровать и потратил на сон около 12 часов. Последние две недели дались ему неимоверно тяжело, он почти не спал и постоянно учился. Настолько, что засыпал под аудиокниги.       Тем же вечером, Минхо утащил его на совместный ужин дома у Чана с остальными ребятами в честь окончания учёбы, во время которого лишь несколько человек немного выпили, включая Минхо, Чанбина, Феликса и Хëнджина. Последние быстро опьянели и в обнимку заснули на разложенном диване в гостиной. Чанбин поддался философским размышлениям, которые Чан как бы слушал со всей внимательностью, но не понимал. Минхо рассказывал смешные истории связанные с болью других и жаловался на своих партнёров по командному выступлению. И в этот момент Сынмин с Джисоном пошли домой.       Никто из них не хотел скоро расставаться (нет, они не говорили об этом напрямую), поэтому решение прогуляться по простым улицам оба поддержали.       — Уже завтра утром я уезжаю к своим бабушке с дедушкой, — тихо сказал Ким.       — А почему не к родителям?       Сынмин уменьшил расстояние между ними и продолжил:       — У нас такая традиция. Раз в год мы проводим каникулы в доме родителей моего отца, чаще всего летом.       — Это очень даже мило.       — Возможно, но когда из года в год повторяется одно и тоже, уже не так весело.       Сынмин грустно улыбнулся, смотря прямо под ноги, прежде чем пнуть впереди лежащий камушек. Тот с громким звуком прокатился по тротуару, пока не застрял в трещинке на дороге.       — Мои каникулы тоже не будут очень уж весёлыми. По крайне мере большая их часть.       — Да. Ты говорил, что не очень ладишь с родителями.       — Не то чтобы не лажу... Скорее, они просто слишком многого обо мне не знают, а рассказывать у меня нет никакого желания и сил.       — Тупиковая ситуация.       — Да.       После очередного поворота их шаги ещё сильнее замедлились. Настал момент расставания.       Даже Джисон, который не умеет читать ситуацию, понимал, что разойтись просто помахав ручкой будет слишком сухо. Его руки немного подрагивали, потому что он уже мысленно ощущал будущие объятия.       Так и произошло. Альфа без предупреждения —"А оно вообще нужно для такого, дебил?"- проиграло у него в голове — сделал большой шаг в его сторону. И неимоверное чувство тепла, больше внутреннего, а не физического, накрыло его с головой. Длинные пальцы бережно поглаживали его лопатки.       Сердце без его воли трепетно забилось. Да, он знал, что ему не следует поддаваться своим чувствам, знал, ведь знал, но ничего не мог поделать. Его тело никоим образом не хотело подчиняться разуму, который бил красную тревогу по всем фронтам. Голова в поисках ласки легла на твёрдое плечо, прижимаясь к нему пухлой щекой, руки еле-еле сжали плечи из-за острых ощущений.       На секундочку Хан вздрогнул, потому что Сынмин будто бы хотел взять его за талию и передумал, но мозг беты дальше сам всё додумал и его лицо начало пылать. К счастью, на улице стемнело, исключая редкие фонарные столбы на улице, и Ким не смог бы разглядеть цвет его лица.       — До следующего учебного года... — прошептал прямо в ухо альфа своим горячим дыханием.       — Да... — ещё тише ответил бета.       Звуки вокруг и до этого были не громкими. Где-то слышались шумы одиноких машин, неразборчивые разговоры случайных людей, но сейчас... Абсолютно всё стихло, слышно было только собственное сердце, чувствовался учащённый пульс.       Не хотелось отстраняться, не хотелось уходить, не хотелось верить, что альфы не влюбляются в бет, ничего не хотелось, кроме как продолжать чувствовать всё то, что он чувствовал сейчас. Хотелось, чтобы Ким всё таки дотронулся до его талии, чтобы у них было больше времени только на двоих, чтобы их губы....       Джисон резко проморгался. Нет, идиот, этому не бывать. Тебе мало примеров из жизни? Хочешь ощутить разочарование на собственной шкуре? Совсем крыша поехала...       Первым, естественно, разорвал их контакт Хан, и чтобы прямо здесь не расчувствоваться, причём сразу из-за нескольких эмоций, быстро бросил прощание и стал быстрым шагом удаляться в сторону своей квартиры.       Мурашки на спине так и говорили о том, что Ким не отрываясь смотрит на него. Было страшно оборачиваться. Он и не нашёл бы в себе и капельки сил на подобное, особенно после их объятий.

***

      На этих выходных они уже должны были все разъехаться к родителям, даже Чан и Феликс спланировали совместный полёт в Австралию. Почти все пришли их проводить в аэропорт. Кроме Сынмина, потому что тот рано утром уже был в пути к своей бабушке. Джисон сразу же после крепких мужских объятий побежал на автобус, потому что опоздать было бы ещё одним его крупным провалом за год, да ещё и возмущения от родителей не хотелось бы потом выслушивать.       Поездка далась ему тяжело, хотя бы только потому что он ненавидел большое скопление незнакомых людей, которые буквально окружали его со всех сторон. Наушники ни на минуту не покидали его уши, чтобы хоть как-то он мог отвлечься от всего.       Встретили его с радостными эмоциями, но к своему глубокому сожалению, бета не особо чувствовал себя счастливым по этому поводу. Принимал как должное, и ненавидел в себе такое пофигистичное отношение к родителям. Он бы хотел, чтобы они были более близки, но казалось, что уже слишком поздно во всём этом разбираться. Только ещё больше испортит их отношения.       Его расспрашивали обо всём начиная от места жительства, заканчивая тем, что он съел перед поездкой. Джисон редко звонил, а отвечал на звонки ещё реже. И никто не мог с этим ничего поделать.       Даже спустя только один год после переезда лицезреть свою старую комнату было странно. Да, Хан привык к ней за многие годы, но за время обучения универа как будто забыл, что где находится, бережно проводя по всему рукой, особенно задерживаясь на плакатах над рабочим столом, которые когда-то и привели его туда, где он сейчас находится.       Первые две недели Джисон просто отдыхал со своими родителями. Если точнее, то в большинстве случаев он делал, что хотел без их прямого участия. Несколько раз они вместе сходили на ближайший морской пляж.       Хан тогда обильно намазался солнцезащитным кремом, потому что не хотел обгореть, и из-за него стал на тон белее. Он почти не вылазил из приятной тёплой воды, позволяя течению нести его. Морской воздух приятно щекотал нос. Ему с детства нравилось плавать, даже если он никогда не ходил на плаванье. Но в последние годы делать это получалось реже, что немного огорчало.       На пляже, да и просто на улицах, он чаще стал ловить на себе взгляды окружающих. Наверное, для них он выглядел.... горячо? Это очень тешило его самолюбие. Занятия спортом, которыми он вдохновился от Чанбина год назад делали своё дело.       Но даже так, когда к нему подходили познакомиться, парень неловко отказывал, внутренне сжимаясь от нервозности. У него и так неловко с личной жизнью из-за кое-кого, смысл сильнее усложнять себе жизнь? Его первоначальная цель всё ещё холостятская жизнь и занятие любимым делом, а любовь навсегда вычеркнута из списка желаний.       Также бета с родителями съездили на небольшую экскурсию по местным примечательностям, о чем именно она была, он, к сожалению, уже забыл.       Всё остальное время Джисон решил посвятить себе, то есть больше внутренней свободы чем во время учёбы, просмотр одного аниме, на которое он недавно подсел. Он так же подумывал купить пару книг или томиков манги, чтобы почитать их уже позже в универе на выходных. Так он и сделал, но не сдержался и из-за затягивающего сюжета одну из них прочитал всего за одну ночь, а потом весь день был, мягко говоря, как овощ. Что ж, это единственный день, когда он решил воздержаться от спортивной рутины.       Что же касалось его старшего брата. Он недавно обручился и вместе со своей парой отправился в Европу, что Хана не очень то и волновало. Джисон всего один раз видел человека, с которым брат уже давно строил отношения, и, скорее всего, следующий будет далеко не скоро. Вот они, близкие отношения между братьями.       Бета редко кому-то писал, исключая Чанбина. Тот отправился в родительский домик у океана, откуда почти каждый день присылал смешные или эстетичные видео или фото. Если честно, все что-то да присылали и Хан в том числе, но не так обильно как Со.       Иногда Хану хотелось написать или позвонить Сынмину, но из-за недавно обнаруженных чувств младшего к себе, он каждый раз останавливался.       Ким первые дни обильно заваливал его телефон сообщениями, но позже, видимо, под натиском его сухих односложных ответов сдался. Вот уже неделю они никак не связываются. Бета старался сильно не грустить из-за подобного, но не особо получалось.       Да, это он говорил, что не стоит верить в долгосрочность подобного отношения к нему от Кима. Да, это он специально старался с ним сильно не сближаться, что у него не получалось ни коим образом. Это всё он, но Хан чувствовал, что это начало приносить ему намного больше боли, чем он рассчитывал...