Латте на кокосовом

Чуя проснулся позже обычного. Дазая рядом не было, а с кухни доносился приятный запах кофе и ещё чего-то вкусного. Он закутался в одеяло и вышел из комнаты. Тело ужасно ныло после прошедшей ночи. Войдя на кухню, рыжик обнаружил Осаму возле плиты. Тот что-то тихо напевал, ловко орудуя лопаткой. Накахара не удержался и подошёл ближе, обвивая талию возлюбленного руками. — Доброе утро. – сонно пробормотал рыжик, утыкаясь носом между лопаток парня. — Утречка, Чиби. – шумно вздохнул Дазай, накрывая руки возлюбленного своей. – Я тебе оформил выходной, чтобы ты отдохнул и выспался. — Спасибо. – Чуя оставил едва ощутимый поцелуй на спине возлюбленного. – Мне нужно будет сегодня съездить домой. А то, кажется, Поль и Рандо нас с тобой прикончат. Дазай улыбнулся, выключая плиту. — Конечно. – он медленно развернулся лицом к Чуе, пока тот ослабил хватку. Они молча стояли, наслаждаясь друг другом. Только они вдвоём и никого более. Это ли не счастье? Осаму поцеловал Накахару в лоб и сильнее прижал к себе. Всю идиллию нарушил звук входящего сообщения на телефоне шатена. Дазай взял телефон, и разблокировав экран, замер. Сообщение было с незнакомого номера. "Твоя кофейня на ***, в 13:40" — Что там? – спросил Чуя, наблюдая за реакцией Дазай. — Поедешь со мной. – машинально выпалил он, убирая телефон. – И Фёдор, кажется, тоже. Чуя озадаченно взглянул на возлюбленного, но кивнул, садясь за стол.

***

— Дазай, что за срочность? – спросил Достоевский, войдя в квартиру. — Кажется, он объявился. – ответил шатен, обнимая рыжика. Осаму протянул другу телефон. — Вы можете объяснить, кто он? – подал голос Накахара, отстраняясь от возлюбленного. — Мори Огай. А если говорить проще – мой отец. – безразлично ответил Дазай. — Чт... Что? – Чуя удивлённо посмотрел на Осаму. — У Огая же... Нет детей... — Все именно так и думают, — вмешался Фёдор. — Но по документам Дазай его сын. Он практически не принимал участия в его воспитании, а в пятнадцать и вовсе выселил из дома. Дазай поёжился и взглянул на Накахару. Тот в свою очередь притянул шатена к себе, заключая в объятия. — Значит... Он объявился и хочет что-то от Дазая? Так? – заключил Чуя. Фёдор кивнул. — Я подозреваю, что вчерашний мужчина тоже связан с ним. – пробормотал Осаму. — Я тоже так думаю. — ответил Достоевский. До встречи оставалось примерно полчаса, когда все трое пересекли порог кофейни. Чуя и Фёдор сели за соседний с Дазаем столик, так, чтобы в случае чего они сразу могли вмешаться. Осаму заказал свой любимый латте и то и дело поглядывал на дверь. Буквально через пятнадцать минут в кофейню вошёл мужчина среднего роста с чёрными, подобно нефти волосами, одетый в строгий чёрный костюм, и только красный шарф на плечах был единственной яркой вещью. На вид, достаточно молод, хотя на самом деле, уже довольно в зрелом возрасте. Шатена покосило от одного его вида, а Чуя прожигал его взглядом. — Надо же, спустя двадцать пять лет мой отец разговаривает со мной лично. — язвительно проговорил Дазай, когда мужчина подошёл к его столику. — Я тоже рад тебя видеть, сын. – ответил Мори, садясь за столик. — Я тебе не сын. — резко выдал Дазай, сжимая край стола. — Справедливо. — Зачем ты всё это устроил. Подослал какого-то мужика, приехал сам? — шатен готов был разнести всё к чертям. — Понимаешь... Юкичи, он... Он мой возлюбленный. — на выдохе проговорил Огай. — И он посоветовал наладить с тобой контакт. Глаза Дазая округлились, а Мори всё продолжал. — Я очень глупо поступил, бросая тебя на произвол судьбы. Но я был молод, глуп и влюблен в твою мать. — мужчина опустил голову. — Её гибель – ошибка врачей. Но это не твоя вина, Осаму. И я это осознал уже давно, но не знал, как поговорить с тобой, ты же ведь и прибить можешь. — Я пытался умереть, пап. Много раз. — признался Осаму. — Я ощущал себя лишним в этом мире, просто потому что ты не обращал на меня внимания и всячески презирал. Но... Возможно, если бы вдруг Чуи не стало, то я тоже винил бы всё живое на этой планете. — Чуя? — Огай удивлённо изогнул бровь. — Мой возлюбленный. — расслабляясь ответил Осаму. Повисла неловкая пауза. Мори думал, а Дазай переглядывался с Чуей и Фёдором. — Вот как... — наконец-то заговорил мафиози. — Ну так и ты сейчас с мужчиной встречаешься. — ответил Дазай, прищурив глаза. — Как вообще так вышло? Ты же так любил маму. В его словах не было ни капли сарказма, ему было правда интересно. — Ну... Мы почти женаты... — начал Мори. — Он изначально был моим психологом. Я понял, что слишкоком зациклился на Сэцуко, но сам я не справлялся. Потом понял, что я чувствую к нему нечто большее. Ну и завертелось всё у нас. — Ого. — сдержанно ответил Осаму. — Прости меня, Осаму. Если сможешь. — Мори поднялся на ноги, не дожидаясь ответа. — Пап... – Дазай поднялся следом. — Не уходи. Пожалуйста. Чуя хотел было встать и кинуться к возлюбленному, но Фёдор его остановил. Мори стоял, словно вкопанный, наблюдая за Осаму. Тот подошёл ближе, и неловко обнял отца. — Мне так тебя не хватало, пап. — шатен уткнулся в плечо мужчины. — Прости меня, сын. Я исправлюсь. — он обнял его в ответ. Посетители наблюдали за этой картиной, кто-то фотографировал, а кто-то шептался между собой. Осаму было всё равно на это, хотя бы потому что его отец обратил на него внимание. Дазай отстранился первым, приглашая отца снова сесть за столик. — Со мной кстати Чуя и Фёдор приехали. — пробормотал Осаму, усаживаясь за столик. — Не хочешь познакомиться? — Хочу. Шатен кивнул головой и Накахара с Достоевским направились к столику. — Добрый день. — поздоровался рыжик, садясь рядом с возлюбленным. — Здравствуй. — Мори был достаточно сдержан, понимая, что эти двое вряд ли смогут спокойно принять факт появления этого мужчины в жизни Дазая. По крайней мере сейчас. Фёдор же сел молча, вопросительно взглянув на Осаму. — Я даже не знаю, что сказать. — Огай выглядел растерянным. — Фёдор, спасибо, что был с Осаму эти годы. Я понимаю, что мой поступок отвратительный и что он из-за меня пытался умереть, но тем не менее. Достоевский кивнул. — Не за что, господин Огай. — выдал Достоевский, слегка сбавив пыл. — Мне вас, конечно, не понять. Тем не менее, Осаму смог вырасти хорошим человеком и без участия родителей. Мори кивнул. Обстановка постепенно разрядилась. Акутагава наблюдал за компанией, за дальним столиком, не понимая, что вообще происходит. Дазай рассказывал отцу о своей жизни, о том, как пришёл к собственному бизнесу. И о Чуе. — Как вы познакомились? — неожиданно спросил Огай, когда его сын обнял рыжика, позволяя тому опустить голову на его грудь и вздремнуть. После бурной ночи силы восстанавливаются медленнее. — Он пришёл в эту кофейню работать бариста. — начал Дазай, целуя возлюбленного в макушку. — И в его первый рабочий день я приехал сюда, посмотреть. Захожу, вижу это рыжее солнце, и я пропал. Пап, я готов был его окольцевать в этот же день. А он взъелся на меня из-за латте на кокосовом. А потом само как-то закрутилось. Чуя залился краской, но его спасали волосы, закрывшие прекрасное лицо. Мори был удивлён и даже, кажется, напуган. — Это очень похоже на меня в молодости, когда я встретил Сэцуко. — он горько улыбнулся. — Береги его, сынок. Не повторяй моих ошибок. Дазай улыбнулся, кивая. Они посидели ещё пару часов, а потом Огай и Фёдор уехали на работу, а Осаму и Чуя домой к рыжику. Поль и Рандо суетились над ужином, когда влюблённая пара зашла в квартиру. — Дазай, останешься на ночь? — спросил Верлен уже за столом. — Да, пожалуй. — шатен улыбнулся, сжимая руку рыжика под столом. И кажется, останется он не только на ночь, но и навсегда в жизни Накахары.

***

Осень постепенно уступила очередь зиме. Рождественские праздники были лучшими в жизни Чуи Накахары. Хотя бы потому что его возлюбленный сейчас стоит перед ним на одном колене с дорогим кольцом в руках. — Чуя, я понимаю, что мы слишком мало вместе для таких решений, но, — шатен вздохнул. — Я не думаю, что я передумаю через месяц, два и даже через год. Я влюбился в тебя при первой нашей встрече и сейчас, оглядываясь назад, я бы пережил это всё снова, просто потому что ты лучшее, что случалось со мной. Накахара Чуя, выходи за меня. Накахара стоял в немом шоке, не зная, что и ответить. Во время речи Осаму его желудок успел сделать несколько сальто назад. Он был влюблён. До потери памяти, кажется. — Да. — на выдохе ответил парень. Осаму поднялся на ноги, и надев кольцо на палец рыжика, утянул того в поцелуй. Следовало бы рассказать об этом брату Чуи с его мужем, Фёдору и отцу Дазая. С последним отношения постепенно налаживались, и он действительно исправлялся. Часто заезжал в гости, приглашал на ужин к себе домой. А в соцсетях появилась новость о том, что владелец сети кофеен «Coffee Sakura» является сыном мафиози Мори Огая. Первыми о помолвке узнала семья рыжика. — Привет, дорогие. — Поль улыбнулся, стоя возле окна с сигаретой. — Чего такие радостные? Чуя вспомнил, как он узнал о помолвке своего брата, а Рандо заметил кольцо на пальце рыжика и незаметно кивнул Дазаю, как бы одобряя его решение. — Верлен, Рандо, мы женимся. — выпалил Дазай. Поль медленно потушил сигарету, пока Чуя топтался с ноги на ногу от неловкости ситуации. — Поздравляю вас, дорогие мои. — выдохнул блондин, обнимая сначала брата, а потом его жениха. Рандо сделал тоже самое. — Я вспоминаю то утро, когда узнал о вашей помолвке. — выдал Чуя. — Теперь ты на моём месте. — Поль улыбнулся и потрепал брата по волосам. — У нас тоже есть для вас новость. — проговорил Рандо, отходя к окну. — Мы с Полем решили усыновить ребёнка. — Я стану дядей? — Чуя улыбнулся. — Мальчик или девочка? — Мальчик. — ответил Поль. — Макото, три года. Мы сегодня ездили, знакомились с ним. Чудный ребёнок. — Думаю, до вашей свадьбы он будет уже дома. — добавил Рембо, обвивая руками талию своего мужа. Чуя кивнул. — Это нужно отметить. — Дазай приобнял возлюбленного. Этим вечером из коллекции Верлена исчезла ещё одна бутылка вина, а парни устроились в гостиной, и под какой-то фильм на фоне эту бутылку выпили. А следующим утром о помолвке узнали Мори и Фёдор. — Дазай, что за срочность? — Достоевский сел за столик рядом с Осаму, пока тот любовался Чуей, который сегодня работал. — Я женюсь. — Осаму улыбнулся. — Что? Ты... Погоди. — он перевёл взгляд на рыжика. Накахара помахал тому рукой, продолжая работу. — Да, вчера. – Дазай сделал глоток кофе. — Ну наконец-то, Осаму. — Фёдор одобрительно улыбнулся. — Я счастлив за тебя. Отец знает? — Ещё нет. Заедет к нам вечером. Поль и Рандо вчера узнали. Радовались за него, как за собственного сына. Достоевский улыбался. Его близкий друг наконец-то обрёл своё счастье. Он может спать спокойно, больше не боясь, что однажды его не станет. Он верил, что тот больше не будет пытаться умереть. — Чуя, ты сегодня такой радостный. Что-то случилось? — спросил Акутагава во время небольшого перерыва. — Можно сказать и так. — Накахара улыбнулся и показал другу руку с кольцом на безымянном пальце. — Серьёзно? Поздравляю. — Рюноске попытался изобразить, что-то типа улыбки. Он в принципе не часто улыбался. — Спасибо. День прошёл спокойно, ну за исключением того, что новость о помолвке Дазая и Чуи разлетелась по всему городу. Но пару это особо не волновало. — Остался только отец. — проговорил Дазай, садясь в машину. — Ну, учитывая, что в интернете есть уже об этом новости, он может уже знать. — Чуя пристегнулся и взглянул на возлюбленного. — Тем не менее, он будет через час. По приезду домой Чуя немного прибрался и прилёг немного отдохнуть, но уснул на диване в гостиной. Осаму не стал его будить, и просто укрыл пледом, целуя того в висок. Рыжик стал частым гостем в квартире Дазая. А шатен в свою очередь собирался предложить перебраться к нему окончательно. Чуя и сам думал об этом. У его брата скоро будет ребёнок, ну и не может же он жить отдельно от мужа, верно? Он всегда боялся этого, но сейчас он был полностью готов, ведь у него самого образовывается семья. Мори приехал чуть позже обещанного. — Прости, работа. — извинился мужчина, снимая обувь в прихожей. — Чуя у тебя? — Ничего страшного, пап. – Осаму улыбнулся. — Да, но он так устал на работе, что по приезду домой отрубился на диване в гостиной. Огай улыбнулся и прошёл на кухню. — Так что ты хотел мне сообщить? – он внимательно смотрел на сына. — Я женюсь, пап. Эмоции Мори менялись одна за другой. Он был очень счастлив за своего сына и за то, что успел примириться с ним до его свадьбы. — Поздравляю, сынок. — Огай поднялся на ноги, и подойдя к сыну, обнял его. Теперь все были в курсе. Свадьбу назначили весной.

/Спустя три месяца. День свадьбы/

— Чуя, прекрати метаться, как чокнутый! — крикнул Поль, пытаясь успокоить брата. — Дорогой, вспомни себя в день нашей свадьбы. – спокойно проговорил Рандо, помогая сыну одеться. — Только я был рядом с тобой. Поль вздохнул. — Чуя, сядь и дай мне привести твои волосы в порядок. – он схватил рыжика за руку и усадил на стул. — Я очень волнуюсь. — наконец-то подал голос Накахара. — Сердце сейчас выпрыгнет. — Дядя, Тюя, не волнуйся. — маленький мальчик забрался на колени к парню и обнял того за шею. Мальчик, которого усыновили Верлен и Рандо оказался смышлённым. Всё прекрасно понимал и осознавал. А ещё очень быстро привык к родителям, дяде и его жениху, с которым Макото любил кататься на машине. Дазай, как оказалось, очень любит детей и ни в чём не отказывал мальчику. — Хорошо, Макото. — рыжик улыбнулся. До свадьбы оставался час, когда Чуя с семьёй своего брата покинули некогда общую для них квартиру. Месяц назад рыжик всё же окончательно перебрался к Осаму в квартиру. Подъехав к месту регистрации, сердце Чуи пропустило удар, когда Накахара увидел Дазая, подходящего к машине. Он открыл дверь и подал руку возлюбленному. Смущённый рыжик вложил свою ладонь в ладонь будущего мужа и вышел из машины. — Ты прекрасен, Чуя. — карие глаза сияли, когда их обладатель смотрел на любовь всей своей жизни. — Ты тоже, Осаму. — Накахара улыбнулся, кратко целуя того в губы. — Дядя, Саму! – мальчик выбежал из машины. — Привет, малыш. – Дазай потрепал того по волосам. Поль и Рандо подошли следом. Времени на разговоры не оставалось и поэтому все они отправились в зал, где уже собрались гости. Фёдор и Коля, Мори и Юкичи, Акутагава со своим возлюбленным и сестрой, все здесь. Парни встали напротив огромного тёмного стола, а Поль и Рандо чуть дальше от них. А ведь совсем недавно они были на их месте и Чуя только рассказал им о отношениях с Дазаем, а сейчас они уже женятся. — Добрый день. – заговорила женщина, как только голоса в зале утихли. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы узаконить отношения Дазая Осаму и Чуи Накахары. Она говорила что-то ещё, но Чуя не особо её слушал, а лишь сильнее сжимал руку возлюбленного. В его голове проносились моменты от их первой встречи до сегодняшнего дня. Вот он разозлился на него за выбор кофе, а вот Дазай обнимает его после встречи с Тачихарой, вот он признаётся ему в любви и Чуя сбегает, а Осаму на следующий день всё равно приезжает к нему, их первый поцелуй, то, как Чуе пришлось менять бинты Дазаю и всё-всё-всё. — Итак, Дазай Осаму, готовы ли вы взять в мужья Накахару Чую? — наконец-то спросила женщина, выводя рыжика из потока мыслей. — Да. — А вы, Чуя? — Да. Им принесли кольца. Чуя немного дрожащими руками взял то, что немного больше и надел на палец своего почти мужа, а тот в свою очередь продел тоже самое. А после молодожёны подарили друг другу поцелуй. Подошли к столу, расписались и повернулись к гостям. — Поздравляю, Осаму. — Фёдор обнял друга. Каждый подходил, поздравлял и обнимал их. Чуя был готов расплакаться от переизбытка эмоций, но держался изо всех сил. Уже потом, в кафе, Поль и Дазай вышли на улицу, как когда-то Осаму выходил с Рандо. — Береги его, Дазай. — блондин достал из кармана сигареты и закурил. — Клянусь, Поль. — Дазай улыбнулся, вспоминая разговор с Рандо. Верлен улыбнулся. — Какие планы на будущее? — он протянул одну сигарету Осаму. — Для начала, открыть ещё одну кофейню и женить друга. — он немного хитро улыбнулся. — А потом, завести ребёнка. Поль одобрительно кивнул. — Я очень рад, что у него есть ты. И спасибо, что не прошёл мимо тогда. Они не говорили о том дне открыто, а просто могли сказать "тогда" или "в тот день" и все прекрасно понимали, о чём речь. Дазай пожал плечами и потушил сигарету. — Это мелочи, Поль. Молодожёны вернулись домой и почти сразу же легли спать, потому что слишком устали, а Чуя ещё и слишком перенервничал за день. Брачная ночь будет, но позже. У них ещё много времени. Дазай слишком долго был потерян в себе, но наконец-то он обрёл своё счастье в виде рыжей бестии. Он иногда готов был прибить всех на своём пути, но на самом деле он всегда нуждался в тепле, и по вечерам часто просто сидел, прижавшись к Осаму. Дазай улыбался, целовал его в висок и укрывал пледом. А потом относил его спящего в кровать. И теперь такие вечера будут постоянно, просто потому что Осаму его ни за что не отпустит.